Stranger

      Я чувствовал себя так, будто каждый из нас держал в руках по пистолету, и любой звук – даже легкое дуновение ветерка – приведет к массовой перестрелке. Так обычная поездка на лифте обернулась полной нелепостью. На мой взгляд, ничтожные 30 секунд тянулись как 30 лет.       – Уверен, что не хочешь принять лекарство? – спросил Джесан.       – Я… – я немного испугался собственного голоса, эхом отдававшегося о стены лифта. – Я в порядке.       – Тебе плохо? – я почувствовал, как Сехун немного придвинулся ко мне. – Что болит? Почему?       – Я только что сказал, что я в порядке, – холодно отозвался я.       После этого он замолчал, и нарастающее напряжение в лифте медленно убивало меня. Очевидно, Сехун и понятия не имел, насколько сложным он делает все вокруг. В придачу, Джесан приблизился ко мне и приложил ладонь к моему лбу, заставляя меня дернуться от неожиданности.       – Кажется, у тебя температура, – заключил он.       – Нет, конечно нет, – затараторил я. – Нет никакой температуры. Просто здесь немного жарко. Кажется, мне нужно перестать пользоваться лифтами, – я вытер капельки пота, проступившие на висках. – Здесь ужасно жарко. Не чувствуете? А я чувствую и считаю… – Джесан рассмеялся, и это почему-то успокоило меня. Не то что бы я сравниваю, но смех Джесана не похож на смех Сехуна. В нем меньше очарования, но куда больше спокойствия. – Что мне лучше заткнуться.       Обычно, в подобных ситуациях я смущаюсь. Но не в этот раз. Видя, как Джесана забавляет моя паника, я почувствовал себя более уверенно. Это странно, но когда он был рядом, я чувствовал себя гораздо лучше.       Когда мы добрались до парковки, я облегченно выдохнул. Я старался смотреть только на Джесана, опасаясь, что, если взгляну на Хиджин и Сехуна, смогу увидеть что-нибудь, что еще сильнее ранит мои чувства. К счастью, мы поехали по отдельности, договорившись встретиться уже в Quintavi. По пути в ресторан Джесан заверил меня, что все будет хорошо, и я поверил ему. Он сказал мне вести себя, как ни в чем не бывало, и не обращать внимания на Сехуна, и я решил последовать его совету.       Ресторан был почти пуст, когда мы вошли. Как будто весь мир сговорился, чтобы мы застряли здесь вчетвером. Хиджин и Сехун сели за самый дальний столик, разумеется, рядом друг с другом. Джесан заботливо отодвинул для меня стул, и я сел прямо напротив улыбающейся Хиджин. Случайно мой взгляд остановился на Сехуне, и я мог с уверенностью сказать, он был чем-то недоволен.       – Господин Ли, – к нам подошел Франсис. – О, вы вместе с господином О и госпожой Чон, – он повернулся ко мне. – Лухан, рад снова вас видеть.       – Ты уже бывал здесь? – вежливо спросила Хиджин.       – Они приходили вчера вечером, – ответил Франсис.       Взгляд Сехуна упал на меня, а его брови нахмурились. Я нервно сглотнул. Нахмуренные брови никогда не считались хорошим знаком. Я, волнуясь, взял салфетку и разложил ее на коленях, пытаясь избегать его взгляда. Франсис принес нам меню, и я раскрыл его прямо перед своим лицом, отгородившись от мучительной картины.       Сколько бы раз я не перечитывал меню, я не мог понять ни слова оттуда. Поэтому я просто рассматривал картинки рядом с названиями и основывал свой выбор на них. Когда все уже сделали заказ, Джесан заметил мое смятение и помог мне:       – Если хочешь попробовать что-нибудь новое, можешь заказать «Пенне Триколор». Думаю, тебе понравится.       Я благодарно улыбнулся ему и вежливо обратился к официанту.       – Хорошо, думаю, я бу…       – Нет, Лухан-а, – перебил меня Сехун, – там есть морковь.       Я застыл от его полного пренебрежения тем, что ему следует говорить, а что нет. Хиджин в замешательстве посмотрела на него, а Джесан уставился на меня в ожидании какого-нибудь объяснения. Я нервно рассмеялся.       – Все в порядке, у меня нет аллер…       – У него нет аллергии, он просто не любит морковь, – напряжение во взглядах Хиджин и Джесана возросло. У Сехуна прекрасно получалось превращать и без того нерадужные ситуации в сущий ад.       – Так что ты любишь, Лухан? – Джесан подбадривающе улыбнулся мне.       – Он любит морепродукты, – снова ответил за меня Сехун.       Заткнись сейчас же, Сехун.       – Я ем все, кроме морковки, – повернулся я к Джесану.       – Можешь тогда заказать пасту «Пестакоре», – подала голос Хиджин.       Очевидно, мой заказ стал главной темой обсуждения этого вечера.       – Хорошо, – я обратился к официанту. – Я буду это, спасибо.       После нескольких минут молчания, когда каждый укладывал в голове все произошедшее, Хиджин вновь сверкнула своей улыбкой:       – Ах да, я хотела дать вам это, – она протянула мне и Джесану по приглашению, которое было перевязано золотой ленточкой. На лицевой стороне было вытиснено курсивом J&O. И хотя мой разум кричал мне не открывать его, мои пальцы машинально развязали узелок.       Вы приглашены на вечер празднования помолвки О Сехуна и… Мой подбородок напрягся, когда я прочитал заголовок, неосознанно теребя пальцами края приглашения.       – Ваша помолвка состоится уже на следующей неделе? – заметил Джесан.       – Вы же придете? – спросила Хиджин нас обоих. Джесан кивнул, пока я… Я не мог подобрать слов и готов был вновь разразиться слезами. В это мгновение я почувствовал, как Джесан аккуратно сжал мою ладонь под столом. Мои руки наверняка были холодными как лед. Я поднял на него взгляд и благодарно улыбнулся.       – Лухан? – позвала меня Хиджин. – Ты должен прийти.       – Я постараюсь, – ответил я немного дрожащим голосом.       Я мог поклясться, что она была готова настаивать на своем еще, но, слава богу, в этот момент появился Франсис с четырьмя официантами, несущими наш ужин, так что Хиджин пришлось просто заткнуться. Я не собирался быть добрым и отзывчивым. Я ненавидел Хиджин – я был уверен в этом на 100% – и не было смысла ходить вокруг да около. И, разумеется, я ни при каких условиях не собирался идти на их вечеринку.       Я старался казаться вежливым, несмотря на съедающее меня раздражение. Хиджин то и дело что-нибудь складывала в тарелку Сехуна: курицу, овощи, бла-бла. Тебе что своей тарелки мало? Хотелось выкрикнуть мне, но, разумеется, я лишь скрыл свое презрение за улыбкой.       Я молча ел свой ужин, тайно ненавидя себя за то, что мне пришелся по вкусу выбор Хиджин. Мой взгляд нечаянно скользнул по лицу Сехуна, и я невольно съежился, заметив, что он смотрит на меня. Видя мою реакцию, под столом он легонько надавил своей ступней мне между ног. От неожиданности я подавился и закашлялся, и тут же увидел перед собой два стакана с водой, протянутые Сехуном и Джесаном.       Лицо Хиджин выражало недоумение, думаю, та же эмоция отражалась и на моем лице, пока я пытался решить, чей стакан мне следует взять. Но, в конце концов, я взял бокал с вином, стоявший слева от меня, и осушил его четырьмя крупными глотками, чтобы хоть немного успокоиться.       – Ты в порядке? – спросил Джесан.       – Да, все хорошо, – ответил я.       Пятнадцать минут спустя подали десерт, и тишина, охватившая нас, увеличилась раз в десять. Атмосфера была слишком напряженной.       – Я выйду немного подышать, – прошептал я Джесану.       – Ладно, я тоже выйду чуть позже, – улыбнувшись, прошептал он в ответ.       Я открыл дверь и прошел мимо широко улыбавшегося Франсиса. Он ведь и не догадывался ни о чем. Да кто бы догадался? Три парня и девушка ужинают вместе, что в этом такого? Я прошел по дворику, в котором мы вчера сидели с Джесаном; и передо мной раскрылась сверкающая панорама ночного города и моря. Я почувствовал себя немного лучше.       Отрицание – пройдено.       Депрессия – пройдено.       Смирение – ?       Я услышал, как дверь за спиной сначала открылась, а потом закрылась. От холода я плотнее запахнул пиджак и подождал, пока Джесан подойдет ко мне ближе.       – Я ведь неплохо держусь? – спросил я, выдавливая из себя улыбку.       – Да… неплохо, – я мог с точностью сказать, чей это голос, даже если услышал бы его за километр. Я осторожно повернулся, пытаясь собрать воедино все мысли. Подняв глаза, я увидел, что Сехун стоял, сложив руки в карманы брюк, и улыбался все той же старой улыбкой. Но на этот раз она не вызывала мурашек по спине, вместо этого она подтолкнула меня ближе к границе моего гнева.       – Я уже возвращаюсь обратно, – я бессознательно до боли закусил губу.       – Зачем? – он потянул меня на себя. А что? Я широко раскрыл глаза от неожиданной близости к нему, надеясь, что злость в моих глазах скажет все за себя, но когда я не ответил, он продолжил: – Жди меня в офисе и останься сегодня у меня.       – Что? – я с силой вырвал руку из его хватки.       – Я скучал по тебе, ты не отвечал на мои звонки, – он нежно погладил меня по плечу. – Останься сегодня со мной.       Остаться с тобой?       – Ты, высокомерный, эгоистичный, лживый ублюдок! – Я сделал глубокий вдох. – Я никуда не пойду… Я… Я больше не останусь с тобой! Никогда!       – Прости? – он немного отступил назад. – С чего это вдруг?       – С чего? – язвительный смешок соскользнул с моих губ. – Ну, я даже не знаю… Как насчет того, что у тебя есть невеста? Или нет, подожди, кажется, я слышал о помолвке, которая состоится на следующей, блять, неделе! Припоминаешь? – я выпустил из себя весь гнев.       – Лухан-а, – он все также самодовольно улыбался, – давай не будем все усложнять.       – Скажи мне только одно, – я презрительно усмехнулся. – После того, как ты оставил меня в тот вечер, ты планировал увидеться со мной еще раз?       – Нет, – холодно признался он, и боль потоком хлынула по моим венам. Мне было стыдно и обидно. Он постепенно наступал на мою гордость, и вот теперь окончательно опустил меня до своего уровня. – Но это не важно, – заявил он, – потому что я хочу тебя. И знаю, что ты тоже меня хочешь.       Его насмешливая уверенность не на шутку разозлила меня.       – Хочу тебя? Серьезно? Да если бы… Если бы я только знал, какой ты на самом деле, я бы не стал тратить на тебя и секунды своего времени! Ты – безрассудный, высокомерный миллиардер, считающий, что может получить все, что только пожелает! Ты со всеми стараешься держаться достойно, но правда в том, что ты всего лишь невоспитанный, бесчувственный идиот, который думает, что ему может сойти все с рук! – я стиснул зубы. – Я больше не поведусь на это! Так что можешь взять свое «я хочу тебя» и… И засунуть его себе в задницу!       – Ты не можешь сопротивляться мне, поэтому слушай меня и жди в офисе, – сказал он властным тоном.       – Очень даже могу! – смело возразил я. – И что дальше? Зачем мне ждать тебя?       – Ты сам прекрасно знаешь, зачем, – нагло ответил он.       – Так зачем? Трахаться до потери сознания? – я издал безумный смешок. – Когда до тебя уже дойдет, ты, безмозглый идиот? Я не могу сделать это! Мне не нужен просто… Просто случайный секс, или что там между нами было! – мой гнев достиг своего предела. – Я не могу вот так просто выключить свои эмоции, как это делаешь ты! Найди себе кого-нибудь понаивнее, чтобы играть с ним. Потому что с меня хватит!       Я вновь устало поплелся к ресторану, но Сехун все еще не сдавался и преградил мне путь, встав прямо передо мной. Я из последних сил оттолкнул его, но все, что у меня вышло, это легонько ударить его по плечам. Но я не останавливался и начал ударять его кулаками в грудь, снова и снова.       – Хватит! – закричал он на меня, но я отказывался слушать.       – Тогда отойди! – с презрением в голосе ответил я.       Быстрым движением он схватил меня за запястья, пока я беспомощно пытался вырваться.       – Лухан-а, клянусь богом, если ты…       – Думаю, нам уже пора идти, – Джесан подошел ко мне без всяких колебаний и осторожно оттолкнул Сехуна.       – Джесан… – все, что я смог выдавить из себя, удивленный его внезапному появлению. Он взял меня за руку, как ни в чем не бывало; его прикосновение буквально вернуло меня к жизни. Я слышал шумное дыхание Сехуна, он весь покраснел. Я немного вздрогнул от подобной картины, еще никогда я не видел его таким разъяренным.       – Хён, – он нахмурил брови, – мы с Луханом еще не договорили.       Сехун схватил меня за свободную руку, когда Джесан потянул меня за другую. Меня готовы были порвать на части – в буквальном смысле. И хотя слова Сехуна прозвучали как предупреждение, Джесан оставался спокойным:       – Правда? – спросил он насмешливым тоном, оборачиваясь и лишь крепче сжимая мою ладонь.       – Нет, – твердо сказал я. – Все кончено. – Я выдернул руку из хватки Сехуна и повернулся к нему спиной. Я знал, что говорил, и действительно имел это в виду – все было кончено. Конец истории.       – Лухан-а, – окрикнул меня Сехун, – я еще не закончил.       – Отсоси, – бросил я через плечо.