Сфера Зла

Сиас подошел к старому дому. Он встретил его мрачными стенами с мелкими устрашающими окнами и громоздкой деревянной дверью с замком. Человек решительно толкнул дверь и оказался в маленьком, освещенном тихим приглушенным светом, коридоре, в конце которого была дверь. Заглянув за дверь, Сиас увидел богато накрытый стол и пару обитых бархатом кресел. На одном из них, натянув капюшон от потрепанного черного плаща, сидел тот, к кому так спешил запыхавшийся человечек. - Ну что? – заговорила фигура в плаще – Ты все сделал, что я просил? Он мертв? Человечек заметно задергался и замялся. Ладони его вспотели, а на лице не осталось и кровинки, оно стало мертвенно белым, как Дун Морогский снег. - Прошу простить меня, мой господин, он улизнул еще до начала обряда, - Сиас заскулил и скрючился, словно ему ударили по лицу, но потом снова поднялся – Я… Я…. Я очень сожалею, я клянусь! Я все смогу исправить! – Человечек упал на колени, пачкая подолы темно-бордового, почти черного одеяния, однако, его собеседник не проявил должного сочувствия к ничтожному человечку и вскочив со своего кресла, казалось, увеличился в размерах и стал занимать чуть ли не всю комнату, заставляя Сиаса отступить к стене. Тем временем фигура сбросила капюшон, обнажив тем самым свою уродливую рогатую голову и пылающие демонической силой глаза. Демон подхватил человека за ворот одеяния и поднял к потолку, глаза его были прямо направлены в испуганные глаза человека и буквально разрывали его изнутри. - Слушай меня, червяк, – злобно шипел демон, - слушай и запоминай. Ты пойдешь и…, понял? Пойдешь и прикончишь этого… м… - демон слегка задумался, видимо он не мог правильно подобрать название объекта насилия – м… Этого человека, ты понял?! Отвечай! – рогатое отродье Легиона бросило своего раба на пол и снова уселся на бархат кресла. - Но… Но, мой Господин, - запищал раб, ползая буквально по полу, не заботясь о красоте своего наряда, - если бы я хоть знал его имя! – он захныкал и подполз к полам мантии демона, - я бы его пойма-а-ал! Прошу, скажите, кого я должен убить! - Презренный червяк… - выдохнул демон и пнул бедолагу черным пылающим копытом, отбросив его к двери. – Иди, идиот, тебе не надлежит знать его имя! По тому, как искажался голос демона, Сиас понял, что если сейчас же не покинет этого скверного дома, то не то что не получит обещанного вознаграждения, но, более того, лишиться своей жизни.… О… Этого допустить никак было нельзя. Пробормотав что-то в роде «О… Мой господин, я выполню задания, я ваш слуга», Сиас покинул комнату ползком и услышал вдогонку тихий скверный голос: - Ах, да.… Твоей наградой будет жизнь, ты же не против? - Существо мерзко рассмеялось, заставляя человека почувствовать себя еще более ничтожным, еще более мелочным и жалким, ведь его жизнь была продана в рабство демону, осквернителю земель и людских душ. Однако, мысленно человечек знал, он делал все это с благими намерениями. Но, как известно, благими намерениями выстлана дорога в ад… Солнце над Сумеречным лесом лениво показало серый, словно в отеках и ссадинах луч и снова болезненно спрятало его под одеяло грозных туч. Леса, не знавшие золотистого тепла светила, чернели и грубо сбрасывали такие же черные и такие же грубые листья. Словом, вся природа мерно вдыхала и выдыхала запах забвения и смерти, особенно этим запахом гниения упивались могильные пауки, разгребая рыхлую, влажную, кладбищенскую землю своими поразительно тонкими и грациозными ногами в поисках загнившего пару десятков лет назад трупа или живого человека или зверя, случайно забредшего на глухое кладбище. Но Сиаса они не трогали…. Лишь презрительно помахивали жвалами и со скрежетом, который походил на треск сучьев, разбегались по сторонам, не смотря на численное превосходство. Даже такие темные существа, как Черная Вдова, примостившаяся на своей колоссальной паутине, или простой Могильник, мерно пожевывающий чью-то руку или ногу, сторонились смердящей и скверной магии демонов и чернокнижников скверны. Не ровен час, и паучьи лапы окажутся в котле, а маленькая черная голова со жвалами будет принесена в жертву Пылающему Легиону. Поэтому человек пересекал кладбище так, словно гулял по солнечной аллее Штормграда. Снова показалось ранимое и избитое мраком солнце. Рассвет был близко… Темнота переходила в серый сумрак - извечный товарищ этого леса -, над кладбищем возносился смердящий туман. «- Это хорошо… - подумал Сиас – очень хорошо…»