Ловец солнца

- Ну ты точно с ума сошел, - печально подвела итог Намиэ. - Зачем ты так? – состроил наигранно-обиженное личико Изая. – В кой-то веки решил сделать доброе дело, а ты… - А я, в отличие от некоторых, стараюсь реально оценить ситуацию. Изая, я помню, что тебе это не свойственно, но хоть на пару минут включи адекватность! Из тебя родитель… - Из тебя, знаешь ли, тоже не очень. Но ты от младшего братика не отлипаешь, и ничего, мальчик жив-здоров, несмотря на постоянную угрозу быть изнасилованным. Если уж тебя к детям подпускают, почему я не могу взять ребенка на воспитание? - Ну вот зачем тебе это? – не унималась девушка, уже совсем забросив разбираемые ею ранее документы. – Хочешь наследника, чтобы продолжил твои начинания и завершил грандиозные планы, или тебе настолько скучно в мое отсутствие? - Злая ты, - обиженно надул губы информатор. - Ну что я, по-твоему, совсем уж бесчеловечный, бесчувственный, жестокий… - Эээ, не заводись, тут эпитетов столько, что можно несколько часов перечислять. Но давай просто посмотрим правде в глаза: ты же избавишься от него, как только наскучит играть в заботливую мамочку. Он тебе надоест, и ты забудешь о нем. Изая, ребенок – это тебе не домашняя зверушка, которую можно отнести обратно в питомник, если она испортила ковер или шторы. Это для него может очень плохо кончиться. С тобой даже не каждый взрослый может долго в одном помещении находиться – сбегает, причем твоими стараниями. И любой нормальный ребенок от тебя, самое большее через неделю, сбежит. Брюнет только усмехнулся. - Это мы еще посмотрим. Так, а ты чего остановилась? Давай-давай, собирай бумаги, работай. Чем скорее ты соберешь пакет документов, тем быстрее тут будет мое маленькое чудовище. Ягири проворчала что-то неразборчивое, но явно возмущенное, впрочем, тут же вернулась к бумагам. Орихара довольно прикрыл уставшие от длительной работы за компьютером глаза, помассировал кончиками пальцев веки. Никакие доводы не могли заставить его изменить уже давно принятое решение, да и не весили они ничего, в основном, по одной простой причине. Хэйваджима Шизуо не был нормальным ребенком.

***

Никто толком не знал, что случилось в том злосчастном доме. Полиция не слишком трудилась над этим делом: выяснили, что несчастный случай и успокоились. Не убийство, а значит больше им тут не о чем беспокоиться. Пять лет назад в маленьком загородном городке случилось довольно громкое для такого местечка событие. Произошло возгорание в одном из домов, огонь перекинулся на другие и в итоге пострадало около десятка домишек. Смерти всего две – муж и жена, хозяева дома, в котором и появился очаг пожара. Но еще какое-то время не могли обнаружить их детей. Так и гадали, спаслись мальчишки, или похоронены теперь под грудой обгорелых дерева, камня и стройматериалов. Вскоре мальчишки нашлись, потрепанные, голодные, но живые. Где они пропадали эти дни выяснить так и не удалось. Младший Касука и так был довольно замкнут, а после такого стресса из него и слова было не вытянуть. А Шизуо… ну, тут был особый случай. Каждый переживает утрату близких по-своему. И если Хэйваджима-младший старался все удержать в себе, то из старшего брата ключом била какая-то неусмиримая боль, находившая выражение в разрушении всего, что попадалось мальчику на пути. Как выяснилось, родителям как-то удавалось скрыть от окружающих такую специфичность своего старшего ребенка. Но когда их не стало, тот уже никак не мог себя сдерживать, отчего сильно страдало все его окружение. Ну, кроме брата, разве что. За единственного оставшегося в живых близкого человека малыш Шизу стоял горой, а идти против такой горы, которая может и дорожным знаком по неразумной головушке огреть… В общем, поговорить с детьми толком никому не удалось. Ни полицейским, ни психологам, ни работникам детского дома, куда чуть позже парочку определили. И все-таки, как понял Орихара, многим тогда не давали покоя некоторые вопросы. Например. Пожар начался где-то около десяти вечера, при этом оба родителя были дома, и все их соседи и знакомые клятвенно уверяли, что в тот вечер не обязывались присматривать за братьями Хэйваджима. Где же были два малолетних ребенка в столь позднее время? К тому же, несчастные супруги тоже не просто в дыму задохнулись. Точнее с матерью не все было в порядке. Экспертиза показала, что скончалась она от черепно-мозговой травмы. Муж ее просто угорел, ну а потом и сгорел. Конечно, скорее всего, она просто ударилась головой, когда запаниковала. Но людям, как правило, свойственно все преувеличивать, и делать из мухи слона, а из плохого еще что похуже. По городу поползли какие-то слухи… Конечно, после такого детям жизнь медом не казалась. Потеря родителей, тем более, в таком возрасте, не прошла для них бесследно. Касука почти не разговаривал около полугода, после чего начал-таки понемногу возвращаться к нормальной жизни. А вот Шизуо, похоже, это ранило гораздо глубже. Все-таки он был старше и, кажется, запомнил больше. Если мозг младшего брата сумел как-то выстроить тому некоторое подобие психологической защиты, то с Хэйваджимой-старшим все обстояло куда хуже. Видимо, у него было что-то свое, связанное с этими событиями, что-то, что очень подавляло мальчишку. С тех пор Шизуо Хэйваджима стал совершенно неуправляем. Хотя, как это ни странно, обычно вел он себя хорошо и в спокойной обстановке мог слиться с толпой детишек и долгое время ничем себя не выдавать. Сидел себе спокойно, никого не трогал. Но это ровно до того, пока не трогали его. Или Касуку. Или еще какого-то ребенка, который не мог себя защитить. Вот тут-то все запреты сходили на нет, и вокруг оставались одни руины и множество напуганных сверстников. Так продолжалось около двух лет. И вот, в какой-то момент приступы гнева стали утихать и случаться реже. Воспитатели и психологи облегченно вздохнули, но не тут-то было. Случился новый стресс для ребенка – Касука пропал. Изая, правда, сначала никак не мог понять, как они умудрились потерять мальчишку. Потом в голову полезли кое-какие догадки, отчего стало совсем как-то обидно за старшего из братьев Хэйваджима. Куда делся малыш так и не выяснили, зато приют обзавелся новым ворохом старых проблем. Вот только масштабы разрушений неуклонно росли вместе со взрослеющим Шизуо. Похоже, то, что удалось увидеть Изае в день их встречи, было лишь малой толикой истинных возможностей мальчика. Если так и дальше пойдет, размышлял информатор, то вскоре ситуация резко усугубится. Это может вылиться в массу проблем как для местных жителей, особенно других детей и работников из того приюта, так и для самого Шизуо. Нет, так дело не пойдет! Сколько-сколько там надо ждать до заседания? Полгода? Придется сделать пару звонков и напомнить знакомым, что долг платежом красен. «Я заберу его. Обязательно заберу»