Двойной обман

- Дзира, утоли любопытство. Ты покупаешь, или так, чисто на извилинах покататься? - лениво осведомился сопровождающий парня высоченный майор. Незаметно расправил элегантную перевязь, поверх белого мундира. Искоса полюбовался на отражение в стеклах – отражение не подвело, рисуя образ статного красавца с мужественно выдвинутой челюстью и армейской выправкой. Зеленые глаза со стальным прищуром (майор верил, что со стальным) каштановые волосы, торчащие модной жёсткой проволокой, что должно было демонстрировать несгибаемый характер. На фоне невзрачного паренька, которому в голову не пришло переодеться, двадцатипятилетний майор Галес и парочка сопровождающих блатных армейцев, смотрелись настоящими щегольскими франтами. Фамильные шпаги с затейливыми гардами, многозначительные планочки скрещенных треугольников на груди, нашивки на рукавах и воротничках. Золотой корпус. Десант. Элита армии. И внушительная кобура на боку, украшенная гравировкой АА. Мистические буквы, красующиеся на одежде. Аверус Адара Смертельная голова - особый отряд спец войск. Каждый золотой имел право на использование высшей меры - вещь неслыханная для армейских. Зелёная пластиковая визитка открывала доступ в любые двери. Попасть в Золотой корпус стремились многие, но попадали исключительно избранные, доказавшие своё право потом, кровью или особыми талантами. Вот лейтенант Ошка Кемаль, неразговорчивый черноглазый крепыш, из «простых», был переведён и зачислен в отряд после мясорубки в Кемаре. Происхождением он похвастать не мог, находился на армейском довольствии, из-за чего временами «комплексовал», ощущая себя дискомфортно среди богатых и именитых товарищей. Правда, парни быстро выбили у него из башки эту дурь. В Аверус Адаре меряют не деньгами и положением. В мёртвой голове ценились совсем иные критерии и Ошка, застенчивый в миру, но в бою получивший погоняло «Берсерк», под них подходил. Капитан Кендара Дио, поджарый, рельефный блондинчик, шагающий рядом широкой вальяжной походочкой – родовитый аристократ, из самых высших кулуаров власти. Богач и папенькин сынок. Манерный, избалованный, капризный, с весьма специфичным характером, что трудно заподозрить на первый взгляд. С толку сбивала светлая, совсем не по моде, брутальная шевелюра ёжиком и ироничные серые глаза, отыскать в которых легкомыслие, мог только очень внимательный наблюдатель, по крайней мере, до тех пор, пока Кендара молчал и прикидывался фикусом. В армию попал насильно, после ссоры с папашей. Собственно, суть ссоры не уточнялась, но очевидно, Кендара умудрился довести родителя, ибо парня обрили наголо, вручили в зубы вещмешок и затолкали в один из самых отстойных взводов, отправив подавлять мятежи повстанцев в горах. Прославился на стезе побегов и дебоширства. Умудрился свалить из армии ровно пятнадцать раз. От расстрела Дио спасала только принадлежность к именитой фамилии. Шестнадцатый совпал с налётом на взвод. Кендара смог отличиться. В одиночку, в течение суток, парень удерживал перевал, прикрывая отход отряда, прорвавшегося через окружение. Положил около 300 человек противника, при этом, не получив ни одной царапины. В связи с этим, превратился в живую легенду. Золотой корпус встретил «везунчика» с распахнутыми объятьями. Способности Кендары тянули на планку гениальности. Хакер, взломщик, спец по части техники и различным штучкам, снайпер. К счастью для отца, руководства, и остальных, столкнувшихся с этой ходячей головной болью, Дио счёл развлечение с побегами приевшимся, и переключился на новые игрушки. Благо, в золотом корпусе таких, нашлось достаточно. По слухам, и зная Кендару, в них охотно верилось. На раздолбая капитана, подчинённые молились как на икону, только что в рот не смотрели. Сам Галес, несмотря на высокое происхождение, попал в АА случайно, в результате ошибки в документах с назначением. Пока крючкотворы пыхтели и принимали решение о переводе, Марк Галес, являясь человеком целеустремлённым, сумел доказать себе и окружающим, что это никакая не ошибка и он действительно достоин находиться в золотом десанте. Через семь лет, начав с простого неизвестного курсанта, Галес дослужился до майора. Несколько боевых операций, улаживание военного конфликта в Скамбии. Погоны он получил потом и кровью. А что касается Дзиры... Галес неуловимо сморщился. Когда в первый взвод Кендары Дио прибыл этот изнеженный, смазливый пацанчик, с кукольным личиком и подал майору бумаги о переводе, невинно хлопая длиннющими ресницами, первое, о чём подумал Галес – у которого, от одного вида этой несуразности, челюсть оскоминой свело - в корпусе возникнут проблемы. - Рядовой Дамон прибыл, согласно распоряжения – мурлыкающий голосок с чувственной хрипотцой... Большие проблемы – Галес отбросил назначение, решив, что подпишет только через собственный труп. - Детка, иди домой, а? - проникновенно посоветовал майор и позволил себе мстительно улыбнуться, когда малыш сник, и, взяв рюкзачок с вещами, сиротливо побрёл на выход, испуганной мышкой юркнув мимо уважительно выбившего дверь с ноги капитана. - Это "кто" сейчас было? - выражение неописуемого счастья на морде Кендара, Галесу ну очень не понравилось. Особенно когда капитан, торопливо бросив рапорт на стол и отчитавшись скороговоркой, приплясывая, поскакал следом, искать своего нового подчинённого, выклянчивая у Галеса... - Марк, дай игрушку, не будь эгоистом. Подпиши, мне скучноооо. - Издеваешься? - По мнению Галеса, отказ виделся очевидным. То, что парни этого цыплёнка живьём сожрут, у майора не вызывало ни малейших сомнений. Проблемы действительно возникли. У него. Через час, Галеса вызвали на ковёр в штаб, и «нежно поимели в мозг без вазелина», дав понять: личная просьба генерала - трактуется как приказ. И Дзира Дамон, поступает отныне под начало Галеса. Генерал искренне надеется, что рядовой Дамон, получит снисхождение по причине своих особых специальных полномочий. Через пару минут намёков открытым текстом, до Галеса дошло: мальчишка оказался «подстилкой» важной шишки из верхов. Покровитель, руководствуясь личными соображениями, решил запихнуть любовника в Золотой корпус, поближе к собственному крылышку. Какими проблемами это может обернуться в боевой, регулярно действующей роте, руководству не пришло в голову. Правильно. Зачем высшим чинам озадачивать себя проблемами, когда для этого существуют низшие чины? Кендара на известие отреагировал более спокойно, только глаза закатил, сообщив, что майор ноет совершенно не по делу, прямо как наивная девочка впервые хер увидевшая. Собственно, основная часть страданий выпадала подчинённым, но ответственным лицом, разумеется, назначили майора, как будто других дел у Марка нет. В задачу входило уберечь смазливую жопку Дамона от неприятностей. За это майору обещали щедрое вознаграждение, с последующим ускорением присвоения внеочередного звания. На случай возможного отказа, Марку предложили заранее подумать о службе в другом месте. Делу с переводом совершенно несложно дать новый ход. Первые пару дней, майор находился в ярости, разрываясь между гордостью и желанием сохранить своё место. Но когда честь перевесила, и Галес решился поставить на карту карьеру, неожиданно выяснилось, что новичок, не только успешно осваивает тяжёлую программу тренировок, но и неплохо способен постоять за себя, снимая с повестки дня вопрос по поводу логичного обоснования своего присутствия в корпусе. Понаблюдав за ним, во время учебного поединка, Галес умерил негодование, согласившись закрыть глаза на некоторые вольности, вроде ночных отлучек. Капитан Кендара, регулярно подписывающий увольнительные рядовому, претензий не кидал, возмущения не высказывал. В отличие от щепетильного Галеса, Дио, выросший в иных кругах, ко многим вещам относился снисходительно, считая их естественным ходом событий. Думать об этом представлялось противно. Марк однажды пытался выяснять, где и с кем именно пропадает паршивец, но решив проследить, наткнулся на капитана, приставившего ствол к его башке с ледяной улыбочкой. Прочитав в стылых глазах капитана собственную смерть, Галес начал понимать, что всё обстоит гораздо серьёзнее, чем он предполагал вначале. Настолько серьёзно, что у какого–то сопляка, личным телохранителем выступает Дио Кендара. Сообразив, на кого может работать капитан, и, сопоставив дважды два, Марк переплевался и предпочёл отступить. Меньше знаешь, крепче спишь. Не считая предпочтений, в остальном, рядовой Дамон нареканий не вызывал. Справлялся с тем, что от него требовалось, зачёты сдавал не хуже остальных. Не борзел, привилегий не требовал. При ближайшем знакомстве, оказался нормальным, своим в доску парнягой, в связи с чем, многим пришёлся по душе. Позавчера они получили приказ на перевод в Эльвамиор. По словам бывавших в этом горячем местечке военных, центральная база - почти курорт. Если не высовываться за пределы границы. Новейшие эмпощиты и глушилки, блокирующие пси атаки, на расстоянии радиуса тридцати километров. Эльвы, не отваживались проникать на базу. В районе вышек они не проявляли активности. Без своего колдовства, вооружённые копьями, луками и мачете – дикари не представляли угрозы. Теоретически. Практически - теране безвылазно отсиживались за стенами базы, ожидая, когда на Эльвамиор прибудет огневая поддержка и мощное техническое подкрепление. Первая попытка поддержать базу с воздуха, с помощью десанта, доставленного с орбитальной станции - провалилась. Глушилки на высоте оказывались бесполезны, включить щиты станция не сообразила, недооценив степень опасности. Когда прибыл огневой десант, твари ждали теран, с горячим приветом устроив настоящий ад в небесах. Грузовой корабль вышел из строя, не сумев совершить посадку. Несколько десятков армейцев, сообразили пересесть на боевые истребители, но это мало помогло и только усугубило ситуацию. Свои начинали палить по своим же. Ягодки начались, когда истребители атаковали главную базу, приняв её за лагерь аборигенов. Полковнику не оставалось ничего иного, как отдать приказ о ликвидации, пока спятившие соотечественники, не уничтожили единственный укреплённый форпост. Из катапультировавшихся никто не вернулся. Из сорока присланных истребителей, до базы дотянуло только два, и пилот одного из них оказался безнадёжно спятившим. Хохотал, плакал, бормотал о каких–то городах – призраках и древних богах. Ничего вразумительного добиться от него не смогли. Заперли в лазарете, в котором бедолага умудрился покончить с собой. В общем, местечко представлялось «весёлым». Выбраться из лагеря и открыто сунуться в леса для зачистки, отваживались только самоубийцы. Единственная, более-менее удачная операция, по слухам, закончилась разгромом эльвов, но столкновение обернулось тяжёлыми потерями с обеих сторон. Теране, сумевшие вычислить и уничтожить передовой отряд разведчиков, оказались вынуждены отступить. Особенно после того, как твари смогли проломить совершенную защиту. Командор дал приказ уходить. Вести сражение на территории врага, не зная местности и не имея преимуществ, не имело смысла. Эльвамиор не планета, а одни сплошные джунгли, омываемые океанами. Три раза в неделю проходят ливневые дожди, ночь длится четыре часа и почти постоянно светит одно из двух светил. Адская жара, куча ядовитых растений, насекомых и хищников. Тяготение в два раза выше нормы. Неудивительно, что эльвы обладали сверх - способностями. Выжить в подобном местечке иначе, не представлялось возможным. Разрешение на присутствие на военной базе личных рабов, говорило само за себя. Видимо, дела шли совсем худо. Вялотекущая заварушка затянулась, из масштабной операции в стиле «мгновенная атака», превращаясь в серию регулярных кровавых стычек обеих сторон. За это время, теране не продвинулись ни на шаг, сидя на базах, словно рыбы в консервных банках. Попытки выбраться и расширить территорию с помощью техники и оборудования, рано или поздно заканчивались провалом. Эльвы в этой войне безоговорочно вели. Находясь на своей территории, сенсы заставляли действовать противника по своим правилам, а это вело к неизбежному поражению. Следовало признать, обычные методы против цивилизации эмпатов оказались малоэффективны. Поэтому поступил тайный правительственный приказ, ввести в бой АА. Отряд особого назначения, специально тренированный для ведения боевых действий и выживания в самых экстремальных условиях. - Рядовой Дамон, отставить сосать! Отвечаем на поставленный руководством вопрос. Ошка Кемаль неодобрительно покосился на конфету. Всё о чём думал мрачный лейтенант, без труда прочитывалось на лице. - Ись? – Дзира недоумённо вскинулся, не выпуская леденец изо рта, втянул конфету поглубже, щёчки впали. Кендара хрюкнул, споткнувшись и сбившись с шага. - Сосать лучше, чем говорить. Да, Дзирчик? Галес закашлялся, понимая, «всё, дорвалось пацаньё. Накрылась мирная прогулка». Игривый поджопник Дамону, мирно трескающему леденец с видом - «иду себе, иду, никого не трогаю» - довершил начатое. Личный состав, твою мать, коллекционирует замечания. Это в казарме, капитан у майора на побегушках щёткой сортиры драит, а за пределами устава, Дио, при желании, может половину Хубиса раком нагнуть, никто и пикнуть не осмелится. Или почти никто. - Офенеф?- Дзира шипя растёр задницу. Зыркнул недобро, похлопал глазками, врубаясь, и неторопливо вытащил леденец изо рта. – Ваш личный опыт капитан – ваше сугубо личное дело, не надо меня под него подписывать. Он невозмутимо лизнул конфетку, игнорируя реакцию откровенно обалдевших от заявы парней. – Мне и извилин старшего состава хватает. Двух. На весь состав. Разогнаться негде! Дамон смачно засосал конфету, высасывая мыслю и, вытащив, вынес вердикт: - Они же на себя замкнуты. Галес прыснул, сходя с дистанции раньше, чем Дамон закончил. - Дамон, ты такой, умница! – восхищённо умилился Дио, ласково обнимая за шею, с попыткой оторвать от земли. - Тебе зубы не жмут? - Или череп, – предложил Кемаль. - Так он спинным мозгом думает, – «утешил» Дио, игнорируя чужое барахтанье, сопение и придушенный вопль про домогательства к младшему составу. За бесплатно! – Насилуууююют!- громким шёпотом «вопил» Дзира, отбиваясь руками и ногами. Леденец при этом не выпустил. - Зарабатываешь! – строго исправил капитан, помахав в воздухе денежной купюрой, аккуратно запихал её в карман взъерошенному Дамону. Ошка заржал, уходя вослед за Галесом. - А почему там мало? - немедленно взвился Дамон, бойким воробьём, выныривая из-под локтя Кендары. И хоть бы ухом повёл, засранец. – Ты меня недооцениваешь? - Я тебя пе – ре – о – це – ниваю, кисонька моя! – клятвенно уверил Дио, добавив непреклонно. – Сдачу гони! - Фи… Жмотьё! Заценив купюрку на глазок, Дамон поперхнулся, ошарашенно вздёрнул бровь, и, встретив ироничный взгляд, незамедлительно подмигнувшего Кендары, быстренько запрятал деньги поглубже, ответив с самым блядским и нахальным видом, какой только смог изобразить. - Договоримся? - голубой надеждой в лазоревых глазах наглеца можно было вымащивать мостовые. Дамон эротично облизал конфету, провёл язычком вверх вниз, заглотил. Галес и Кемаль одновременно втянули в себя воздух. - Прямую провокацию и по прямому назначению, – неслышно брякнул Ошка под нос. Галес гыкнув, пихнул лейтенанта локтем в бок. - Договаривайся! – милостиво кивнул капитан, искоса на глазок прикидывая процент привлекаемого внимания. Провёл ладонью по волосам. Жест сожаления, ставший привычкой. За год, некогда роскошная платиновая шевелюра, отросла с трудом на три сантиметра. Погорячились они тогда с отцом, определённо. - Натурой? - преувеличенно «расцвёл» Дзира, обрадовался, скорчил просящую мордочку. - Можно натурой мне? Пожалуйстаааа. Ну, пожаааалуйстаааа. Кемаля вынесло. Галес отвернулся, давясь нервным всхлипом. Вот же сучонок мелкий. Но с капитаном номера не проходили. Деморализовать психику Кендары, мог только сам Кендара. - А хрен с пальцем не попутал, рядовой? Кендара встретил чужие ужимки с абсолютно непроницаемой, ледяной миной. – Твоя натура капитану - твоя прямая обязанность! – рявкнул он, словно устав зачитывал. На этой фразе у лейтенанта началась тихая истерика. - Ты мне что–то существенное предложи, чтобы я оценил, проникся. Задумался… Он щёлкнул пальцами, подыскивая подходящее сравнение, но не сообразив, спрятал руку за спину. - Значит, как в прошлый раз? – с обречённым вздохом покорности судьбе, выдал Дзира, сиротливо втянул конфетку, сделал паузу, позволяя желающим заинтересоваться... - В прошлый раз? - Галес не выдержал, абсолютно заинтриговавшись. - Угу. – Дамон шмыгнул носом. – Сначала довольствие отберёт, а потом... На фразе, смысловой контекст которой переводился как - биться детородным органом об стол, доказывая правоту - Дамон торопливо рванул прочь, огибая согнувшегося в поясе, тихо рыдающего Ошку. Язва Дамон - ничего не забывал, аукнув капитану инцидент месячной давности, за попытку наказать материально. Кендара негодующе распахнул рот. Заржал конём, и безнадёжно махнув рукой, лениво шагнул следом, изображая «убиться погоню». Дамон, понимая, что в данном случае бегство беспонтово: (во-первых, капитан за рядовым гоняться не станет, не с руки, во-вторых, если решит размяться, всё равно догонит, а это чревато), изобрёл способ лучше, и сныкался за спину прикалывающегося Галеса. А обойти широкого майора, представлялось задачкой не из лёгких. - Кири – кири. Иди сюда, малыш. Что-то дам… - Дюлей? - Догадливый. Один придурок, сюсюкая, выманивал второго деньгами, предлагая купюрки, второй - кривлялся и показывал язык, а третий в это вкупался, позволяя двум взрослым «детинушкам» гонять вокруг себя. И это цвет и элита армии. Кемаль краснел, пыхтел, сопел и пытался сделать вид, что он не с ними. Но боевые товарищи не позволили сослуживцу отрываться от коллектива. Зажав конфету зубами и рванув на всех парах, Дамон с приглушённым визгом, напрыгнул на спину лейтенанта. После чего, нежно словив, «под дых», был безжалостно скинут вниз, загнут с вывернутой рукой, и выброшен прямо в распахнутые клешни кровожадно ухмыляющегося Кендары, который, не придумал ничего умнее, чем начать отбирать у Дамона конфету. Один тянул за уши и выдирал палку, второй ныл и зажимал зубами. Детский сад на выгуле. И откуда тут взяться субординации? - Угомонитесь, полудурки, пока охрана не вышибла. Что не могло не радовать в лейтенанте - Ошка умел сказать «стоп». – Люди по сторонам шарахаются, задрали, два... Лейтенант смачно выругался. Эта нежданно – негаданная поездка, обломала Кемалю свидание и теперь, вынужденный составлять компанию в приказном порядке, Ошка нетерпеливо маялся от скуки. Парни откровенно страдали ерундой, кочуя из павильона в павильон, битый третий час. Обед настроения не улучшил. Обычно смешные шутки, вызывали раздражение. Незаметно подкрадывалась усталость, вызванная шумом и обилием мельтешащего народа. Огромный выбор, на любой вкус, а Дамону всё не по нраву. Не лежит у него душа к рабству, видите ли. Для уроженца Гарлема нормальная реакция. Но майор с капитаном, рогом упёрлись. Армейцу золотого легиона не по рангу без слуг обходиться. Ошка три года обходился, никто бровью не повёл. А вокруг Дамона, вечно такую суматоху наводят, что возникает ощущение - с ума посъезжали, не иначе. Но у богатеев денег полно, куда потратить придумать не могут. Кто из элиты в Хубисе особняка не имеет, наведывается в город каждые выходные. Некоторым, о подобном и мечтать не приходилось. Жаловаться, впрочем, тоже. Денежное довольствие легиона существенно помогло выправить финансовое положение. Землю выкупил, дом построил в одном из приличных районов. Воздух чистый, вода нормальная. Для родителей Ошки, происходящее - чудо. Доживёт до тридцати, имеет право уйти на пенсию, а размеры её таковы, что можно не задумываться о куске хлеба в будущем. Империя платила щедро. Осталось семь лет продержаться. Это для аристократов армия - честь и гордость, для простых людей, служба по контракту - не более чем способ заработать. - Мы тебя, не дра… Кендара не меняясь в лице молниеносно выбросил руку, зажимая чужой рот. Несостоявшийся стёб утонул в широкой ладони, превратившись в невнятное мычание. - Не нервничай, лейтенант, увлеклись. - Ваше "увлеклись", у меня второй месяц, вот где… Кемаль досадливо осёкся, проглатывая претензии. - Парни, без обид. За каким демоном, вы меня с собой затащили? На ваш цирк посмотреть я и в казарме могу. - В казарме эта задница - мой начальник, - отплевавшись от Дио, Дамон немедленно внёс «пол монетки»... Ты тоже кстати. Мог бы и не... Дамон замычал снова сграбастанный чужой лапищей. Задница - начальник не считал нужным церемониться. Как Дамон не выронил конфету, оставалось загадкой. - Разберёмся, Кемаль. Дио почти влюблено вздыбил, яростно выкручивающуюся светлую макушку. Версия, что Кендаре в своё время родители не купили домашнего питомца, а он теперь отрывался, не то, чтобы напрашивалась... Но как–то чётко проскальзывало, что не доиграл Дио в детстве, определённо не доиграл. Отловить и засадировать Дамона, очевидно, относилось к разряду компенсаций. Вот только не похоже, чтобы Дзире это нравилось. - Верится с трудом, – Галес посмотрел на часы. – Ошка, не кисни, успеешь намиловаться. Час мучений остался. А вот ты Дамон, не определишься, обслуживать себя будешь сам. - Не худший вариант, – Дзира выкрутившись, с силой пихнул Дио локтем, заставив отступить. – Не хочется напоминать, парни, но это вы меня сюда притащили. Кендара растерялся, не понимая причины вспышки чужой злости, но отстал. Для сохранения спокойствия и благообразия, связку Дио - Дамон держать рекомендовалось строго по отдельности. Да и не только по этой причине. Дамону куда ни глянь, всё абсолютно до потолка, а вот Кендара на него слишком неровно дышит. Понимает ли сам? Хороший вопрос. А Марк, дурак наивный гадал, с какого хрена у капитана планку сорвало. Интересно, что Дио думает по поводу происходящего? А ведь держится, виду не подаёт. - Дзир, ты что заводишься? - Я не завожусь. - Дамон вздохнул. Временами дитё дитём, а временами, так глянет, что не по себе становится. - Марк, милый, просто, я вырос в стране, где рабство неприемлемо. Психологический барьер не так просто перешагнуть. Это для вас слуги - мебель, а для меня - это делить крышу с посторонним, вникать в его проблемы, понимать, что на моей ответственности находиться человек... Улавливаешь разницу? - Мда. Не могу сказать, что я не понимаю... Галес почесал в затылке. – В Хубисе, где даже у рабов имеются рабы, слышать подобное заявление странно. А раньше объяснить не судьба было, малыш? Ты примерно понимаешь... - Объяснял... - Я приказал, – резко перебил Кендара, кладя конец спорам. – Вы парни, вместо того, чтобы языками чесать, лучше бы делом помогли. Дзира... Он покраснел, натолкнувшись на обволакивающий фиалковый взгляд Дамона, активно трудящегося над конфетой. У Галеса кулак зачесался врезать. Провоцирует, блядь. Делает это с таким видом, словно не понимает, что у сопровождающих парней, стояк достиг критического апогея. Но попробуй к нему подлезть... Зубы он тоже сходу обламывал, причём без посторонней помощи. В голове Галеса никак не укладывалось. Дзира Дамон - подстилка для какого–то жирного, потного чиновника? Не может ему это нравиться? Но один взгляд, на эти, временами откровенно блядски бесстыжие глаза, давал понять. Нравится, и ещё как. Но вот обидно, что Дзира отсасывает кому-то в верхах, и никакого внимания не обращает, на вполне себе интересного и представительного Галеса. Пару раз, майор ненавязчиво пытался намекнуть на возможную связь, но встречал такое холодное недоумение, что стушевавшись, откатывал обратно. Ходили слухи, не только он. А Дзира Дамон продолжал себе быть, как ни в чём не бывало. Красивый, соблазнительный, обманчиво доступный. Позволяет лапать себя и довольно щурится как сытый кот, но не даёт переходить границы. Странное поведение, особенно в том свете, что Дамон даже не пытается опровергать слухи о себе, наоборот всячески способствует, загадочно улыбается в ответ, и позволяет всем болтать и думать о себе, что угодно. - Дзира, шлюшка малолетняя, – прошипел Галес беззлобно и выбил леденец из его руки. - Завязывай. - О чём ты, милый? - Дзира облизнул губки, изображая святую простоту. - Провоцируешь, - буркнул Кемаль. Кендара согласно залепил подчинённому подзатыльник. Дзира возмущённо фыркнул и закатил глаза. - О госссподи. Да на кой чёрт, вы мне сдались, парни, сперма в бошку ударила? Он с возмущённо независимым видом, оклеветали мол, порядочного человека, извлёк вторую конфету... А затем, вдруг подмигнув, состроил уморительное выражение и сорвал обёртку на всю длину. - Профессиональный секрет, – сообщил он. И заглотил леденец одним движением до самого горла. У парней ощутимо свело в паху. - Нифига себе, рабочий ротик, – только и выдал Галес, почесав макушку. Кемаль восхищённо присвистнул. - Эй, Дзира... слушай, а может... - Не по карману я вам, мальчики. Не – по - карману. – Дзира снисходительно вздохнул, закатывая глаза и давая понять, как они его достали. - Сколько? - мрачно спросил Ошка, не сводя с него горящих глаз, после столь яркой демонстрации, все женщины мира были забыты, свидание могло идти в топку, мысли лейтенанта принимали совершенно неоднозначное направление. Вопрос, почему за этим парнем надо присматривать, отпадал сам собой. За ним не присматривать надо, его надо держать подальше от общественности. Дзира оставив леденец во рту, блудливо потянулся, демонстрируя себя в очень соблазнительном ракурсе. А затем назвал цену. Кемаль поперхнулся. - Издеваешься? - Вы первые начали. – Дамон воткнул конфетку обратно в рот. - Не выделывался бы ты, кисонька моя, а то мы не только начнём, но и закончим. Кендара со вздохом отобрал у него конфету, выкидывая в ближайшую урну. – Ты когда играешь, не переигрывай, мы ведь наивные поверим, скинемся, устроим тебе долгий абонемент на троих, и не отговоришься, что пошутил. За базар ответить придётся, а когда нам понравится, а я в этом уверен, мы продлим. - Кто–то против? Дамон очаровательно похлопал ресничками. – Лично разрешение подпишешь? От этого заявление капитан дёрнулся, словно рядовой ему пощёчину залепил. Определённо, парни вели между собой свою игру, понять бы, что именно они разыгрывают. - Дамон, отставить, – рявкнул Галес, тщетно пытаясь выкопать раздражение. Дамон бесил, но злиться на него не получалось. – Нет, ну что ты с ним будешь делать, а? - хохотнул он, сообразив, что уже в течение нескольких секунд, Дзира, игриво помахивая пальчиком, демонстрирует какому-то, откровенно вылупившемуся на него субъекту, неприличный жест. Опасаясь связываться с армейцами, тот торопливо ретировался. - Может тебе пару штрафных прописать? - Толку? Он у меня с прошлого месяца из нарядов не вылезает. Кемаль безнадёжно махнул рукой и рявкнул. - Рядовой Дамон, твою мать, имей уважение к старшему по званию, блядь такая, пока по-серьёзному не огрёб. - Так точно, гарс. Будет исполнено лейтенант Кемаль. - Дамон моментально подобрался, вытянувшись по струнке. - Есть прекратить отставить блядство. Галес подозрительно поперхнулся. Кемаль зарычал, сгребая нахального мальчишку за воротник. - Дамон, я тебя выдеру. - Извращенец. - Чтооо? Дио, забери его от меня, пока я его не прибил ненароком. - Не сдерживайся, Кемаль, - посоветовал Дио непередаваемым тоном. - Улучши этот мир. Приходилось вмешаться. - Кемаль, отставить разборку. Дамон два штрафных. - За что? - Три штрафных. - Так точно, гарс. Есть три штрафных, - покорно отозвался Дзира и, отойдя на несколько безопасных шагов, ехидно заметил, опасливо кося в сторону майора. - А говорили никакой субординации. - Тогда веди себя прилично, - строго заметил Кемаль. - А еще, напряги останки мозга, и вспомни, зачем мы сюда пришли, - не удержался Дио. - Опомнись, капитан. Он даже слова такого не знает. - Смотри Дамон, вот видишь эти две буковки. Тебе наверное не говорили, но они обозначают, что ты, позорное недоразумение, являешься солдатом нашей славной империи... - Это тебе не леденцы жрать, – добил Ошка. - Кемаль, - Дзира вздёрнул бровь, смерив армейца ироничным взглядом, в котором плясали солнечные зайчики. - А кто сказал, что я их ем? Это называется... - он, привстав на цыпочки, что-то шепнул на ухо Кемалю. Тот закашлялся и багрово покраснел, на мгновение, буквально утратив дар речи. Дзира подмигнул. - Смотри, пригодится. - Что он тебе сказал? - Дио смерив Дамона, почти влюблённым взглядом, повис на руке товарища, который, кажется, утратил способность говорить и только открывал и закрывал рот не в силах подобрать достойный ответ. - Дамон, скажи, что ты ему сказал? - с хохотом потребовал он, с почти детским восторгом осознав, что Кемаль отнекивается и мычит что-то невразумительное. Чтобы заставить Кемаля заикаться, нужно было отмочить поистине нечто убойное. - Дзира, не будь задницей. Что ты ему такого ляпнул? - Попросил, купить мне конфет – снисходительно отозвался Дамон. - Дио, вы как дети. - Дамон, ты ли это? Галес беззлобно взлохматил мальчишке волосы и все трое расхохотались, осознав, что в кармане Дзиры нашлось место для ещё одного леденца, который он, демонстративно помахав им, перед носом затрясшегося от негодования Кемаля, незамедлительно отправил в рот. Майор только головой покачал. Дамон - это Дамон. Единственный в своём роде. Что тут ещё можно сказать. - Решайся с покупкой, и сваливаем, - с трудом оторвавшись от любования шкодно - довольной мордой, Галес категорично махнул в сторону торговых рядов. Словно канат обрубил. - Бери целистианку. Самое оно скрасить досуг. Он ткнул пальцем в сторону высокого огороженного оранжевым щитом помоста, на котором в такт едва различимой музыке, соблазнительно извивалась белокожая, темноволосая девушка. Тонкие руки обнимали невидимый воздух, а гибкое тренированное тело, обещало исполнение всех самых смелых желаний. Только вот глаза у неё, несмотря на призывный танец, оставались холодными и расчётливыми. Дзира только плечами пожал. - По-моему, лучше найти хорошего охранника. Дио, тронув Дамона за плечо, указал на демонстрирующего невероятную ловкость набийца, лет тридцати пяти. Мужчина фехтовал на мечах и делал это столь умело, что умудрился собрать вокруг целую толпу зевак. Вот только покупать его никто не торопился. Личный раб, способный накромсать на ломтики - сомнительное удовольствие. Вряд ли фехтующий набиец понимал это, иначе бы усердствовал не столь рьяно. Иногда в Хубисе, люди сами продавали себя в рабство, и это было не таким уж редким явлением. Кто-то продавался за долги, кто-то для того, чтобы заработать денег или обменять себя на другого человека. Ситуации здесь бывали самые разные. Никого из покупателей они абсолютно не волновали. Раб - это вещь, бессловесная тварь, которую можно убить с той самой секунды, когда в руках хозяина окажется заветный кодар от ошейника. Участь рабов не волновала никого. Рабы не были людьми в обычном понимании этого слова и поэтому, с любопытством бродя среди разноцветных, рядами высившихся помостов, теране не стесняясь обсуждали достоинства и недостатки товара, не задумываясь о том, что все эти рабы - точно такие же люди как и они. Разве у раба могут быть чувства? Абсурд. У помостов "добровольных" толпилось наибольшее количество посетителей. Такие рабы обычно стоили недорого, и с ними никогда не возникало проблем. Не то, что с этими эльвами или сидранами. - Дзира, определяйся. - Легко сказать. – Мальчишка меланхолично рассматривал леденец на свет с отсутствующим видом. - Твою мать. - Галес начал злиться. - Сколько можно повторять, ни один слуга не согласится на Эльвамиор. – Поэтому проще взять того, чьё согласие не требуется? Дамон лизнул конфету. – Марк, не будем ссориться, выбирай, кого хочешь. Мое отношение ты знаешь.