А может быть и...

*** Вернувшись в город, Филипс хотел, было, предложить Марии расположиться в Единороге, но нигер его опередил, сославшись на то, что у него большой дом и куча спален. Майкл ныл, что ему срочно надо домой, в душ и переодеться. Вот только оставлять его одного было ни в коем случае нельзя. Предатель Франклин заявил, что он должен показать Марии ее новое жилье, а стало быть, с Таунли пришлось поехать ему. Чему, скажем прямо, Майкл был не рад. - Слушай, Ти, я сам справлюсь, – Машина неслась по улицам родного Лос-Сантоса. - Понимаешь, мой пончикообразный друг, в отличие от тебя, у нас есть такая вещь как совесть. Мария убьет меня, если ее драгоценный пациент помрет, упав в ванной. Так что, заткни хлебало и смирись уже с моим присутствием. Майкл пробормотал что-то скабрезное, но Ти его не услышал. После тихого и уютного острова, город казался слишком шумным, слишком грязным и еще более отвратительным, чем обычно. Они проехали церковь, подъезжая к дому мистера да Санты. На вид, особняк был пропитан спокойствием и тишиной. - Тебя пасут. - Что? - Только что проехал темно-синий фургон без номеров, он следовал за нами от церкви. - Уверен? - Я в таких вещах не ошибаюсь, мой сладкий кексик. - Прекрати, я понял, – Майкл вышел из машины и направился к двери. Тревор обошел дом, проверяя его на наличие неприятных сюрпризов, но ничего не обнаружил и вошел внутрь. Таунли сразу ускакал в душ. Мужчина нашел бутылку коллекционного виски и, сорвав зубами крышку, глотнул янтарный напиток. Алкоголь, в отличие от Таунли, его ожидания оправдал. Таунли… Таунли… Таунли… Он занимал все его сознание, не давая сосредоточиться. Его мучила одна и та же мысль: после Федерального Хранилища их не будет связывать больше ничего. И вроде бы это должно радовать… Но вызывало лишь боль. Тревор был далек от самокопания, но эта гаденькая мыслишка заставляла его все глубже зарываться в причины собственных поступков. - ТРЕВОР! Мужчина подскочил. Майкл звал его со второго этажа. Буквально взлетев вверх по лестнице, он рванул дверь ванной. - Что случилось? - Полотенце мне не принесешь из спальни? – Майкл выключил воду и покопошился за шторкой. - Ты еблан? Я думал, что тебя тут пожирает какой-нибудь монстр, – мужчина облегченно вздохнул. - Мне очень приятно, что ты так переживаешь, но принеси мне все-таки это сраное полотенце! Тревор, вместо того, чтобы съездить Таунли по морде, действительно сходил в спальню и принес «сраное полотенце». Брюнет завернулся в махровую ткань и вышел. - Вот теперь я себя человеком чувствую! - Чтобы быть человеком, нужно иметь сердце, Майки, а у тебя его нет! - Тревор окинул мужчину взглядом. Время, конечно, наложило отпечаток на них обоих, но и оно не могло изменить все. Сейчас Филипс не мог оторвать взгляда от спины своего бывшего напарника. Он знал каждый ее изгиб, каждую родинку и каждый шрам. Сколько раз он сам зашивал на нем пулевые ранения, стараясь причинить как можно меньше боли. Все в этом придурке казалось таким родным, таким знакомым… Широкие плечи, сильные руки и идиотская татуировка в виде клевера на лопатке. - Ты не свел ее? - Что? – брюнет не сразу понял, о чем идет речь. - Ах это, я оставил ее на память. Тревору вдруг стало душно. - Ладно, пухлощек, наводи марафет. И только попробуй куда-нибудь слинять, – мужчина спустился вниз и сунул голову под кран. Ему следовало остыть. Он помнил. Помнил как, тащил упирающегося Таунли в салон. - Ти, я не хочу! Нафиг это вообще надо? - Это будет символ нашей дружбы! - Слушай, а что, без этого будет не понятно, что мы с тобой друзья? - Нет, вот если с тобой или со мной что-нибудь случится, то эта картинка будет напоминать о былых деньках! - Да ты слишком сентиментален для психопата! - Не без того! Шевели булками, Майки! - Я боюсь иголок, – Филипс остановился, удивленно гладя на парня. - Да ты гонишь? - Нет… - Слушай, тогда я не буду тебя заставлять… Но если что… Татуировка все же появилась у Таунли на спине. Он помнил, как, смеясь, держал перепуганного брюнета за руку. Тогда все казалось легко и просто. Казалось, что детская картинка защитит их от всего на свете. От несчастий, от бед и от предательства. Не вышло… *** Филипс ржал как конь. Майкл ткнул напарника в бок, но видимо тот уже не мог остановиться. Они только что приехали домой к Лестеру. Переступив порог, мужчины поняли, что Мария и Франклин прибыли на место первыми. Картина, которая предстала перед ними в гостиной, заставила Тревора покатиться от смеха. Лестер руками и ногами отбивался от девушки, которая бесцеремонно жамкала его в объятиях. - Что здесь происходит? - брюнет изо всех сил старался не хихикать. - Майкл! Лестерунчик меня простил! Я больше не в розыске! – Мария смачно чмокнула блондина в нос, тем самым приведя его в состояние еще большего шока. Тревор упал на диван. Он уже не ржал, а просто икал от смеха. - Я ведь могу и передумать! – голос мистера Креста глухо звучал откуда-то из района девичьей груди. Мария отпустила свою жертву, напоследок чмокнув его еще раз в щеку. - Лесюнечка, ты ведь не сделаешь этого? – она театрально всплеснула руками. - Сделаю, если не перестанешь коверкать мое имя! - Как скажешь, котик. - Я не котик! - Зайка? - НЕТ! - Персик, пупсик, душка? - Нет, нет и нет! - Пидор очкастый? - Тревор! - Что? Я всего лишь предложил! - Пусть будет котик, – смирившись с неизбежным, Лестер поморщился и потер переносицу. – Я собрал вас, чтобы объяснить суть плана. Завтра в 16:00 к Хранилищу подъедут пустые инкассаторские машины. Они прибудут за грузом, так что золото брать будем до их появления. Мария, Майкл, вы у нас наживка. Идете через парадный вход и, как можно более зрелищно, прикидываетесь придурками. - Это не проблема. Будет им шоу. - Франклин, ты и пара моих ребят действуете в траншее. Буришь стену, вывозишь золото и цепляешь его к тросам вертолетов. При этом ты всеми силами стараешься не умереть. Парень кивнул. - А про меня ты не забыл? - Да, да, Тревор. Ты и еще один пилот везете слитки на украденный нами поезд. В идеале, все должно пройти гладко. И да… Я лечу с тобой, Филипс. - Эй, эй, эй. Стоп. А мы не могли найти кого-то, кто более… эм… ну скажем… дееспособен? - Нет, Ти. Для этого дела нужен проверенный человек. Я не могу доверить это никому другому, – брюнет хлопнул подельника по плечу. - Но если он будет мешаться, я просто выкину его из вертолета. - Вполне в твоем стиле, Филипс. В общем, до завтра. Сбор в одиннадцать. И не опаздывать. Ах да, и еще: Майк, тебе лучше не ночевать в одиночку. *** - Напомни еще раз, почему ты развалился на МОЕМ диване, в МОЕМ доме и лакаешь МОЙ коллекционный виски? Брюнет сверлил Тревора недовольным взглядом. Но Филипса это мало волновало. Виски-то и впрямь был очень хорош. - А потому, мой жадный друг, что ты – предмет обожания одного мерзопакостного типа, с садистскими наклонностями. Брюнет махнул рукой и вышел во двор. *** Вечер окутал мягким полумраком комнаты, принося прохладу и умиротворение. Двое мужчин, устроившись на диване, смотрели фильм, потягивая пиво. «Бегущий по горлышку бутылки». Сколько раз Тревор видел этот фильм. Когда он только вышел, Таунли силком затащил его на премьеру. Кинцо было отвратительным, но сказать об этом счастливому Майклу у него просто не повернулся язык. После этого они пересматривали его раза три. И каждый раз он не мог дотерпеть до конца. На сцене примирения героев Филипса всегда клонило в сон, и он, задремав, падал на плечо Таунли. Тот, как ни странно, будил его только после окончания картины. Вот и сейчас, Тревор душераздирающе зевнул, слушая очередную высокопарную фразу, которую породил главный протагонист фильма. - Такого больше не снимают. Филипс вздрогнул, вырванный из полудремы голосом Майкла. - Ага. Но, думаю, еще снимут. - Ты думаешь? - Ха, ты ведь бросаешь все, чем раньше занимался, ради того, чтобы клепать второсортные кинишки! - Да пошел ты, Тревор. - Я смотрел этот фильм. - Что? - Смотрел. Раз за разом. И засыпал в финале. Расскажи хоть, чем закончилось? - Они помирились. Забрали деньги и уехали. - Хех. Стандартный конец полного клише фильма. - Зачем ты тогда смотрел, раз уж он такой скучный? - Скучал. Майкл замолчал. Не в силах выносить неловкую заминку, мужчина поставил кино на паузу и, сославшись на усталость, ушел наверх. *** Тревору Филипсу не спалось. Он все никак не мог понять, зачем он сказал Майку, что скучал? Или это его дурацкая привычка, говорить, что думаешь, подвела его на этот раз… Или просто хотелось это сказать. А ведь он не лукавил. Скучал. Не хватало ему вечно ноющего, всем недовольного и лживого придурка по имени Майкл Таунли. Эти мысли заезженной пластинкой крутились в голове у мужчины, не давая уснуть. Вдруг наверху раздался шум, потом выстрел. Тревор подскочил на диване. Перескакивая через три ступеньки, он поднялся на второй этаж. Дверь в спальню была не заперта. Тревор распахнул дверь и застыл на пороге. Майкл с испуганным выражением лица стоял около кровати. В руках у него был пистолет. На стене виднелся след от выстрела. Мужчина в два шага пересек комнату и, схватив брюнета за плечи, встряхнул. - Ты что, издеваешься? Второй раз за день ты… - Тревор замолчал. Майкл смотрел на него безразличным взглядом, видимо, не в силах прийти в себя. - Подъем! – он зарядил Таунли такую оплеуху, что тот вскрикнул. - Филипс? Какого хрена? – Майкл недоуменно таращился на мужчину. - Это ты мне скажи! Черт, – Филипс вздохнул. – Отдай пистолет. Он буквально вырвал оружие из дрожащих пальцев Таунли. Усадив его на кровать, он принес стакан, до краев наполненный виски. - Пей. Брюнет повиновался, все еще не до конца понимая, что происходит. - А теперь спи! И не смей меня больше будить. Я тебе не сраная мамуля. Майкл кивнул и мгновенно погрузился в сон. Тревор укрыл его пледом, размышляя над тем, что забота утомляет. С мертвыми проблем меньше.