А может быть и...

*** Сумрачные тени скользили по полу, прячась по углам. За окном надрывались кузнечики или... Кто там еще умеет стрекотать? Филипс лежал на кровати, утопая в мягких подушках. Он, конечно, изъявил желание спать на диване, но Мария чуть ли не силком заставила его расположиться в гостевой спальне, радуясь тому, что она наконец-то пригодилась. День выдался долгим и муторным, но мужчина не мог сомкнуть глаз, все прокручивая последние события. Майкл спал без задних ног, Франклин носился по поручениям Лестера, который, опасаясь за свою шкуру, готовил полномасштабную диверсию, девчонки, судя по звукам, "весело проводили время" этажом выше. Тревор не мог винить Марию за то, что она поселилась здесь. Остров казался безопасным, тихим, и даже воздух был напоен медовой сладостью. Может быть, если он доживет до старости, он тоже поселится на острове, будет нюхать кокс и стрелять по чайкам, сидя на берегу моря. А сейчас все мысли занимал пухлый придурок, который уверенно цеплялся за жизнь. Перед ужином он позвонил Аманде, сообщив что жизнь брюнета вне опасности. Да… Может, и была у них любовь. Женщина плакала и благодарила его. ЕГО! Видать, сильно опасалась, что останется без единственного источника денег. Майкл… Как же он его достал. И надо бы прикончить этого лживого мудака, да только он не мог. Врать себе Тревор не любил и готов был со скрипом признать, что Таунли ему очень дорог. Слишком много боли он испытал, касаясь пальцами холодного могильного камня. Осознать, что Майкла больше нет, оказалось труднее, чем он мог предположить. Куда бы он ни бежал, его преследовало чувство, что, заходя в обшарпанный номер очередного отеля он увидит, как из душа выйдет Таунли и будет ворчать, что у них опять нет горячей воды. И не один литр виски требовался для того, чтобы прогнать из головы все навязчивые воспоминания. Чувство вины, так несвойственное ему, терзало, как голодный шакал. Татуировка на руке, старая фотография и белые орхидеи на свежей кладбищенской земле служили лишь напоминанием, что Майкл Таунли мертв. Но он обманул… Предал… Он заслуживает смерти… И все же… Тогда он шел в этот дом, чтобы убить сраного самозванца, который посмел занять место его лучшего друга. Тогда дверь была открыта, и он успел порадоваться, что хозяева дома, но, только переступив порог, его сердце пропустило удар. Кто-то ругался на кухне, и голос… этот голос невозможно было не узнать. Живой и здоровый Таунли отчитывал жирдяя сыночка, переругиваясь с драгоценной женушкой, но тогда все это казалось совершенно не важным. Как же он был рад… Хотелось схватить его за плечи и трясти до тех пор, пока он не поклянется никогда так больше не делать. Каким же он тогда был дураком. Под аккомпанемент невеселых мыслей Филипсу все-таки удалось заснуть. *** Громкий вой разнесся по дому, распугав птиц на крыше. Тревор подскочил, машинально пытаясь найти оружие и не совсем понимая, где находится. Отвратительный звук не прекращался. Наверху послышались топот и ругательства. Мужчина рванул дверь на себя. Мария, перепрыгивая со ступеньки на ступеньку, бежала вниз, на ходу запахивая халат. За ней следом, потирая глаза, спускалась Хелен. - Что за дерьмо тут творится? - Она перепутала кнопки! – шатенка успела ответить, прежде чем Мария произнесла хоть слово. - Что за кнопки? – Тревор не понимал, что происходит. Виски ломило от назойливого воя сирены. - Я случайно дала Майклу пульт, который включает сирену. - Как ты так умудрилась? - Да они жутко похожи с кнопкой вызова. Это все ненормальный мастер, который ставил нам систему громкоговорителей. Надо было его пристрелить. - Никто никого убивать бы не стал, – шатенка тряхнула головой. Дружной толпой, под чарующие звуки сигнализации, они спустились в подвал. Тревор долбанул по включателю. Свет резанул глаза. На кушетке сидел абсолютно ошарашенный Таунли. Похоже, он вообще не понимал, что произошло, и почему поднялся такой шум. Мария схватила пульт и что-то нажала. Вой прекратился, погружая дом в блаженную тишину. - Мистер Таунли, простите за это недоразумение, – Хелен мягко улыбнулась мужчине. – Вы что-то хотели? - Да ничего такого… Но теперь мне нужно в туалет. *** Майклу снилось что-то хорошее. Кажется, новая яхта… Он стоял на палубе, как вдруг кто-то потянул его за рукав, сильно и настойчиво. Брюнет с трудом открыл глаза. Рядом с ним стояла сероглазая шатенка с подносом в руках. - Пора завтракать, мистер Таунли! – она с улыбкой поставила поднос на прикроватный столик. Мужчина мрачно созерцал грибной суп пюре и протертый шпинат. - Долго мне еще оставаться в постели? - Сегодня вам еще нельзя вставать, но завтра, думаю, вы уже сможете передвигаться самостоятельно. Правда, ваша рука в очень плохом состоянии. С ребрами дела обстоят чуть лучше. Так что вам следует избегать любых нагрузок как минимум пару недель. Пара недель… Мужчина готов был взвыть от досады. Получалось так, что он застрял на этом острове вместе с Тревором как минимум на полмесяца. - У, наш пончик проснулся! Какая прелесть! Майкл резко обернулся на голос. В дверях стоял Тревор. Он был одет в черную футболку с волком и свободные штаны красного цвета. В руках у Филипса был огромный сэндвич с мясом, который пах так, что у брюнета невольно потекли слюнки. Он еще раз грустно окинул взором свой завтрак и поинтересовался: - Что на тебе надето, Филипс? - Ах, это, - мужчина усмехнулся. - Кое-кто решил, что моя одежда недостаточно чистая для этого дома. - Это… Женское? - Угу. Майкл вздохнул. - Ты чего вообще приперся? - Мария послала. Велела транспортировать тебя в спальню для гостей после завтрака. - Транспортировать? – Таунли совсем растерялся. - Ага, на ручках прокатишься, пухлощекая принцесса.