Вне зоны доступа

Работники отеля, которые сегодня обслуживали это торжество, на секунду приостановили свою деятельность, увидев, как из парадного лифта вышла розоволосая девушка. Почти выползая из кабины, она, опираясь о стену, медленно продвигалась к выходу. Дорогое платье было в некоторых местах порвано и измято. Красивая прическа превратилась в спутанную копну волос. На руках виднелись мелкие порезы и ссадины. Почти дойдя до массивных дверей, Сакура подняла голову, и рядом стоящий дворецкий не смог скрыть ужаса в своих глазах. Потекшая тушь бледно-серым узором разрисовала ее щеки, на одной из которых виднелся след от пощечины. Возле уголков губ выступали следы крови. На фоне мертвенно-бледного лица все это смотрелось еще ужасней. Сакура остановилась перед выходом из отеля. Все еще держась одной рукой за стену, она постаралась выпрямиться. Через боль, заставляя себя принять достойный вид, она медленно провела ладонью по запутанным волосам и чуть пригладила испорченное платье. Ей хотелось уйти отсюда достойно, чтобы каждый человек, который сейчас смотрел на нее, думал о чем угодно, но только не о жалости. Дворецкий открыл двери. - Благодарю вас, - любезно произнесла Харуно, очень искренне улыбнувшись ему. Сакура неспеша вышла. Услышав сзади тихий хлопок, она шумно выдохнула. С ее хрупких плеч как будто упал десятитонный груз, который каждый раз заставлял ее опускаться все ниже и ниже. Ей снова захотелось жить. Запах мокрого асфальта, звуки падающих капель, шелест рядом стоящего дерева. Этот момент породил нечто новое. То, что еще не тронуто ядом боли и обид. *** Саске не мог пошевелиться. Его взгляд был накрепко прикован к дверцам черного лифта. Когда в твоей жизни есть все, когда судьба заставляет поверить, что нет уже ничего невозможного, что все границы открыты и правил не существует, ты невольно становишься эквилибристом в цирке собственной жизни. Публика с восхищением, завистью и страхом наблюдает за тем, как ловко ты делаешь шаги по тонкому канату, подвешенному у самого купола. Ты на вершине. Ты чувствуешь, как все нутро переполняет адреналин вперемешку с гордостью за самого себя. Но самое главное – ты напрочь забываешь о возможности падения, ведь нет границ… нет правил. Чем выше забрался, тем больнее падать. Еще с самого детства эту истину пытаются вбить в головы маленьких детей. К сожалению, никто не говорит, что данная установка относится не только к дереву на площадке. На секунду забываешь о концентрации и позволяешь себе расслабиться – нога соскальзывает с троса. Ты теряешь равновесие. Ты не понимаешь, как такое могло случиться, ведь секунду назад было… все. Саске не понимал, не хотел понимать и не мог, как такое могло случиться. Еще полностью не осознав возможный масштаб того, что только что преподнесла ему Сакура, Учиха знал одно: ей удалось остановить его. Тишину комнаты нарушил звук открывающихся дверей лифта. В помещение вошли двое мужчин. Заметив перед собой фигуру Саске, они остановились. - Учиха-сама, с вами все в порядке? – осмелился спросить один из них спустя несколько секунд. Ответа не последовало. - Сору, выйди за дверь, пожалуйста, – приказным тоном сказал второй мужчина. Это был Генма. После того, как дверь за охранником закрылась, Саске медленным шагом двинулся к столу, находившемуся в другом конце комнаты. Генма, немного помедлив, направился вслед за ним. Очень плавно и даже, можно сказать, нежно брюнет, взяв стеклянный графин, налил в два стакана, стоящих на столе, виски. Его движения были слишком мягкими, и охранник, наблюдавший за этой переменой, понимал, что Саске сейчас напряжен до предела. Каждая мускула его тела свидетельствовала об этом. - Мы не стали удерживать ее, – тихо произнес подчиненный Учихи. Снова молчание. Присев на рядом стоящее черное кресло, Саске устремил свой взгляд в пол. Наплевав на все правила и условности, Генма сел в кресло напротив брюнета, не забыв захватить стакан со стола. - Она… - хриплым и сдавленным голосом выдавил из себя Учиха. Так они просидели минут десять. Генма понимал, что задавать вопросы или пытаться что-то рассказать самому не имеет никакого смысла. Саске переживает все внутри себя, не позволяя кому-то вмешаться. Единственное, что он мог – это ждать. Спустя еще пять минут он все же задал те вопросы, на которые необходимо узнать ответ. - Ты хочешь, чтобы я нашел ее? - Нет. - Ты хочешь, чтобы мы сделали это сами, по-тихому? - Нет. - Нужно ли что-нибудь предпринимать? Этот вопрос остался без ответа. Учиха сам не знал на него ответа. Должен ли он что-то сейчас делать? Продолжит ли эту странную войну за… А действительно, за что? Теперь уже нет четкого представления о том заветном призе, за которым он шел. Саске понял, что происходит. Он запутался. Не услышав ответа на свой вопрос, Генма тихо встал со своего кресла и направился к двери. У самого порога, не оборачиваясь, он обронил фразу: - Ты силен. Ты можешь победить. Но… нужно ли тебе это? Двери захлопнулись. Темноволосый мужчина поднялся со своего места и медленными шагами пошел в другой конец номера. Вдруг его глаза уловили блеск странного предмета, находившегося на столе возле лифта. Флешка. «Она оставила ее здесь…» Долго не задумываясь, Саске быстро нашел свой ноутбук и вставил носитель в нужный разъем. На экране стали отображаться данные по его фирме. Множество чисел, букв и различных комбинаций. Информации о договорах, сделках и соглашениях. Здесь было все. Она говорила правду. Но после он заметил еще один файл. Он отличался от других. Не было никаких признаков, по которым можно было бы сказать, что он хранит в себе информацию о компании. Два клика, перед Учиха Саске открывается то, что могло обрести только электронную форму. Пробежав глазами по тексту, он стал медленно погружаться в написанное:

«Ненависть. Что мы знаем о ней? Насколько больно нужно сделать человеку, чтобы все светлые чувства разом обернулись в нечто ужасное? Ты ненавидишь меня, Саске? Ты презираешь меня? Считаешь, что я унизила тебя? Не нужно отвечать. Эти вопросы могут остаться без ответа, ведь нам с тобой они известны. Несмотря ни на что, я хочу, чтобы ты знал, что я действительно любила тебя. Но иногда этого бывает недостаточно. В этом, наверно, заключается моя ошибка, за которую я должна попросить прощения. Это не письмо с просьбой заключения мира. Это письмо – мой шанс сказать тебе то, что я не могла сказать очень давно. Не знаю, будешь ли ты продолжать мои поиски или попытки вернуть назад. Это твое решение. Но. Отбросив боль, которую мы причинили друг другу, оставив сейчас все то, что мешало обоим жить счастливо, я хочу дать нам шанс. Шанс на жизнь! Шанс на то, чтобы стать счастливыми. Отпусти меня. Найди себя. Попробуй полюбить… Я прощаю тебя. Я прощаюсь с тобой. Сакура».

Саске медленно закрыл ноутбук. Подошел к окну. Его темные глаза смотрели сквозь огни за стеклом. Они видели уже совершенно не эту реальность. Перед ним была она. «Прощай. Любимая…» И эти черные глаза на миг стали светлее. Скупая слеза скатилась по его щеке.