Незнакомец

— Говорю тебе, эта коллекция будет твоим прорывом, милая. Я улыбнулась, не отрывая взгляда от вышагивающей по подиуму модели. Из-за стресса и адреналина мой желудок трясся, как ткацкий станок, работающий на износ. — Не сглазь. Осталось еще показать коллекцию «от кутюр», — я вздрогнула, когда модель слишком быстро двинулась на своих безумно высоких каблуках,которые я застегнула пряжками на ее ногах. — Ты ведь знаешь, что линия высокой моды только поднимет планку. Прекрати быть такой скромницей, — подтолкнул меня Кэрри. — Я уже ничего не знаю. Прекрати раздражать меня. Дай мне сосредоточиться. Он нахмурилась: — Не понимаю, чего ты волнуешься. Чековые книжки уже готовы к покупкам. Вот увидишь. — О, боже, — сердце сжалось, когда по подиуму продефилировала еще одна модель, худая, как щепка, которая была не в состоянии показать все достоинства затейливого, переливающегося синим, платья. — Никто не купит его, если не рассмотрит прелести дизайна. Он вздохнул. — Ты слишком волнуешься. Платье обалденное. Все это увидят, — его голубые глаза остановились на мне. — Испытай это, вызывающий трепет, чувство гордости, хоть однажды, милая. Все проходит идеально, и мы не можем не гордиться тобой. Мой друг обнял меня рукой за плечи и прижал к себе. Кэрри выглядел выше, лучше выглядел, да и в целом был энергичнее меня. Многие завидовали его естественной красоте, в то время как я заставляла людей чувствовать себя красивыми, наряжая их в платья из золота в двадцать четыре карата, или в платья, окрашенные в эксклюзивные цвета, которые стоили небольшое состояние. Я полагала, что это мой талант: заставлять других чувствовать себя достойными, пока Кэрри продает продукцию благодаря своему очарованию. — Ты модель. Почему ты не демонстрируешь мою одежду? Он засмеялся. — Моя фигура не будет так уж хорошо выглядеть, втиснутая в расшитое блестками платье. Создай коллекцию для мужчин, и тогда я, возможно, снизойду и стану хедлайнером твоего показа. Я ударила его по руке. — Ты ведь знаешь, что у меня нет желания шить костюмы и боксеры. Я постоянно убеждаю тебя стать моим партнером по бизнесу и создать мужскую линию одежды. Не было бы никакой проблемы. Кэрри закатил глаза. — Ты не в состояние заполучить меня. Я нахмурилась. — Заполучить тебя? Я слышала, что тебя можно получить за пару дерзких сисек и секс, по крайней мере, на выходные. Он показал пальцем на мою большую грудь, и искорка вспыхнула в его глазах. — Я вижу дерзкую пару и... пышность, Ана. Ты моя лучшая подруга. Какого хрена мы говорим о сексе? Ты знаешь, нас воспитывали по-другому. Мне не хотелось рассмеяться. Мне не хотелось сбросить напряжение из-за ситуации с коллекцией, но Кэрри заработал легкое подергивание губ. Я вздохнула, покачивая головой. — Секс, шмекс. Тебе бы повезло, если бы я наняла твою тощую задницу. Он ухмыльнулся. — Кого ты назвала тощим? — он обвел рукой свое высокое тело. — Мое мастерство по другую сторону камеры. Как и мой послужной список, — он сверкнул идеально прямыми зубами. — Кто-нибудь, попробуйте отрицать очевидное. Раньше я завидовала, что он так хорошо выглядит. Мой друг был роскошной парчой, в то время как я была набивным ситцем. Но сейчас я горжусь собой. Я ткала волшебство на швейной машинке с тех пор, как была ребенком, и потихоньку выходила из тени семьи, вырезая маленькую частичку величия для себя. — Ну, отлично, если сегодняшнее шоу провалится, ты сможешь выручить меня деньгами, которые ты заработал своей богоподобной внешностью. Он начал громко смеяться, но страстная музыка для показа мод по-прежнему скрывала его смех. Темная комната прятала огромную толпу, но не могла замаскировать буйную прессу и теплые тела многочисленных покупателей, закупщиков, и поставщиков. Кэрри сильнее сжал меня: — Анастейша, я беспокоюсь за тебя. Улыбнись для меня. Ты несколько месяцев работала над этим. Прекрати быть такой пессимисткой и празднуй. — Я не могу праздновать, пока последняя модель не покажет свой наряд, и пока я не увижу, что она точно не запуталась в платье за семь тысяч долларов. Мой телефон вновь зажужжал. Я замерла, мой гребаный живот скрутило, и огненный шар проскользнул к моей сердцевине. «Добро пожаловать в твои самые смелые и порочные фантазии. Ты готова поиграть?» Кто прислал его? Что это означает? Я чувствую дрожь возбуждения. Я люблю играть, но я без сомнений могу сказать, что эта игра не будет веселой.