Механическое тепло

— Пьетро не должен знать об этом, — с трудом даются мне слова, когда я первая прерываю поцелуй. Мне кажется, что у меня будет нервный срыв, когда окончательно пойму, что это происходит на самом деле, а не фантазия играет со мной злую шутку. Боже, мне так стыдно... — Альтрон! — пытаюсь выпутаться из его крепких объятий, но практически безрезультатно. — Пусти! Это произошло случайно! — не оставляю попыток найти себе оправдание, хотя все со мной уже давно ясно. — Ты уверена? — с насмешкой спрашивает он, и я заливаюсь краской. — Ты первая начала. Лучше молчи. Я уже в ярости за свой прокол и даже понять не могу, зачем, зачем я все это устроила. Он — машина, бездушная, грубая... теплая машина. Удивившись и не поверив своему осязанию, я вжалась в большую металлическую грудь и почувствовала исходящее от нее тепло. Это не было иллюзией, мне не показалось — корпус был теплым. — Это как? — тихо и восторженно спросила я, стараясь не выдавать своих эмоций, которые стали медленно сменяться с агрессии на умиротворение. — Новый корпус. Прочнее любого металла, — ответил он, погладив меня по плечу. — И с искусственным, скажем так, подогревом. Чтобы ты могла ко мне прикасаться. — Это слишком странно, — покачала я головой и в смятении взглянула на Альтрона. — Я ведь человек, а ты... — Скоро настанет эра машин, — его голос прозвучал грозно, но потом смягчился. — И такие формальности будут неуместны. Что? Какая еще «эра машин»? Что этот Альтрон себе навыдумывал? Миру и его одного с головой хватит, а он хочет еще сконструировать себе подобных? — Альтрон, давай серьезно. — Мне удалось от него отстраниться и отступить на шаг. — Это было случайно. Я не готова не то, чтобы принять это — ведь даже осознать толком не могу. И меня сильно напрягает твое участие, оно словно толкает меня к тебе... я брежу... Он внимательно дослушал, а затем легко улыбнулся и направился к выходу из ангара, жестом предложив проследовать за ним. — Предрассудки людей всегда были за гранью моего понимания. Вы стремитесь к тому, чего достичь, по определению, не можете. Но когда ваша цель идет вам на встречу, говорите: «это не правильно». Что за глупость? — Уж не тебе ли не знать о глупости больше моего? — парировала я, возмущенная словами механизма. — Сам же создал этот корпус. — Я был очарован, — оглянулся он. — И не мог позволить тебе чувствовать холод моих прикосновений, ты слишком хрупкая, хоть не пытаешься такой казаться. Я смутилась и отвела взгляд. Да что он знает обо мне? — Твой брат — твоя стена. Ты прячешься за ним, без него испытываешь истинный страх. Твоим силам нет границ, но ты сама же их и боишься. — Как грубо, — я с презрением взглянула на Альтрона. — А сможешь ли ты без нас справиться со Мстителями? — Я ставлю на свою победу только в случае... в любом случае, — усмехнулся он, выходя из ангара и словно не боясь, что его случайно может кто увидеть. — Ладно, я на самолет, — мне наскучил этот разговор, так как он был похож на ссору двух маленьких детей, которые не могли признаться, что им нужна взаимная дружба. — Удачного полета! — улыбнулся он мне, мигнув глазами. Этот яркий алый цвет, так приятно сочетающийся со светло-металлическим его лица и тела был до одури завораживающим. Красивым. Да, Альтрон был красивым. Особенно для машины. Он был первым, кто привлек мое внимание за всю мою недолгую жизнь, с кем мне было интересно общаться или, случайно встретившись, приятно гулять по зимнему лесу. Хоть я долго это и отрицала, сейчас просто сдаюсь. Возможно, мне не хватало отношений, их аспекта поддержки. Не братской любви, как с Пьетро — это другое. Но о каких, к черту, отношениях я могу вообще думать, подразумевая под ними Альтрона? Он не человек, он просто не может чувствовать, хоть и достаточно правдоподобно пытается. Может, он играет со мной? Развлекает себя, цинично наблюдая, как глупенькая девочка постепенно влюбляется в то, что по природе своей любить не может. Я чувствую подвох во всей этой игре, если она, конечно, существует. — Не выдумывай себе ничего лишнего, Ванда, — прервал мои мысли он, заинтересованный, почему я зависла на пару минут, почти не моргая смотря в его глаза. — Я не желаю тебе зла. Ты — необыкновенная... — Повторяешься, железка, — почему-то усмехнулась его словам я. Да, похоже, я и правда лишнего надумала. Но отступать от своих догадок не собиралась. Может, только не на долго. — Наклонись. Он чуть подался вперед, почти нависнув надо мной, чтобы я могла с легкостью приподняться на носочки и быстро поцеловать его в губы. Мне это начинает нравиться. Придурашная девчонка... Также быстро отстранившись и попрощавшись, я направилась в главное здание аэропорта. Надеюсь, что верно поступаю, и эта пародия на влюбленность не перерастет в любовь. Иначе я окончательно свихнусь.