Будь на моей стороне

Валентин сидел, словно оцепенев, глядя перед собой, слушая и не слыша Арно. В его памяти снова всплыло вытянувшееся на мгновение лицо солдата, когда тот отвечал по рации. Похоже, вокруг стояли скрытые камеры и, увидев на них Валентина, маршал Савиньяк сразу отдал распоряжение впустить его. А Валентин попался, так как устал с дороги, и просто не соображал после всего, через что прошел в Нулевой. Вот только зачем он Савиньяку? Что им всем от него нужно? Расстрелять за уничтожение человечества? Дать орден за зачистку населения? - Я позорно проиграл хакеру, - сказал Валентин вслух, чтобы потянуть время, кивая при этом на свой нетбук. – Разрубленный Змей, мне даже как-то стыдно. Я же был таким хорошим программистом. - Так это ты успешно отбивал все мои атаки на ваш сервер? – Арно хихикнул, однако рука, держащая пистолет, даже не дрогнула. – Молодец, - похвалил он. - Я и мой напарник, Август Гирке, - исправил Валентин. – Хочешь правду обо мне? Хочешь узнать, что произошло пять лет назад? Или ты просто здесь за тем, чтобы убить меня? - Убить – нет, слишком скучно, - задумчиво протянул Арно. – А вот послушать я не против, а то все эти недели только болтаю. Пора и тебе поработать языком. Что-то мне не верится, что вирус распространил ты, хотя журналисты и прочие, кому это было выгодно, давно сделали все, чтобы очернить имя вашей семьи. Но, поскольку я любопытен, хотелось бы услышать правду. Так что рассказывай, Придд. Кстати, я говорил, что ты выбрал довольно-таки убогое имя? - «Отто Гюнце» - самое обычное имя, - огрызнулся Валентин. – Которое встречается уж всяко чаще, чем мое настоящее. - Согласен, - чуть подумав, кивнул Арно. – Валентин – слишком редкое в наших краях имя. И все же, мог бы проявить больше фантазии. - Фантазировать умел мой брат, не я, - сухо ответил Валентин. - Вот и расскажи о нем, - Арно сел поудобнее, не спуская Валентина с прицела. – Как так вышло, что вместо всех благ цивилизации и прогресса мы теперь имеем то, что имеем? - Это приказ? – ледяным голосом уточнил Валентин. Арно вопросительно приподнял брови. - Рассказать – приказ? – повторил Валентин. - Я могу приказать, - тихо сказал Арно. – Но предпочел бы просто услышать все от тебя. - Я думал ты – мой друг. - Я, прежде всего, военный. Во всяком случае, последние пять лет, - лицо Арно оставалось непроницаемым, хотя в глубине черных глаз что-то промелькнуло. – В нынешние времена никто никому не друг. Валентин скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. - Хорошо же вы, однако, играли все это время, - заметил он, переходя на вежливо-холодное обращение. – Отдаю вам должное – вы обыграли меня и по технической части, - Валентин покосился на нетбук. – И по актерскому таланту. Что я могу сказать – браво. - Твое мнение о моих талантах меня не интересует, - Арно заправил за ухо выбившийся из хвостика локон, делая вид, что не заметил перехода на «вы». – Что тебе известно о появлении скверны? - Вы удивитесь, но не так уж много. Я был программистом в Сансет, не биологом. И к исследованиям не имел никакого отношения. - Мне известно, что в Сансет существовала весьма своеобразная иерархия уровней доступа – кажется, по королевским титулам? – сощурился Арно. Валентин кивнул и пожал плечами. - Директор Сансет любила старинные традиции. По крайней мере, некоторые. Титулы как уровни доступа были ее идеей. Мой уровень доступа – «граф», - сказал он. – У Юстиниана был «герцог», также как и у его напарника. - И, тем не менее, тебя пускали в лабораторию. - Только когда им нужно было наладить компьютеры или исправить программный сбой. - Но дома брат был откровенен с тобой, нет? - Юстиниан никогда не выбалтывал секреты компании. Арно закатил глаза и досадливо поморщился. - Мы так и будем играть в словесную дуэль, или ты уже, наконец, просто расскажешь, что тебе известно? - И вы, конечно, погладите меня по голове, скажете, какой я хороший мальчик и отпустите после этого, - фыркнул Валентин. – Не смешите меня, Савиньяк. - С тобой посмеешься, - буркнул Арно. - Достаточно, теньент, - прервал их дискуссию новый голос. Арно повернулся к двери и скривился. - Капитан Реддинг, - неохотно кивнул он вошедшему мужчине – тоже в форме «фульгатов». - Ты превышаешь свои полномочия, Арно, - негромко сказал Реддинг, давая знак еще двоим «фульгатам» войти. – Приказа допрашивать господина Придда не поступало. Тебя вообще не должно быть здесь сегодня. - Закатные твари вы все, - обиженно тряхнул волосами Арно. – Подумаешь, спросить ничего нельзя. - Нельзя, - тихо, но твердо отрезал Реддинг и повернулся к Валентину. – Господин Придд, прошу проследовать с нами. Вещи можете взять с собой. Валентин повиновался приказу, сжав губы в тонкую линию. - Прошу, - Реддинг вежливо пропустил его к двери, увидев, что тот собрался. - Одну минуту, - Валентин остановился у самой двери. – Господин Савиньяк, - нарочито вежливо обратился он к Арно, не оборачиваясь и глядя прямо перед собой. – Вам известен некто под прозвищем Васспардский Спрут? - Этот мерзавец, - мгновенно вскинулся Арно. – Увел тогда некоторые важные сведения насчет Гайифы, чем сорвал нам – ну то есть, братьям, я тогда еще не состоял в армии – одну важную военную операцию. Я пытался засечь его местонахождение, но безуспешно. - Да, - отстраненно кивнул Валентин. – Впрочем, сегодня вы рассчитались со мной за тот случай сполна. Надеюсь, вы удовлетворены. Хорошего вечера, господин Савиньяк. Валентин вышел в сопровождении «фульгатов», оставив Арно с открытым ртом смотреть ему вслед.

- - - - -

Крытый фургон стоял прямо у входа в отель. Реддинг помог Валентину забраться в кузов, где находились солдаты с винтовками наперевес – явно охранники. Валентина грубовато толкнули на сиденье, после чего фургон тронулся с места. Охрана не заговаривала с ним, да и Валентин хранил молчание. Он сидел, опустив голову так, чтобы волосы закрывали лицо. Он пытался убедить себя, что ему нужно волноваться и думать о том, куда и зачем его везут, но все, что он мог, это почему-то вспоминать лицо Арно. «В нынешние времена никто никому не друг». Горькая, жгучая обида, казалось, поднялась из самых глубин его подсознания, чтобы заполнить собой все. Валентин никогда не был эмоциональным человеком. Юстиниан прекрасно это знал и не давил на него расспросами, почему это он не смеется, когда смешно, и не плачет, если больно. Валентин перестал плакать года в три, а смеяться и того раньше, но для него это всегда казалось нормой. Он был полнейшим интровертом и не имел обыкновения внешне проявлять эмоции. Но почему-то предательство – а Валентин считал это именно предательством – Арно всколыхнуло в нем настоящую бурю чувств. Он прислушивался к голосам солдат и рокоту двигателя фургона, пытаясь угадать, в какой точке зоны они сейчас находятся и куда едут, но все, что слышал вновь и вновь – слова Арно. Валентин, пожалуй, впервые в жизни, не обращая внимания на окружающих его людей, позволил себе нормальную человеческую реакцию – он зажмурился и стиснул кулаки. «А ведь я доверял тебе, Савиньяк», - с горечью подумал он. – «Я действительно начал считать тебя другом».

- - - - -

Валентин дернулся и чуть не скатился с сиденья, когда фургон остановился. Солдаты молча подошли к брезенту и выглянули наружу. Валентин побледнел и крепче вцепился в свой рюкзак. Его не связывали, но обращение было не самым любезным, это уж точно. Валентину на голову надели темный мешок, чтобы он не видел, куда его ведут, и грубовато подтолкнули к выходу. Чьи-то руки помогли спуститься с фургона, кто-то схватил его за предплечье и повел вперед. Всем было приказано молчать, поэтому тишина разбивалась лишь хлюпающими шагами – его вели по грязи? – солдат и негромкими ругательствами. Через некоторое время Валентин ощутил дуновение ветра на коже, а потом характерный звук закрывающегося шлюза за спиной. «Только не говорите мне, что здесь существует секретная подземная лаборатория или что-то в этом роде», - скептически подумал он. Через некоторое время его заставили остановиться, и Валентин вдруг ощутил специфическое чувство легкого головокружения и подкатывающего к горлу желудка. Лифт? Леворукий, да это просто смешно – правда, что ли, подземная лаборатория? Когда мешок, наконец, сняли, Валентин зажмурился и машинально заслонил глаза от яркого света. Он стоял посреди освещенного коридора. С обеих сторон находились солдаты с оружием наготове. Валентин вскинул голову, когда в конце коридора показались двое – один высокий, белокурый, поразительно похожий на Арно. Маршал Савиньяк, догадался Валентин, только который из? Раз Арно упоминал, что Эмиль в Хексберг, то этот может быть только один. Холодные темные глаза и небрежность, с которой он обратился к ближайшему солдату, подтвердили догадку Валентина – Лионель. Человек рядом с ним был пониже, с раздраженным выражением лица, он то и дело бросал недовольные взгляды на маршала. Лионель Савиньяк неторопливо подошел к Валентину и сверился с бумагами, которые держал в руках. Потом он поднял взгляд, с интересом разглядывая Валентина, и хотел было зачитать бумаги – похоже, его досье? Валентин тоже поднял голову, глядя прямо в черные глаза Савиньяка. «Совсем как Арно», - снова пронеслась мысль. – «Только старше. И Арно похож на огонь, а от этого исходит холод». - Валентин Отто Придд, - негромко произнес сам Валентин, прежде чем Лионель успел прочитать что-либо, чем вызвал удивленный взгляд маршала и волну шепотков вокруг. – Уровень доступа «граф». Отдел программного обеспечения корпорации Сансет, бывший ведущий программист. Лионель приподнял бровь и коротко кивнул ему. Валентин снова опустил голову, не обращая внимания на шепот вокруг. Лионель отдал бумаги своему помощнику и повернулся к солдатам. - Все свободны, - негромко приказал он. – Можете идти. Давенпорт, вы тоже. Нестройное: «Да, мой маршал». Валентин сделал было шаг в сторону, куда уходили солдаты, подумав, что ему стоит пойти туда же, но на его плечо опустилась рука, задерживая. Он поднял голову и столкнулся с внимательным взглядом Савиньяка. Лионель держал его, пока они не остались одни в коридоре, потом отпустил и легко кивнул, словно приветствуя равного. - Господин Придд, - обратился он к Валентину. – Позвольте представиться – Лионель Савиньяк, маршал Талига, - он протянул Валентину руку, которую тот, после секундного колебания, пожал. - Валентин Придд, - ответил он. – Впрочем, вы уже знаете. - Приношу свои извинения насчет обращения с вами, - Лионель двинулся дальше по коридору, и Валентину ничего не оставалось, как последовать за ним. – Я не мог позволить вести себя с вами по-другому ради вашей же безопасности. - Ради моей безопасности вы могли оставить меня в покое изначально, - заметил Валентин, гадая, что Савиньяк задумал. Лионель покачал головой. - Салиган опознал вас, как только вы пересекли границу Седьмой, - объяснил он. – Со временем вас опознали бы другие, а это представляло угрозу вашей жизни. Я хотел бы извиниться перед вами, - Лионель серьезно посмотрел на Валентина. – За неподобающее поведение моего младшего брата. К сожалению, несмотря на многочисленные попытки, мне так и не удалось воспитать его достойным человеком. Наш отец умер рано, и мне пришлось играть его роль для Арно – похоже, не очень успешно, учитывая, что он вытворял в юности. При упоминании Арно обида снова окатила Валентина едкой волной изнутри, но внешне он держался невозмутимо и спокойно как всегда. - Я не отдавал приказа Арно вести себя, как осел, - тем временем сказал Лионель. – И тем более расспрашивать вас о чем-либо. Ему было поручено лишь охранять вас и следить, чтобы никто не попытался причинить вам вред, пока вы находитесь в Седьмой зоне. - Зачем? – спросил Валентин. - Я все объясню вам, - Лионель открыл дверь, пропуская его в просторный кабинет. – Присаживайтесь, - он показал Валентину на одно из кресел, стоящих вокруг небольшого круглого столика, на котором находилась бутылка вина, большой чайник, а также две чашки и два бокала – похоже, Лионель ждал его. – Вы не голодны? Вино или чай? - Нет, благодарю вас, - Валентин опустился в кресло, настороженно разглядывая окружающее пространство. – Чай, с вашего позволения. Кабинет как кабинет, ничего лишнего. Окон нет, только лампы. Похоже, в месте, где он оказался, электричество подавалось постоянно – точно секретный военный объект. Единственным предметом, вызывающим недоумение, была розовая рамка в каких-то лебедях и цветочках. Рамка висела на стене рядом со столом Лионеля. Разглядев фотографию человека в рамке, Валентин резко побледнел. Лионель проследил за его взглядом и кивнул. - Вижу, вы обратили внимание. Рамка, если можно так выразиться, моя небольшая слабость. Ну и, разумеется, предмет многих бородатых шуток в армии – надо же поддерживать боевой дух, - Лионель коротко улыбнулся. – Видите ли, в рамку я помещаю портреты тех, кого на данный момент считаю главными врагами Талига. - Позвольте, в таком случае, поинтересоваться, - медленно произнес Валентин. – Что в ней делает фотография напарника моего старшего брата Рокэ Алвы?

- - - - -

- Как раз об этом я и хотел вам рассказать, - Лионель предпочел устроиться в кресле напротив Валентина, нежели за своим столом. – Для начала, позвольте поинтересоваться, как много вы уже знаете – я имею в виду о работе вашего брата и о нем самом? - Юстиниан никогда не скрывал от меня ничего, - тихо ответил Валентин, выбирая слова. – Но он также никогда не болтал о рабочих делах – соблюдал уровень секретности. - Вы же, в свою очередь, достаточно необщительны и немногословны, чтобы не расспрашивать самому, - подхватил Лионель. – Это похвально. - Господин маршал, я… - Лионель, - твердо пресек Валентина Савиньяк. – Пожалуйста, называйте меня Лионель – вы не состоите в моей армии, чтобы соблюдать субординацию. Вы позволите мне в ответ называть вас Валентин? Валентин кивнул, ощущая себя очень странно. Вежливость и обходительность, с которой обращался к нему Савиньяк, никак не вязались со слухами о ледяном характере маршала и о том, что он делает с теми, кто не подчиняется его приказам. Впрочем, напомнил себе Валентин, не стоит забывать о том, что еще на входе в Седьмую многих расстреляли… Хотя, опять же, вдруг это являлось самоуправством солдат и не имело отношения к Лионелю? Валентин заставил себя перестать думать глупости. Понятно, что после Арно ему хотелось узнать хоть кого-то, на кого можно положиться, но вряд ли маршал Савиньяк является тем, кому стоит доверять. Будучи Приддом, вряд ли можно доверять вообще кому-либо. Но, Разрубленный Змей, как же хотелось иметь возможность доверять. Он устал за все эти годы от постоянного страха и чувства вины. - Валентин, - негромко позвал Савиньяк, вырывая его из омута мыслей. – Скажите, вы знаете, что случилось с вашим братом в последний день его жизни? - Нет, - ответил Валентин после минутного колебания. – То есть, я знаю – я уверен – в том, что его убили. Но кто и за что конкретно мне так и не удалось выяснить. Лионель кивнул своим мыслям. - Я знаю, кто убийца, - спокойно сказал он. Рука Валентина дернулась, несколько капель чая пролилось на стол. Он отставил чашку на блюдце, пристально глядя на Лионеля. Тот холодно улыбнулся. - Информация за информацию, Валентин? Расскажите, что знаете вы, а я расскажу, что удалось выяснить за эти годы мне. Валентин нахмурился, раздумывая. Савиньяк все равно знает, кто он. И, похоже, знает правду о том, что случилось тогда в Олларии. Почему бы и нет. Лучше сосредоточиться на Лионеле и тайне смерти Юстиниана, чем думать о том, как хочется, чтобы слова Арно и его холодный тон оказались дурным сном. - Юстиниан правда мало говорил о работе, - пожал плечами Валентин. – Когда он только начал работать в Сансет, он выглядел таким счастливым. - Еще бы, - Лионель отпил глоток чая. – Ему пообещали заоблачные перспективы. - Я тоже так подумал, - кивнул Валентин. – Что ему дали свободу действий. Он всегда любил изобретать, и Сансет предоставил ему такую возможность. - Сансет имел богатых спонсоров, - заметил Лионель. – Фельп и Угрот… прошу прощения, Вторая и Третья зоны – раньше были богатейшими странами. - Они – спонсоры Сансет? – удивился Валентин. - Они – спонсоры Алвы, - уточнил Лионель. – Но о нем – потом. Сначала вы. Валентин кивнул, возвращаясь к собственному рассказу. Юстиниан действительно выглядел счастливым в начале своей работы в Сансет. Искренне радовался тому, что может заниматься любимым делом, за которое, к тому же, хорошо платили, и постоянно говорил Валентину, как здорово, что его взяли на работу. Подробностей своей работы он, впрочем, не упоминал уже тогда, сразу заявив, что у него высокий уровень секретности, и он не вправе разбалтывать сведения о компании. Только шепнул как-то раз о том, что трудится над «грандиознейшим» проектом. Когда Валентин начал учиться в университете, Юстиниан заманил его в Сансет сначала на практику, а потом, увидев его способности, Катарина Оллар, директор компании, взяла его в качестве программиста, поставив работать с напарником – Августом Гирке. Работать с Гирке было удобно – спокойный, рассудительный, опытный, присутствие не напрягает. Валентин легко поладил с ним. С Юстинианом они свою работу не обсуждали – им хватало других тем для разговоров, и выдавать секреты организации они не собирались. Вот только Юстиниан постепенно начал меняться. Последние несколько месяцев его радостное и воодушевленное выражение лица с каждым днем бледнело, становясь все более обеспокоенным, а под конец – мрачным. «Над чем ты работаешь?» - вопрос уже долгое время готов был сорваться с губ Валентина, но он сдерживал себя. Может, зря? В тот день Юстиниан пришел к Валентину в кабинет на работе. Он и раньше так делал в обеденный перерыв, и в этом не было ничего особенного – братья почти всегда обедали вместе в столовой и приезжали на работу тоже вместе, на машине Юстиниана. Вот только лицо Юстиниана на этот раз было белее бумаги, а руки дрожали. - Я сотворил монстра, Вальхен, - заявил он с порога. – Я сотворил чудовище, которое никто не сможет остановить, - повторил он. – И они собираются использовать его. Леворукий, если бы я знал… - Использовать что? – Валентин отвернулся от монитора, где старательно выписывал коды для своей новой разработки к программе. – Юстин? - Мне нужно идти, - взгляд Юстиниана стал решительным. – Валентин, - тихо позвал он. – Ты простишь меня? - За что? Юстиниан не ответил. Он молча подошел к нему и обнял. Кольцо Юстиниана царапнуло шею Валентина, и он ойкнул, поспешно стирая тонкую струйку крови. Юстиниан смущенно извинился, а потом, поцеловав напоследок брата в висок, торопливо ушел, наказав Валентину никуда не высовываться и сидеть на месте. Валентин впоследствии еще долго укорял себя в том, что не пошел за ним. Через некоторое время на экране его монитора появилось одно-единственное слово. Валентин понятия не имел, как брату это удалось – он воспользовался его административным доступом? – но Юстиниан смог предостеречь его. «Беги» - пылало красными буквами во весь экран. Валентин знал, что брату он может доверять во всем. И что если тот говорит, прыгай – тому есть веская причина, даже если при этом стоишь на крыше небоскреба. Поэтому Валентин сорвался с места. Уже садясь в машину Юстиниана, он услышал, как за спиной в здании Сансет взвыла тревога.

- - - - -

- Я догадался, что домой нельзя, - Валентин глядел на Лионеля, но не видел его, с головой уйдя в воспоминания. – И поехал в мотель. Мой нетбук был со мной, я всегда носил его с собой. Я подключился к интернету в мотеле, - Валентин закрыл на мгновение глаза, его голос стал хриплым. – В новостях была заметка. О том, что молодой многообещающий ученый покончил с собой… Я сразу понял, что это ложь, и в Сансет случилось что-то непоправимое, страшное, и они пытаются всеми силами замести следы. Я не собирался оставаться в мотеле на ночь – понял, что, возможно, являюсь их следующей целью как брат Юстина. Я готов был уже сесть в машину, когда в дверь постучали. Я думал, мне конец, но это оказался Август. Он… дал мне флешку. Флешку, на которой было последнее напутствие брата, а также формула и информация о скверне. Лионель подался вперед, жадно ловя каждое слово Валентина. - Август пребывал в довольно-таки смятенном состоянии, - продолжил Валентин. – Он сообщил, что Юстиниан мертв, и что перед смертью он, должно быть, сошел с ума, так как стер всю информацию с серверов Сансет. И, тем не менее, поскольку он попросил, а Гирке доверял ему – вот он и разыскал его брата… Я не вслушивался. После того, как он сказал, что Юстин действительно погиб, я не хотел ничего знать. На вопрос о том, как он отыскал меня, Август лишь посмотрел укоризненно – он засек мой сигнал нетбука. Я даже не знал, что он установил на нем «жучок», чтобы отслеживать мое местонахождение, - отстраненно заметил Валентин. – Оказывается, его Юстин попросил, беспокоясь обо мне. Я кивнул Августу, поблагодарил за заботу и, следуя его совету, поехал в ближайший городок. Кажется, Фрамбуа – я боялся задерживаться в Олларии. «Жучок» я, разумеется, уничтожил и проверил нетбук на наличие других – их не было. Уже будучи во Фрамбуа, я ознакомился с содержимым флешки и письмом брата, - в глазах Валентина мелькнул ужас. – Когда я понял, что вижу перед собой, признаюсь, я запаниковал. Моей первой мыслью было избавиться от флешки. - Само собой, - кивнул ему Лионель, продолжая внимательно слушать. – На вашем месте я бы тоже подумал первым делом выбросить ее и обо всем забыть. «Врет», - мелькнула мысль в голове Валентина. – «Кто-нибудь другой, может, и уничтожил бы подобную информацию, но не он». - Да, - произнес он вслух. – Потом до меня дошло, что, если данная информация попадет не в те руки, это будет слишком опасно. - И вы решили бежать. - Без оглядки, - горько усмехнулся Валентин. – Вот только не убежал. - Вы и не смогли бы – не от них, - заметил Лионель, машинально теребя край шейного платка. Валентин заметил еще раньше, что у всех военных были такие платки – кто-то носил их как шарф, кто-то повязывал на руку, кто-то наподобие банданы или косынки. Похоже, они являлись одним из отличительных знаков в армии. - Вы знаете, кто преследовал меня тогда? - Да, - Лионель отпил глоток чая и прочистил горло. – Сейчас я, с вашего позволения, продолжу рассказ, а вы будете дополнять или исправлять меня, если ошибусь. Дождавшись утвердительного кивка от Валентина, Лионель продолжил. - Начнем с того, что ваш брат, как вы впоследствии поняли, работал над одним… весьма специфическим проектом. - Над вирусом… - Нет, - Лионель покачал головой. – Изначально это не планировалось как оружие и тем более вирус. Началось все куда банальнее – Сансет хотели создать улучшенный геном для нужд обороны. Они собирались усовершенствовать солдат – такое возможно, при определенном воздействии. Ваш брат работал над этим. - Все подобные проекты в фильмах обычно оборачиваются катастрофой, - сухо заметил Валентин. - Так случилось и на этот раз, - согласился Лионель. – Что вы знаете о напарнике вашего брата? Валентин рассеяно провел рукой по волосам, вспоминая. - Рокэ Алва, - неуверенно произнес он. – Старше Юстина на несколько лет, опытный химик, Юстин отзывался о нем очень хорошо, ему нравилось работать с ним. - Вы видели его? - Несколько раз, когда устанавливал программы в лаборатории. Мы не разговаривали – он находился в другом кабинете. - Ваш брат доверял ему? - Да, - над ответом Валентин не задумывался. – Юстин упоминал, что Рокэ – его самый близкий друг. Лионель криво усмехнулся. - Порой мы доверяем совсем не тем людям, - негромко сказал он. При словах Лионеля перед внутренним взглядом Валентина на миг возникло лицо Арно, и ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы вернуться к реальности. За столько лет не было никого, кто стал бы важен Валентину, а тут вдруг за несколько недель он умудрился привязаться к человеку, который впоследствии предал его? Глупо и по-детски. Лионель ведет себя куда более взросло и в целом вызывает больше доверия, именно по той причине, что ему нельзя доверять – Валентин знал, что его мысли звучат как парадокс, но не мог объяснить себе это лучше. Старший Савиньяк правда вызывал доверие, хотя и окрашенное подозрительностью. Но, с другой стороны, сам Лионель, похоже, доверяет ему – иначе с чего стал бы рассказывать Валентину о чем-либо? - Несколько недель спустя после гибели вашего брата, к вам постучался некий человек. Я прав? – Лионель разглядывал лицо Валентина, словно читал на нем все – это отзывалось легким дискомфортом – Валентин привык к тому, что обычно его чувства и мысли надежно скрыты. Валентин кивнул. - Он назвался Ченизу. - Вы поверили ему. Валентин отвернулся, скрывая лицо. - Он назвал то, чего не мог знать, если не был близок Юстиниану. Поэтому я поверил. Он сказал, что является другом Алвы. И что тот знает причину, по которой убили моего брата. Еще он сообщил, что Гирке погиб, - Валентин закрыл на мгновенье глаза. – Это было… больно. - И еще он много чего наплел вам, - хмыкнул Лионель. – В итоге добившись того, за чем пришел – вы отдали ему флешку. - Да, - подтвердил Валентин, опустив взгляд. – Потому что хотел избавиться от подобной… ответственности. Особенно после того, как узнал, что Август тоже… и все из-за проклятой флешки. - А через несколько дней начался конец света. - Да, - Валентин непроизвольно сгреб ткань джинсов на бедре, костяшки пальцев побелели. Лионель вздохнул и подался вперед, глядя в лицо Валентина. - Вы не виноваты, - медленно и четко произнес он. – Хотя весь мир запомнил иное, стараниями Сансет и журналистов, нанятых ими же – вы не виноваты. Сколько вам было лет тогда? - Почти двадцать два года. - В двадцать два все хотят быть героями, но не брать на себя ответственность за судьбы миллионов. Вы не захотели держать у себя ключ к бездне с Изначальными тварями – не мне и не кому-либо другому вас в этом винить. Большинство людей уже в самом начале избавились бы от флешки. - Я чувствовал вину за все, что происходит вокруг на протяжении пяти лет, - спокойно сказал Валентин, глядя в черные глаза Лионеля. – Я видел, как разрушили Олларию, я стал свидетелем стольких мерзостей, что нагляделся на Круг вперед. Вы полагаете, что я вот так просто теперь могу сказать себе, что это не имеет ко мне отношения? - Я не говорю вам сделать такое, - улыбнулся Лионель. – Я говорю вам, что не стоит нести это бремя в одиночку, учитывая, что виноваты мы все. Военные в том числе – что не справились и допустили распространение скверны повсюду. А насчет вас – вас просто обманули, и очень жестоко. С другой стороны, Ченизу – профессионал, поэтому вы не могли не поверить ему. Видите ли, настоящее имя Ченизу – Марсель Валме. Он действительно является близким другом, а заодно сообщником, Рокэ Алвы. Который, к слову говоря, и убил вашего брата, чтобы завладеть вирусом.

- - - - -

Валентин неверяще уставился на Лионеля. - Рокэ Алва, он же Рубен Аррохадо, - ничего не выражающим голосом продолжил Лионель. – Является на самом деле главой подпольной террористической организации. Их центр – Четвертая. - Бывший Алвасете. - Именно. Алва был ключевой фигурой для Сансет - корпорации требовались деньги Фельпа и Ургота, а те соглашались давать их только при условии, что Алва может делать все, что ему заблагорассудится. Алва все время готовился к тому, чтобы завладеть разработкой – предполагаю, он намеренно «завернул» исследование вашего брата в нужную ему сторону. Чтобы вместо изначальной задумки получить вирус. Поскольку ваш брат, узнав о планах Алвы, сумел дать ему отпор и успел стереть файлы с серверов корпорации, Алве оставалось только одно. - Заполучить флешку, - пробормотал Валентин скорее самому себе, чем отвечая Лионелю. - Заполучить флешку, - подтвердил тот. – Валме, завладев флешкой, отправился прямиком к Алве, и они привели вирус в действие. Разумеется, создателя вируса Алва устранил, лишь только понял, что ваш брат не собирается переходить на его сторону, и недоволен тем, что его изобретение решили превратить в оружие. Алва застрелил Юстиниана Придда, а потом Валме убил Августа Гирке – к счастью, уже после того, как Гирке связался с вами и передал вам флешку. - Почему они не убили меня? – одними губами спросил Валентин. Выходит, Юстиниана застрелил человек, которому он всецело доверял и на которого полагался. Леворукий, сколько же предательств и мерзости на самом деле существует в этом мире. Есть ли предел лжи и подлости? - О, они надеялись, что вы заразитесь, и вас убьют военные, - спокойно ответил Лионель. – Почему вас не убили сразу – Алва мог захотеть еще поиграть с вами. Но вы переиграли их уже после того, как они заполучили вирус. - Как? – удивился Валентин. - Вы оторвались от слежки в хаосе, который обрушился на мир после появления вируса, и залегли на дно. Вы же все это время находились в Нулевой? - Да. Лионель неодобрительно покачал головой. - Это одновременно умно и глупо с вашей стороны. Умно, так как там вас никто не стал бы искать, после того, как вирус вышел из-под контроля. Глупо, потому что вы подвергали себя огромному риску. Оллария, насколько помню, пала первой под напором бесноватых. - Это так, - медленно произнес Валентин. – Но в Олларии также находилась лаборатория Сансет, книги и в некоторых местах – электричество. В глазах Лионеля мелькнул огонек. - Значит, я правильно предполагал. - Насчет чего? - Насчет вас. Идемте, Валентин. Я покажу вам, чем мы здесь занимаемся.

- - - - -

Валентин с удивлением обернулся на Лионеля, разглядев компьютеры и суетящихся вокруг людей – часть из них были в белых лабораторных халатах. Лионель кивнул ему. - Вы правильно догадываетесь, - сказал он. – Мы пытаемся собрать информацию о скверне, чтобы найти вакцину и остановить безумие, в которое погрузился мир. Валентин, я никоим образом не приказываю вам и не настаиваю, - Лионель замялся, а потом поднял решительный взгляд на него. – Но я хотел бы попросить у вас помощи. Я буду прав, если предположу, что все эти годы вы пытались самостоятельно изучить скверну и сделать хоть что-то? Такой ответственный человек, как вы, подстегиваемый чувством вины, так бы и поступил. Либо я совсем перестал понимать людей, - неожиданно рассмеялся маршал. Валентин облизнул разом пересохшие губы. - Нет, вы правы во всем, - тихо сказал он. – Я действительно исследовал скверну. Я скопировал флешку, прежде чем отдать ее Ченизу. Прошу прощения, Валме. Господин ма… Лионель, - Валентин поднял решительный взгляд на Савиньяка. – Мой нетбук и мои исследования в вашем распоряжении. Пожалуйста, позвольте мне помочь вам и искупить свою вину. Лионель усмехнулся и положил руку на плечо Валентина. - В таком случае, я, маршал и главнокомандующий армией Талига – то есть тем, что от Талига осталось – принимаю вашу службу.