Broken

Джейк сочувственно мне улыбнулся и принес кофейник, чтобы пополнить чашку. - Разбавить твой Бейлис кофе? – предложил он и налил до того, как я успел ответить. Я виновато улыбнулся, когда моя рука нырнула в карман, обхватывая припрятанную маленькую бутылочку. Я вытащил ее и добавил немного Бейлиса в свой кофе, наблюдая за тем, как Джейк наблюдал за мной: - Ты поговоришь с ним? - спросил Джейк и я помотал головой, - а он звонил тебе уже сколько, раз десять? - Тринадцать. И оставил семь сообщений, - поправил я и сделал глоток своего «крепкого» кофе. Я спускался сюда каждый вечер, в районе половины одиннадцатого и сидел до закрытия в полночь. Я не заказывал ничего кроме кофе и приносил с собой свои «сливки». Только так я мог уснуть ночью - с допингом - иначе все, что я делал, это лежал, курил и думал о нем. - И что в его сообщениях? - Я прослушал только первые три-четыре, - признался я, - он просто просил меня перезвонить ему. - Никаких « Прости меня» или «Я люблю тебя»?, - спросил Джейк с надеждой. Я покачал головой. - Это не в стиле Брайана. Я хочу сказать, что он жалеет, но никогда не скажет этого. «Люблю тебя» в том же в черном списке запрещенных слов. Я знаю, что он чувствует, что он сожалеет и что он любит меня, но он просто никогда не скажет об этом. Джейк кивнул, хоть и выглядел запутавшимся: - То есть он ни разу не говорил этого? Разве вы, ребята, вместе не целую вечность? Я улыбнулся и мое дыхание участилось. - Семь лет. То вместе, то врозь. И он говорил, что любит меня. - Так если он сожалеет, и ты знаешь об этом. И если он любит тебя, и ты знаешь об этом. То к чему вся эта выпивка? – Джейк испытывающее смотрел на меня. – Почему бы не ответить на этот чертов телефон? Я вздохнул. Иногда, поздней ночью, я задавал себе ровно те же вопросы. Господи, я невозможно скучал по нему. - Думаю… думаю мне просто нужно время. Я все еще обижен. И зол. - Чувак, его лучший друг чуть не заработал ВИЧ, - проницательно заметил Джейк. – И ты ушел от него. Вероятно, что он тоже обижен и зол. - Это всколыхнуло еще кучу всего… между нами, - объяснил я. – То, что я старался не вспоминать. - Господи, - Джейк улыбался. – Именно для таких как вы, ребята, Фейсбуком придуман статус «Все сложно». Я засмеялся, и в этот момент мой телефон завибрировал на дешевой поверхности стола. Джейк вернулся за стойку, а я смотрел вниз на дисплей мобильника. Брайан. Может дело было в Бейлисе, а может в разговоре с Джейком, но какой бы не была причина, впервые с тех пор, как я уехал из Питтсбурга два дня назад, я ответил на звонок. - Привет. - Привет. Молчание. Серьезно? Я наконец-то ответил на ебанный звонок и ему нечего сказать? Серьезно? - Послушай, Брайан. Я все еще очень расстроен из-за тебя, и мне нечего сказать. Так что если ты… - Я был там, - он сказал это так тихо и так мягко, что я не был уверен, правильно ли я расслышал. - Что? - Я был там каждую ночь. - Где? О чем ты, Брайан? - Я был в больнице каждую ночь, что ты провел там. Я смотрел, как ты ворочался и плакал во сне и это, блядь, просто убивало меня, - шептал он в трубку, и я мгновенно протрезвел. - Каждую ночь я читал твою карту. Доставал врачей требованиями рассказывать мне обо всех изменениях. Медсестры приносили мне кофе, когда я валился с ног от усталости, и салфетки, когда я не мог перестать плакать, - он говорил так, будто вот-вот заплачет и изо всех сил пытался контролировать это. – Я каждую ночь стоял за твоей дверью, и в редкие случаи, когда лекарства помогали, и я знал, что ты не проснешься от кошмаров, я мог зайти внутрь и сесть рядом с тобой, запустить пальцы в твои чертовы волосы, и поцеловать твои блядские губы. - Брайан… - Я был там, - повторял он, и его тон становился холодным, - я был там, потому что я любил тебя. Даже тогда. Я просто подумал, что ты должен знать. И потом он исчез. Джейк снова оказался рядом со мной, присел на корточки и сжал мое плечо, глядя на меня широко распахнутыми глазами: - Джастин… ты в порядке? - Да. Все нормально. - Хм… ты плачешь. Я удивленно посмотрел на него, а потом потер щеки тыльной стороной ладони, убеждаясь, что они влажные. Я шмыгнул носом, отодвинул крепкий кофе и бросил взгляд на настенные часы. - Мне нужен обычный кофе, Джейк. С собой, - бросил я и соскользнул со стула. – Мне предстоит долгая дорога. Я не мог уехать из Нью-Йорка сразу после звонка, потому что я должен был протрезветь. Так что я въехал в Питтсбург только после девяти часов утра. Был вторник, поэтому я пропустил лофт и закусочную, и направился сразу в Киннетик. Изабель, секретарша на ресепшене, широко мне улыбнулась. Она была в меня влюблена, по крайней мере, Брайан так считал. Видимо она спрашивала у него, есть ли у меня брат-натурал. - Джастин, - она просияла. – Он же не ждет тебя, да? - Не ждет. Откуда ты знаешь? - Потому что он в отвратительном настроении, - шепотом произнесла она. – Потому что когда он знает о твоем приезде, то его настроение скачет до небес. Я не мог не улыбнуться от такой сладкой информации. Не от того, что он в дурном настроении, а от того, что я мог поднять ему настроение. Изабель подумала, что я улыбался ей, и засияла еще ярче. - Я сам войду без предупреждения, хорошо? Она кивнула, и я проскользнул мимо нее, вдоль по коридору в офис Брайана. Я услышал его раньше, чем увидел. Он орал на кого-то про дерьмовый текст и неправильный оттенок оранжевого. - Этот оранжевый не кричит о сексе. Скажи им, чтобы предоставили мне более нежный оттенок через 15 минут или я плачу им в последний раз. Я без стука толкнул стеклянную дверь в его кабинет. Брайан пихал раскадровки обратно Синтии, а Тед жался рядом с ней. Брайан увидел меня и застыл. Тэд с Синтией повернули головы, радуясь тому, что его негодующий ор остановился. Я прошел мимо них вокруг его стола, обхватил голову Брайана руками и впился ему в рот губами. Поначалу он был все также неподвижен, позволяя моим губам терзать свои, а моему языку исследовать его рот. А потом вдруг начал отвечать, и наши губы и языки слились в едином ритме. Раскадровки выпали у него из рук, и он обхватил мою спину, сжав в кулаках пальто, и его бедра прижались к моим так сильно, что я попятился назад, врезаясь задницей в стол. За спиной раздался смешок Тэда и заявление Синтии: - Слава Богу! Теперь Джастин втрахает в него хорошее настроение. А потом я услышал, как они уходят, и щелчок закрывающейся за ними двери. Я с сожалением отступил от Брайана и почувствовал его протестующий стон. Его веки затрепетали, и он открыл глаза, встречаясь с моим взглядом. Они были полны зеленого и янтарного, именно так, как я люблю. - Как Майкл? - Лучше. Бен вернулся. Они работают над этим, - пробормотал он, слегка целуя меня в шею перед тем, как притянуть к себе и зарыться лицом мне в плечо. – Спасибо, что спросил. Я прижался ближе и запустил руку ему в волосы, поглаживая затылок, отчего он тут же покрылся мурашками: - Спасибо, что рассказал… Про больницу. Он пожал плечами: - Я не пытался скрыть это. Во всяком случае, не сейчас. Просто… все было в прошлом, и я хотел, чтобы все там и оставалось. Он ненавидел говорить о своих переживаниях после нападения еще больше, чем я. - Все это время я считал, что тебе плевать, - признался я, стыдясь своих мыслей. – Я думал, что тогда, тебе было все равно. - Я давал тебе для этого основания, - признал он. - Нет, не давал, - заспорил я, и произнес то, о чем мы никогда не говорили. – Шарф. Он на секунду ощетинился в моих руках и тут же сменил тему: - Майкл никогда не был для меня чем-то большим, чем просто братом. Даже если бы Бен был настолько глупым и оставил Майкла, а ты бы поумнел, и бросил меня, то мы никогда не были бы вместе. Этого бы никогда не случилось. Я старался не возвращаться к разговору о шарфе. Я хотел. Я хотел поговорить об этом, потому что мы никогда об этом не разговаривали, но ему было до сих пор слишком больно, так что я промолчал. - Я завидую тому, как долго и как хорошо вы с Майклом знаете друг друга… и я просто… я волнуюсь, что могу потерять тебя. - Этого никогда не случится, - уверил он меня, затягивая в долгий, жаркий поцелуй. Я уже сидел на столе, а он стоял между моих разведенных ног, медленно и напористо толкаясь в мой пах. - Ты нужен мне… - я тяжело дышал ему в ухо. - Ты мне тоже…- также задыхался он и потянул меня в свою ванную комнату. Прежде чем я понял, что происходит я был прижат к шкафчику и мои штаны болтались вокруг щиколоток… и не сказать, чтобы я возражал. Руки Брайана были везде. Я обожал, когда он вел себя так. Так было не всегда, но в большинстве случаев, когда у нас был секс. Его руки были повсюду, ощупывали меня, тянули меня, прижимали меня, контролировали меня и присваивали меня себе в единственно верном сочетании нежности и грубости. Его язык снова оказался у меня во рту, игриво умоляя меня ответить тем же. Одной рукой он поглаживал мою обнаженную ягодицу, пока вторая спускалась вниз по груди. И когда его палец скользнул внутрь, другой рукой он обхватил мой твердый член. Я задыхался, продолжая расстегивать его рубашку. Полностью расстегнув ее, я лизнул его ключицу, спустился к соску, и тут второй палец проник в мою дырку. - Брайан… трахни меня. Он тихо застонал прямо в поцелуй, и я услышал в этом стоне нотку разочарования. Он тут же опустился на колени, и мой член погрузился в его горячий, влажный рот. Брайан начал трахать меня одновременно пальцами и ртом, я изо всех сил старался не потерять контроль, не кончать сразу, потому что мне было нужно больше, чем это. Я хотел его внутри. Я потянул его за волосы: - Брайан, остановись. Я не хочу… Не взирая на мою просьбу, он лишь усерднее заработал ртом и соблазнительно пошевелил пальцами внутри. - Блядь! – я кончил, и дрожь прошила все тело, пока он сглатывал мою сперму. Когда я наконец-то смог открыть глаза и сфокусироваться на происходящем он целовал мне низ живота, глядя прямо на меня. - Зачем ты это сделал? – спросил я, когда дыхание восстановилось. -Потому что я люблю член, - отозвался он, снова целуя меня в живот перед тем, как подняться на ноги. – Особенно твой. Я улыбнулся и поцеловал его в щеку, пока он мыл руки в раковине. - Я хочу, чтобы ты меня трахнул. - Я хочу тебя трахнуть, - признал он, застегивая рубашку, и я потянулся к его паху, прижимаясь рукой к твердому, пульсирующему в дизайнерских брюках члену. Мы снова поцеловались, и он увернулся от меня и моего прикосновения. - У меня дедлайн, - объяснил он с сожалением. – И если мы опоздаем, то мне действительно придется кое-кого уволить, даже если это будет моя вина. Я кивнул и начал одеваться. Он двинулся к двери, на секунду притормозив: - Ты надолго? Вопрос вырвался случайно, но взгляд стал напряженным. Я улыбнулся ему. - У меня выставка, в четверг вечером. И мне нужно будет вернуться, но я бы остался до утра четверга. - Пара дней…- вздохнул он с улыбкой, - Хорошо. Так я увижу тебя вечером? - Да, - ответил я, следуя за ним в кабинет. Синтия с Тедом уже вернулись с новыми раскадровками в руках. - Я буду дома в семь и привезу еды, - сказал он мне. – Мы можем никуда не ходить и поговорить, и заняться всякими делами. - И заняться всякими делами, - повторил я, улыбаясь, и потянулся к нему, нежно целуя и поправляя растрепавшиеся волосы. – Если я усну, то разбуди меня. Предпочтительно своим божественным членом. Он не сдержал улыбки, когда Тэд закатил глаза, а Синтия застонала. А я? А я ухмыльнулся. Я обожал ставить Синтию в неловкое положение. И обожал хвастаться членом Брайана, потому что он чертовски прекрасен. И мне нравилось, что мы с Брайаном вернулись в прежнее русло. И что впереди нас ждал тихий вечер, потому что он всегда, всегда, всегда заканчивался одинаково - с его прекрасным членом внутри. И вот тогда я понял, что у нас все в порядке.