Слишком высоко

      Вот и дни, что были наполнены множеством действий и чувств, подошли к концу. Ао треплет перед уходом светлую макушку своей большой рукой. Пытается ее убрать, а после уйти прочь, как маленькие белые, словно он и не пробыл в этом месте десять лет, ручонки, которые кажутся совершенно неизменными, они казались руками шестилетнего ребенка, что пришел сюда десять лет назад. Но. Сейчас это руки восьмилетнего мальчика, кожа которого не подчиняется загару от солнца. Но вскоре и это время прошло. Каге сел в карету. Ао помахал на прощание и ушел внутрь храма. Вскоре и Каге с новым опекуном тронулись с места. Начался новый полет до западных стран, ибо на этот раз Каге отправляется к Мурасаки. Только зайдя вовнутрь экипажа, у Каге резко сменилось лицо. Ну, у кого не сопрет дыхание от такой картины? Развалился на пол помещения высокий, длинноволосый мужчина, который явно скучал и чтоб эту скуку прекратить он решил покушать, а также он был одет очень красиво и официально, по-западному. И так вот продолжая рассматривать опекуна, мысли Каге все сливались в одно: «ВЫСОЧЕНЫЙ!!!» Слегка раздраженным голосом Мурасаки сказал: - Перестань на меня пялиться. Меня зовут Мурасаки. С сегодняшнего дня ты живешь у меня, - перекладывает подушки, достает и протягивает что-то завернутое в бумагу, - Это новая одежда, переодевайся, давай, - совсем не зло произнес он. Не прозвучало это и как приказ, просто просьба? - Хорошо, спасибо, - тихонечко ответил Каге и стал переодеваться. Переодевшись, он попытался завязать разговор, ну или хотя бы начать его, но не тут-то было. От тряски Западный божок уснул. Ну и атмосфера вечера тоже положительно влияла на сон. В итоге и Каге уснул, а после проснулся в новой комнате. Обстановка была похожей что и в доме Кииро, ну это не удивительно, ведь оба Западные боги.       Встав с кровати и одевшись, он стал бродить по храму. Парочку раз наткнулся на слуг, на тупики, закрытые двери. И вот перед ним предстала высокая и мощная дверь, украшенная резными орнаментами, позолотой и мелкими металлическими деталями. Аккуратно толкнув ее, образовался проем, через который Каге мог пройти. В новом помещении было чисто и светло. Большая кровать со шторками вокруг, молочный шкаф, рабочий письменный стол из темного дерева, диванчики и стулья. Несколько бумажек на полу лежали возле стола и кресел. Шторки кровати изредка двигались, а с ее стороны раздавался мирный и ровный сап. На носочках проник Каге глубже, ближе к Мурасаки. Приблизился на столько, что уже давным-давно сидел на его кровати. Удовлетворив свое любопытство, Каге хотел уйти, но тут его приняли за подушку и обняли. Это действие чем-то было похоже на ощущения от первого опекуна, Мидо. Но все же Мурасаки оказался сильнее и тяжелей. Пришлось слугам, следившим за ребенком все это время, спасать его. Эта работа не заняла много времени, просто окати водой бога и дело готово. Правда и парнишка пострадал, но все ж свобода требует жертв. *** POV-Каге. Может вначале мне он показался немного страшным и злым, но все оказалось наоборот. Мурасаки довольно милый со мной, особенно в свободное время. Мы играем вместе, гуляем, занимаемся, а когда он занят, я сижу либо в зале, либо в комнате и читаю. Был случай, когда он брал, не задумываясь меня на руки, а после сажал на плечи. В те моменты я чувствовал себя очень счастливым и высоким. Я также встретил его друзей, они все были высокими и постоянно путали мои волосы… Конец POV-Каге.       И правда, в какой-то из дней, в какой-то из годов, эти двое решили пройтись по миру людей, а все по инициативе слуг: «Идите гулять! Из вас уже грибы расти начали», - какие они заботливые. Гуляют они по миру людей, заходят в магазинчики, проходят мимо парка и встречают там этих вот друзей-гигантов. Мурасаки вкратце рассказал про Каге, а тот улыбался. Со слов: «Ути, какой маленький. Ты где такого нашел?», - они решили, что будут трепать его по голове каждый раз, как увидят, а приходить в гости они начали каждый день, пока Мурасаки не бомбануло.       А как-то раз один слуга рассказывал историю Каге, после которой комната парня пустовала по ночам. Он перебирался к Мурасаки, а тот мысленно боготворил того слугу. ***       Однажды раз Каге потерялся в храме, а точнее его потеряли. А все почему? Да потому что Мурасаки недалекий победитель. Все случилось из-за обеда, на котором подали десерт. Мурасаки сразу же его съел, а Каге пока еще даже не притронулся из-за оставшегося салата… Без какой-либо задней мысли, Мурасаки, увлекшись поеданием, взял порцию сладкого Каге. На протяжные «А-а-ааа-а» не обратили внимания. Остался последний кусочек десерта, Каге прожигал взглядом руки и рот Мурасаки, последний же жуя этот кусочек, наконец, почувствовал себя неуютно. Опустил взгляд на Каге, который сидел в полуобороте на стуле и что-то бубнил надув щеки. - Ка-а-аге-е-е, ты, что не кушаешь? Животик болит? Скушай десер…тик. Ты уже его съел? - Не ел я его! Это ты мой десерт скушал! Даже глазом не повел, - пока Каге говорил это, на глаза наворачивались слезки. Интересно почему? Вроде такая глупая причина, но, как говориться: « С кем поведешься от того и наберешься». А когда ты ребенок и находишься под опекой большого дитятко, то волей неволей обретешь его некоторые черты и качества. В итоге у Каге появилась такая вот черта, как небольшая обидчивость по пустякам. Ну, Мурасаки не очень любил смотреть на слезы, поэтому, пока Каге был в собственном мирке, бог подошел к нему, наклонился и поцеловал в щеку со словами: - Каге прости, я не знал. Тебе сейчас принесут новый, - он гладит мальчика по голове, хочет опять поцеловать, но его руку отбрасывают и мальчик убегает, прочь хлопая на прощанье дверью. *** - Боже, боже. Мы никак не можем его найти. - Что с нами сделает господин, когда узнает? - А-а-а!! Пора искать, искать!! – вот такие диалоги были присуще всем слугам храма двух материков.       Уже больше половины дня шли поиски пропавшего в храме мальчика-божества. Все были на нервах под гнетом разозленного Западного бога. Они перевернули весь храм вверх дном, но слугам найти Каге не удалось. Все продолжалось до позднего вечера, пока Мурасаки не зашел в свою комнату для того чтоб обдумать все возможные места пребывания Каге. Он сел на кровать в попытках успокоиться. С криками он свалился на кровать и стал задавать вопросы в пустоту. Пока не замолчал и не услышал где-то рядом «У-у-ур». Вскочил и стал прислушиваться. Побежал к шкафу и распотрошил его. Потом залез под стол, на шкаф, на гигантскую люстру, а после под кровать. Но нигде его не было. Тогда он вновь прислушался. Раздалось справа. Там где лежали подушки. Мурасаки с улыбкой то ли психа, то ли с заботой, но они у него очень похожи, так что понять, что она означает, увы, следящим слугам не удалось. Аккуратно разбирая подушки, он наткнулся на издающий урчащие звуки клубочек. Приказав приготовить чего-нибудь съестного слугам, он стал потихонечку будить мальчика. Каге проснулся и первое что он услышал, были жалобы и мини истерики Западного бога. После пол часового промывания мозгов и нервов были произнесены такие вот слова: - Ты хоть представляешь как я перенервнячал? Ну-ка, взял и поцеловал меня! – состроив вопросительный взгляд, Каге переспросил. - А? - Просто подойти и поцелуй меня. Давай, давай, - слегка смущенный такой просьбой Каге, который уже знал про поцелуи и тому подобное, подошел к богу. Сидящий на краю кровати Мурасаки наклонился для большего удобства Каге. Мальчик быстро и неуклюже прикоснулся губами к щеке бога и тут же отстранился весь красненький. Открыв глаза после поцелуя, Каге увидел цветущего и очень счастливого Западного бога. Такой эффект длился еще несколько дней. Продолжение следует…