Save my soul. Драбблы.

Вейлон сжал в кулаках простынь, оставляя прорехи в ткани под сильной хваткой. Мужчина застонал, а потом с криком резко сел на кровати, пытаясь отдышаться. Их комната встретила его тишиной и темнотой. Лишь на стене плясали тени деревьев, гнущихся под промозглым ветром. Парк провёл рукой по лицу, стирая капли пота, а потом опять упал на кровать, глядя в тёмный потолок. "Приехали," - подумал он, нащупывая непривычную пустоту на стороне кровати, где обычно спал Глускин. Неужели, снова начались кошмары о Маунт - Мессив, стоило только его любовнику- маньяку уехать? Всё началось пару дней назад с недовольного голоса Эдди в телефонной трубке, когда он сообщил, что их контора открывает новый филиал в Дерри, и его срочно отправляют туда. Вейлон даже порадовался за него, ведь это сулит неплохой заработок, а, возможно, потом и повышение, хотя за несколько месяцев работы он уже получил две должности. Что говорить, Глускин был хорош в своём деле. Однако Эдди не хотел уезжать, потому что был глубоко уверен, что Вейлон обязательно помрёт без его опеки. Может, никак не выкинет из головы тот случай с кошмарами? В любом случае, его вовсе не волновало, что Парку уже тридцать с хреном, он взрослый мужик и вполне может самостоятельно пожить пару недель. Всё время до отъезда он проел мозг Вейлона, затарил холодильник продуктами, наготовил еды, подписал каждый контейнер, приготовил ему одежду на все дни и даже оставил на зеркале в прихожей номера с телефонами экстренных служб. Когда Парк это увидел, то у него дёргался глаз весь вечер. Всё-таки иногда у Эдди проглядывали маньяческие наклонности. Нет, это совсем не значит, что Глускин чрезмерно истеричен, заботлив и выедает мозг, как жена после штампа в паспорте. Вейлон охарактеризовал бы его, как человека старой закалки. Не секрет, что он намного старше Вейлона, и, несмотря на потерю памяти, в нём хорошо отпечатались наставления его матери о заботе над семьёй, что он защита, опора и что там говорят ещё в таких случаях? Пожалуй, любая девушка мечтала бы о таком муже, но Парк не был девушкой (хоть в психушке Эдди мечтал об этом), поэтому подобные закидоны его напрягали. Внезапный звонок мобильника заставил Парка вздрогнуть. Он взял телефон, и на экране высветился номер Глускина. -Ты афигел звонить в такое время? - вместо приветствия сказал Вейлон, отвечая на звонок. -Не спишь, - констатировал Эдди. -Не сплю, - подтвердил мужчина и закрыл глаза, представляя, как его любовник сейчас лежит в кровати в номере отеля в Дерри, на нём его привычная чёрная майка- алкоголичка и такого же цвета боксеры. -Всё как в тот раз? -Откуда ты узнал? - Парк так и остался лежать с закрытыми глазами. -Почувствовал, - спокойно ответил Глускин. -Если бы я был девушкой, то растаял бы от таких слов, - усмехнулся Вейлон. - А ещё разревелся и сказал бы, что соскучился. -О нет, о таком я даже мечтать не смею, - Парк чувствовал, как Эдди улыбается на другом конце, как натягиваются и белеют шрамы около губ. - Но вообще я серьёзно. Завтра я приеду. -Не надо приезжать, - Вейлон перестал шутить. - Я что по-твоему, маленький что ли? -Знаю я, чем это закончится, - недовольно пробурчал Эдди. На заднем плане было слышно, как он листает свой органайзер. Программист всегда узнавал этот звук, да к тому же, любовник никогда с ним не расставался. -Будем делать это, как кролики, - невольно улыбнулся Вейлон. -Что? Парк, иногда я не понимаю твой животный язык, - Глускин действительно беспокоился за мужчину, и его шутки считал неуместными. Эдди всегда раздражало, как наплевательски Вейлон относится к своему здоровью. -Представляю, как ты наскучаешься за две недели. Андерстенд? Кажется, это подействовало, и Эдди расслабленно выдохнул. Конечно, он понял. -Мне казалось, ты не любишь это обсуждать, - в голосе послышались игривые нотки. Парку нравилось, как менял тональность бархатный голос Эдди, хоть никогда в жизни он ему о таком не скажет. -Я же должен как-то героически тебя остановить от того, чтобы ты бросил всё и приехал, - Вейлон не замечал, что лежал и улыбался, представляя своего любовника, как часто они вот так болтают в кровати перед сном в те дни, когда не заняты кое-чем поинтереснее. Как осторожно Эдди угадывает моменты, когда Вейлон не против, чтобы его обняли или подставлял плечо, чтобы Парк мог улечься на него. Всё-таки душу натурала не пропьёшь, поэтому Глускину приходилось быть начеку, и у него получалось это мастерски. Секундой раньше или секундой позже начать поглаживать Парка, и вот он уже весь напряжётся и отстранится, но Эдди не зря имеет репутацию идеального мужчины. Его прикосновения обезоруживают, поцелуи заставляют подчиняться, а горячее дыхание мгновенно сбивает дыхание, и вот в трусах становится совсем тесно. Воспоминания, немного сонный, мягкий голос Глускина делают своё дело. Парк понимает, что действительно соскучился, ругается про себя, чуть прикусывает губу и пытается лечь в другую позу, чтобы прогнать возбуждение. -Ты в порядке? - вдруг спрашивает Эдди, слыша, как Вейлон ворочается в кровати. -В полном, - выдыхает Парк. Он ложится на бок и понимает, что от подушки Глускина предательски пахнет хозяином. Едва ощутимый аромат кондиционера для белья, шампуня и геля для волос, которым всегда пользуется любовник, заставляют вспоминать, как во время секса Эдди утыкается Вейлону в плечо, низко стонет... И стоит лишь повернуть голову, то можно почувствовать, как смешиваются эти запахи с ароматом разгорячённого тела Глускина. "Чёрт," - думает Парк, понимая, что такой стояк не собьёшь даже холодной водой в душе. -Ты лучше расскажи, как у тебя.., - Вейлон вдруг запнулся, перехватывая телефон в левую руку, а правой скользнул по своему животу, как по обыкновению делает это Эдди. - Как у тебя там дела? Как дела с новым филиалом? Эдди молчит несколько секунд, откладывает органайзер на тумбочку, будто размышляя, что было бы интересно услышать Вейлону. Он начал говорить, но Парк совершенно не слушал, точнее слушал, но на смысле слов сосредоточиться не мог. Рукой обхватил свой член, стараясь делать всё так, как делает его любовник. Надавил на головку, оттянул вниз кожу, размазывая смазку и не замечая, как начинает сбивчиво дышать. Глускин слышит это, но продолжает говорить, лишь понижает голос и говорит так, что голова кругом. Господи, только этот маньяк может рассуждать о инновационных технологиях, которые они собираются применить в новом филиале, голосом, от которого внизу живота всё сводит от невыносимого возбуждения. Парк двигает рукой, Парк растворяется в этих ощущениях, Парк краснеет, словно баба, от того, что делает, но не собирается останавливаться. Он нагло дрочит, как будто на другом конце мобильника секс по телефону, а не мужик, рассказывающий о своей командировке. Вейлон не сдерживает стона, а Эдди делает вид, что ничего не услышал. Парк вздрагивает, как обычно вздрагивает в руках Глускина, по телу пробегает волна дрожи, перестаёт дышать на мгновение, а потом становится очень хорошо. Вейлон расслабленно утыкается лицом в подушку Эдди, всё ещё прижимая телефон к взмокшей щеке и надеясь, что Глускин ничего не услышал. -Ты уверен, что не хочешь, чтобы я приехал? Вейлон прекрасно знал, что стоит сказать да, и он приедет. Не потому что Эдди из тех, кто бежит по первому зову, а потому что для этого мужчины действительно есть вещи гораздо важнее работы. -Всё в порядке, - Вейлон нашёл в себе силы сказать хоть что-то, понимая, как пересохло в горле. - Что я без тебя, пару недель не проживу что ли? -Не забудь только постельное бельё поменять и закинуть грязные вещи в корзину для белья, - Глускин говорит это не для того, чтобы поддеть Вейлона, в его голосе снова эти нотки, с которыми он бегал за ним в Маунт - Мессив, с которыми часто говорит Вейлону спасибо, когда Парк злится за предвзятое отношение к внешности любовника, которые он слышит каждое утро и ночь, с тех пор, как они стали жить вместе. Эдди Глускин говорит с любовью. -Угу, - лениво отвечает Вейлон, засыпая. -Я позвоню завтра. Спокойной ночи, Вейлон. -Угу, - Парк заснул, так и оставшись лежать лицом в подушку Эдди. Кошмары больше его не мучили.