Принцесса моих летних снов

Один день из её жизни, который позже понес за собой необратимые последствия.

«Хоть бы успеть до ночи и при этом не заболеть», — промелькнула мысль в голове Шарлотты, мчавшейся по безлюдным улицам Парижа. После получаса бега, прерываясь на легкий отдых для восстановления дыхания, показалась красная крыша частного магазинчика «Товары мистера и миссис Де’Боаль». Стандартный комиссионный магазинчик с нестандартными покупателями. Здесь можно было найти все, что угодно, начиная от туалетной бумаги и заканчивая огромными петушками на палочке и сахарными пряниками. — Солнце начало садиться, надо поторопиться. — пробубнила Лотти, смотря на дымчато-алое небо и начинающую появляться луну. Но все мысли быстро испарились, стоило только зайти в лавку. Девочку тут же обдало запахом меда и свежевыпеченного хлеба, булочек с маслом, мятной пастой. За прилавком стоял низенький старичок в клетчатой рубахе, добрыми глазами и легкой улыбкой на сухих губах. Покупателей было немного, всего пару-тройку человек, однако к каждому из них нужен был особый подход. Девочка быстро положила вещи из списка, который ей дал Френк, в корзиночку и направилась к кассе, по дороге разглядывая товар. Взгляд её резко остановился на прилавке со сладостями, которые сиротам снились лишь во снах. Чего там только не было: конфеты, жвачки, печенье обычное и шоколадное, с начинкой и без! Все это можно было перечислять бесконечно. И вот, когда Шарлотта уже расплатилась, внимание малышки переключилось на самый дальний угол хорошо освещенного помещения. Там, восседая на своей палочке, будто на золотой жердочке, сидел большущий красный петушок. Гребень его искрился в свете, исходящем от ламп, а хвост распушился пурпурным веером. Будто живой, он смотрел на Лотти своими глазами-пуговками и умолял его взять с собой. В это же время, пока девочка была занята разглядыванием конфеты, дверь отворилась, пропуская в помещение морозный воздух и мужчину, одетого весьма и еще раз весьма странно. Длинный дорожный плащ, полностью закрывающий тело, волочился по полу, сбрасывая с себя успевшую прилипнуть корку снега. Незнакомец по-хозяйски осмотрелся и резко сфокусировал взгляд на маленьком ребенке, который стоял в левом углу комнаты и что-то старательно высматривал. Однако, тут же опомнившись, мужчина, подойдя к резко сжавшемуся мистеру Де’Боаль, стал бурно жестикулировать руками и восклицать на английском. Посетители не смогли толком обратить на это своё внимание, так как их сразу же привлек крик долговязого мальчишки, с копной рыжих волос на голове и россыпью веснушек. — Хватай, хватай её! — кричал он, неприлично тыкая пальцем куда-то в сторону. — хватай воровку! А в чем, собственно, было дело? Шарлотта, охваченная секундным порывом, пока покупатели отвлеклись, резко схватила сладость и рванула к выходу. Не забыв с собой корзинку, конечно. Однако мальчишка, воспитанник из её так называемой школы, который всегда недолюбливал девочку, наблюдал за ней с самого начала, намереваясь совершить какую-либо пакость. Он просто не мог пропустить такой момент, хоть и сам припрятал под курткой сахарный пряник. Незнакомец в плаще тоже обернулся на шум, удивленно приподняв бровь, однако более в лице не изменился, чего нельзя сказать у хозяине магазина: тот, внезапно подскочив на месте, ринулся к выходу, где только-только скрылась Эванс. Мужчина важно и немного лениво проследовал за ним. На улице уже потемнело и падал снег. Нос и щеки щипал пока что легкий мороз. Дыхание у девочки сбилось, а пробежала она лишь около ста метров. Кто-то резко дернул за шаль, и та слетела, унося с собой Лотти. Девочка, не удержав равновесия, упала на спину, угодив головой в снег. Одежда тут же начала промокать. «Бронхита не избежать. И будет хорошо, если отделаюсь только им», — с ужасом подумала Шарлотта. Её сейчас меньше всего волновало то, что она оказалось пойманной. Сейчас более всего страшила мысль о болезни, ведь деньги на лекарства ей вряд ли дадут. — «А что, одной сиротой безродной больше, одной меньше, какая разница, помрёт она или нет?» — Я словил её! Словил! — загоготал мальчик, размахивая шалью вокруг своей головы, при этом не забывая пнуть девочку пару раз по животу, от чего та скривила лицо, но всё же смогла подняться. Следом подбежали любопытные зеваки-покупатели, сам мистер Де’Боаль, с искаженным от ярости лицом, и незнакомец, неодобрительно качающий головой. — Да как ты посмела?! — брюзжал слюною лавочник, при этом трясясь от холода. Только он замахнулся, что бы влепить паршивке смачную затрещину или того хуже, но был как нельзя кстати остановлен мужчиной в плаще. Девочка, сжавшаяся и закрывающая руками лицо, аккуратно приподняла руки, пораженно и с благоговением тараща огромные зеленые глазищи на своего спасителя. Тот, не показывая эмоций, с некой брезгливостью отнял шаль у юного хулигана и бросил его Шарлотте, будто кость собаке. В другой ситуации это вызвало б неприятное ощущение предвзятости у девочки к своей персоне, однако сейчас это не играло никакой роли. — Полно тебе, incapable*, — пробасил её спаситель, при этом кривя губы в ухмылке. Названный тут же дернулся, как от пощечины, и яростно посмотрел на говорившего. — Но… Ведь эта дрянь… — бормотал лавочник. — Я сказал, хватит. И мистер Де’Боаль замолчал, смиренно опуская голову и поджимая губы. Шарлотта в это время полностью закуталась в шаль, которая давала хотя бы какое-то тепло. Малышка стала ждать вынесения приговора, однако его не последовало. Мужчина помолчал еще пару секунд и посмотрел прямо ей в глаза. — Я надеюсь, что ты понимаешь, что именно сейчас сделала. Ты уподобилась этому, — незнакомец небрежно кивнул в сторону притихшего парнишки, а на Лотти внезапно накатилось чувство вины и осознание произошедшего. Она поступила так, как никогда не делала. Воровала. Опустила себя до уровня мусора. Решила идти легким путем, не захотев подработать и купить себе этот леденец за честно заработанные деньги. Этот список можно продолжать бесконечно, однако первых нескольких предложений, я думаю, было достаточно. Она почувствовала дикий стыд, от которого захотелось спрятать лицо в руках, или прийти в бар, запереться в своей коморке, накрывшись дырявым пледом и не высовываться оттуда. Желательно до весны. — Вижу, что поняла, — удовлетворенно хмыкнул мужчина, — думаю, ты сможешь избежать наказания, если вернешь ворованное и не станешь больше так делать, верно? — Да… — Вот и отлично. В этот раз ей, несомненно, повезло. Этот случай еще на долго засядет в голове Шарлотты, врежется в память и сыграет огромную роль в её жизни. Она четко запомнила, что брать чужое нехорошо и что не все те, кто богат, желают таким, как она сама, зла…

***

Какого же было удивление девочки, когда на утро она обнаружила пузырек со странной жидкостью синеватого цвета, который стоял на дряхлом подоконнике. На нем была приклеена бумажка, на которой девочка не без труда, но смогла прочитать странную фразу: «Выпей меня». «Я что, Алиса?» — какой бы бедной она ни была, но эту знаменитую на весь мир сказку прочитала от корки до корки. К счастью, наша личная «Алиса» была слишком доверчива и наивна, тем самым, по крайней мере, я оправдываю её последующее действие. Лотти тут же проглотила содержимое склянки, отметив при этом приятный запах и не очень вкус. Сказка уже стучится в двери, однако она не так прекрасна, как описывают её в книжках, милая Шарлотта. И совсем скоро ты в этом убедишься.

Конец Декабря 1989 года…

неспособный*