Insontis

Учитывая, что их четырехлетний капитан имел привычку сразу хватать все, до чего только могли дотянуться его маленькие крепкие ручки (тут, по мнению МакКоя, он практически не изменился), оставалось только удивляться, каким образом ребенок ухитрился не подхватить все микробы, которые только были известны науке. Даже чистота и порядок, царившие на корабле, не могли гарантировать полной безопасности, принимая во внимание, что, столкнувшись с каким-нибудь новым объектом, Джим всегда стремился его как следует пощупать и попробовать на вкус. Ну и, конечно, ни один нормальный ребенок не станет по доброй воле лишний раз мыть руки. Когда доктор устроил Споку выволочку из-за того, что тот не проверил, вымыл ли Джим руки перед едой, единственной реакцией вулканца был полный недоумения взгляд – очевидно, когда сам он был ребенком (тот еще, наверное, был вундеркинд), ему даже в голову не приходило уклоняться от соблюдения правил личной гигиены. Толку-то с этих вулканцев… Первые признаки прошли незамеченными, в основном, из-за общего снижения дисциплины и работоспособности экипажа – показатели упали на три процента, чего и следовало ожидать при условии, что уже месяц все изнывали от скуки во время миссии по картографированию. Четверть экипажа периодически наведывалась в лазарет, жалуясь на различные незначительные недомогания, вызванные преимущественно избытком свободного времени и недостатком физической активности, так что МакКой начал всерьез задумываться о том, чтобы раздавать всем пациентам плацебо, отсеивая таким образом симулянтов от тех, кто действительно чувствовал себя плохо. Тогда, по крайней мере, удалось бы урвать хоть немного сна в промежутках между приемом всех этих мнимых больных. Так что когда после ужина их маленький капитан пожаловался, что у него «болит животик», доктор только вздохнул и прочитал ему целую лекцию о вреде переедания шоколадных тортов. Что бы там ни говорил Спок («репликатор способен синтезировать необходимое количество питательных веществ, воспроизводя их в любой форме, доктор, – это чисто химический процесс, и внешний вид продукта никоим образом не влияет на конечный результат»), а приучать ребенка в таком возрасте к сладкому – не слишком удачная идея. Джим состроил недовольную гримасу, удрученно подперев голову рукой и без энтузиазма ковыряясь в тарелке с зеленой фасолью и ветчиной, которую доктор вручил ему вместо вышеупомянутого торта. Все протесты МакКой задавил на корню и тщательно проследил за тем, чтобы Джим доел свою ветчину и, скривившись, заглотил несколько стручков фасоли, после чего снова робко посмотрел на десерт. Честное слово, Спок может избаловать ребенка похуже, чем сама бабуля МакКой. Доктор не обратил внимания, что, в конце концов получив обратно долгожданный торт, Джим откусил от него всего пару кусков, а затем отставил в сторону со скучающим видом. Спок резко проснулся от ощущения, что кто-то крайне осторожно, стараясь не привлекать к себе внимания, пытается вторгнуться в его личное пространство. Впрочем, никакой угрозы он не чувствовал, даже не открывая глаза узнав маленького визитера. - Джим, - вздохнул он, - мы уже обсуждали эту тему. Ты слишком взрослый, чтобы спать здесь. – Откровенно говоря, малыша нельзя было назвать особо взрослым по человеческим стандартам, и он был слишком мал, чтобы создавать какие-либо серьезные пространственные помехи, однако по вулканским меркам он уже должен бы быть вполне самостоятельным. В любом случае, мысль о том, чтобы позволять ребенку спать в своей постели вызывала у Спока немалый дискомфорт, учитывая, что данный ребенок был его капитаном. – Тебе снова приснился кошмар? - Нет, - послышался приглушенный шепот. - В таком случае, Джим, тебе следует спать в своей постели, - мягко ответил вулканец. Расстроенный вздох малыша, тем не менее, поколебал его решимость. Мгновенно почувствовав слабину, Джим вскарабкался наверх. Кровать чуть заметно прогнулась под его весом, пока он устраивался поудобнее, прижимаясь к боку вулканца. - Мне холодно, - тихо сказал малыш, уткнувшись в плечо Спока. Тот только вздохнул, обнимая Джима одной рукой, пытаясь одновременно достичь двух целей – согреть ребенка и прекратить его вращательно-поступательное движение, уже сбившее все одеяло. Вулканца только что неожиданно разбудили, и, кроме того, он уже успел привыкнуть к нелогичности человеческого поведения – только эти два факта до некоторой степени служили оправданием задержке в три целых и две десятых секунды, после которой он осознал, что в этой ситуации определенно что-то не так. Для него самого в каюте было довольно прохладно – после того, как Джим стал наведываться к нему в гости, он установил температуру, приемлемую как для человека, так и для вулканца. По вулканским меркам, в комнате стояла атмосфера бодряще-морозной свежести, однако для человека тут должно было быть довольно жарко. И в любом случае, его температура тела была несколько ниже человеческой, а Джим, тем не менее, прижимался к нему, пытаясь согреться… - Компьютер, освещение на пятьдесят процентов, - сказал он, резко садясь и откидывая одеяло со свернувшейся клубком маленькой фигурки. Малыш сонно запротестовал, совсем сжавшись в комок и прикрывая глаза от света. - Джим. – Он дотронулся до личика ребенка, только сейчас, при свете, замечая лихорадочный румянец на его щеках. Ему было известно значение оптимальной температуры для ребенка данного возраста, а лоб Джима был сухим и явно слишком горячим. – Джим, постарайся пока что не засыпать. Взгляд слегка приоткрывшихся глаз был мутным и не сфокусированным. – Отста' – пробормотал он в подушку, - хочу спать. - Компьютер, активировать Код Золотой, в каюте старшего помощника, только для медицинского персонала. – Золотой код означал непосредственную опасность для капитана корабля. В данном случае он будет звучать в лазарете и каюте начальника медицинской службы, а также в Службе Безопасности, пока его кто-нибудь не отключит. – Джим. Джим, очнись. – Малыш уже ничего не отвечал. Крайне маловероятно, что это заразно, однако как еще объяснить, по какой причине у него вдруг болезненно сжалось что-то внутри? Взяв ребенка на руки, Спок пристально всматривался в его лицо, надеясь, что Джим все же придет в сознание. Осторожно дотронувшись до виска, на котором проступили капельки пота, и уловив обрывки отдельных мыслей (холодно…жарко…ой-как-болит-животик…Спок-помоги-мне), вулканец уже решил, что проще будет отнести ребенка в лазарет, чем ждать, пока придет помощь, но тут дверь открылась и в его комнату ввалился МакКой. Докторская форменная туника была надета задом наперед, а по полу волочился шнурок – очевидно, он явился прямиком из своей каюты, прервав, по всей видимости, уже довольно крепкий сон. - Доктор, - повернувшись к МакКою, сказал вулканец. Голос прозвучал гораздо более беспомощно, чем ему хотелось бы. - Он что-нибудь говорил, Спок? – вполголоса осведомился тот, водя сканером над маленькой фигуркой. - Сказал только, что ему холодно. У меня не было возможности увидеть его раньше в течение вечера и заметить признаки заболевания. - Он за ужином жаловался на живот, но это запросто могло быть из-за торта, да и вообще, он же все подряд тащит в рот, - рассеянно ответил МакКой, мягко положив одну руку ребенку на лоб, а другой осторожно дотрагиваясь до горячей щеки. Почувствовав прикосновение, Джим заворочался и уткнулся Споку в плечо. – Похоже на грипп или что-то подобное, не особенно серьезно, но этот ускоренный процесс взросления истощает его иммунную систему и весь организм в целом, а прививку от гриппа и прочих подобных заболеваний ему делать еще слишком рано. Температура не слишком высокая, хотя какое-то время чувствовать себя он будет неважно. - Возможно ли обеспечить ему лучший уход в лазарете? - Вряд ли, особенно учитывая, что он его просто терпеть не может – ну, разве что ему удается там разобрать что-нибудь на запчасти, - фыркнул доктор. – Согласно показаниям сканера, у него небольшое обезвоживание и нарушение обмена веществ, так что ему нужны просто отдых, обильное питье и хороший уход. Возможно, не стоит учить его так быстро, Спок, пускай взрослеет помедленнее, а то он совсем подорвет свое здоровье. Спок опустил взгляд на малыша, который крепко спал, свернувшись у него на руках. – Однако в противном случае, доктор, это отнимет у него месяцы или даже годы жизни. Когда произойдет очередной возрастной переход, я объясню ему ситуацию, чтобы он смог принять решение. МакКой поднял бровь. – Вы собираетесь ставить этого маленького сладкоежку перед подобной дилеммой? - У вас имеется другая, более приемлемая альтернатива? - Я должен понаблюдать его и выяснить, насколько сильной нагрузке подвергается его организм, - ответил доктор, - может, получиться найти какие-нибудь пищевые добавки или общеукрепляющие средства, которые все это компенсируют. Надо будет поэкспериментировать, чтобы подобрать правильную дозировку. На мгновение задумавшись, Спок кивнул. – Если ваш план не сработает, следует позволить Джиму принять решение, когда ему исполниться десять. А сейчас, доктор, делайте, что считаете нужным. МакКой решил не спорить, так как в данном вопросе Спок с самого начала взял на себя всю ответственность. Впрочем, он был вполне уверен, что рано или поздно решение найти ему все же удастся. - Договорились, мистер Спок, - кивнул он, - а сейчас надо уложить его в кровать. Ему нужен покой и обильное питье – давайте ему побольше соков, когда проснется. Утром придет Кристина, принесет вам суп и витаминный коктейль. Думаю, скоро он снова придет в норму и будет повсюду сеять хаос и разрушение. МакКой ни за что не признался бы, что его даже слегка тронуло то, как вулканец ни на мгновение не выпускал спавшего ребенка из своих рук, пока они расстилали его маленькую раскладушку. В конце концов, Джим был надежно укутан в обнимку со своей плюшевой пандой (Монти вполне успешно выполнял обязанности погибшего Тюти). Вдруг его глаза приоткрылись. – Боунс, - сказал он, улыбнувшись слегка удивленно и беспокойно елозя руками по одеялу. МакКой улыбнулся в ответ и снова как следует подоткнул сбившееся одеяло. – Все в порядке, малыш. Какое-то время, правда, ты будешь чувствовать себя не слишком хорошо, но скоро поправишься. - Мне снились утки, - серьезным голосом сказал Джим. – Спок, а почему в космосе не бывает уток? - Им требуется кислород, Джим, как и людям, а также водная среда обитания, которую весьма затруднительно воссоздать на звездолете. МакКой возвел глаза к потолку. Невыносимо хотелось стукнуть вулканца чем-нибудь потяжелее – единственное, что остановило доктора, это тот факт, что все это время, произнося свою тираду, Спок (судя по всему, неосознанно), положив руку на горячий лоб малыша, мягко перебирал спутавшуюся светлую челку. - Мм, - рассеянно ответил Джим, - мне нравятся утки. А тебе, Боунс? - Само собой, - ответил тот, по старинке проверяя пульс, нащупав его на худеньком запястье. Сердцебиение было слегка ускоренным, но никаких серьезных признаков заболевания он не видел. - Сэм дает мне поиг’ать с его ‘езиновой уткой, - улыбнувшись, сказал Джим. Он продолжал слегка картавить, когда уставал или пытался сосредоточиться на какой-то сложной задаче. МакКой работал над устранением данного дефекта речи, но время от времени он все же давал о себе знать. – Когда я болею и лежу дома, он читает мне книгу «Дорогу уткам», а я изоб’ажаю, как они к’якают. – Зевнув, Джим сонно посмотрел на них. – Боунс, я ведь сейчас болею, а где Сэм? Спок на мгновение прикрыл глаза, его рука застыла в воздухе. – Ох, малыш, - пробормотал МакКой, сжимая маленькую ручку, - его… его сейчас нет. Хочешь, давай я почитаю тебе эту историю? Джим приоткрыл один глаз, с сомнением поглядывая на доктора. – Но при этом надо к’якать, - категорично заявил он. МакКой серьезно кивнул, внутренне вздохнув с облегчением. - Ну ладно, - в голосе Джима сквозило откровенное сомнение в докторских способностях. Зевнув, он уткнулся в пушистый флисовый плед, который Спок откуда-то выудил, как кролика из шляпы. МакКой посмотрел на вулканца. – Постарайтесь разгрузить как-нибудь вашу завтрашнюю смену, - негромко сказал он. – Часов через шесть я просто свалюсь с ног, и это факт. Так что завтра присматривать за ним придется вам с Кристиной. Спок молча кивнул. Направляясь к коммуникационному терминалу, он пришел к выводу, что присматривать завтра, очевидно, понадобится не только за Джимом с его перегруженной иммунной системой.