Голос

Плохим гонцам положено отрубать голову. Что же до хороших, их принято награждать. Вот и сейчас, Хилд Франс, наградив посла приличной суммой, оседлал коня и помчался домой, бросив все дела на помощников. Едва не загнав лошадь по пути, он влетел в свой дом, даже не сняв дорожного плаща, тут же помчавшись в одну из спален. Он не мог успокоиться, пока не убедился, что юноша действительно пришел в себя. Он молча слушал незнакомую речь доктора, пытающегося его осмотреть. – Он в порядке? – поинтересовался Хилд с порога. – Голос не пострадал. Но ему лучше не петь какое-то время. К тому же он явно потерял память. Он теряется в обстановке. – Ты меня узнаешь? – спросил я парня на знакомом ему языке. Он отрицательно качнул головой. – Уходите. – приказал я доктору и прислуге, отдав последней дорожный плащ. Заперев дверь, Хилд неспешно подошел к кровати и сел на край, изучая парня. Даже не смотря на травму головы от падения, скрытую повязками, он по-прежнему напоминал ангела. Анджело, в раннем детстве проданный кем-то из купцов, в последствии ставший знаменитостью в свои 19 лет. Светловолосый и голубоглазый, за счет некоторых особенностей жизни, весьма худой, но все же красивее любой женщины. Недавнее приобретение, за кражу и перевозку которого Хилд выложил целое состояние. Половину того, что смог заработать за всю свою жизнь. Сам Хилд Франс, высокий, кареглазый брюнет 37 лет, так же когда-то был безродным. Чистое везение позволило ему подняться из уличного карманника до владельца пары борделей и десятка торговых судов. С ранних лет он привык присваивать то, что ему по нраву и Анджело стал одним из его капризов. Не поимев счастья в браке, он иногда развлекался в своих же заведениях, но этого было мало. И вот, побывав на одном из оперных представлений, он нашел себе ангела. Чарующий голос Анджело заставил Хилда всерьез задуматься. Самодовольный певец не отказал ему в совместной ночи, но с утра при просьбе остаться у Хилда наложником, рассмеялся и заявил, что его ожидает карьера певца и таких, как Хилд, у него было и будет еще великое множество. В порыве бешенства нанеся несколько ударов, купец был остановлен прислугой, прибежавшей на шум и парня отняли. Но просто плюнуть и забыть Хилд не мог. Ему хотелось, чтобы прекрасный Анджело и его чарующий голос принадлежали только ему. Если бы парень продолжил выступать, то он стал бы знаменит и недоступен. Поэтому Хилд задействовал все свои связи и целое состояние, чтобы опоить Анджело и незаметно вывезти из страны. В дом купца и страну, где о нем никто не слышал. Анджело, едва придя в себя на новом месте, тут же попытался заставить вернуть его на место, в ходе скандала отказав Хилду в весьма грубой форме. Хилд Франс привык брать то, что ему захочется, поэтому реакция последовала незамедлительно. После акта изнасилования он запер рыдающего певца в спальне, а сам вышел остыть в сад. Шансов на успешный побег от Хилда у него не было, он даже не знал местного языка. Но его попыток Хилд не предвидел. Едва успокоившись и выпив пару бокалов вина, он увидел, как суетится прислуга и потребовал ответа. Шокированный и не поверивший сначала в слова кухарки, он оббежал дом и убедился собственными глазами, приказав незамедлительно вызвать лучших врачей. Самодовольный и оскорбленный грубостью Хилда, Анджело все же попытался сбежать, но сорвался со второго этажа. Его пленитель стоял как вкопанный неподалеку, не смея приблизиться к не двигающемуся телу на траве. Он боялся убедиться в том, что парень мертв, и начал постепенно отходить только тогда, когда услышал от докторов, что парень будет жить. И вот, теперь, после пары напряженных дней и постоянного дежурства кого-то из докторов, парень пришел в себя. От того самодовольного и наглого юноши не осталось и следа. Вполне возможно, это второй шанс Хилда присвоить Анджело так, чтобы тот думал, что это в порядке вещей. Необходимо только держать себя в руках и расположить парня к себе, что было очень сложно ввиду тяжелого характера мужчины. Не удержавшись, Хилд поднес руку к лицу парня, но тот отстранился. Замедлив движение, он едва не засмеялся от того, что некогда самодовольный певец в страхе зажмурился, прижатый к спинке кровати. Но его нельзя было отпугнуть, поэтому Хилд просто ласково провел тыльной стороной пальцев по щеке парня. – Ты меня боишься. Почему? – спросил мужчина. – Вы знаете, кто я, но не говорите. – ответил юноша, не открывая глаз и не приближаясь. Стараясь случайно не хохотнуть от неожиданной перемены характера гостя, Хилд убрал руку от лица Анджело и взял его кисть в ладони. Парень открыл глаза и непонимающе посмотрел на мужчину. – Мы вместе. Давно. В твоей стране тебя хотели осудить за убийство, поэтому мы сбежали сюда. Я не успел обучить тебя нашему языку, поэтому ты понимаешь только меня. Ты позавчера по неосторожности упал с балкона и я боялся, что мы тебя потеряли. Ты весь дом переполошил и очень меня обеспокоил. Я бы спросил, зачем ты залез на перила, но доктор сказал, что ты ничего не помнишь. – со спокойным выражением лица соврал мужчина. Судя по выражению лица Анджело, он серьезно задумался над сказанным Хилдом. Вполне возможно, пытался что-нибудь вспомнить. Мужчина в глубине души молился, чтобы этого не произошло хотя бы до тех пор, пока он не расположит юношу к себе. – Не надо… пожалуйста… – услышал Хилд шепот своего пленника. Он и сам не заметил, как притянул его к себе и попытался поцеловать. Все же жажда обладать певцом буквально кипела в венах. – Может ты что-нибудь вспомнишь? – тихо предположил мужчина, притягивая парня ближе. Ощутив руки отталкивающие руки парня на своей груди, Хилд едва не сорвался до очередного насилия. Отпустив, он с силой заставил себя бездействовать, пока парень снова придвинется к спинке кровати спиной. – Загляни под одеяло. Под рубашку. Ты поймешь, что у нас есть физическая разница. Раньше ты находил ее во мне привлекательной. Говорил, что со мной чувствуешь себя полноценным. Хочешь узнать эту разницу? – поинтересовался мужчина, уже не надеясь на прежнее любопытство певца, которое могло бы сейчас сыграть на руку его похоти. Но парень даже не шелохнулся. Судя по всему, его что-то беспокоило, но он не говорил, что именно. До купца не сразу дошло, что он так и не рассказал парню многого. – Я Хилд Франс. Купец. Ты, Анджело, бульварный певец. Ты не достиг больших успехов, но лично меня твой голос просто зачаровал. Так мы и познакомились. Я предложил обеспечить тебя. Пообещал, что если будешь петь только для меня, то никогда и ни в чем не будешь нуждаться. Все было прекрасно, пока ты не ушел гулять один. Прости, но после того, как тебя чуть не изнасиловали, а потом попытались повешать за убийство своего насильника, я тебя никуда не выпускаю. И если мы где-нибудь гуляем, то ты ни на шаг больше от меня не отходишь. Мы любовники, поэтому я знаю твое тело лучше, чем ты сам. Меня ничуть не расстраивает, что ты, как и все певцы, евнух. Разве что мне больно видеть твои сухие судороги, но в конце ты всегда улыбаешься. – продолжил спокойное вранье мужчина. За свою жизнь Хилд перепробовал много сексуальных экспериментов. У него в борделе были неудавшиеся певцы и просто евнухи, помимо бесчисленных юных дев и опытных сочных барышень. Он предпочитал юношей, похожих на женщин за их сходство и невозможность порождения бастардов. С девушками всегда нужно было останавливаться в определенный момент или использовать их сзади. С юношами же можно было наслаждаться любовными утехами сколько угодно и не бояться стада безродных щенят от проституток. Анджело ранее, как и большинство евнухов, находили что-то манящее в полноценных мужчинах. Во время их буйной ночи, он не раз просил оставлять в нем семя, которое сам был выделять не способен. Юноша не раз брал возбужденный орган мужчины в рот, доводя до оргазма и проглатывая все, что тот извергал. Так же во время активного совокупления он стремился избрать такую позу, чтобы хоть часть семени мужчины осталась внутри него. Говорят, это наивные сказки евнухов, что если впитать в себя достаточно чужого семени, то есть шанс снова стать полноценными мужчинами. Сам того не заметив, Хилд стал напевать мотив песни, которую Анджело исполнял на сцене. Он мало помнил, но все время крутил по кругу одни и те же слова, один и тот же мотив. Ровно до тех пор, пока не услышал продолжение знакомым, мелодичным голосом. Анджело спел всего пару оперных строк, но, собравшись взять более затяжную ноту, резко выдохнул, поморщился и схватился руками за грудную клетку. Хилд, стараясь действовать осторожно, обнял Анджело и осторожно лег около него поверх одеяла, расположив юношу на спине и поглаживая тыльной стороной пальцев по щеке. – Тише, тише. Тебе из-за падения какое-то время нельзя петь. И вообще, старайся не перенапрягаться и не вставать. Прислуга принесет тебе все, что захочешь. Я даже принесу тебе книги на твоем языке из моей библиотеки, чтобы было не скучно в мое отсутствие. – пообещал мужчина. Анджело только молча кивнул, явно желая отползти от близкой компании Хилда. Тот в свою очередь едва сдерживался, чтобы снова не изнасиловать юношу. Он не хотел отворачивать его от себя, но невольно вспоминалась их первая личная встреча и жаркий секс сразу же после нее. Полностью избавились они от одежды тогда только после третьего совокупления. С одной стороны Хилд боялся, что то была единственная жаркая ночь его и Анджело. С одной стороны тело то же. Но с другой, если ему не удастся склонить юношу к себе или тот не вовремя вспомнит все, все может снова повториться. Хилд снова сорвется и грубо изнасилует Анджело, которого считает своим по праву. Потом юноша снова будет заперт и спрыгнет с балкона или еще что с собой сделает. С другой стороны мужчине всего за пару дней стало не хватать своего задиристого и страстного любовника. Та связь, которая у них была, казалась ему чем-то внеземным. Ему хотелось повторить ту страсть, которая была между ними. Черт, парню всего-то стоило согласиться на его предложение. Хилд даже перенес бы свою деятельность из Амстердама в Венецию, чтобы Анджело остался с друзьями. Мужчина бы даже позволил ему продолжать петь на сцене, только с условием продолжения приватного концерта в его постели. Вновь вспомнив, как при очередном совокуплении Анджело пытался петь свою партию срывающимся от страсти голосом, Хилд невольно сел и отвернулся. Новый, пугливый и беспамятный юноша был слишком наивен на его взгляд, чтобы узнать, что он завелся от воспоминаний гибкого тела под собой и акта, сопровождаемого неровной песней любви. – Вы в порядке? – поинтересовался юноша. Мужчина кивнул, придежав его за предплечье и мешая сесть. Встав и стараясь не подавать виду, он вышел из спальни и, убедившись в отсутствии прислуги в коридоре, расстегнул брюки и облегчил свои мучения. Переведя дух и приведя себя в порядок, он велел прибраться, принести юноше поесть и книги на его языке. Затем он отправился в собственную спальню. Необходимо было выспаться, но мысли о том, что нужно придумать что-нибудь поумнее для вранья и как-то подкрепить свою версию фактами не давали заснуть. Нужно было что-то придумать. И в процессе приручения не оттолкнуть его от себя. Не сумев ничего придумать или заснуть, Хилд встал и оделся. Напоследок стоило заглянуть и убедиться, что с Анджело все в порядке. Приоткрыв дверь, мужчина обнаружил парня, спящего в полусидящем положении с книгой на коленях. Издав смешок, владелец дома убрал книгу, осторожно расположил парня на спине и затушил свечу. Едва удержавшись от рукоблудства,Хилд поднялся и ушел. Если уж не спится, проще заняться работой, которую не закончил, решил он для себя. разбудив и отправив посла за документами, он продолжил работу в кабинете на втором этаже. Все же с бумагами и договорами он мог и дома разобраться.