Темное счастье

"И почему я не догадался взять у Рё номер телефона!" — думал Дани, нетерпеливо выглядывая в окно. Прощаясь, они ни о чем конкретном друг с другом не договаривались, просто несколько раз повторили "до вечера, дорогой", держась за руки. Но уже был вполне вечер, а где же Рё? Дани думал, что тот зайдет к нему сразу, как только расправится с делами... а может быть, он тоже ждет, что Дани придет к нему? Он вышел на балкон, где гигантский пучок его растений охотился на мух, полил пучок, снова зашел внутрь... Задумчиво потеребил брошюрку о темных, которую успел прочитать уже раза три, а потом бросился из номера. — Господин Ршейр? — посиял ему глазками маг Жизни на регистрации. — Да, он уже у себя. Хотите, я ему позвоню? — Нет-нет, спасибо, я сам, — пробормотал Дани и поспешил к лифту. Он прекрасно помнил, в каком номере остановился Рё — ведь они брали комнаты вместе. Рё открыл ему, одетый примерно так же, как тогда в поезде — в шелковой пижаме и бархатной домашней куртке. — Добрый вечер, Рё, — пробормотал Дани, растерявшись от его ледяного взгляда. — Добрый вечер, — холодно ответил Рё и посмотрел на брошюрку в его руках. — У вас возникли вопросы по брошюре? — Да... вопросы... — потерянно сказал Дани. Что случилось?! Неужели Рё его разлюбил всего за день? Но как же так! Рё молча посторонился и ладонью показал на кресло около стола. Дани остановился посреди комнаты и стиснул злосчастную брошюрку в кулаке, судорожно подбирая слова. Боги, только бы не наговорить сейчас глупостей! Ничего умного и достойного в голову не лезло. Рё стоял и не издавал ни звука, все так же глядя на брошюрку в Даниных руках. — Да что же с вами случилось! — не выдержал Дани и, плюнув, на все непринужденные и красивые фразы, горячо заговорил: — Почему вы мне не рады, Рё, что произошло? Вы разлюбили меня за те несколько часов, что мы не виделись? Рё еле заметно вздрогнул и перевел взгляд на окно: — Разве мы говорили с вами о любви? Чтобы раз-любить, надо по-любить, — медленно сказал он. — Ах, так! — вспыхнул Дани и швырнул скомканную брошюрку на стол. — Значит... значит... — что все это значит у Дани просто в голове не помещалось. — А я вот вас полюбил... Ну, да ладно... Он горько махнул рукой и направился к выходу. — Пламенного офицера вы тоже полюбили? — тихо, но очень ядовито сказал Рё ему в спину. — Что?! — Дани развернулся так резко, что чуть не поскользнулся. — Вы... вы что... ревнуете? — Нет, конечно, — быстро сказал Рё и снова сделал холодное лицо — но на щеках его медленно разгорался румянец. — Герон — мой одноклассник! — воскликнул Дани, улыбаясь во весь рот, и взял Рё за сжавшийся кулак. — Боги, мы не виделись несколько лет, я даже не знал, что он стал офицером, а тут такая неожиданная встреча... — он заглянул Рё в лицо и потянул его на себя. — Если вы не прекратите на меня дуться и подозревать во всяком, я обижусь, Рё. Это, знаете ли, ужасно унизительно — такие беспочвенные подозрения. За кого вы меня принимаете? В глазах Рё что-то мелькнуло, а потом колючее выражение исчезло из них. — Боги, — Рё бессильно опустился на кровать и закрыл лицо руками. — Я веду себя, как идиот. Дани сел рядом и обнял его за плечи, погладив ладонью по обтянутому шелковистым бархатом плечу: — А я думал, это только моя прерогатива. Рё улыбнулся и прижал его ладонь к своей щеке, а потом откинулся на кровать, потянув за собой. Дани облегченно засмеялся и забрался на него сверху, жадно обнимая: — Я так скучал по тебе! — он наклонился и поцеловал Рё в губы. — А мы хм... зайдем сегодня чуть-чуть подальше? — Подальше? — Рё пошевелил бровями и стиснул его за ягодицы. — Да-а-а, — простонал Дани, чувствуя, как их объятия отдаются дрожью где-то в глубине его тела. Сегодня Тьма не была похожа на щупальца, она колыхалась вокруг него бархатным пологом, ласкаясь к коже так нежно — пойманный в кокон тончайших ощущений, Дани снова не заметил, как Рё стянул с него одежду. А сам, между прочим, даже пояс на куртке не развязал! — Вы так невинны, Дани, — сказал Рё и приподнялся, позволяя себя раздеть, — я боюсь причинить вам боль, — он обнял Дани и перевернул, оказавшись сверху. — Но если вы позволите мне приучить вашу розочку к наслаждению, позволите так заласкать ее лепестки, чтобы они сами открывались мне навстречу... На этом месте они начали целоваться, и Тьма волнующе поползла по телу Дани в виде щупальцев. Так что до него далеко не сразу дошло значение всех этих метафор с розочками и лепестками. — Боги, — выдохнул он, слегка отстраняясь и заливаясь внезапной краской, — под розочкой вы же имеете в виду... ну... мою дырку?.. Рё на мгновение замер: — Пожалуйста, Дани, не произносите этого слова, — с легкой и словно бы извиняющейся улыбкой сказал он. — Оно убивает во мне все желание, — при этом его желание, насколько Дани мог это ощутить бедром, вовсе не казалось убитым, а было очень даже твердым. — Какое слово? — растерянно спросил Дани. — А.... а, дыр... э-э-э... анус? А анус не убивает? Рё засмеялся, пряча лицо в районе Даниной шеи, отчего Дани стало ужасно щекотно. — А розочка? Это потому, что я маг Растений, потому розочка? — спросил он, хихикая и ежась. Так, смеясь и ласкаясь, они довели друг друга до оргазма, подарившего блаженное удовлетворение Даниному телу, но не душе. О, душа его жаждала большего! Настоящей любви взрослых людей жаждала она! Но, если такой опытный мужчина, каковым, без сомнения, был Рё, хотел подождать — наверное, это того стоило... — Вы знаете, — сказал Дани, когда Рё поставил перед ним чашку чая и вазочку с пирожными (украшенными, кстати, марципановыми розочками), — кому бы и стоило ревновать ко всяким пламенным и хаоситам, так это мне! — Вот как? — приподнял бровь Рё, и этот жест выглядел так же шикарно, как и тогда, когда Рё был одет в костюм-тройку... а не сидел в кресле голышом. — Да, — смутился Дани, — ведь это вы сказали, что пламенные созданы для любви. А всем известно, что пламенные и маги Жизни предназначены друг другу, как две половинки одной... хм... одного... — Персика? — подсказал Рё, еле заметно улыбаясь. Дани фыркнул и забрызгался чаем. — Не смешите меня!.. Да, допустим, персика. И я прекрасно, прекрасно видел, что маги темной Жизни также неравнодушны к этому притяжению! — он потер бедро, немного обожженное чаем. — Простите мою глупую ревность, — Рё взял салфетку и осторожно приложил ее к Даниной ноге. — Но глупые слухи, о которых меня спешил поставить в известность чуть ли не каждый встречный... Я был доведен до самой настоящей ярости. Простите. — О... каждый встречный? — растерялся Дани. — Но почему? — Это маленький городок, Дани, и вы тут стали очень известной личностью. — Известной? Ну, да, после вчерашнего, — густо покраснел Дани, и зажал руки меж колен. Рё взял со стола помятую брошюрку и разгладил ее. — Вы, кажется, упоминали, что у вас возникли вопросы по прочитанному? — улыбнулся он. — Да-да, — Дани сделал паузу, пытаясь вспомнить свои мысли и вопросы. Мысли разбегались. Он взял брошюрку и рассеянно заглянул в издательские данные. "Издание 7-е, исправленное и дополненное, под редакцией доктора искусств высокородного Ясси тор Лоссарх", — было написано там. "Одобрено Министерством Правды". — О, это же тот самый знаменитый род! — воскликнул Дани. — Забавно... у высокородного Ясси имя так похоже на светлое. На простонародную южную форму имени Иоханноан. — Да, — улыбнулся Рё и поцеловал Дани в щеку, — забавное созвучие.