Итальянские страсти или Все, что не было рассказано Купитману о Милане

11:07. Милан. Convention Centre. Конгресс. Изрядно потрепав друг другу нервы с утра пораньше, Настя и Андрей с горем пополам выбрались на улицы ожившего Милана и направились к Convention Centre, где обычно проводились все медицинские конгрессы. Всю дорогу Кисегач не покидали мысли о ее с Андреем утренней перебранке. Немного успокоившись, она была бы рада помириться с ним, но ободренный своей утренней победой Быков и не планировал оставлять Кисегач в покое. Решив окончательно довести ее, утверждаясь в позиции «я – здесь главный», Андрей не уступал Насте даже в самых мелких вопросах. Так, например, они чуть было вновь не поссорились, решая, как будет удобнее добраться до Convention Centre. -Андрей, а я тебе еще раз говорю! – раздраженно убеждала его Настя. – Я спрашивала вчера на рисепшен, как туда добраться, они сказали, что через проулки быстрее и удобнее! Тут идти минут 15 от силы, о чем мы вообще спорим?! Тебе же всегда нравилось изучать города изнутри! -Вот именно!- воскликнул Быков оживленно и нетерпеливо, при этом глаза у него сверкали каким-то мечтательным блеском.- Метро – это прекрасный способ буквально узнать город изнутри!.. -Быков!..- попыталась было перебить его Кисегач. Но Андрей не обратил на нее никакого внимания и продолжил воодушевленно вещать: -…Смешаться с местным населением в час пик, когда все спешат по своим делам, простоять всю дорогу в дрожащем вагоне, изучая тухлые выражения лиц пассажиров – что может быть увлекательнее? Я считаю, что утренняя поездка в метро – это интересно, познавательно… и в чем-то даже романтично!.. - Ты же метро всегда терпеть не мог! – рассержено процедила Настя. – Андрей, я ведь прекрасно понимаю, что ты специально это делаешь, мне назло! Но сейчас ты выбрал не самое лучшее время!.. Мы не поедем на метро потому, что (в десятый раз тебе повторяю!) сделаем не нужный крюк и потеряем уйму времени!.. Пока Кисегач распылялась по поводу нецелесообразности его решения, Андрей молча развернулся и, не теряя зря времени, двинулся вниз по лестнице к станции метро. Ошарашенная такой наглостью, Кисегач несколько секунд стояла с открытым ртом, недоговорив половины того, что собиралась высказать, и смотрела ему вслед. Но быстро сообразив, что другого выхода у нее нет, Настя нехотя стала спускаться за Быковым в метро, при этом проклиная его безалаберность и эгоизм. Спустившись в Миланский метрополитен, они оказались прямо в центре столпотворения, которое сейчас было особенно невыносимым. Но обратной дороги уже не было, и ради своей великой цели – хорошенько досадить Насте – Быков решил потерпеть. И не пожалел. Оказавшись вместе с Кисегач в вагоне, полностью забитом спешащими на свои рабочие места жителями города, Андрей тут же вспомнил об очень приятном преимуществе поездок в общественном транспорте в час пик. Благодаря давке Быков получил возможность не только совершенно оправдано прижиматься к Насте, но и нагло щупать ее, касаясь самых выдающихся частей тела. Несмотря на то, что Кисегач сильно злилась на Андрея за его выходки и перестала с ним разговаривать, сейчас, на удивление, его действиям она не препятствовала, а скорее наоборот, слегка поддавалась. Быков даже готов был поклясться всем коньяком в кабинете своего закадычного друга, что пару раз видел в оконном отражении промелькнувшую на Настином лице улыбку, когда он был особенно бесцеремонным. И хотя все пассажиры ехали вплотную друг к другу, те, кто находились рядом с Настей и Андреем, не могли не замечать и не удивляться странному поведению этой парочки. А со стороны Быков и Кисегач выглядели действительно очень странно, точнее диаметрально противоположно: привлекательная женщина в строгом летнем костюме кремового цвета, всем своим обликом акцентирующая собственную абсолютную независимость, нисколько не сопротивляется находящемуся рядом с ней хамовато ухмыляющемуся мужчине, который сильно напоминает представителя байкерской братии и при каждом удобном случае крепко обжимает с виду такую строгую сеньору. Следует отметить, что весь нынешний облик Насти и Андрея полностью соответствовал их характерам, о чем мог бы уверенно заявить каждый, кто хорошо был знаком с этими двумя. Хотя бы тот же Купитман… Но ввиду того, что ни Натаныча, ни кого-либо еще из общих знакомых здесь, как и вчера в аэропорту, снова не оказалось, Быков и Кисегач, не обращая внимания на окружающих, были заняты исключительно друг другом. Не чувствуя ничего кроме близости Андрея, Настя невидящим взглядом постоянно смотрела куда-то в пространство и из последних сил старалась сохранить серьезное выражение лица. Быкову в свою очередь вообще казалось, что они здесь одни и едут ни в метро, а находятся где-то очень-очень далеко от цивилизации, где нет ничего кроме тепла Настиного тела и запаха ее волос вперемешку с легкими духами. Придя немного в себя, он даже всерьез подумывал о том, чтобы сойти на ближайшей станции, затащить Кисегач в какой-нибудь укромный уголок и там… Но, подумав о том, что сейчас для этого не самое удобное время и место, да и Настя, скорее всего, не согласится, Андрей усилием воли усмирил свой порыв. Через 20 минут Настя и Андрея добрались до Convention Centre, многоэтажного стеклянного здания, завешенного билбордами и плакатами, извещающими о проходящем здесь конгрессе. Не без труда отыскав аудиторию, где проводилась конференция, Настя и Андрей тихонько пробрались в зал. Несмотря ни на что, опоздать им все-таки не удалось. Быков и Кисегач заняли свои места на одном из последних рядов как раз тогда, когда за кафедрой солидный мужчина лет пятидесяти заканчивал традиционное «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались…», и конференция началась. Первые часа 2, как для Насти, так и для Андрея проходили вполне сносно. Пока практикующие профессора разных степеней учености зачитывали свои доклады по новым кардиологическим препаратам, Быков и Кисегач внимательно слушали и обменивались друг с другом впечатлениями по поводу выступлений, а также тихонько шутили и смеялись над своими, только им одним понятными, медицинскими шутками. Короче говоря, вели себя точно так, как когда-то на лекциях в институте. При этом Кисегач, как и когда-то давно, неустанно строчила что-то в толстенной тетради, с бешеной скоростью конспектируя чуть ли не каждое доносящееся с кафедры слово, а Быков все так же шутил над этим, уверяя, что такими темпами Настя рискует в ближайшее время вывихнуть себе кисть. Сам Андрей по старой привычке делал заметки в памяти, уверенный, что легче уловить и запомнить саму суть, и с большим интересом вслушивался в рассказы докладчиков о различных случаях в их практике. Невольно Андрей испытывал глубокое уважение ко всем лекторам-практикам, рассказывающим о своей работе. Ведь по ним было видно, что эти люди действительно знают свое дело и сидят на своем месте не только ради протирания штанов – что наиболее ценил Быков не только в профессии врача, но и в человеческом характере вообще. Чего, впрочем, нельзя было сказать о теоретиках и спонсорах, которые начали выступать сразу после докладчиков, разглагольствуя о финансировании и прочей бюрократической ерунде, которую Быков, как ординатор с приличным стажем, на дух не переносил, и поэтому тут же потерял всякий интерес к мероприятию. Посмотрев на часы, Быков с сожалением отметил, что обещанная Настей «минутка» затянулась на 3,5 часа, и сейчас как раз самое время подумать о том, как отсюда побыстрее свалить, где бы перекусить и как потом развлечься. Бросив скучающий взгляд на Кисегач, Андрей вдруг вспомнил, что за поход сюда с нее вообще-то кое-что причитается. А если по-хорошему, то причитается еще со вчерашнего дня, когда она объявила неплановую сексуальную голодовку… Так почему бы сейчас не воспользоваться случаем и деликатно не напомнить Насте об истинной причине их приезда?.. Ко всем размышлениям Андрея добавились еще и воспоминания об утренних ощущениях в метро, и, глядя сейчас на Кисегач, Быков неожиданно заключил, что этот строгий светлый костюм и сосредоточенное выражение лица Насте очень идут. Еще как идут!.. Кажется в последний раз она казалась ему такой соблазнительной еще на прошлой неделе…Как же давно это было!.. Нет, терпеть больше просто невыносимо! Придвинувшись, насколько это было возможно, поближе к Насте, Андрей с интригующей интонацией прошептал ей на ухо: - Мыышкаа, я надеюсь, ты не забыла о том, что ты мне пообещала? - А? Что? – растерянно переспросила Кисегач, отвлеченная от выступления одного из спонсоров горячим дыханием Андрея. – Когда? - Утром, - пояснил Быков тем же бархатным голосом, все глубже зарываясь носом в ее волосы. – Ты сказала, если мы пойдем слушать эту ересь, то потом будем увеселяться сколько угодно. Я тебя за язык не тянул. Взамен на 4 часа зря потраченного времени я требую «отдачи», в буквальном смысле этого слова… На последних словах рука Быкова целенаправленно полезла Насте под пиджак, и Кисегач пришлось отдернуть ее и навалившегося сбоку самого Быкова, чем вызвала его глубокое недовольство. - Так, Андрей, во-первых, - строго прошептала она, оттолкнув Андрея на расстояние вытянутой руки. – Я тебе ничего такого не обещала, это ты сам себе додумал. А во-вторых, сейчас еще конференция идет и здесь куча людей!.. - С каких это пор тебя останавливает публичность?– прошептал Быков, раздраженный неожиданным Настиным сопротивлением, и снова попытался ее схватить. – Давай смоемся, делов-то? Почему я должен уговаривать тебя на то, чего ты сама хочешь? - Быков, ты озабоченный какой-то!- воскликнула Настя, но не очень громко, чтоб не привлекать постороннего внимания, и вновь отстранила руки Андрея.- Достал уже! Ничего я не хочу и никто никуда не пойдет! Я дослушаю конференцию, а ты не будешь лезть ко мне со своей ерундой! От Настиных слов лицо Быкова исказилось от бешенства. - Тогда будь добра просвети, за каким хреном ты тащила меня сюда из самой Москвы?! – зашипел Андрей, со злостью глядя Насте в глаза. – На конференциях целыми днями торчать?! Пока наш отпуск не покатился коту под хвост, я хочу исправить ситуацию и желательно сделать это поскорее! На это, смерив его ледяным взглядом, Кисегач проговорила сердитым полушепотом: - Андрей, да делай ты что хочешь, только меня оставь в покое! - Да я б с удовольствием уже!.. – не выдержал Быков и повысил голос. - Тсс! – осадила Андрея Настя и сильно ткнула локтем ему в бок. Несколько человек с ближайших мест с удивлением оглянулись на них, но Быков нисколько этому не смутился. - …Я бы уже давно сделал то, чего хочу, но без тебя это, к сожалению, несколько проблематично! – закончил он шепотом. - Быков, скажи мне, какое место я должна тебе придавить, чтоб ты, наконец, заткнулся и перестал меня доставать своими извращенными желаниями?! – не выдержала Кисегач и тоже повысила голос. Андрей ничего на это не сказал, а только с ненавистью посмотрел Насте в глаза, но она не осталась в долгу и ответила ему тем же. В конце концов, Кисегач вновь обратилась в слух, напрочь забыв про разразившуюся только что новую ссору. Одновременно Андрей откинулся на спинку своего сидения со злым выражением лица и, скрестив руки на груди, всем своим видом демонстрировал крайнюю степень раздражения. Через час, когда конференция закончилась и всех попросили перейти в соседний зал, где представлялись экземпляры новейших препаратов и прочего, Быков первым вскочил со своего места и удалился из аудитории, не дожидаясь Кисегач и не оглянувшись, когда она его окликнула.