Слёзы Лимба: Книга первая

Октябрь, 1927 год

Мягкий, серебристый дождь ласкал могильные плиты, смывал слой пыли и грязи, обнажая потертый мрамор, который зарос густым слоем плюща и пожухлой травы. Почва казалась бесплодной, лишенной жизни, всюду были разбросаны пожелтевшие сорняки и погибшие цветы. Католическое кладбище было полностью заброшено. Здесь воцарилась тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра и шуршанием травы. Высокий кирпичный забор, покрытый трещинами, отделял это место от остального мира. Татьяна медленно шла вперед, обхватив плечи от холода. Могилы были старыми, без маркировки, словно их обитатели пожелали остаться забытыми. Девушка осторожно касалась надгробий, словно общаясь с усопшими. Эти неизвестные личности в один миг стали ей самыми близкими и дорогими на Земле, даже без слов сумели разделить ее щемящую душевную боль. Она будто слилась в единое целое с этим местом, стала таким же блуждающим призраком, как и те, кто спал вечным сном под землей. Ей казалось, что именно сейчас она обрела покой, который так долго искала…

***

Узкая улица была засыпана маленькими заброшенными домами в викторианском стиле. Их миниатюрность придавала им вид кукольных домиков. Небо стало таким темным, будто его измазали сажей сажей. Тучи летели низко, касались крыш и верхушек деревьев, постепенно приобретая форму густого тумана. Воздух был переполнен влагой, стало тяжело дышать. Одежда взмокла и липла к коже. Ричард крепко сжимал пистолет. Где-то вдали были слышны стоны Татьяны, стук лопаты. Он был настолько слаб, что даже не сумел помочь донести девушке тело до кладбища, где та собиралась похоронить полицейского. Татьяна оттащила того за ноги, ее лицо было напряжено, опечалено, но она прекрасно знала, что делала, и ни капли не сомневалась в себе. Он остался сидеть на скамейке, смотрел, как дождь смывал кровь с вымощенной дороги и уносил в водосток. Звук выстрела все еще звучал в его голове, заставляя его вздрагивать каждый раз, словно он бесконтрольно нажимал на курок вновь и вновь. Туман становился все плотнее, и вскоре он разросся так сильно, что юноша стал видеть лишь землю под ногами. — Кристофер! — раздался голос, но Ричард не мог определить, откуда он исходил. — Глупый ребенок! Ричард остановился посреди пустоты и огляделся, надеясь увидеть в густом тумане чей-то силуэт, но чужой голос казался бестелесным, витающим где-то в воздухе, словно далекое эхо. Вскоре из тумана вышла высокая мужская фигура, на нем было длинное черное пальто, развивающееся на ветру. Его кожа была полностью покрыта ожогами, настолько большими и уродливыми, что Ричард едва мог смотреть на них, сдерживая отвращение. — Ты думаешь, что сможешь остановить все это? — незнакомец встал в паре метрах от Ричарда и злобно посмотрел на него, как на провинившегося. — Ты никогда не мог держать ситуацию под контролем. Ты слишком наивен! Слишком высокого мнения о себе. — Кто ты такой? — юноша с дрожью спрятал пистолет за спиной, но не выпускал его из рук, держа оружие наготове. — Не притворяйся, будто не знаешь, кто я. Ты пережил слишком много, чтобы все забыть. — Я не знаю, о чем ты говоришь. — Лжешь. — Я… — Где Татьяна? Неужели ты позволишь ей совершить глупость? — Я не понимаю… Кто ты?! Что ты хочешь от меня?! — Ричард не заметил, как его руки почти самостоятельно направили пистолет на изуродованного ожогами незнакомца. — Ты такой же, как твой брат. Он причинил столько боли тем, кто любил его. — Ты ничего не знаешь о моем брате! — Ричард сжимал пистолет все сильнее. Слезы медленно стекали по его щекам. — Рано или поздно ты положишь конец этому безумию. И Татьяна окажется рядом. Только вы сможете отыскать выход из этого места. И закрыть дверь на ключ. Как только незнакомец это произнес, позади него возникли черные человеческие силуэты, пряча свои лица в тумане. Они окружили Ричарда, держась за руки. Их было так много, что казалось, будто здесь собрался весь мир. — Кто они? — дрожащим голосом прошептал Ричард, медленно опуская пистолет и с ужасом глядя на безликих людей. Но ответа не последовало. Незнакомец растворился в пустоте, не оставив после себя ни единого следа, словно его никогда и не было здесь. Внезапно тишину этой улицы пронзил истерический смех. Он буквально разорвал воздух, и исходил от каждого безликого человека. Ричи закрыл уши и с криком упал на колени, не в силах продолжать слушать этот смех. — Нет! — вопил он. — Прекратите! Замолчите сейчас же! Умоляю вас!

***

Где-то вдали раздался громкий и протяжный крик лошади. Эхо этого крика, пронизанное страхом и призывом о помощи, преследовало Татьяну, пока не растворилось в воздухе вместе с ветром. Дождь, к счастью, стих, но воздух оставался тяжелым и влажным, мелкие капельки влаги витали в воздухе, как надоедливые насекомые. Татьяна покинула территорию кладбища и стала продвигаться вверх по холму, вглядываясь вдаль, пытаясь сквозь туман разглядеть очертания местности. Ее мир буквально растворился среди этого брошенного людьми места, рухнул, и она больше не знала, куда идти дальше. Где тот, кого она безумно любила, кем болела и ради кого жила? Она надеялась найти его в таком же беспросветном тумане, как этот. Вот только шансы таяли с каждым днем. — Эрван! — девушка совершенно потеряла саму себя и начала кричать, срывая свой охрипший от холодной погоды голос. — Эрван! В качестве ответа стал повторившийся крик лошади, который на этот раз был где-то совсем рядом. Девушка тяжело задышала и закрыла лицо руками. Слезы так и просились наружу, но что-то сдерживало эмоции. Сердце бешено колотилось, кровь пульсировала в висках. Татьяна подняла глаза и увидела перед собой массивные чугунные ворота. Снова раздался крик лошади, в этот раз животное было совсем близко к девушке. Но лошадь вновь замолчала, и не было слышно даже звука ее копыт. Устало сжав прутья ворот и прижав к ним лицо, девушка глубоко вдохнула влажный осенний воздух. Девушка направила взор к небу и закрыла глаза. — Я так устала… Так устала… — прошептала она. Неожиданно что-то горячее и мокрое прикоснулось к ее щеке. Девушка вздрогнула и повернула голову, увидев перед собой испуганную лошадиную морду. Лошадь была полностью белой, напоминая мифического единорога, и с виноватым выражением лица смотрела на Татьяну, тяжело дыша и изредка фыркая. Лошадь отступила на пару шагов назад и поскребла копытом по земле, будто пытаясь что-то сказать. — Как ты здесь оказался? — удивленно посмотрела на животное девушка и осторожно погладила его по голове. Она заметила, что у лошади на передней левой ноге имелась серьезная рана. Девушка пригляделась к ней и увидела на коже следы зубов. Рана свежая. На лошадь напали совершенно недавно. — Кто это сделал с тобой? Странно… Следы зубов похожи на человеческие… Это был самец. Он был изнурен и испытывал сильную жажду. Большими глазами он вглядывался в лицо девушки. Татьяне казалось, что в этом взгляде было что-то осмысленное, будто внутри этого животного сидела человеческая душа. — Пойдем, нам нужно уходить отсюда, — девушка осторожно взяла коня за повод, затем повела раненое животное к воротам, стараясь вести его вперед как можно медленнее, чтобы он не испытывал боль в ноге. Конь послушно пошел за ней, как-то испуганно поглядывая по сторонам, словно чуял приближение опасности где-то в тумане. — Где твой хозяин? Что с ним произошло? — спросила Татьяна слегка ожившего после ее нежных поглаживаний коня, но затем смолкла, поняв по глазам своего нового спутника, что владелец этого создания вряд ли когда-нибудь вернется.

***

Звук церковных колоколов разорвал тишину. Татьяна прищурила глаза, пытаясь разглядеть источник этого звучания в густом сером тумане. Но даже после повторного звона колоколов, она так и не смогла определить, откуда именно доносится этот звук. Рядом стоял конь, скребущий копытом о землю. — Где-то здесь должны быть люди, — Татьяна улыбнулась и посмотрела на коня. — Если мы их найдем, они помогут. И ты сможешь вернуться к полноценной жизни. Правда? — сказала она, потрепав коня по голове. — Наверное, у тебя было имя. Настоящего я не знаю, поэтому буду звать тебя Стивом. Так звали человека, которого я когда-то хорошо знала. Он погиб, выполняя свой долг. Ты чем-то напоминаешь его. У тебя такой же пронзительный и осознанный взгляд. Конь фыркнул в ответ и продолжил скрести копытом по земле. — Мне больно видеть, как ты страдаешь, — сказала Татьяна, глядя на его раненую ногу. — Но нам нужно идти дальше. Здесь должна быть католическая церковь. Они шли неспешно, следуя звуку колоколов. Вскоре туман исчез, и перед ними возникли высокие стены разрушенного католического собора из старого кирпича. Деревянная крыша сгнила и местами обрушилась, позволив дождю проникнуть внутрь. Вдоль каменных ступеней, ведущих к храму, стояли фигуры ангелов, склонивших головы в скорби. — Эй! Есть кто-нибудь?! — девушка все еще надеялась, что эта церковь не является полностью покинутой, как это могло показаться на первый взгляд, ведь церковные колокола не могли звучать сами по себе. Но Татьяне ответила лишь тишина, которая уже начинала съедать барабанные перепонки ее ушей. — Нам нужна помощь! Стив со смущением посмотрел на Татьяну и с неким беспокойством заржал, чуть не встав на дыбы. Но девушка вмиг его успокоила, обняв того за шею. — Ну, Стив… Что с тобой? Что тебя напугало? Конь попятился назад, будто призывая Татьяну покинуть это место как можно быстрее. — Не бойся. Это всего лишь католический храм. Там мы будем в безопасности… Хотя меня тоже пугает его вид. Но нам нужно где-нибудь остановиться, пока туман не рассеется. Стив слегка успокоился, хотя все еще пытался пятиться назад, но Татьяне все же удалось его заставить пойти вперед, приблизиться к этому зловещему религиозному сооружению.

***

Она стояла в притворе, не решаясь войти в церковь. Двери были закрыты, подрагивали от усилившегося холодного ветра, который принес с собой опавшие листья, что кружили в воздухе, словно стая птиц. Туман, несмотря на бурю, становился все гуще, окутывая все вокруг. Наконец, собравшись с силами, она вошла внутрь, захлопнув за собой тяжелые двери. Вместе со Стивом они оказались в полуразрушенном нефе, с мраморными колонами и разбитыми витражными окнами. Каменные своды пропускали ветер через трещины, создавая звуки, похожие на вой диких зверей. — Здесь намного лучше, — прошептала девушка, глядя на Стива. — Мы переждем здесь ночь. Твоя нога нуждается в отдыхе. Завтра мы придумаем, что делать. Они сели на пол возле колонны. Стив фыркнул и озабоченно огляделся. Девушка улыбнулась и прижалась к нему, гладя его белоснежную гриву. Несмотря на зловещую обстановку этого места, внутри нее поселилось умиротворение, и она почувствовала сильную сонливость. — Ты когда-нибудь любил? — спросила она Стива, хотя понимала, что просто разговаривает сама с собой. — Жил ради любви?.. Я да. Это было восемь лет назад, когда я была совсем другой, не такой угрюмой и безнадежной. Тогда я была наивной девочкой, полной мечтаний, верила, что моя жизнь будет яркой и все мои мечты сбудутся. Я была принцессой, вечным ребенком… Но когда в наш дом пришла беда, когда отец умер и мы оказались в долгах, мне пришлось измениться. Меня заставили подчиниться, скрыть свои чувства и мечты. И именно тогда я по-настоящему влюбилась… Впервые… Знаешь, Стив, эти воспоминания до сих пор заставляют меня краснеть… Тогда я почувствовала себя живой, полной энергии. Я захотела просыпаться каждое утро, потому что знала, что рядом со мной есть человек, которому я готова отдать все. Он был младше меня на пять лет, это было забавно. Но когда я увидела его в первый раз… я влюбилась. Нет, не в его внешность или голос. Мое сердце трепетало только от его присутствия. С ним мне было не страшно, с ним мир становился значимым, — девушка вытерла слезы и на мгновение прервала свой рассказ, прижавшись к Стиву. — Но сейчас… сейчас… Где я? Куда меня привела жизнь? Я гонюсь за прошлым, за утраченным счастьем. И ради чего? Что заставляет меня идти вперед? Весь мир стал туманом, иллюзией. Я потерялась. И кажется, что я никогда не смогу выбраться отсюда. Я задыхаюсь и не могу вздохнуть.

***

— Просыпайся! Просыпайся! — женский голос кричал прямо под ухом, пробуждая Татьяну от глубокого сна. Татьяна вскочила, испуганно оглядываясь. — Они идут! Они идут! — Кто вы? Что вам нужно? — в панике спросила Татьяна, но никто не ответил. Она огляделась, но кроме нее и Стива не было ни души. Собор угрюмо молчал. — Беги! Они уже близко! — Почему я должна бежать?! Прекратите игры! Что здесь происходит? — крикнула Татьяна, пытаясь перекричать шум дождя и ветра. — Где вы? Стив проснулся и был сильно встревожен. Он посмотрел на Татьяну и побежал к двери, будто хотел поскорее убраться из этого места. — Стив, нам нужно узнать, что здесь происходит. Мы не можем уйти сейчас, — сказала Татьяна. На улице стемнело, стало значительно холоднее. Дождь перешел в самый настоящий тропический ливень, и талая вода стекала по стенам, проникая внутрь из каждой щели. И тут что-то снаружи с силой врезалось в двери центрального входа. Стив испуганно заржал и вернулся к девушке, закрывая ее своим телом. — Это просто ветер, Стив. Просто ветер, — пыталась успокоить его Татьяна, но звуки становились все громче и страшнее, и она начала сомневаться в своих словах. Дверь с силой распахнулась под натиском невидимой силы. Из густого тумана наружу вышли сотни черных человеческих силуэтов, плавно двигаясь вперед, едва касаясь земли. Их лица скрывала тьма, не давая возможности узнать, кто они и что они хотят. Их численность была так велика, что глаза не могли охватить всех сразу. — Кто вы? — в панике крикнула девушка, но в ответ услышала лишь хаотичный хор из несвязных слов и бормотаний. Силуэты приближались все быстрее, их движения были резкими. Их лица выплыли из темноты и стали различимыми. У них отсутствовали глаза, вместо них были лишь бездонные дыры, из которых лилась черная, как нефть, кровь. Их болезненно худые тела были покрыты высохшей серой кожей. Татьяна не помнила, как побежала от них прочь. Безглазые личности образовали густую движущуюся массу, которая бросилась за ней следом. Татьяна побежала вверх по каменным ступеням. Внизу продолжал раздаваться жуткий вой людей. Когда она преодолела последнюю ступеньку, перед ее глазами возник металлический люк, ведущий на крышу. Татьяна с трудом сумела открыть его и вылезла наружу. Крики бесчисленной толпы безумцев становились все ближе и ближе. Ее ослепил солнечный свет. Туман рассеялся, перед ней распростерлись безграничные поля с пожелтевшей травой, а впереди плескалось неспокойное море, бьющееся о белоснежные скалы. Посмотрев вниз, Татьяна не смогла сдержать панический возглас. Под ее ногами находился самый настоящий рой из людей, которые, подбирались к Татьяне все ближе и ближе. Вой этих безумцев напоминал предсмертные крики. Их больше не сдерживали стены, они карабкались по ним, словно пауки по паутине, покрывали собор бесчисленными костлявыми телами. А где-то внизу все еще различались слабые крики Стива, будто он призывал Татьяну следовать за ним. Девушка подошла к краю крыши, закрыла глаза и почувствовала, как ветер подхватил ее хрупкое тело. Татьяна Хапперт камнем устремилась вниз. Ей больше не было страшно, внутри воцарилось умиротворение. Сейчас все закончится. Весь этот кошмар рассеется. И больше никогда не вернется.