Испорченная кукла

Он никогда особо не копался в себе. Не видел смысла. Он был тем, кем был, и не старался вывернуться наизнанку. А если и менял свое отношение к чему-либо... то это как-то само собой получалось. И только сейчас Дэрил вдруг задумался о том, что к кое-чему себя приучить все же надо было... Всю его жизнь он только и делал, что исполнял чьи-то приказы. Даже когда и сам знал, что должен делать, как должен поступить, он нуждался в человеке, который подтвердил бы это. Точнее, он сам убедил себя, что нуждается в нем. Еще с детства. Сначала это был отец и его почти собачьи команды: «принеси», «унеси», «сделай», «свали» и так далее до бесконечности. Команды, которым маленький Дэрил подчинялся безоговорочно, даже не допуская мысли проигнорировать или сделать по-другому. Потому что не хотел отхватить лишний синяк под глазом или рубец на спине. После смерти придурка-отца пришли наставления брата. Мэрл всегда усиленно вбивал Дэрилу в голову, что его советы самые правильные и не следовать им – непростительная глупость. Учил, как жить, как вести себя с людьми, в особенности с девушками, как правильно пить и курить, как защитить себя, если придется, или "залечь на дно". Старший брат буквально выходил его, вытащил из той жизни, от которой Дэрил не смог убежать сам. Причем, на тот момент Мэрл ни о чем не знал. Догадывался, конечно, но своими глазами увидел расчерченную белесыми полосами спину младшего уже после гребаного конца света, зацепившись за изношенную рубаху и разрывая её. Дэрил скрывал от него следы отцовского воспитания до последнего... Как бы то ни было, Мэрл занял огромную часть его далеко не самой счастливой жизни, на протяжении которой Дэрил прикрывал его, вытаскивал из переделок, делал все, что он просил. Снова подчинялся, словно прирученный пес, лишь поменявший своего хозяина. Ну а когда мертвые зашаркали по улицам, пожирая все на своем пути, когда они с Мэрлом наткнулись на группу выживших за городом и решили остаться с ними, когда приперся этот шериф и почти гордо сообщил о том, что оставил его родного брата одного умирать на крыше... Новым авторитетом стал Рик Граймс. Да, это было совсем другое. Все выполняли его наставления, как новоиспеченого лидера, того, кто взял на себя ответственность за чужие жизни. Все, и Дэрил в том числе. Со временем он стал уважать этого человека и делал абсолютно все, что он говорил. Выполнял все с охотой, понимая, что обязан, и ссылаясь на то, что делал все это ради других людей. Так вот, сейчас Дэрил думал не о том, что мог бы прожить жизнь совсем по-другому. Если он и не был рад, что все так сложилось, то он уже ни о чем не жалел, и никогда не жалел. Дело было совсем не в этом... Неужели он за столько лет не мог научиться принимать собственные решения? Дэрил был зол на себя и, все еще, на своего отца, который изначально внушил ему эту роль – подчиняться, повиноваться приказам других, но никак не управляться самому. И теперь Дэрил сидит здесь. Задницей на еле прогретом солнцем асфальте большого перекрестка путей. Мусолит в голове всю эту херню и пытается отдышаться. Он бежал со вчерашнего вечера, пытаясь догнать машину, которая увезла Бет Грин, или хотя бы определить примерное направление ее движения. Он бы бежал и дальше, до следующего утра, если бы не ноющая боль, отдающаяся в каждой мышце, выпрыгивающее из груди сердце и готовые отказать от нехватки воздуха легкие. А еще полная растерянность: куда теперь ему идти? Дэрил просто не знал. Не знал, что делать дальше, зачем и ради кого это делать. И некому теперь было помочь ему, вывести на верный путь. Нет больше отца (и слава богу, правда), нет больше брата: оба погибли на его глазах. Нет больше Рика, который тоже, вероятно, погиб от пули одного из ублюдков Губернатора, и к которому Дэрил чересчур сильно привязался... И Бет больше нет. Она не была для него особым авторитетом, но сильно повлияла на него. Больше никого нет. Дэрил остался абсолютно один и не знал, как ему быть. Что теперь делать? Единственное, в чем Дэрил был уверен, – он не собирался просто лечь и умереть. После всего, что ему пришлось пережить, Дэрил был готов биться до последнего, жить такой жизнью, которая была для него уготована. И плевать, что это существование жизнью назвать язык не повернется. Это не имело никакого значения. Диксон не отдаст концы вот так просто. Во всяком случае, пока. Дэрил заставил себя пошевелиться. Медленно оглянулся, встал на гудящие от усталости ноги и тупо побрел вперед, не разбирая дороги. Он почти не думал об опасности, которая могла поджидать его где угодно. Отовсюду выберется, выживет в любых условиях. В этом он был уже твердо убежден. Шел он довольно долго. Да и спешить ему некуда было. Солнце успело закатиться за горизонт, а он все шел по дороге вдоль лесной границы в надежде наткнуться на какую-нибудь крышу на ночь. Ему не нужен был большой дом, вроде того, из которого он еле выбрался, преследуемый целой толпой мертвецов. Да хоть старый скошенный сарай - все равно. Но еще через час перед Дэрилом распростерлось большое поле, на другом конце которого разместился огромный двухэтажный дом. С узором на кованой ограде и с белыми шторками за окнами, он словно пытался дотянуться крышей до верхушки дуба, растущего в нескольких метрах от него, но отчаянно не доставал, совсем не теряя при этом своих габаритов и богатства. В голове Дэрила проскочила мысль о том, что он ни за что и никогда не переступил бы порог этого дома, не нагрянь на страну эта чертова катастрофа. Даже забавно... С той самой зимы после погрома фермы, когда группе приходилось обчищать попадающиеся на пути дома один за другим, последовательность его действий была отработана до механизма. Дэрил пинком распахнул дверь и быстро осмотрел прихожую, затем стукнул прикладом арбалета по косяку для шума и подождал любых ответных звуков, которых, на счастье, так и не услышал. От дохлых тварей дом был точно пуст. Но здесь все еще мог скрываться какой-нибудь хитрый гад, вроде самого Диксона, тихо засевший где-нибудь за дверью, и напасть со спины в неожиданный момент. Поэтому он тщательно проверил все комнаты до последней, каждый угол, каждую нишу и шкаф. И после полного осмотра всех комнат Дэрил, настороженно вслушиваясь в гробовую тишину, все равно не мог успокоиться. Внутреннее чутье вместе со стертой кое-где пылью и разбросанными вещами буквально кричало о том, что кто-то либо был здесь совсем недавно, либо живет уже долгое время и покинул свое убежище лишь на время. Ушел, например, на охоту и вернется через пару дней. Однако Дэрил уходить отсюда уже не собирался. Если кто-то действительно оставил дом бесхозым, будто специально приглашая всех желающих, – его проблема, виноват сам. Главное, чтобы этим постоянным жителям не оказалась целая группа безжалостных головорезов, от которых наверняка придется бежать... В итоге, Дэрил решил все же переночевать здесь. Забыться хотя бы до утра, а там посмотреть уже по ситуации: валить отсюда или нет. Придвинув к входной двери тяжеленный комод, он поднялся на второй этаж, зашел в одну из неплохо обустроенных комнат и с тяжелым вздохом стянул с себя арбалет вместе с жилетом. Грязной от пыли и крови рукой он провел по застеленной кровати, вспоминая его прошлую постель - в гробу - и думая, что ему снова повезло с таким мягким и удобным местом для сна. Будь сейчас с ним сейчас Бет, Дэрил непременно уступил бы ей эту просторную кровать. А теперь можно было по-хозяйски занять эту кровать самому... Ну и что, что лучше бы он спал на холодном полу, но зная, что Бет мирно спит на мягкой кровати где-то за стенкой? Еще раз спустившись на кухню, Дэрил обнаружил в нижних ящиках небольшие запасы консервированной фасоли, тушенки и злаковых батончиков. А еще целый бак питьевой воды в углу. Не свинина со сладким джемом и Колой, конечно, но засыпать голодным ему сегодня точно не придется. Перебив голод батончиком и запив его водой, он вернулся в комнату и растянулся на кровати поверх толстого одеяла. Завел руки за голову, гипнотизируя потолок и изо всех сил стараясь не возвращаться мыслями к Бет и тому, что с ней случилось. Дэрил старательно попытался смириться с тем, что на самом деле он не в состоянии защищать и оберегать кого-либо, насколько бы дорог и важен не был ему этот человек. Он мог заботиться только о себе, не подвергая опасности других. И не отягощая свои плечи очередной смертью. Он не знал, что будет завтра. Скорее всего, никто сюда уже не вернется, а Дэрил снова пойдет дальше, без всякой цели, и следующую ночь переждет уже далеко от сюда... Иных вариантов у него, похоже, все равно не было. Эти удручающие мысли в конце концов его утомили, и Дэрил провалился в чуткий, но долгожданный сон. И всего через несколько часов его разбудил какой-то странный шум. И Дэрил мог поспорить - звук раздался не с улицы, а внутри дома, откуда-то с первого этажа...