Ошибочка вышла...

      — Как насчет проводить девушку до замка? — убедившись, что никакой инициативы от этих чугунноголовых секьюрити точно не дождешься, непринужденно поинтересовалась Славка, стараясь хотя бы пальцами немного пригладить царящий на голове хаос.       — Мы стражи, — строго изрек левый стражник. — И мы охраняем эти двери.       — Фэйс-контроль, что ли? — наморщила лоб Славка и подумала, что надо было хоть влажные салфетки в сумке откопать и ликвидировать руины вчерашнего макияжа. А она еще и босиком. Точно не пропустят.       — Чего? — глаза правого стража съехались к переносице. Они что тут, в этом Лабиринте, других вопросов не знают? Уже порядком поднадоело это бесконечное «чегоканье».       — Проехали, — вздохнула Славка. — Так что там с дорогой к замку?       — Одна из дверей ведет именно к нему, — сообщил правый стражник. — А вторая к верной гибели.       — Опять к верной гибели! Эй, Яр, пойдем отсюда, а? — заскулил гоблин.       — Так это ж только одна к верной гибели, — довольно беспечно заметила Славка, начинавшая уже привыкать к обыкновению туземцев на каждом углу сулить погибель. — Ребят, я была бы вам весьма признательна, ткни вы своими жестяными пальцами в нужную дверку, мы бы быстренько проскочили туда и не отвлекали вас больше от ратной службы.       — Э-э, так не по правилам, — напрягся левый охранник. — Ты должна спросить об этом одного из нас. И еще имей в виду, что один всегда говорит правду, а второй лжет.       — Всегда-всегда? — уточнила Славка. Стражи в железных подштанниках так энергично закивали, что их доспехи заскрипели и застонали на разные лады, точно шотландские волынки.       — Значит, кто-то из вас мне соврал, — торжествующе заявила она. — Либо тот, кто сказал, что вы ничего не подсказываете, либо тот, что уверял, будто вы не принимаете… ммм… маленьких вознаграждений.       Стражники замялись. Правый довольно отчетливо пробормотал что-то нелестное о треклятых перевертышах, взявших отгул именно в тот день, когда подвернулась работенка — мол, вести предварительные переговоры как раз их дело.       — Спрашивай уже! — не выдержал левый страж. — Но задать ты можешь лишь один вопрос и только одному из нас.       — Вот именно, — подхватил его напарник, — спрашивай — и выбирай уже дверь! Что нам тут, вечно стоять?       — Это зависит уже не от меня, а от вашего графика работы и местного трудового законодательства, — возразила Ярослава, судорожно соображая, какой вопрос следует задать. Кажется, это нечто вроде логической загадки. Только как назло никаких озарений ее голову не посещает.       — Он всегда лжет, — доверительным тоном прошептал ей левый стражник, кивая на коллегу.       — Не верьте вы ему, — вздохнул правый. — Сплошная клевета.       Славкина рука дернулась было к телефону с верным гуглом и в бессилии опустилась. Интернет покинул ее, и это было куда большим стрессом и шоком, нежели какие-то туннели, гоблины и бредящие погибелью параноидальные каменные морды. Интернет дал бы ей ответ на любую каверзную загадку, посрамив даже коварного сфинкса, но всемирная сеть, увы, не осенила своей вай-файной благодатью эти гоблинские угодья. Славка загрустила. Ей даже стало жаль местное величество — какая ж тоска, должно быть, коротать вечность в компании гоблинов, чей IQ стремится к отрицательным величинам, и даже не иметь возможности на форумах это обсудить или в инстаграмм фотки рогатых недоумков выложить.       Но сейчас ей как-то нужно было решить задачку без чудодейственных гугла и яндекса. Славка погрузилась в мучительные раздумья, нервно вышагивая туда и обратно по узкому коридору. Кто врет, а кто говорит правду, она не знает, и при этом должна с помощью одного-единственного вопроса как-то выяснить, куда какая дверь ведет… А это означает… а черт его разберет, что это означает!       Джарет с кривой усмешкой наблюдал за ее метаниями.       — Кажется, у нас небольшие затруднения? — с обманчивой мягкостью пробормотал он, откидываясь на спинку трона. Сара разрешила эту загадку, а ей на тот момент сравнялось всего-то пятнадцать лет. Но это была Сара. Никто, кроме нее, не смог пройти Лабиринт в срок. Да и не в срок, пожалуй, тоже. Сара… Король гоблинов стиснул хрустальный шар в ладонях так, что изображение в его глубине на миг исказилось, точно в кривом зеркале, и пошло мелкой рябью. Сколько лет минуло с тех пор, как Сара оставила его? Он готов был бросить ей под ноги все чудеса своего мира, но она отвергла его дар. На первых порах Джарет наблюдал за нею. Ждал. Надеялся. А потом надежда сменилась гневом, и шар был разбит на мириады осколков, а горько-сладкие воспоминания вытеснены на задворки мятежной королевской души.       Но заставить себя забыть о ней навсегда Джарет не мог. И вот в качестве насмешки в Лабиринте оказывается это чучело лохматое, по милости которого тронный зал перегородил раздрызганный в хлам старый автобус, а его подданные, того и гляди, переквалифицируются с похищений младенцев на кражу б/ушных башмаков! Нет, эта… Слава не нужна была Джарету в Лабиринте, да еще и на ПМЖ на веки вечные, однако легкое злорадство при виде ее неудач в некоторой степени компенсировало его разочарование. Хотя нет, кому он врет. Ничего оно не компенсировало. Но в последние годы (а может, и десятилетия, кто знает, летоисчисление в Лабиринте отличалось от надземного в любую сторону, в зависимости от настроения его владыки и прочих необъективных факторов) тоска была такая, что и столь скромное развлечение можно было считать за удачу.       — Та-ак… — Славка в очередной раз наткнулась на уныло подпирающего стенку Дундука и намертво зацепилась карманом джинсов за его рог, но едва ли заметила это. — Если я не могу узнать, кто говорит правду, а кто лжет, то надо найти такой вопрос, который будет затрагивать их обоих… и обе двери, вероятно, тоже должны быть задействованы…       Она сделала пару шагов, которые почему-то дались с трудом. Опустив глаза, Славка наконец увидела, что за ней мегабрелком волочится ее непутевый спутник. Отцепив его, она продолжала бормотать:       — Так, как же это сформулировать-то… Если спросить того, кто всегда врет, какая дверь ведет к замку, то… он соврет опять же, а я этого не узнаю… а каким местом к этому будет относиться второй?       — Чего?       — Поторопись, время не резиновое, — напомнил о себе правый стражник, окончательно сбивая ее с мысли.       Славка развела руками и просительно улыбнулась, старательно имитируя выражение глаз кота из мультфильма про Шрека:       — Ребят, ну может, обойдемся без загадок? Спешу, честно.       — Конечно! — жизнерадостно сказал левый стражник. — Иди в мою дверь и не мучайся!       — А она ведет к замку? — Ярослава с сомнением уставилась в его косоватые, не внушающие никакой веры, глазенки, почти скрытые ведерным шлемом.       — Конечно! — горячо воскликнул левый охранник. — Я никогда не лгу!       — Вот ведь лживая жестянка, — гулко вздохнул справа его коллега. — Не верь ему. Заманивает к погибели.       Славка, прищурившись, оценила и его плутоватый взгляд. Что есть то есть — ни один из них не выглядел гарантом кристальной честности. И голова решительно отказывалась варить.       — А-а, где наша не пропадала! — отчаявшись, махнула рукой на неподатливую логику Ярослава и скороговоркой пробормотала считалку, которой ее научил Лешка:       — У сантехника Ивана       Пять любовниц, три дивана.       Раз-два-три-четыре-пять,       Кто с кем ночью будет спать?       На последнем слове палец ее ткнул в дверь за спиной правого стражника.       — Эту! — решительно объявила Славка.       — Ты уверена? — забеспокоился левый. — Может, все-таки меня послушаешь?       — Открывай! — твердо сказала она, и правый охранник услужливо распахнул перед ней тяжелую дверь.       — Э-эй, подожди меня! — заторопился Дундук. Шаг за порог — и дверь захлопнулась и, как ни в чем не бывало, растаяла в пространстве. Перед ними простиралась полная цветов поляна, вдали виднелись деревья, а над головами щебетали птицы.       — Кажется, повезло, — обрадованно заметила Славка, — после этих чертовых туннелей приятно наконец глотнуть свежего воздуха!       — Не бывает у нас ничего приятного просто так, — пробурчал гоблин.       — А ты пессимист, — констатировала она. — Пошли уже…       Но проклятая загадка никак не хотела отвязываться от нее, и, шагая по извилистой тропинке, Славка шептала себе под нос:       — Должен быть вопрос, который можно задать любому из них и получить правильный ответ… а если я знаю, что один в любом случае солжет, то просто приму во внимание, что ответ «нет» равносилен «да», только…       Ярослава резко остановилась.       — Точно! — она с досадой хлопнула себя по лбу. — Ну конечно! Надо было спросить у одного из них, что ответит второй, если я спрошу, ведет ли его дверь к замку! И тогда, если он отвечает «да», это может быть ложь. А значит, второй ответил бы «нет», и эта дверь мне не подойдет. А если бы он ответил «да» и сказал правду, то соврал бы другой. И то же самое с ответом «нет». Черт-черт-черт! Ну почему я не подумала еще чуток?       Но это была извечная Славкина проблема: ответ на экзаменационный билет она неизменно дословно вспоминала, уже выйдя за дверь аудитории, меткие и язвительные реплики на выпады всяких троллей вроде того же Лешки рождались задним числом, а подходящие к случаю анекдоты приходили на ум, когда разговор уже давно переключился на серьезные и не располагающие к юмору темы.       — Э-э… что-то мне не нравится это твое «черт-черт-черт»! — насторожился Дундук. — Это значит, ты выбрала неправильный путь?       — Не знаю, — честно призналась Славка. — Может, и правильный, только мы этого не узнаем, пока…       — Пока не придет погибель! — взвизгнул гоблин, и она подивилась столь резкому скачку скорости работы его гоблинского процессора. Может, тут испарения какие, благотворно влияющие на его скудные запасы серого вещества? Кстати, об испарениях… Не слишком ли сильно благоухают маки на полянке? Может, каким-нибудь торчкам это бы даже понравилось, а вот ее как-то напрягает. Да и Дундук вдруг начал зевать с риском вывихнуть челюсть…