Путь наверх

      Связь с шаттлом была потеряна вот уже два месяца назад. Последней его курс подтвердила автоматическая станция, считав сигнатуры звездного флота. Тогда Кирк направлялся заявленным курсом, и на скорости варп-пять приближался к Энтерпрайзу.       Больше его никто не видел.       Шаттл будто исчез. Ни следов, ни обломков. Ничего.       В первые дни МакКой почти не волновался. Злился, нервничал, но не волновался. Это же Кирк. Было совершенно в его духе влипнуть в очередное приключение просто между завтраком и сеансом связи, а потом вернуться, побитым и потрёпанным, но живым. Он всегда возвращался. Почти всегда.       Леонард мерил шагами медотсек и ловил себя на том, что использует каждую возможность оказаться на мостике. Вдруг будут какие-нибудь новости? Всё казалось, пройдёт еще пара часов и шаттл появится на всех экранах. А следом за ним и наглая капитанская морда. Кирк улыбнётся криво, как обычно, и запросит разрешение на стыковку.       Но день шёл за днём, и к исходу второй недели МакКой понял, что ждать больше не в состоянии.       Что-то нужно было делать, вот только МакКой понятия не имел, что. Розыск пропавших никогда не входил в его компетенцию.       И конечно же, Кирка искали. Никто не бросил его на произвол судьбы, как тогда казалось МакКою.       Агенты федерации обследовали все, начиная с последних известных координат. Звёзды и планеты, облака астероидов и каждую молекулу космической пыли. И всё безрезультатно. Команда Энтерпрайза тихо сходила с ума, но продолжала выполнять свои обязанности. Не слишком-то впадёшь в истерику под командованием чёртова вулканца.       МакКой и не впадал. Паниковал тихо, и запирался в лазарете, будто не решаясь вернуться в свою каюту. И нельзя было сказать, что так уж сильно она опустела без капитана. Он не был там частым гостем. Являлся внезапно, повинуясь переменчивому вдохновению, не разбирая времени и даже мысли не допуская, что может оказаться не вовремя. Но МакКой всегда ждал этих визитов. Ехидной, искрящейся страсти, внезапного тепла потом, после, когда взглядом провожал уходящего, на ходу одевающегося Кирка. Ждал коротких минут затягивающей, обволакивающей неги, всегда остающейся в подарок после такой встречи.       Леонард честно сортировал образцы и делал прививки, он продолжал работать, отвлекаясь от беспокойства мелкими заговорами.       В конце концов, Спок был не единственным членом команды, на которого капитан мог бы рассчитывать.       Скотти, с его вечным виски и пронырливостью мелкого мошенника, оказался бесценен при налаживании связей с теневой стороной жизни населенной вселенной. Его принимали за своего звёздные бродяги всех мастей и степени потрёпанности, откровенничая, будто с родным дядюшкой. Кто вообще может выглядеть менее подозрительно, чем Скотти?       И уж предоставьте Ухуре слышать то, что никак не может быть услышано.       Боунс даже почувствовал себя бесполезным. Глупым и слабым. Неспособным сделать ничего, для спасения друга. Всё, что требовалось от него, это объяснять исполняющему обязанности капитана, с какой это стати старшие члены экипажа зачастили в увольнительные сверх положенного. Для печени Скотти оказалась чрезвычайно полезна уникальная атмосфера Кардассии Прайм. Путешествие небезопасное, но куда не отправишься, чтобы оздоровить организм? И конечно, Ухуре срочно необходимо отправиться к дальней туманности для одинокой медитации в шаттле. В конце концов, не железные ведь у слабой девушки нервы! Дрогнул Спок всего один раз. Когда на голубом глазу Леонард с помощью сугубо медицинских терминов доказывал, что Сулу страдает от тяжёлой депрессии.       Сам Сулу взирал в этот момент со своего места с невозмутимостью самурая, и выглядел совершенно здоровым. По крайней мере, не грустнее обычного.       Спок вздёрнул тогда бровь, и уголок губ его дернулся, что по его шкале соответствовало почти истерике. Уж в этом-то Леонард научился уже разбираться.       Но в следующий миг Спок моргнул и кивнул. И подтвердил увольнительную. А у МакКоя слегка отлегло от сердца. Уж если их несанкционированное расследование прикрывает вулканец, оно обречено на успех.       Но чем дальше они заходили, чем глубже проникали, тем страшнее ему становилось.       Кто-то что-то видел, кто-то что-то сказал, и из аморфного облака недомолвок, случайно брошенных фраз и разрозненных фактов вдруг сложилась картина, совершенно невероятная, но вполне ожидаемая.       Вселенная – мрачное место. МакКой знал это сразу. Так или иначе они должны были столкнуться с чем-то подобным.       Вот только поверить в то, что их великолепный капитан стал жертвой работорговцев, никак не удавалось. Только не Кирк. Да какой из него вообще раб?! Его если только в цирке показывать!       И смешно было, и до ужаса страшно. Что сделают орионцы с непокорным пленником, не хотелось даже представлять.       Первым порывом было доложить всё командованию звёздного флота. Дело выходило нешуточным. Точно не по зубам кучке старших офицеров одного звездолёта. Пусть и самого лучшего. Вот только, что рассказать? Слухи и сплетни не приложишь к докладу. Пока всё проверят, пока найдут доказательства, где окажется Джеймс Кирк? Жив ли еще будет вообще? Второй не слишком разумной мыслью было действовать силой. Примчаться на корабле федерации, с фазерами и фотонными торпедами, ударить в лоб. Боунс готовил уже гипоспрей, усыпить принципиального Спока, захватить собственное судно, но и с этой идеей пришлось расстаться. Орионский сектор – не территория Федерации. Их уничтожили бы тихо и быстро, и были бы правы.        А время шло.        - А почему бы его просто не выкупить?       Вопрос задал Спок, бесшумно входя как-то в каюту, где собрались «заговорщики». Они вскинулись, а Ухура даже смутилась, но тут же независимо распрямила плечи, явно вспомнив, что не просто так от скуки стала скрывать что-то от любимого человека. Вулканца. От Спока. Впрочем, кажется, в их эмоции тот и не вникал. Просто прошёл внутрь и уселся в свободное кресло.        - Выкупить, сэр? – неуверенно пробормотал Скотти, оглядывая «подельников» в поисках поддержки.        - Разумеется, - Спок кивнул, будто говорил о какой-нибудь мелочи. – Это ведь раб. Рабы продаются. Надо только разузнать, где и когда. Как-то же продавцы должны оповещать потенциальных покупателей? Лейтенант, я думаю, у вас достаточно опыта и способностей, чтобы это выяснить.       Строго говоря, она уже это выяснила.       И теперешняя их меланхолия была связана именно с этим ее открытием.        - У нас есть одно приглашение, - тихо проговорила Ухура, сдаваясь. – На суверенной территории. Звёздный флот не доберётся туда, не развязав войну.        - Зато доктор МакКой доберётся, - парировал Спок. Леонард удивился. Он не понимал, откуда такое доверие, но спрашивать отчего-то не решился.       Возмутился неунывающий Скотти.        - Почему это доктор?! – вспыхнул он мгновенно и всплеснул руками.        - Это логичнее всего, - Спок чинно уложил ладони на подлокотники, глядя на собравшихся, будто на малых детей. – Вы, лейтенант-коммандер, при всём моём уважении, совершенно не выглядите как человек, располагающий достаточной суммой. Лейтенант Сулу слишком уж похож на офицера звёздного флота, чтобы его можно было принять за кого-то ещё. Ну а вулканца и вовсе невозможно заподозрить в преступных намерениях. К тому же, мы не умеем врать. Остаётся доктор МакКой. Достаточно зрелый и респектабельный, чтобы быть богатым, но не слишком уважающий правила. Его легко примут за своего.        - А я? – вкрадчиво спросила Ухура, любопытно сверкая глазами. С оценкой первого офицера она, казалось, была полностью согласна, но желала услышать, что именно он о ней скажет.       Но он промолчал. Только дёрнул снова уголком губ, не собираясь признаваться, что её он не отпустит по куда более личным соображениям.        - Всё это хорошо, - проговорил молчавший до этого Леонард, - но не на шаттле ведь федерации я туда полечу. И чем расплачусь за такую покупку?       Повисшее вслед за его словами молчание было недолгим.        - С кораблём я смогу вам помочь, - в кои-то веки серьёзно и задумчиво ответил ему Скотти, видимо перебирая в уме свои многочисленные знакомства. – Не слишком шикарно выйдет, но в общем сойдёт.        - А с латиной помогу я, - кивнул старший помощник, - у моей семьи остались некоторые накопления и вне Вулкана. На этом дело было решено.       Зал оказался достаточно просторным. Сидения зрителей были установлены полукругом, на достаточном расстоянии друг от друга и шли, "ступеньками", образуя амфитеатр. Пол импровизированной сцены был покрыт слабо поблёскивающей, тёмной материей, напоминавшей утоптанный песок. Когда все места были заняты, освещение начало убывать, так что освещенной осталась только сцена. Пока она была пуста – только чуть в стороне возвышалась "кафедра" аукциониста.       В воздухе витало предвкушение, с терпким, едва уловимым привкусом недозволенности. Адреналин... или что там у инопланетян? Особо изысканный наркотик, и любое приобретение пикантнее, когда приправлено щепоткой запрета.       Публика подобралась самая разношёрстая. Несколько орионцов, почти целый ряд был занят ференгами. Эти явно чувствовали себя здесь на работе. Должно быть, перекупщики. Уж эти знают, специфику рынка, и какой "товар" лучше пойдёт в каком секторе. А может являются агентами специализирующихся на "экзотике" публичных домов. Точно, не поймёшь, да это и не важно. Как бы ни было жалко остальных рабов, которых продадут сегодня, спасти он может только одного.       И если их присутствие было здесь логичным и ожидаемым, то остальные выглядели здесь неуместно. Зачем подобные покупки Бриннам? Они же не могут даже скафандр снять в подходящих для других видов условиях? Хотя, про них мало известно...       Или например клингонцы... не слишком ли много стараний, ради одноразовой игрушки? Или тоже хотят выкупить своих? Хотя кому придёт в голову захватывать в плен, а уж тем более делать раба из клингонца? Разве что... А что, эти вполне могут выложить кругленькую сумму за удовольствие преподнести вражеской семье одного из их представителей, купленного в качестве раба. На вид, они конечно, дикари дикарями, но возможно общение с другими расами привило им искусство изысканной мести.       Ромуланцы... впрочем, МакКой уже устал удивляться. Кстати, публику составляли представители обоих полов. Среди тех же клингонцев было несколько женщин. Наконец свет в зале погас окончательно, и сцена ярко осветилась. Дальше глазеть по сторонам было попросту неприлично, и МакКой заставил себя сосредоточиться на пустующем пока помосте.       Аукционист, ференг... кто бы сомневался, занял место за "кафедрой".        - Приветствую вас, дамы и господа. Сегодня как и всегда, наш дом счастлив предложить вам лучшие товары, с разных концов галактики. Все сегодняшние лоты прошли обучение в лучших домах, и способны удовлетворить самые взыскательные вкусы. В зале воцарилась выжидательная тишина.        - Первый лот. Три рабыни, орионки, близняшки. Большая редкость, для этой расы.       На помост стайкой выпорхнули три полуобнажённые, зеленокожие девицы. Все трое не казались особо смущенными или взволнованными. И движения их были вполне естественны.       Это вселяло надежду. Впрочем, для орионцев продажа женщин – в порядке вещей, вряд ли эти рассчитывали на другое, тем более, будучи "редкостью". По команде аукциониста они скинули оставшуюся одежду.       - Начальная цена – пятьдесят слитков. Я вижу шестьдесят?       Первый лот вызвал не слишком большой ажиотаж и цена оказалась не высокой – чуть больше сотни. Видимо, не смотря на "редкость" орионки давно не считались необычными, а здесь собрались любители экзотики.        Зато за следующий экспонат – хрупкую, девушку подростка, неизвестной расы – с бледно сиреневой кожей и серебряными косичками завязалась настоящая битва, причём – среди ферренгов. Должно быть, они узнали в этой рабыне представительницу какого то-дома. Так наверное радуются, углядев на блошином рынке, среди старья, настоящую древнюю реликвию.       Так или иначе, девушку продали почти за пятьсот слитков. Потом было ещё несколько лотов – самых разных рас, возрастов и полов. Почти все всходившие на помост выглядели странновато – движения их были плавными, но выражения лиц слегка отрешенными. Скорее всего их чем-то накачали – как раз достаточно чтобы с идеальной послушностью выполнять приказы аукциониста, но в то же время не пугаться яркого света и публики.        - Следующий лот. Человек. Пол мужской. Рост выше среднего по человеческим меркам. Волосы светлые, глаза голубые.        Боунс напрягся. Конечно же, он был готов к тому, что увидит. Он так долго ждал, и так искал Кирка, да и сейчас хорошо понимал, куда и зачем пришёл. Но представить капитана здесь, продающегося, словно породистый пудель, не выходило. Просто не хватало воображения.        МакКой чуть подался назад, насколько позволяло сидение, и едва сдержался, чтобы не вытереть взмокшие ладони о брюки. Как-то иначе он представлял себе «работу под прикрытием», а сейчас не к месту вспомнил, что и прикрытия-то никакого по сути нет. И он, Леонард МакКой, прямо сейчас собирается купить своего доброго друга Джеймса Тиберия Кирка. И эта мысль в голове не помещалась, заставляла нервно ухмыляться. Конечно, формально, покупателем был не он, а Спок, или даже Сарек, деньги-то были его, только вот и посол и старший помощник капитана были сейчас далеко, в отличие от МакКоя.       Он выдохнул, успокаиваясь, и обратил все внимание на очередной лот. И даже не сразу узнал в вышедшем на сцену мужчине объект, за которым он сюда явился. Джеймс выглядел равнодушным, и чуть отрешённым, так что можно было подумать, что он просто играет роль. Но что-то в его поведении, в движениях подсказывало – это не так. Слишком послушно он подошёл, повинуясь движению аукциониста.        Конечно, как врачу, МакКою уже приходилось видеть его без формы – но тем не менее сейчас зрелище его шокировало. Нет, выглядел Джеймс нормально, более того, исчезли некоторые старые шрамы. Он слишком гармонично смотрелся в серо голубой набедренной повязке. И вместе с неуловимо изменившейся осанкой, создавалось впечатление, что она подходит ему куда больше офицерской формы. Логично, если уж собираешься выгодно продать что-то, надо привести его в максимально товарный вид. Но... даже эта красота казалась противоестественной.        - Начальная цена – сорок слитков.        МакКой замер, сосредотачиваясь. Стараясь не торопиться. Пусть другие сперва закончат торговаться. Взвинчивать цену было совсем ни к чему. Не то чтобы он думал, что денег ему не хватит. Просто не привык к подобным мероприятиям, и теперь нервничал, внимательно присматриваясь к другим покупателям, гадая, насколько они хотят заполучить Кирка себе. Сам бы он скорее позарился бы на близняшек.        Он моргнул, отгоняя неуместные фантазии.        Торги показались ему не самыми оживлёнными, и даже обидно на миг стало. Целый капитан звёздного флота! Могли бы и расщедриться! А впрочем, ему это было только на руку. Дождавшись продолжительной паузы, он вскинул руку, наконец включаясь в них.        - Я вижу семьдесят – кивнул аукционист, тоже похоже не впечатлённый предлагаемыми ценами. Он щелкнул пальцами.        - Сбрось повязку, – Джеймс легко отстегнул ткань и она соскользнула на сцену. - Теперь покрутись.        Кирк с какой-то, совершенно не подходящей этому человеку грацией развернулся на триста шестьдесят градусов и снова замер в ожидании.        - Восемьдесят! – донесся откуда то сбоку женский голос.        - Теперь на колени, – приказал аукционист. МакКой заметил, что Кирк как-то странно вздрогнул, но тут же подчинился. На некоторое время воцарилась тишина. Джеймс так и замер, опустив голову. Аукционер уже поднял молоточек для объявления победителя, как вдруг раздался мужской голос, кажется принадлежащий кому-то из орионцев.        - Девяносто!        МакКой мысленно чертыхнулся, снова повысив цену. Что такое вообще делает Кирк?! Он что, всерьёз вознамерился найти себе покровителя побогаче и бросить всё? Или просто не понимает, как сейчас выглядит?        Что такое вообще нужно проделать с этим неукротимым гордецом, чтобы привить такую покорность? Боунс сжал зубы, стараясь не представлять. И без того ясно, что хорошего мало. Но нужно было доиграть роль до конца, не дать насторожиться местной службе безопасности. А с неадекватным Кирком можно было разобраться и позже. Когда все формальности с доставкой суммы были произведены, МакКоя провели в небольшое помещение за аукционным залом.        Сидящий за столом ференг поднялся ему навстречу.        - Поздравляю с удачным приобретением. Могу вас заверить, что вы ещё не раз захотите нас посетить, - он максимально дружелюбно улыбнулся.        - Там посмотрим, - неопределённо отозвался МакКой, поддерживая образ скучающего богатея, - я еще одного-то толком не рассмотрел. Так где моя собственность?       Он чуть расслабился, понимая, что осталось совсем немного. Скоро ему отдадут Кирка и можно будет возвращаться на корабль. А уж там они со всем разберутся. Теперь у него есть не только доказательства, но и свидетель преступления. А значит, местным подонкам недолго осталось радоваться жизни.        Говорят, адмирал Арчер лично возглавлял провалившиеся поиски шаттла. А уж он-то умеет действовать жёстко.        По крайней мере, МакКой на это надеялся.        - Сейчас, - кивнул ференги. - Но сначала, мне нужно объяснить вам некоторые тонкости. Понимаю, это скучно, но мы слишком заботимся о покупателях, чтобы пренебрегать безопасностью. - он придвинул МакКою небольшой ящик, и жестом предложил открыть его. - Хоть подготовка наших лотов и безупречна, и занимаются ею только лучшие профессионалы, мы предпочитаем подстраховаться.        МакКой насторожился. Если ему сейчас собирались сообщить что-то о Кирке и его теперешнем состоянии, стоило запомнить всё как можно подробнее. Не опасайся он вызвать подозрения, он бы даже записи взялся делать. Слишком уж странно тот выглядел на аукционе.        - Вот как? – продемонстрировал он лёгкую заинтересованность. – И что там? Его нужно кормить трижды в день, избегая тяжёлых углеводов?        - Нет-нет, вы очень благоразумно поступили, выбрав раба вашего вида, - ференги примиряющие поднял руки. - Это, - он кивнул на коробочку, - браслет с пультом управления. Когда действие стабилизирующего препарата пройдёт, чип вживлённый в вашего нового раба самонастроится с вашим браслетом. Поэтому крайне важно, чтобы хозяин был рядом, когда действие закончится. К тому же, этот прибор используется для наказаний, прямого воздействия, отслеживания в случае случайного побега...        - И когда оно закончится? – ему очень хотелось спросить, что за препарат такой, но он не решился. – У него ломки-то не будет? Не хватало ещё, чтобы он помер у меня на руках! Он недовольно нахмурился, рассматривая браслет и гадая, что же там за чип такой. Для наказаний? Стало здорово не по себе.        - Через три часа. Но если желаете - мы можем дать дозу больше, чтобы хватило для доставки. Нет, что вы! Никакой ломки - препарат абсолютно безвредный и сразу после синхронизации - объект будет полностью готов к использованию.       - Ещё кое что, - Фегенги постучал когтем по браслету. - Сразу после синхронизации браслет запросит кодовое слово. Постарайтесь выбрать что-нибудь редко потребляемое. Это - страховка на крайний случай. Вызывает мгновенную смерть. Пока эта функция не будет установлена, браслет работать не начнёт.        - Не желаю, - тут же отмахнулся Леонард от такой перспективы. И так не ясно, что они сотворили с разумом капитана. – И на какой-такой случай? Разве вы мне только что не заявили, что все ваши «выпускники» подготовлены безупречно? А тут побеги, крайние случаи? Он болтал все, что приходило в голову, надеясь, что ему скажут еще хоть что-то полезное. Что-то, что позволит понять, как от всего этого избавиться.        - Я понимаю ваше нежелание. - ференг примирительно улыбнулся. - но это одно из немногих наших правил. Вы же серьезный человек и понимаете, что нельзя предугадать всего. Мы хотим быть уверены. Существуют неучтенные факторы. Триггеры, - он многозначительно посмотрел на МакКоя, - будет достаточно силён, даже лучшая подготовка может дать сбой. И на этот случай - мы должны позаботиться о безопасности наших клиентов. Разумеется, в таком случае вы в праве рассчитывать на компенсацию. Что же касается побега... Считайте, что речь о похищении. Ведь наши объекты пользуются спросом.        - Какие ещё триггеры?! – МакКой фыркнул, окончательно вживаясь в образ садиста-идиота. – Его нельзя мочить и кормить после захода солнца? И уж что-то, а похитить его я точно никому не позволю! Ещё чего не хватало. Он прикрыл на миг глаза, отчетливо представив, как запрёт Кирка в лазарете. К кровати привяжет и выставит вокруг силовое поле. Хватит уже. Набегался!        - Увы, это необходимая процедура.Считайте это элементарной техникой безопасности, - судя по всему даже вежливость ференгов имела свои пределы. - Разумеется, вы не обязаны использовать эти функции.        Тем временем дверь открылась, и в помещение зашёл один из служащих, ведя за руку Кирка. Сейчас капитан был одет в вполне стандартные штаны и рубашку, судя по всему, чтобы не привлекать внимание. Выглядел он всё так же безучастно.        - Красавец, - протянул МакКой, рассматривая свою покупку. В горле отчего-то пересохло. – Повезло мне, а?        Он попытался поймать взгляд Джима, чтобы дать понять, что всё хорошо, и скоро все ужасы закончатся, но ему это не удалось. Кирк на него так и не посмотрел.