Stranger

      Я стоял неподвижно. Время то ускорялось, то замедлялось, пытаясь догнать непостоянный ритм моего сердца. Ко всему вокруг словно применили эффект размытия, и четким оставался лишь образ незнакомца, стоящего напротив меня. Я не знал, что привлекло мое внимание к нему – может быть, длинные ресницы, с каждым взмахом касающиеся его румяных щек, или, может, смущенная улыбка, играющая на его мягких губах, или его глаза – да, скорее всего, так и есть – его бездонные, как темные океаны, глаза, в которых тонуло время.       Разумеется, это не любовь с первого взгляда. Я вообще не верю в подобные вещи. Но несмотря на свою циничность и в чем-то даже эгоистичность, я признаю, что в нашей жизни есть вещи важнее личностного эго – вещи, которые более красивы, если их не объяснять; вещи, сияющие ярче всего, когда их не понимают. Именно это я испытывал.       – Сехун? – я обернулся на голос и увидел перед собой пару голубых глаз. – Привет, – сказала девушка.       Я лишь вздохнул, заинтересованный тем, что ей нужно.       – Прости, мы знакомы? – безразлично спросил я.       – Не совсем… – она посмотрела в низ, осматривая свои вычурные туфли. – Ты…       Её голос оборвался, когда к нам подошли еще две девушки. Мне показалось, что их я видел где-то раньше, возможно, на предыдущих свадьбах отца.       – Сехун, давно не виделись, – одна из них тут же обняла меня, а я тем временем пытался вспомнить их имена.       С их приходом началось то, чего мне больше всего не хотелось – мой слух пронзили сразу несколько тонких голосов, наперебой рассказывающих каждый о чем-то своем:       – Помнишь, как мы познакомились на той вечеринке?       – Мне нравится вот так болтать с тобой.       – Хочешь еще выпить?       – Выглядишь потрясающе.       Я пытался выдавить из себя улыбку, растягивая губы самым неестественным образом, но уже через пару минут мне это порядком надоело. Больше всего я ненавидел притворяться, что хорошо провожу время, когда на самом деле всем своим нутром только и мечтаю, чтобы все поскорее закончилось. Я освоил язык лжи и обучился мастерству коротких разговоров, но еще никому не удавалось привлечь мое внимание. Вероятно из-за того, что люди, окружающие меня, всегда стараются произвести на меня впечатление, что только лишь раздражает меня.       Но тут мой взгляд снова упал на незнакомца, который вызывал у меня неподдельный интерес. Взглянув на него, я заметил, что он тоже смотрит на меня. Не было никакой искры, о которой все так любят говорить, ни даже бабочек в животе. Нет, это было медленное, постепенно нарастающее чувство, зарождающееся в моем сознании и поглощающее его быстрыми темпами. Глаза незнакомца были прикованы ко мне еще до того, как наши взгляды встретились. Я почувствовал напряжение, волнами разливающееся по телу по мере того, как я тонул в глубине его пленительных глаз.       Его застывшее лицо вспыхнуло оттенками красного; никогда б не подумал, что мне может понравиться этот цвет. Все звуки и голоса, окружающие меня, утонули в оглушающей тишине. Пристальный взгляд незнакомца внезапно забегал из стороны в сторону, и он непрестанно мигал глазами, что лишь добавляло ему очарования. Он схватил первый попавшийся бокал с шампанским, вероятно, даже не заметив, что он с соседнего столика, и быстрыми глотками выпил все его содержимое.       Я не удержался от улыбки. Настоящей, искренней улыбки.       Он снова взглянул на меня; я не переставал улыбаться. Даже на расстоянии я знал, что по его телу пробежал тот же самый ток. Я знал, что он чувствовал то же, что и я. Он находился под тем же гипнозом.       Он быстро отвернулся, избегая моего пристального взгляда. Я рассмеялся. Но не из-за его застенчивости; я просто почувствовал некое разочарование оттого, что его взгляд больше не был прикован ко мне. Я не из тех людей, кто уделяет большое внимание эмоциям, но в тот момент мне хотелось, чтобы наши взгляды снова пересеклись.       – Я же говорила, что развеселю тебя! – голубоглазая девушка игриво коснулась моего плеча.       – Что? – равнодушно спросил я, неожиданно вернувшись в реальность.       – Эта шутка никому не нравится, – ответила другая девушка.       – Но Сехун же засмеялся. Мне тоже она кажется смешной.       Я раздраженно вздохнул и прикрыл глаза.       – Ты в порядке? – послышался еще один голос.       – Прошу прощения, – быстро ответил я и повернулся в направлении незнакомца.       Я осторожно пересек зал; расстояние до моей цели было слишком велико, и путь занимал немало времени. Я думал о том, что я должен сказать или сделать. Полностью сбитый с толку, я пытался понять, как какой-то незнакомец мог на меня повлиять подобным образом. Осмотревшись по сторонам, я пытался разглядеть знакомое лицо в толпе людей, снующих между столиков, покрытых серебристыми скатертями, но его нигде не было. Я обернулся вокруг – но незнакомец будто растворился. Прислонившись спиной к стене, я усмехнулся абсурдности собственных действий.       – Что, черт возьми, ты делаешь? – пробормотал я себе под нос, осознавая, что потратил несколько минут на поиски незнакомца, которого раньше никогда не встречал. Я окинул толпу взглядом и заметил тех девушек, которые явно направлялись ко мне. Я сделал глубокий вдох и решил, что пора бы найти укромное местечко.       Я вошел в темный винный погреб, радуясь тому, что он расположен на достаточном расстоянии от зала, и до меня не доносились многочисленные голоса людей и бренчание посуды. Я подошел к арочному проходу и прислонился спиной к стене. Устало прикрыв глаза, я с наслаждением вдыхал контрастные запахи различных вин – фруктовое амбре Кьянти и тонкий аромат лепестков роз Пино-нуар, смешивающихся с имбирными нотками Каберне. Просто дегустация вина сильно отличается от того, когда ты наслаждаешься каждой его каплей, пропуская его через все свои чувства. Все начинается с цвета, насыщенного и глубокого, искрящегося на свету, когда ты поднимаешь бокал, затем в игру вступает аромат, будоражащий сознание, и, наконец, вкус, когда ты на мгновение задерживаешь сладкий напиток во рту, чтобы тщательнее прочувствовать его неповторимый мягкий вкус. Но самое прекрасное – такое же мягкое и бархатистое чувство тепла, разливающегося по всему телу.       Через несколько минут невозмутимого спокойствия, я услышал, как кто-то вошел. Взглянув в сторону двери, я увидел едва различимый силуэт, вслепую передвигающийся в кромешной тьме. Я шумно выдохнул, понимая, что одна из девушек все же выследила меня. Она подошла к дверному проему, становясь ко мне боком.       – Ты и вправду пошла за мной, – проговорил я и плотно стиснул зубы, ухмыльнувшись. Я всегда пытаюсь быть милым. Но это довольно сложно. – Что ж, я дам тебе то, чего ты так хочешь.       Я схватил ее за затылок, увлекая в неохотный поцелуй, но тут же остановился, все еще прижимаясь лбом к теплому лбу напротив. Я хотел отойти, удивившись тому, что поцелуй оказался совсем не таким, как я ожидал. Он был слишком неуверенным, слишком невесомым, но в то же время почти идеальным. Я снова закрыл глаза, утопая в аромате незнакомца, перебивающем аромат вина.       – Ты кто? – услышал я собственные слова.       Незнакомец попытался отодвинуться, и я знал, что мне следовало его отпустить, но мой разум отказывался мыслить здраво.       – Никто, – проговорил он дрожащим голосом. – Я просто ищу выход.       Робкий смешок сорвался с его губ, эхом отдаваясь о сырые стены подвала, и мне в голову пришла просто сумасшедшая мысль, но я быстро отмел ее. Я никогда не верил в судьбу.       – Твое имя? – шепотом спросил я.       – Лухан, – отозвался он.       Лухан. Не знаю почему, но его имя вызвало улыбку на моем лице.       – Друг жениха?       – Нет, – он заметно нервничал. – Я не друг этого странного изобретателя кофеварки.       Я откинул голову и рассмеялся, притягивая его стройное, дрожащее тело ближе к себе.       – Странный изобретатель кофеварки? – я не переставал смеяться. – Это мой отец.       – Прости. Я не это имел в виду. Я хотел сказать, кофеварка странная, не изобретатель, – Лухан в панике начал оправдываться. – Вообще-то нет, не странная, просто… Ладно, хорошо, сдаюсь. Я здесь без приглашения. Знаешь, моя сестра немного с причудами и поэтому притащила меня сюда, и теперь я попался уже дважды. Мне правда нужно идти. Да. Пока, – он оттолкнул меня, а я инстинктивно притянул его обратно, как ни в чем не бывало. Его ладони опустились мне на грудь, и я почувствовал, как по спине пробежали мурашки.       – К чему эта паника? – поддразнил я, стараясь не показывать свою заинтересованность в нем. Его ладони сжались крепче; от безысходности я закусил губу.       – Не паника, я просто начинаю быстро говорить, когда нервничаю, – пояснил он.       Мысли путались, здравомыслие окончательно покинуло мой разум, который хотел только одного – быть как можно ближе к незнакомцу.       – Понятно, – я старался не терять самообладание.       Одна моя рука по-прежнему оставалась на его затылке, а другая нерешительно ласкала его спину. Запах его дыхания дурманил мое сознание, смешиваясь с сильным ароматом ликера и ягод. Я давно потерял над собой контроль, но все же отчаянно хватался за остатки здравомыслия, как будто в попытке оставить в памяти каждый момент, каждый запах, каждое прикосновение. Беспросветная тьма, окружающая нас только раззадоривала меня. Я почувствовал, как его пальцы коснулись моих рук, уверенно ощупывая их, и в тот же момент с его губ слетел удивленный вздох.       – Что? – спросил я.       – Кажется, я видел тебя, – прошептал он. – Ты стоял возле барной стойки с парой девчонок. Белая рубашка, свободный галстук, карие глаза.       Желание захлестнуло меня, кровь кипела в моих жилах, заставляя меня притянуть его ближе к себе. Как я уже говорил, я не верю в судьбу – это неизменный факт. Но в тот момент мне подумалось, что совсем не обязательно встреча с судьбой должна случиться под дождем, фейерверками или под луной. Все может произойти и в обычном винном погребе: куда не заглядывает малейший лучик солнца, заглянет судьба. В тот момент я действительно верил в это.       – Ты тот парень в голубом поло с девушкой в розовом платье, которая, как я полагаю, твоя сестра? – проговорил я, пытаясь остановить себя от того, чтобы не трахнуть его прямо здесь. Но его личное притяжение было сильнее земного. Я легко рассмеялся своей же легкомысленности, и развернул незнакомца, прижимая его к стене. – Ты пялился на меня, – прошептал я, положив руки ему на талию, готовый в любой момент ухватить его, если он надумает сбежать. Он неловко попытался оттолкнуть меня, что скорее было сделано из приличия, нежели из его собственных намерений.       Это заставило меня улыбнуться.       Снова.       Блеклый лунный свет озарил его лицо, открывая моему взгляду его прекрасные черты. Его широко распахнутые оленьи глаза смотрели прямо на меня. Мой взгляд упал на его влажные губы, и сердце в груди пропустило удар. Я взглядом очертил заманчивую линию его подбородка и…       Нахуй.       Я наклонил голову, завлекая в плен его губы, что полностью овладели моим сознанием. Я двигался медленно, наслаждаясь их сладким медовым вкусом. Не важно, сколько вин я перепробовал в своей жизни, даже самые дорогие, не могли сравниться по вкусу с его губами. Я крепче сжал его в своих руках, целуя его все настойчивее, и он даже не попытался оттолкнуть меня. Каждый раз, когда я отрывался от его губ хоть на секунду, все внутри меня кричало в безумном желании вновь прикоснуться к нему.       Он приподнялся на цыпочках, обвивая руки вокруг моей шеи, и жадно, развязно целуя меня. Я бесстыдно простонал, прижимаясь к нему все плотнее. Языком я приоткрыл его губы и скользнул внутрь, погружаясь в его пьянящий, сводящий с ума вкус. Я совсем забыл как дышать, но мне было все равно, выдающийся IQ гения, очевидно, сравнялся с нулем. Я задрал его рубашку, пальцами скользя по его обнаженной груди и гибкой спине, чувствуя, что он дрожит так же, как и я.       – Хватит, – задыхаясь, сказал он.       Нет.       – Что? – хрипло отозвался я.       – Я правда должен идти… – пробормотал он. – Меня ждет сестра.       Нет.       – Должен? – я сжал ладони в кулаки, в отчаянной попытке остановить себя от необдуманных действий.       – Да, должен, – вздохнул он.       Нет.       – Ладно, – сказал я, ни на секунду не ослабляя хватку.       – Ага, – только и выговорил он.       Но я не двигался. И он тоже.       Не делай этого, Сехун.       Но он забрал мою способность дышать, и совсем несправедливо с его стороны не отдать ее обратно. Не раздумывая, я быстро приподнял его, вдавливая его в стену; он обнимал меня за шею. Я поцеловал его губы, сливаясь с ним в страстном поцелуе, который окончательно разрушил все границы. Стон вырвался из моей груди, когда я скользнул губами по его шее, целуя каждый миллиметр его нежной кожи. И я уже просто не мог бороться с этим – нахуй одежду, нахуй притяжение.       Он обвил ноги вокруг моей талии, пока я нервно расстегивал на нем рубашку. Я углубил наш поцелуй так, будто последние несколько дней провел под водой и смог найти кислород только в движении наших губ. Он обхватил мое лицо своими дрожащими руками и поцеловал меня в шею, отчего я немедленно отдернулся от неожиданности.       Блять.       – Нахуй, – сказал я. Быстрым движением я поднял его на руки и перенес в противоположный угол комнаты, усаживая на винную бочку. Сам того не осознавая, я пальцами нащупал пуговицу его джинсов, борясь с желанием просто сорвать их с него. Сдавленный стон сорвался с моих губ, когда я резко расстегнул пуговицу, желание волнами разливалось по моему телу. Я старался не обращать внимание на посторонние шумы: звуки музыки, голоса людей, шаги. Потому что в тот момент я решил, что ничто и никто не сможет отвлечь меня даже на секунду от незнакомца, который не только всецело захватил мое внимание, но и оживил меня, очаровал меня и подвел к той опасной черте, когда даже гений оказывался сбитым с толку.       – Кто-то идет, – предупредил он. – Остановись.       Нет.       – Не могу, – откровенно признался я, но он лишь убрал от себя мои руки.       Нет.       – Сука! – в гневе и разочаровании я ударил по чему-то.       Под влиянием бури смешанных эмоций, вызванных появлением незнакомца, я обхватил его лицо ладонями – его горячее дыхание опалило мне кожу.       – Я никогда никого не просил об этом, – прошептал я, тяжело дыша, – но можешь пойти со мной?       – Куда?       Я закрыл глаза. Я всегда знал, каково это – быть предметом желания. Но я впервые ощутил на себе, что значит самому желать кого-то. И это даже не желание. Это невыносимая нужда.       – Куда угодно, – ответил я.       – Я даже имени твоего не знаю, – он мягко рассмеялся, и на мгновение я забыл собственное имя.       Проведя большим пальцем по его губам, я снова поцеловал его, проваливаясь в беспамятство от нежности и сладости его губ.       – Сехун, – прошептал я, зная, что его «нет» ничего не изменит, в этом случае я просто украду его. – Меня зовут Сехун.