Будь на моей стороне

Валентину выделили отдельную комнатку, больше смахивающую на каюту – она была довольно-таки маленькой и тесной. Зато в ней имелась удобная кровать и постоянная подача электричества. Лионель разрешил ему продолжить собственные исследования и даже поделился информацией, которую успели собрать его подчиненные за эти годы. Валентин в свою очередь тоже открыл доступ к своим файлам, и совместными усилиями они теперь работали над скверной и ее изучением. - Все было бы куда проще, если бы твой брат изначально поделился с тобой всем этим, - недовольно буркнул помощник Лионеля, Давенпорт. Валентин пожал плечами. Он уже уяснил, что Давенпорт всегда всем недоволен – в особенности маршалом – и что с ним лучше молча соглашаться и давать выпустить пар. Валентин зевнул, прикрыв рот ладонью, и потянулся. Серебристый браслет на его правом запястье сверкнул в свете ламп. Этот браслет дал ему Лионель несколько дней назад. Он привел Валентина в лабораторию и познакомил со своими людьми. - Селина, - негромко позвал маршал белокурую девушку с большими голубыми глазами. – Браслет готов? - Да, мой маршал, - тут же отозвалась девушка и протянула Лионелю небольшую металлическую подставку, на которой лежал тонкий браслет. - Это своего рода пропуск, - объяснил Лионель, поднимая браслет. – Вы не являетесь военным, вас не знают – могут возникнуть недоразумения при прогулках по базе. С браслетом этого не случится, в нем хранится информация и код пропуска, так что вы сможете свободно перемещаться. Позвольте вашу руку. Валентин протянул правую руку, на мгновенье ощутив себя глупо – то, как бережно Лионель застегнул браслет на его запястье, напоминало обручальную церемонию. Лионель только увеличил сомнения Валентина, случайно задев пальцами его ладонь, после того как застегнул браслет. «Невозможно», - пресек не успевшую толком сформироваться мысль Валентин. - Позвольте еще раз поблагодарить вас за то, что помогаете нам, Валентин, - сказал Савиньяк. – Мы это ценим. С тех пор Валентин работал вместе с Чарльзом Давенпортом, а в свободное время изучал место, в котором оказался. Это действительно была подземная база, вход в которую располагался в одной из пещер недалеко от небольших холмов Седьмой зоны. Здесь находилось довольно много людей – все из особого элитного отряда Лионеля. Валентин спросил как-то раз о «фульгатах», гадая, где сейчас Арно, но Чарльз ответил, что «фульгаты» вообще на другом конце зоны, и к здешним делам и исследованиям не имеют никакого отношения. - У них простая задача, - хмыкнул он. – Разведка да поставка сырья. По сравнению с нами – раз плюнуть. Хотя, конечно, риск большой. А где он сейчас не большой? Валентин был вынужден согласиться. Он иногда ловил себя на том, что думает про Арно и про то, как у него дела… и резко пресекал подобные мысли, каждый раз ощущая себя преданным и глубоко уязвленным. В общении с Арно Валентин обычно чувствовал себя странно, словно они находились по разные стороны невидимой преграды – вещи, о которых так небрежно отзывался Арно, для Валентина имели совсем иное значение. Те же девушки – Арно в юности менял их, как одежду, как он сам выразился, и ему, по сути дела, было наплевать на них – провел хорошую ночь, ну, здравствуй и прощай. Валентин же был свидетелем совсем других отношений – у Юстиниана последние года три была постоянная девушка, и они все очень неплохо ладили. Веселая и задорная Джессика идеально подходила его брату. Валентин знал, что они собирались пожениться и подшучивал над их именами – многие сокращали имя Юстиниана как Джастин, поэтому Валентин обычно спрашивал «Куда собрались, Джей-Джей?» когда они уходили на очередное свидание. Куда Джессика пропала после того, как мир сошел с ума, Валентин не знал, у него хватало своих проблем на тот момент, а потом это стало и вовсе неважно. Тем более, что Юстиниан был мертв… В общении с Лионелем Валентин, наоборот, не ощущал подобной неловкости. Он заметил, что во многих взглядах совпадает с маршалом, и у них очень схожие мысли. Валентину нравилось общаться с Лионелем, его недоверие к Савиньяку постепенно таяло, несмотря на то, что он постоянно одергивал сам себя, напоминая – Приддам нельзя доверять никому в этом мире. И, тем не менее, даже против воли, он заметил, что невольно проникся симпатией к старшему Савиньяку. Лионель часто отсутствовал – у маршала было много дел, помимо проверки базы и хода работы. Тем более, он доверял своему персоналу. Савиньяк, среди прочего, предоставил Валентину досье на Алву и Валме, также как и доказательства того, что именно они были виновны в смерти Юстиниана Придда и Августа Гирке. Валентин долго изучал файлы и записи про них. - Рокэ Алва на данный момент скрывается, как и его помощник, - ответил Лионель на заданный однажды Валентином вопрос. – Последний раз их видели в Четвертой, но это было год с лишним назад. Возможно, они во Второй или Третьей. Возможно, на Марикьяре. Мы тоже ищем их, но, сами понимаете – у нас ограниченные ресурсы, и если мы хотим поддерживать порядок и сравнительно приличную жизнь в зоне, некоторые другие вещи приходится откладывать на неопределенное время. Я не располагаю таким количеством людей, чтобы послать отряд на поиски преступников – мне нужны здесь все, особенно учитывая то, что в последнее время атаки бесноватых участились. Наплыв беженцев тоже слишком велик, и сложно справляться с ним без ущерба для зоны. В редкие свободные вечера Лионель иногда заходил к Валентину, предлагая выпить по бокалу вина. От вина Валентин обычно отказывался, от компании маршала – нет. Ему понравилось проводить время с Лионелем, обсуждая когда-то прочитанное – Валентин и предположить не мог, что маршал окажется настолько начитанным человеком с утонченным вкусом. Постепенно Валентин начал замечать вещи, которые показались ему довольно-таки подозрительными – просто в силу того, что являлись невозможными. То, как Лионель иногда, якобы случайно, касался его руки, проводя пальцами по коже. То, как смотрел на него, когда думал, что Валентин не видит – долго, изучающе, со странным выражением в глубине черных глаз. Валентин не был глуп и понимал, что, вполне возможно, он нравится Лионелю – какой невероятной не казалась бы эта мысль. Он долго раздумывал над тем, стоит ли делать первый шаг самому, ведь, как Валентин с удивлением понял про себя, он был не против. - Позвольте высказать одно предположение, - решился в итоге Валентин. В этот вечер они сидели в кабинете Лионеля за тем самым столом с креслами вокруг, где впервые познакомились. Савиньяк кивнул и ободряюще улыбнулся. - Конечно, Валентин. - На основании некоторых определенных наблюдений за вашими действиями в последнее время, - Валентин сощурился. – Могу ли я сделать предположение, что нравлюсь вам? Лионель усмехнулся, поставив бокал на стол. - Вы правы, - Валентин с удивлением поднял взгляд на маршала, который, судя по всему, и не думал отпираться. - Серьезно? – осторожно уточнил Валентин. - Да, - Лионель пожал плечами, разглядывая лицо Валентина. – Простите мою излишнюю откровенность, просто я подумал, что, раз мы оба взрослые мужчины, то нет смысла разыгрывать из себя невинных и наивных барышень, которые не знают, о чем речь. - Все в порядке, - невозмутимо ответил Валентин. – Я больше удивлен тем, что у вас это, кажется, семейное. - Что вы имеете в виду? – приподнял брови Лионель. Валентин улыбнулся краешком губ. - Арно как-то раз принес в комнату бутылку кэналлийского, - пояснил он. – А потом мы оказались в постели. На одну ночь, разумеется. - Вот оно как, - что-то неуловимо изменилось в глазах Лионеля, но Валентин не заметил. – Мой братишка, как всегда, прыткий. Однако, раз вы все поняли, - Лионель подался вперед, внимательно глядя в глаза Валентина. – Я хотел бы уточнить – вы согласны? «Бери от жизни все, потому что завтра этого может не стать», - не к месту прозвучали в голове слова Арно. - Согласен, - светло-серый льдистый взгляд встретился с непроницаемо черным. Лионель медленно поднялся и подошел вплотную, наклоняясь так, что его губы почти касались губ Валентина. - «Ведь разума контролю неподвластна», - процитировал он. – «Невинная людская страсть»… - «О, как же хочется ей всласть, послав к Закатным тварям «завтра» насладиться», - продолжил Валентин. – «Терпким вином – ночною тьмой напиться»… - «В Рассветные сады на миг попасть», - подхватил Лионель. – «Увидеть, осознать, украсть… Дотронуться и не разбить случайно»… - Веннен, - выдохнул в губы Лионеля Валентин. - Приятно иметь дело с человеком, не только начитанным, но и запоминающим то, что прочитал. - У меня хорошая память, - во взгляде Валентина читался вызов. - Я заметил, - Лионель впился в губы Валентина жадным, почти голодным поцелуем. Валентин охотно подался навстречу, отвечая. Он положил руки на плечи Савиньяка, поглаживая, потом спустился на грудь, нащупывая пуговицы мундира. Лионель позволил снять с себя рубашку и резко выдохнул, когда Валентин впился ногтями в его плечи, прикусывая губу. Лионель легко подхватил Валентина на руки и отнес на диван, который был разложен в углу кабинета. - Вы часто здесь ночуете? – Валентин охотно выгнулся, подставляя шею укусам Лионеля – в этом желании они явно сходились во вкусах с Арно. - Иногда дел настолько много, что у меня нет времени дойти до кровати, - Лионель усмехнулся, отбрасывая свитер Валентина в сторону. Валентин невольно подумал, что с Арно все ощущалось совершенно иначе – игрой, ничего не значащим развлечением. К тому же, с Арно он был на равных. С Лионелем же Валентин явно оказался подчиняющейся стороной. В каждом движении маршала сквозила сила и уверенность, и Валентин впервые за долгое время позволил себе просто отдаться чувствам и полностью положиться на волю другого человека, не задумываясь ни о чем, а просто наслаждаясь тем, что происходит здесь и сейчас. Он закрыл глаза и позволил Лионелю вести и делать все, что тот пожелает – и это было потрясающе. Позднее, засыпая в своей комнате, Валентин подумал о том, что первый раз за пять лет он ощущает себя настолько расслабленным и… счастливым? Пожалуй, в некоторой мере, да. Уже почти задремав, он вдруг обратил внимание на то, что его браслет еле заметно светится синеватым светом в темноте. «Странно, раньше я этого не замечал», - сонно подумал он. – «Впрочем, возможно, просто не обращал внимания».

- - - - -

Они продолжили встречаться с Лионелем. Как-то раз их чуть было не застал Давенпорт, который снова сердился на маршала за что-то и пришел ругаться с ним, но Лионель обратил ситуацию в шутку, ловко выставив Чарльза за дверь и сообщив, что, войдя без стука в следующий раз, он угодит прямиком под военный трибунал. Валентин тогда тихо рассмеялся, наблюдая за сценой, а его браслет снова еле заметно блеснул синим. Глаза Лионеля слегка расширились, когда он заметил это, но он ничего не сказал, предпочтя вернуться к прерванному занятию, а именно – раздеванию Валентина, на этот раз прямо в кресле. Не то чтобы Лионель особо стремился скрыть их связь, просто предпочитал не афишировать лишний раз, чтобы никто не лез с расспросами. Валентин поддерживал подобный взгляд на вещи. Никогда раньше Валентин не ощущал себя настолько спокойным и довольным, как теперь с Лионелем. Ему нравилось то, что он может полностью положиться на маршала в любой ситуации, и передохнуть от принятия решений, от постоянного напряжения и нависшей угрозы. Здесь и так все знали, кто он – и никто не стремился застрелить его на месте лишь за фамилию Придд. После пяти лет страха это ощущалось потрясающе.

- - - - -

- Не хочешь процитировать еще что-нибудь из Веннена? – на этот раз они находились в комнате Валентина. Лионель медленно и уверенно двигался в нем, прикусывая мочку уха. Валентин не замечал, как Савиньяк то и дело поглядывает на его мерцающий браслет – синеватый свет то вспыхивал, то гас. Лионель еще раньше объяснил это Валентину возможным нарушением работы светового датчика в браслете и пообещал исправить в ближайшее время. - Боюсь, что в такой момент не смогу сосредоточиться на высокой поэзии, - улыбнулся Валентин. – Слишком хорошо. В следующее мгновение браслет внезапно вспыхнул яркой синевой. Лионель замер внутри Валентина, не отрывая взгляда от тонкой полоски металла. - Сейчас, наверное, опять погаснет, - недовольно покосился на браслет Валентин. Но синий свет остался. Валентин нахмурился. - Что? – он дернулся и изумленно уставился на Лионеля, когда тот неожиданно вышел из него и, не обращая внимания на свой все еще возбужденный член, натянул штаны. – Лионель..? – растерянно позвал его Валентин, приподнимаясь на локтях. Его собственное возбуждение разом схлынуло, а сердце неприятно сжалось от дурного предчувствия. Лионель молча открыл дверь, впуская внутрь нескольких людей в лабораторных халатах. - Лионель, что происходит? – Валентин попытался вырваться, скованный паникой, когда двое мужчин в хирургических масках прижали его к кровати, не давая пошевелиться. – Отпустите! - Селина, - негромко скомандовал Лионель, даже не глядя на Валентина. – Проверь. Уже знакомая Валентину блондинка подошла к нему и изучила браслет, продолжавший ярко сиять. - Индикатор показывает, что активация прошла успешно, - резюмировала она и подняла на Лионеля торжествующий взгляд. – Мой маршал… - Возьми пробу. Валентин замолчал, глядя расширившимися глазами на то, как Селина достает шприц из кармана халата. Она ловко ввела иглу в вену Валентина и взяла немного крови. Зачем? Какого Леворукого происходит, что случилось на этот раз? - Хейл, - девушка требовательно уставилась на четвертого, пришедшего с ними, который тут же подошел к ней, протягивая какую-то дощечку. Селина капнула на поверхность несколько капель крови Валентина. - Мой маршал, - ее голос радостно зазвенел. Лионель внимательно изучил дощечку и холодно улыбнулся. - Молодец, - похвалил он Селину и обернулся к Валентину, обращаясь к сдерживающим его мужчинам. - Пусть оденется. На нижний уровень его. Будет обидно, если господин Придд так и не увидит то, что он из себя представляет.

- - - - -

Решительно ничего не понимая, Валентин, совершенно сбитый с толку, следовал за ведущими его по коридору военными. То, что произошло что-то плохое для него, а хорошее для остальных, он уже понял. Вот только, что конкретно? Лионель, он… Валентин вспомнил ледяной равнодушный взгляд, которым тот наградил его напоследок, и подавил желание обхватить себя руками и скривиться от внезапно накатившей боли и одиночества. «Только не говорите мне, что он сделал то же, что и Арно», - отчаянно подумал он, хотя в глубине души понимал, что именно это и произошло. – «Сколько еще предательств мне придется пережить? Главное, зачем?» Валентин очнулся от невеселых размышлений, только когда его заставили остановиться. Он огляделся вокруг и похолодел. Он явно находился в какой-то лаборатории. Компьютеры, микроскопы, колбочки и другие инструменты… А в дальнем углу несколько раздельных клеток. В каждой из которых по человеку. - Бесноватые, - пояснил Лионель, возникший словно из ниоткуда – уже одетый по всей форме и аккуратно собравший волосы в привычный хвост. Валентин резко обернулся на его голос. - За что? – прошептал он одними губами. Лионель покачал головой. - Как-то раз вы спросили меня, почему Алва не убил и вас тоже, - небрежно бросил он Валентину, проходя вперед и изучая бумаги, принесенные одним из помощников. – Я солгал о причине. Валентин поднял голову, пытаясь поймать взгляд Лионеля, но тот не смотрел на него – он разглядывал клетки, явно что-то прикидывая и рассчитывая в уме. - Настоящая причина вашей неприкосновенности кроется в другом, - продолжил он, одновременно указывая на вторую справа клетку. – Попробуем его, - велел он высокому офицеру. Тот подозвал нескольких людей, и они двинулись к клетке. - Так вот, - Лионель обернулся к Валентину, оценивающе разглядывая его. – Настоящая причина, почему вас не убили, и зачем я приставил к вашей персоне своего брата, чтобы оберегать вашу жизнь. Понаблюдайте, может быть, сами догадаетесь. Селина, - кивнул он девушке. Селина снова ввела шприц в его вену и наполнила кровью. Валентин поморщился от боли, но Селина тут же заклеила пластырем поврежденное место. Потом она повернулась к офицерам, которые сдерживали изрыгающего проклятия и ругательства бесноватого. Его глаза бешено вращались, хрусталики были красными – одна из последних стадий болезни, вспомнил Валентин свои исследования. Селина подошла к бесноватому, изящно цокая каблуками, и вколола ему кровь Валентина. Бесноватый замер на мгновение, а потом закричал, забившись в конвульсиях. Валентин с ужасом отшатнулся, но его тут же схватили – охрана, кажется? Бесноватый тем временем безжизненно обвис в руках военных, а потом медленно поднял голову, совершенно потерянно и непонимающе глядя на людей вокруг. Краснота исчезла из его хрусталиков – глаза мужчины стали обычного карего цвета. - Что происходит? – хрипловато спросил он, обращаясь ко всем сразу и растерянно вертя головой. – Что… где я? Селина тем временем взяла пробу его крови и показала результат Лионелю, который торжествующе усмехнулся. - Ни следа вируса, - произнес он и повернулся к Валентину. – Причина, по которой вы все еще живы, кроется в вас, - объяснил он, глядя в глаза. – В вашей крови – вакцина от скверны. И теперь она, наконец, активирована и, как видите, действует.

- - - - -

Ноги Валентина подкосились, и он рухнул бы на пол, если бы его не поддержали под руки. Он в немом потрясении смотрел перед собой, ничего не видя. В ушах шумело, а горло будто сжалось до размера булавочной головки. Вакцина от скверны? В нем? Что за бред? Он даже не осознал, что сказал это вслух, пока не услышал ответ Лионеля. - Ваш брат. Или вы все еще не догадались? Когда он пришел попрощаться с вами в день своей смерти, он ввел в вас ключ к вакцине. Неожиданная мысль заставила Валентина ахнуть, его глаза расширились в неверии. - Кольцо, - выдохнул он. – Царапина, - он машинально коснулся того места на шее, где его тогда случайно порезал Юстиниан. Выходит, вовсе не случайно? - Это не было обычной царапиной, - подтвердил Лионель. – Ваш брат в этот самый момент ввел в ваш организм вакцину от скверны, которую сумел создать перед гибелью. - Тогда какого Леворукого вы изначально не схватили меня? – с горечью произнес Валентин, ощущая разом навалившуюся усталость и равнодушие. Какая разница, что теперь с ним будет – Арно оставил его, Лионель тоже оказался всего лишь расчетливым мерзавцем. Юстиниан… даже он в итоге просто использовал его. Даже он. - Не все так просто, - пояснил Лионель. – Видите ли, ваш брат действительно гений – стоит отдать ему должное. Он позаботился о том, чтобы вакцина находилась в безопасности. И он знал вас – слишком хорошо знал. Бывший бесноватый о чем-то спрашивал военных – его голос дрожал – но Валентин не понимал смысла слов, словно мозг отказывался воспринимать человеческую речь. Он слышал лишь холодный, спокойный голос Лионеля и понимал, что все, что происходило с момента входа в Седьмую зону, являлось ложью. - Юстиниан Придд знал, что у вас определенные… проблемы с выражением чувств и эмоций. Вы сдержанны, скрытны и холодны, - продолжал Лионель, его слова доносились до Валентина будто из вязкого тумана. – Он сделал так, что вакцина могла активироваться только при определенных условиях. А именно – чтобы вы продолжительное время ощущали себя спокойным и счастливым. Счастливым в плане, - Лионель ухмыльнулся. – Сексуальной жизни, среди прочего. Проще говоря, необходимо сочетание радости и возбуждения, и те химические соединения, которые вырабатываются при этом в организме. Ваш брат был гением – я уже упоминал об этом? Все это время… значит, все это время Лионель… Он делал это лишь для того, чтобы активировать вакцину в его крови? - Браслет – индикатор. Он показывает уровень активности антител. Валентин бросил короткий взгляд на сияющую металлическую полоску на запястье. - Теперь он бесполезен, - пожал плечами Лионель. – Видите ли, однажды активировавшись, вакцина не может «деактивироваться» обратно. - Поэтому теперь больше нет нужды делать меня счастливым? – хрипло рассмеялся Валентин, с безразличием наблюдая, как Селина снимает с него браслет. – Вы так любезны, господин маршал. Неожиданно Лионель вынул пистолет и, почти не целясь, выстрелил в бывшего бесноватого. Валентин дернулся, в изумлении и какой-то прострации глядя на растекающееся по полу темно-красное пятно. - Он же вылечился, - прошептал он. – Почему? - Вылечился, - хмыкнул Лионель. – И что с ним делать? Лишний рот нам ни к чему – ресурсов мало. Отпустить его? Чтобы он разболтал всем на поверхности о том, что найдено лекарство? Вас раздерет на кусочки ближайшая толпа. Бесноватых или нет – но раздерет. Уберите тело, - небрежно бросил он военным и кивнул сопровождающим Валентина. – И отведите господина Придда в палату. Мы приступаем ко второй стадии.

- - - - -

- Мне сообщили, что вы отказываетесь от еды, - Лионель вошел в палату, закрыв за собой дверь. Валентин не обернулся на звук. Он лежал на кровати, отвернувшись к стене. С того дня он почти не произнес ни слова. Его отвели в охраняемую палату, потом с ним что-то делали, брали еще образцы крови, потом, кажется, кололи снотворное или что-то в этом роде… Он не помнил толком, да и какая теперь разница, что с ним сделают. Какая разница, если его использовали и обманули все, кого он когда-либо знал. Включая собственного брата. «Валентин, ты простишь меня?» - последние слова Юстиниана. Простишь за что – за то, что сделал его ходячей вакциной, на которую тут же открылась охота? Ведь Алва и Валме поняли, что Юстиниан что-то дал ему помимо флешки. Вот только, что конкретно – никто не знал. Поэтому Валме тогда ушел, довольствуясь одной лишь флешкой – скорее всего, хотел проследить за Валентином. Может быть, он думал, что Валентин приведет его ко всем сокровищам этого мира? А все это время главная ценность крылась в нем самом. Смешно. «Беги», - да, конечно, Юстин. «Беги», потому что ты теперь – главная ценность всея Талига. Да что там, всей Кэртианы. «Беги», вот только больше не убежать. Да и зачем? Какая разница, что с ним будет. Скорее всего, в итоге, его просто убьют. - Господин Придд, вы хотите, чтобы вас кормили насильно? - Еще не так давно вы называли меня по имени, господин маршал. Лионель приподнял бровь, остановившись у кровати Валентина. - Должен сказать, в вашей семье потрясающе развит актерский талант, - тихо заметил Валентин. – Я дал бы вам Золотого Павлина за вашу игру – вашу и Арно – только, простите, по-моему, все Павлины остались в Паоне, а она разрушена и разграблена. - Я не стану оправдываться или просить прощения, - пожал плечами Лионель. – Я делаю лишь то, что требуется для защиты вверенной мне страны. «И укрепления вашего авторитета», - мысленно добавил Валентин, замечая, насколько холоден взгляд Лионеля. - Вы рассказывали мне столько всего, с тех пор как я нахожусь здесь, - Валентин по-прежнему не оборачивался, лежа лицом к стене. – Было ли среди этого хоть слово правды? - Вообще-то, почти все, - Лионель поправил собранные волосы. – Я твердо следую правилу не выдумывать больше, чем нужно. Вашего брата действительно убил Рокэ Алва. По сути дела, я умолчал лишь о вакцине. Прежде, чем активировать ее, мне были необходимы данные с вашего нетбука. Как хорошо, что вы сами отдали его. - Да, напомните мне об этом еще раз, - отстраненно сказал Валентин. – А потом выкачайте из меня всю кровь и подавитесь ею. - Ваша кровь нам понадобится, это так, - кивнул Лионель. – Но вы нам нужны живым. Поэтому я предпочту, чтобы вы начали принимать пищу. Или придется приковать вас к кровати и вводить питательные вещества внутривенно. Мне хотелось бы этого избежать. - Идите к кошкам, господин маршал, - вежливо посоветовал Валентин. – Мне все равно.

- - - - -

Лионель сдержал угрозу – Валентина заставляли есть насильно. Впрочем, он не отпирался. Ему было совершенно все равно, что с ним будет, поэтому, пока его не заставляли, просто не притрагивался к еде. Последующие дни смешались в сплошную туманную завесу – его кровь постоянно брали для образцов и экспериментов. Из разговоров вьющихся вокруг него военных и ученых Валентин понял, что дела шли не совсем так, как планировалось. А именно – им не удавалось воспроизвести действующую вакцину вне носителя. Вне его тела лекарство не работало – клетки гибли и не размножались. Первое время Валентин ощущал неясное злорадство, что мешает планам Лионеля. Потом его снова накрыла апатия и равнодушие. Пусть не получается – потом получится и, рано или поздно, он станет не нужен. Им нужна вакцина, не Валентин Придд. Да и был ли он сам по себе кому-либо по-настоящему нужен? Даже Юстиниану? Который использовал его точно так же, как и остальные. Зачем он вообще ввел в его кровь вакцину? Тем более с такими странными условиями активации. Юстиниан что, серьезно думал – когда-нибудь настанет время, и рядом с Валентином окажется близкий человек, достойный доверия, который поможет извлечь пользу из активации вакцины? Всеобщее излечение, мир во всем мире, снова города вместо зон, возвращение цивилизации? Бред, какой бред. Какая наивная, детская, глупая мечта. Она никогда, никогда не сбудется.

- - - - -

- Позвольте поинтересоваться, - тихо сказал Валентин, когда Лионель в очередной раз пришел проверить его состояние. Савиньяк вопросительно поднял брови, оставаясь стоять – он явно не намеревался задерживаться здесь надолго. - Рокэ Алва на самом деле – ваш человек? А деньги Фельпа и Ургота шли в армию? Во взгляде Лионеля на миг промелькнуло удивление. - Вы не теряли времени даром, господин Придд. - Я много думал, - сухо ответил Валентин. – Чем еще я могу заниматься в своем положении, кроме как думать? И пришел к определенным выводам. Валме оказался предателем и склонил на свою сторону Алву. Так? Лионель отрывисто кивнул. - Не стану отрицать вашу правоту. - Тогда, получается, заполучить флешку изначально хотели вы? - Не совсем я, - покачал головой Лионель. – Тогда я еще не был маршалом. Те, кто стояли надо мной. - Но вы просчитались, - хмыкнул Валентин. – И вирус вышел из-под контроля. Хотя мне более вероятным кажется, что ваше командование допустило распространение вируса с какой-то вполне определенной целью. Лионель словно окаменел и повернулся к дверям с явным намерением уйти. - Я не собираюсь отчитываться перед вами, господин Придд. - А, так я угадал, - Валентин приподнялся на локтях, глядя Лионелю в спину. – Скажите, господин маршал, - четко и ясно произнес он. – Как вы спите по ночам, зная, что вы и ваша армия допустили распространение вируса? И как к этому относится Арно и ваш второй брат? Они тоже знают, что фактически вы дважды убили собственную мать? - Это не ваше дело, Придд, - ледяным тоном бросил Лионель. – Не забывайтесь. Вы живы только потому, что пока еще нужны нам, - с этими словами он вышел из палаты, резко захлопнув за собой дверь.

- - - - -

Целыми днями Валентин лежал на кровати, чаще всего лицом к стене, оставаясь отстраненным и равнодушным, безучастным ко всему, что делали с ним. Он не отвечал на вопросы и не реагировал ни на что. Он больше не вспоминал брата и время до появления скверны. Он больше не вспоминал Арно, его смех и искорки в темных глазах. Он больше не вспоминал проникновенный шепот Лионеля, читающего ему стихи Веннена – какая глупость. И он купился на это. Он остался один – теперь по-настоящему один – и ему было совершенно все равно, что с ним сделают в итоге.

- - - - -

- Вставай, Придд, - Валентин словно сквозь плотную пелену услышал знакомый голос. Образцы теперь брали каждый день, и он ослабел от постоянных уколов и потери крови. - Да что с тобой такое? – сердитый голос, кто-то снова потряс его за плечо. – Ну же, Леворукий тебя раздери, вставай! У нас мало времени, надо вытащить тебя отсюда, - Арно Савиньяк с отчаянной решимостью на лице стоял у кровати Валентина.