Gossip Spyder/Паучий сплетник

Паучий Сплетник

Доброе утро, учащиеся школы Королевской Гавани! Это ещё одно прекрасное утро в нашей Королевской Гавани, и хотя я предпочёл бы оказаться во многих других местах сегодня, но, к сожалению, я буду вместе со всеми вами в школе. К счастью, школьные коридоры никогда не перестают снабжать меня сочными слухами и сплетнями, и последними из них стали утихшие слухи, касаемые Сансы Старк и Сандора Клигана. Из-за того шума, что поднялся вокруг скандала с тестом ДНК Баратеонов на прошлой неделе, я упустил из вида слушок, что Сансу и Сандора не видели вместе с вечера Пасхального банкета. Я немного покопался, и всплыл тот факт, что были свидетели жаркого спора между Сандором и Сансой во дворе Ратуши. Я проверил несколько фотографий, опубликованных в Instagram с того вечера, и на одном из этих фото вы можете с краю чётко разглядеть Сансу и Сандора, которые не выглядят особо счастливыми вместе. Санса и Сандор были неразлучны с конца прошлого года, когда к всеобщему шоку вдруг начали встречаться, так что этот слух о возникших неприятностях у нашей любимой странной пары заставил многих людей задуматься. Критики пары (каюсь, что частенько попадал в их ряды) делают ставки, что этот дуэт на грани распада. На банкете очень многие наблюдали за тем, как Сансу закружил в объятиях жизнерадостный красавчик Уиллас Тирелл во время их ослепительного танца. Это случилось в акурат за несколько минут до вышеупомянутого жаркого объяснения между Сансой и Сандором, после которого Сандор был замечен выходящим из зала. Уже и раньше вокруг Сансы и Уилласа ходили слухи, и следует задать вопрос: стал ли старший брат Маргери катализатором смены настроения Сандора? Ранее многие отмечали, что Санса и Сандор – два очень разных человека из двух чуждых миров. Возможно, расстояние между ними оказалось слишком велико, хм? Вернёмся к шокирующему разоблачению в «Вестнике Королевской Гавани» Джоффри Баратеона или кем бы он ни был! Я всё ещё пытаюсь оправиться от этой сенсации, и думаю, что многие из вас в таком же состоянии. Тем не менее, никто не может быть потрясён этим сильнее, чем сам Джоффри – только представьте, что последние восемнадцать лет вы были обмануты собственной матерью! Разумеется, от представителей Баратеонов и Ланнистеров не было никаких официальных известий, но до меня долетели слушки из мелкого бассейна Королевской Гавани, где обитают изнеженные домохозяйки, что Серсея Ланнистер переехала из «Красного Замка» и забрала с собой двух сыновей. Сестра Джоффри Мирцелла всё ещё учится за границей в Академии Дорна, но я слышал, что в планах вернуть её обратно в виду пристального внимания, с которым столкнулась её семья. Только представьте, что вы выдаёте сына от другого мужчины за ребенка от своего мужа и всё это время лжете всему миру! Мать Джоффри без стыда и совести, и может даже немного не в себе! Кажется, никто не видел и ничего не слышал о Джоффри с самого Пасхального банкета, говорят только, что его отчислили из школы. На его месте я бы тоже захотел исчезнуть. Представьте себе, что у вас возникли проблемы с самоидентификацией, и вам к тому же приходиться скрываться, потому что СМИ преследуют вас. Во всяком случае пока ни один человек не заявил, что он является настоящим отцом Джоффри. Что касается Роберта Баратеона, я получил наводку от кое-кого, чья подружка брата работает секретарём в адвокатской конторе «Пицель и партнёры», которая представляет интересы Роберта Баратеона. Так вот она сообщила, что Роберт встречался со своим адвокатом, чтобы начать бракоразводный процесс с Серсеей Ланнистер. Думаю, что развод может стать самым логичным завершением отношений между Робертом и Серсеей, чей брак уже и так находился в шатком положении после того, как в прошлом году выяснилось, что Роберт является отцом ещё одного незаконнорождённого сына. Судя по всему, сейчас все задаются вопросом, зачем мама Джоффри всё это время лгала об его отце? Нам остаётся только гадать, но похоже, что причина, по которой она так спокойно относилась к проступкам Роберта, заключалась в том, что она и сама была далеко не невинна! Если Джоффри действительно не является сыном Роберта, то справедливо предположить, что он не станет наследником состояния Баратеонов. В связи с вопросами, которые сейчас задают насчёт отцовства двух младших детей Серсеи, следует ожидать, что Роберт перепишет своё завещание, если ещё этого не сделал. Переходя к другим новостям, стоит отметить, что большинство наших старшеклассников готовятся сдавать свои последние выпускные экзамены всего через несколько недель, и напряжение, всё усиливающееся к финалу, способствует росту волнения вокруг выпускного вечера. Атмосфера в коридорах школы в последнее время просто наэлектризована! Для всех тех, кто ещё не приобрёл билеты на выпускной, комитет хотел бы напомнить, что это можно сделать в переносном киоске, который работает каждый день возле кафетерия, ну и разумеется, удачи всем нашим выпускникам! До новых встреч! Паук Сплетник

__________________________

Сандор

Сандор закрыл браузер и в сердцах бросил телефон на кровать, выругавшись от омерзения: «Ё*анный Паук! Чёртов кусок дерьма!» В конце концов Паук Сплетник пронюхал о том, что происходит между ним и Сансой, и привлёк к ним всеобщее внимание. Ни он, ни Санса особо не осторожничали тем вечером на банкете, и никто из них особо не думал о том, что за ними кто-то может подсматривать. Он надеялся, что они вообще сумели остаться незамеченными. Расставание выдалось трудным и без общественного внимания, а уж от одной мысли о том, как Сансу мог задеть последний пост Сплетника, в нём закипала ненависть. Однако теперь, когда новость стала достоянием гласности, он был полон решимости исправить то зло, которое сам же и причинил. После недели пребывания в полнейшем аду он обнаружил и пришёл к пониманию одного сногсшибательного факта – без Сансы его существование превращалось в самую мучительную пытку, какую он когда-либо знал. Глубоко внутри себя он боялся, что будет не способен стать таким мужчиной, которого она заслуживает, не будет достоин находиться рядом с ней. Но когда дошло до дела, то оказалось, что по-настоящему он боялся остаться без неё. Он так боялся, что его недостатки и слабости в конце концов оттолкнут её от него, что от страха он воплотил этот кошмар в реальности. Он думал, что делает это ради блага их обоих, как он и говорил Арье и Джендри, и действительно верил в это. Он сказал Сансе, что терпеть не может, когда люди на банкете поглядывают на него свысока и считают его одним из благотворительных проектов миссис Старк. Но вот чего он в действительности не смог стерпеть… чего так боялся, так это того, как люди будут воспринимать Сансу, когда станет ясно, что он её парень. Он не хотел, чтобы окружающие смотрели на Сансу так, как они смотрели на него. Он по-настоящему в это верил. Вот почему он с готовностью позволил Уилласу танцевать с ней, когда этот красавчик попросил его об этом. Вспоминая момент, когда они только-только стали парой, Сандор припомнил её мысли о том, что они станут предметом школьных разговоров. «Все в школе будут говорить о нас, когда узнают»,- сказала Санса в тот день. «Тебя это волнует? – спросил он в ответ. - Мы будем игнорировать их или посылать на хер». «Меня не волнует, что будут говорить, - пылко заявила тогда Санса, - я больше не собираюсь переживать о том, что будут думать незнакомые люди обо мне или о том, что я делаю». В то время Сандор разделял её браваду и решительность, но игнорировать сплетни и слухи в школе – это одно, а когда речь идёт о масштабах настоящего общества – это совершенно другое дело. Чем больше их пара подвергалась оценочным суждениям, тем быстрее рушилась его уверенность. Их отношения с Сансой не были игрой, и их действия имели вполне реальные последствия. Во время своей продолжительной девятичасовой прогулки он много думал, как и сказал скептически настроенной Арье, и точно так же, как раньше он подвергал анализу футбольные матчи, он проанализировал каждое своё действие в тот вечер. В конечном счёте он пришёл к выводу, что его поступок не был обусловлен необходимостью надеть смокинг и присутствовать на скучном банкете. И это случилось даже не из-за того, что ему пришлось сидеть за одним столом с Тиреллами (хотя, как и следовало ожидать, Уиллас пушил свои перья не в нужную сторону), и вовсе не из-за того, что ему нужно было выяснять, какими столовыми приборами нужно было есть до абсурда дорогущие блюда, которые им подавали. В тот вечер он слишком хорошо понимал, какое пристальное внимание будет уделено Сансе и её семье, и это сделало его сверхчувствительным ко всему, усугубив все его страхи… и его самого. Он вдруг не смог больше игнорировать перешептывания по поводу своей внешности, как делал это до сих пор. Он не мог больше игнорировать взгляды, которые бросали на Сансу другие мужчины, и не мог игнорировать, что его присутствие рядом с Сансой остаётся незамеченным из-за Уилласа. В обычной ситуации он бы как-нибудь отстоял своё положение, чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, что именно он является парнем Сансы. Но вместо этого тем вечером он поступил так, как и самый злейший враг не справился бы лучше. Он ни сделал ничего, чтобы снискать расположение семьи Сансы. Он даже не попытался заставить себя присоединиться к разговору, в который его пытались втянуть другие братья Тиреллы, и он абсолютно ничего не сделал, чтобы ослабить растущее между ним и Сансой на протяжении всего вечера напряжение. А когда они наконец заговорили, то он просто выместил всё на ней, обвинив во всём и отказываясь признавать, каким на самом деле чувствовал себя трусишкой. «Я сбежал с бала, словно какая-то перепуганная ё*анная маленькая принцесса, - разочарованно думал он про себя. - Я был пи*дец испуганный для того, чтобы хоть что-то сделать, поэтому и сбежал, и всё равно облажался. Но Санса этого не заслуживает. Она заслуживает от меня гораздо большего, чем это. Она делает всё возможное, чтобы мне было хорошо с ней с того момента, как мы начали встречаться, и я знаю, что ни х*я не заслуживаю этого, но она как-то терпит меня. Она видит во мне что-то такое, чего не видят другие, и я обязан быть для неё гораздо лучше, чем я есть сейчас». Санса была намного сильнее и храбрее, чем считало её большинство людей. Для многих она было просто хорошенькой щебечущей пташкой с громким именем, которая только и занимается тем, что прихорашивается в своей эксклюзивной позолоченной клетке. Многие ожидали, что она сломается после всех испытаний, через которые прошла из-за Джоффри, особенно с учётом изобилия сплетен, продолжавших следовать за ней по пятам. И всё же она вышла из всего этого водоворота дерьма ещё более сильной, умной и уверенной в себе, чем была при их первой встречи. Причем настолько уверенной в себе, что у неё хватило мужества пойти за тем, за кем она хотела – за ним. Сандор был вынужден признать, что и в обычной обстановке требовались стальные яйца, чтобы приблизиться к такому парню, как он, а Санса даже уговорила экономку впустить её в дом несмотря на всю драму, которую он пережил после игры на чемпионате. Он чертовски уважал эту девушку за то, что она сделала, и поэтому теперь должен был уважать её решение, которое она приняла, выбрав его. «Не тебе решать, что будет хорошо для меня, - сказала она ему, - никто, кроме меня, не может решать, что или кто будет достаточно хорош для меня. Даже ты». Сандор знал, что она была права. И теперь после всего, что он ей наговорил, после того, как причинил ей боль, ему оставалось надеяться лишь на то, что она всё ещё продолжает считать его достаточно хорошим.

_______________________________

Санса

«О чём это говорит Паук Сплетник, Санса?» - требовательно спросила Ранда. Санса сидела за столиком, который регулярно разделяла со своими друзьями во время ланча. Это был первый день после банкета, когда все четыре девушки из-за своих расписаний смогли вместе поесть. Ранда и Джейни были одними из первых, кто связался с ней по поводу поста в Паучьем Сплетнике, который был выложен этим утром, но она не дала им никакого удовлетворительного ответа, и поэтому теперь они собрались вокруг неё с одинаково озабоченным видом на лицах. «Да, что всё-таки происходит? – Нахмурившись, спросила Мия. – Что бы это ни было, ты можешь нам всё рассказать». «Я думала, он просто занят подготовкой к экзаменам и всё такое, - добавила Джейни, - я даже подумать не могла, что его отсутствие связано с чем-то иным». «И мы так же думали, - сказала Ранда, - мы тоже были заняты подготовкой к выпускным экзаменам и не могли присоединиться к вам за обедом, поэтому и не видели ничего странного в том, что Сандора не было поблизости». «У Лотора совпадает с ним классный час и уроки математики, он сказал, что Сандор просто исчезает сразу после уроков», - сообщила им Мия. Санса неловко заёрзала на стуле. Вполне понятно, что её друзьям было любопытно узнать, чем были вызваны эти слухи, но она не была готова к тому, чтобы полностью рассказать о том, что произошло между ней и Сандором. Казалось, что стоило произнести это вслух, и тем самым оно стало бы ещё более реальным, а она не была ещё готова признать, что между ними действительно всё было кончено. «Отчасти это правда, - призналась она, - в тот вечер мы поссорились». «Ох, нет, - прищёлкнула языком Ранда. – Это никуда не годится». «И вы до сих пор не помирились?» - поинтересовалась Мия. Санса уныло покачала головой: «Мы не разговаривали с того вечера». «Совсем?» - не поверила Ранда. «Совсем», - подтвердила Санса. «Хочешь поговорить об этом? – Мягко спросила Джейни. – Но если ты не хочешь, то не должна этого делать». Санса вздохнула: «Я думаю, что слишком сильно надавила на него. Сандор никогда не делал секрета из того, что он не любитель наряжаться и ходить по модным вечеринкам… и уж тем более, когда его будут пристально разглядывать и оценивать. Одно дело, когда он поехал на Весенний бал, но на Пасхальный банкет я его практически силой затащила». «Но ведь он разозлился не только из-за этого?» - настойчиво спросила Ранда. Санса скорчила гримасу: «Я думаю, там всё понемножку сыграло свою роль, но банкет стал последней каплей». По тону Сансы было понятно, что она не хочет вдаваться в подробности, поэтому подруги не стали настаивать. «И что ты теперь будешь делать? – Спросила Мия. – Могу сказать по опыту, что лучше не позволять подобным вещам затягиваться подолгу». «Ты права, - согласилась Санса, - я знаю, что ты права. Спасибо, что вы все беспокоитесь о нас». «Вы наши друзья, разумеется мы беспокоимся за вас, - Джейни потянулась и легонько обняла её за плечи. – Знай, мы всегда рядом, если тебе нужно будет поговорить об этом. Это касается и Сандора». «А кто-нибудь вообще видел сегодня Сандора?» - поинтересовалась Ранда, вскользь окидывая взглядом двор, словно ожидая увидеть его. «Лотор упомянул, что Сандора сегодня не было на уроке, - ответила Мия, - может быть он не приходил в школу». «Я бы лично придушила Паука Сплетника, если бы знала, кто он, - с жаром произнесла Санса, - вероятно, Сандор решил прогулять уроки после того, как увидел этот пост утром». «Или, возможно, он прогулял сегодня уроки по совершенно другой причине, - неожиданно произнесла Ранда, выпрямляясь на своём стуле и пристально вглядываясь во что-то на другом конце школьного двора. – Санса, обернись!» Санса сделала, как ей было сказано, и обернулась посмотреть на то, что же привлекло внимание Ранды, и тут же почувствовала, как у неё свело живот, по вполне понятным причинам. Привлекая внимание всех присутствующих, через весь школьный двор пробирался никто иной, как Сандор, сжимая в одной руке связку больших гелиевых шаров, а в другой держал букет из самых больших желтых нарциссов, которых Санса когда-либо видела. Он хмурился, продолжая идти к её столику, но помимо нахмуренности Санса так же подметила его решительно сжатую челюсть. Сандор был одет в свои повседневные тёмные джинсы и чёрный пуловер, который притягивал взгляд к его груди и подчёркивал ширину его плеч. Он знал, насколько сильно ей нравится этот пуловер. Сандор держал в руках шесть воздушных шаров – пять гигантских букв высотой в два фунта и один в форме вопросительного знака. Ветер постарался запутать тонкие верёвочки, и буквы теперь были в перемешенном порядке. И всё же Сансе было совершенно ясно, что означало его послание в виде шаров, и она сама не поняла, как оказалась на ногах, уже готовая дать ответ. «Что же на этих шарах… АНБАЛ? – Озадаченно спросила Ранда. А затем громко ахнула – НА БАЛ?» «О, боже! – Громко смеясь, воскликнула Мия. – Это же предложение пойти на бал!» В преддверии выпускного вечера по всей школе делали подобные предложения, но ни одно из них не привлекло к себе столько внимания, сколько привлёк Сандор. В школе имена Сансы и Сандора всегда были на слуху, но из-за утреннего поста Паука Сплетника интерес к ним был ещё выше, чем обычно. Многие во дворе разобрались с посланием из воздушных шаров гораздо быстрее Ранды, и среди учеников, находящихся поблизости, начал нарастать возбуждённый гул. Вскоре даже из окон кафетерия стали выглядывать люди, которым было интересно посмотреть из-за чего весь этот шум. Сандор остановился примерно в пяти футах от неё, неловко держа в руке воздушные шары, которые продолжали крутиться и болтаться у него над головой. Их взгляды встретились, и Санса увидела тени на его странно загорелых щеках. Ей немедленно захотелось броситься к нему, чтобы обнять и покрыть поцелуями всё его лицо, но с этим приходилось подождать. Сандор прочистил горло и потоптался на месте. «Санса, - начал он, и её имя прозвучало очень хрипло. – Мне жаль». Санса поняла. Она поняла всё, что он хотел сказать этими двумя словами, и у неё на глаза навернулись слёзы. «Мне тоже жаль», - сказала она ему, и увидела, как напряжение явственно покинуло его плечи. Ранда захихикала за столом: «И это всё?» Сандор сверкнул взглядом в сторону Ранды: «Я что похож на кого-то их тех, кто танцует на школьных трибунах, распевая какую-нибудь сопливую любовную песенку по громкой связи на всю школу? Это всё, на что я способен». «Это прекрасно, - сквозь комок в горле пробормотала Санса. – Это идеально, Сандор». «Так какой будет твой ответ?» - буркнул он, дёрнув за верёвочки воздушных шаров, заставляя буквы яростно дергаться, напоминая о том, что он задал ей вопрос. «Конечно, ответ – да!» «Слава грёбанным богам… уф-ф-ф!» Санса бросилась ему на грудь, выбивая воздух из его лёгких. Вокруг них все радостно закричали и заулюлюкали, когда Сандор обхватил её, как только мог, всё ещё удерживая в руках букет цветов и шарики. «Мы можем куда-нибудь уехать?» - тихо спросила у него Санса. «Ты хочешь прогулять оставшуюся часть дня?» - уточнил Сандор, и Санса почувствовала вибрацию у него в груди, когда он заговорил. «Да, - кивнула она, прижимаясь щекой к нему. – Я скучала по тебе». «Давай выбираться отсюда». Отпустив его ненадолго, Санса одарила подруг извиняющей, но сияющей улыбкой и похватала свои вещи со столика. «Увидимся завтра», - торопливо сказала она им. «До завтра, Санса», - улыбнулась ей в ответ Джейни. «Береги себя, слышишь», - подмигнула ей Мия. «Развлекайтесь!» - весело помахала им рукой Ранда. Ещё больше свистков и одобрительных возгласов последовало за ними, когда они поспешно покинули школьный двор, что вынудило их идти ещё быстрее, чтобы поскорее убраться с глаз публики. «Честно говоря не ожидал такого», - сказал ей Сандор, когда они подошли к его машине». «Честно? – Потрясенно уставилась на него Санса. – Ты прошёл через весь школьный двор – самое оживлённое место в это время дня – неся гигантские гелиевые шары». «Я и не думал об этом, - признался он, запихивая упомянутые шары на заднее сиденье своей машины. – Я думал только о том, что ты будешь во дворе, вот и всё». Санса взяла у него нарциссы и аккуратно положила их на заднее сиденье, чтобы они не помялись, после чего села на переднее пассажирское место. Она снова улыбнулась ему. «Кстати спасибо за цветы. Они прекрасны». «Рад, что тебе понравились. – Сандор сел за руль и прочистил горло. – Жонкилии… нарциссы, они ведь что-то означают, так ведь? Я имею в виду, что у большинства цветов есть значение, и нарциссы из-за того, что они первыми расцветают ранней весной, означают обновление… новое начало». Сандор не смотрел на неё, наоборот он глядел куда-то через переднее стекло, но она увидела, что ему было трудно высказать свои мысли вслух. «Да, они означают именно это, - Санса бросила взгляд на заднее сиденье, где покоились нарциссы. – Новое начало». «Санса, а мы можем? – Сандор повернулся, чтобы взглянуть на неё. Его серые полные надеждой широко распахнутые глаза изучали её лицо. – Начать всё заново?». Она не совсем понимала, что он имеет в виду, но было очевидно, что для него это очень важно. Она редко видела у него такое отчаянное выражение лица. «Если ты этого хочешь, Сандор». «Спасибо», - тихо произнёс он, и она заметила, что ещё один пласт напряжения покинул его плечи. Они выехали со школьной территории и направились к скоростной автостраде, решив между собой, что доедут до кафе в «Изгибе Трезубца», которое с недавних пор приобрело известность. Сандор ещё не обедал, и они оба знали, что им есть о чём поговорить. Время ланча уже прошло, и к тому времени, как они добрались, народу в кафе почти не было. Они сели за столик с видом на реку и эспланду. Санса потягивала фруктовый фраппе, а Сандор спокойно ел фирменный сэндвич, запивая его содовой. Они почти не говорили, просто наслаждаясь обществом друг друга. Всё это время Сандор не сводил с неё глаз, как будто хотел убедиться, что она не исчезнет у него из-под носа, в то время как под столом его длинные ноги постоянно касались её ног. Она всё ещё не могла поверить, что он действительно сделал ей предложение, и вспоминая о том, как он шёл к ней через весь двор, снова захихикала. «Что смешного?» - поинтересовался Сандор. «Ты». «А что со мной?» - прищурившись, настаивал он. «Я просто удивлена, что тебе вообще пришла в голову идея сделать мне предложение пойти на бал». «Я хотел, чтобы ты увидела, что я серьёзно настроен на то, чтобы помириться с тобой», - признался он. «Ты хотел помириться со мной, пригласив на выпускной бал?» «Я хотел показать тебе, что не шучу… сделав то, чего никогда бы не сделал», - проскрежетал он. Санса поняла весь глубинный смысл его поступка. Он публично принёс извинения, выставив себя на посмешище, полностью выйдя из своей тесной зоны комфорта, в которую был заключён бог знает сколько времени. И он сделал это добровольно ради неё. «Я знала это, - заверила она его, - как только увидела тебя, я сразу поняла, на что тебе пришлось пойти. Для меня это очень много значит, Сандор. Спасибо». Их взгляды встретились, и выражение его лица стало задумчивым: «Ты сможешь меня простить?» «Я уже простила». Сандор покачал головой: «Я имею в виду по-настоящему простить меня? В тот вечер я наговорил тебе ужасных вещей, и я не хочу, чтобы ты всё время вспоминала об этом, потому что не хочу, чтобы ты думала, что я на самом деле имел всё это в виду». «Я действительно простила тебя, Сандор. – Санса потянулась к его руке, перевернув её так, чтобы крепко переплести свои пальцы с его. – Больно было только поначалу… никому не хотелось бы слышать подобные вещи». «Санса, я такой иди..» «Нет, вовсе нет, - прервала она его прежде, чем он успел разнести самого себя в пух и прах. – И я знаю, что ты совсем не имел в виду то, что говорил, но мы не может игнорировать сказанное тобой из страха и неуверенности в себе, и я лишь только начинаю по-настоящему понимать это. Я не собираюсь принижать тебя за эти чувства и не хочу, чтобы ты считал, что чувствовать подобные вещи – это нечто неправильное». Сандор стиснул её пальцы: «А это действительно нормально?» «Да! – Заверила его Санса. – Я считаю, это нормально, что иногда ты себя так чувствуешь, но неправильно то, что ты позволяешь этому так сильно задевать себя. Я просто хочу, чтобы ты поговорил со мной прежде, чем позволишь этим негативным эмоциям загнать себя в угол, как в этот раз… я не хочу чтобы ты когда-нибудь ещё думал о том, что у тебя нет другого выхода, как только порвать со мной… больше никогда». «Я не знаю… я не знаю как», - в этот момент Сандор выглядел таким растерянным, как будто сама мысль о том, чтобы добровольно поговорить о своих чувствах, была выше его физических возможностей. «Только тогда я смогу помочь тебе, - мягко сказала Санса, - я хочу, чтобы у меня была возможность помочь тебе, потому что мы пара, и именно это делают все пары. А ещё я хочу, чтобы мы вместе со всем разбирались». Сандор сжал её руку: «Всё, что пожелаешь, Санса». «Ты тоже должен этого захотеть, Сандор. Иначе ничего не получится». «Я хочу, чтобы мы со всем разбирались вместе» - тут же пылко заверил он. Санса улыбнулась ему: «Пойдём, давай погуляем». Взявшись за руки, они какое-то время молча шли вдоль берега реки. Санса чувствовала, что Сандор хочет ещё что-то ей сказать, и она давала ему для этого необходимое время. Для него было уже невероятным достижением признаться, что он не знал, как говорить о самых сокровенных мыслях, не прибегая к уничижительным ремаркам и негативному внутреннему диалогу. Если говорить начистоту, то она уже привыкла читать между строк, когда дело касалось Сандора, но от этого не становилось проще понимать его. Иногда она неверно трактовала его поступки, а иногда и вовсе упускала из виду какие-то реплики. Если бы они смогли научиться общаться друг с другом открыто и прямо, то она знала, что это бы значительно облегчило их отношения на расстоянии. Она не лгала, когда говорила Сандору, как её ранили его слова, сказанные им в тот вечер. Несколько дней она промучилась из-за этого. Но в глубине души она знала, что он не то имел в виду. Она не пыталась найти ему оправдание, просто знала, что он набросился на неё, потому что ему было больно. Когда она впервые сблизилась с ним, то подсознательно знала, что быть с ним будет непросто, и теперь понимала, что ей необходимо быть достаточно сильной в эмоциональном плане за них обоих. Она не была уверена в том, что знает, как справиться с этим, и вообще способна ли на это, но твёрдо решила выложиться изо всех сил. «Мне нужно извиниться перед твоими родителями, - неожиданно заговорил Сандор, - в том смысле, что они пригласили меня, а я поступил невоспитанно и ушёл, не сказав ни слова». «Тебе не нужно этого делать, - сказала ему Санса, - я уже извинилась за тебя». «Я всё равно собираюсь принести свои извинения лично, - настаивал он, - именно это я имел в виду, когда сказала, что хочу всё начать сначала». Она взглянула на него, пока они шли по деревянному настилу: «Почему ты хочешь именно начать всё сначала?» «Потому что ты заслуживаешь лучшего от меня, - без колебаний ответил он. – Я постараюсь быть тем парнем, каким должен был стать для тебя с самого начала». «Благодарю, но я не хочу, чтобы ты превращался в кого-то другого. Я хочу, чтобы ты был собой». «Ты не слышишь того, что я говорю, - проворчал он, - может быть, я не совсем верно изъясняюсь – я просто хочу быть лучшей версией себя, вот и всё. Я не собираюсь пытаться быть каким-то прекрасным принцем, потому что из этого ничего не выйдет, но я могу попробовать быть повежливее и всякое такое дерьмо». «И всякое такое дерьмо, значит?» - изумлённо повторила она. Сандор глянул на неё сверху вниз: «Я пытаюсь говорить о своих чувствах, а ты забавляешься». «Я слушаю! – Заверила его Санса. – Я отношусь к этому очень серьёзно. Просто я настолько счастлива от того, что мы вот так разговариваем, что не могу удержать улыбку». Выражение его лица прояснилось: «Ты счастлива?» «Ещё как!» «Хорошо, - пробормотал он, - это очень хорошо». «А я ещё я очень рада, что ты хочешь ещё больше стараться ради меня, но не думай, что только ты должен идти на уступки, - сказала ему Санса. – Я понимаю, что поступаю эгоистично, заставляя тебя сопровождать меня на мероприятия, которые доставляют тебе неудобства, несмотря на то, что знаю, как сильно ты ненавидишь это, поэтому с этого момента я не буду принуждать тебя к этому. Я тоже постараюсь быть более деликатна с твоими чувствами». «Санса, дело было не в вечеринках». «Знаю, и я тоже не особо хорошо изъясняюсь, но я пытаюсь сказать, что знаю, как хорошо ты осознаёшь, насколько мы разные… различия в нашем происхождении и всякие подобные вещи… и пока я ничего не могу поделать, чтобы изменить это, то постараюсь быть более сознательной и не толкать тебя в ситуации, в которых тебе будет некомфортно». «Наши различия, значит? – Сандор подвёл их обоих к тихой скамеечке с видом на стремнину вдоль реки. – Я тоже об этом думал». «И что же?» «Думаю, что хоть мы и не в ответе за то, что родились в разных семьях и социальных классах, я понял, что наше будущее полностью в наших руках. Тем вечером ты сказала мне что-то насчет того, что никто, кроме тебя, не должен решать достойно ли тебя что-то или кто-то… вот это и заставило меня осознать, что я тоже должен думать в таком русле. Единственный человек, чьё мнение должно иметь для меня значение, это ты. К чёрту всех остальных, они не могут жить за нас, никто этого не может, кроме нас. Мы сами решаем, как нам жить». «Мы хозяева своей судьбы, так?» - Санса ненадолго отпустила его руку, чтобы обвить его вытянутую вдоль туловища руку и прижаться головой к его бицепсу. Сандор расслабился от её близости: «Да, насколько сможем контролировать свою судьбу». «Я рада, что ты начинаешь так рассуждать, - ласково произнесла Санса, - это означает, что у нас появился шанс справиться, когда ты уедешь в колледж». «Это будет нелегко», - пробормотал он. «Да, не будет, - согласилась она. – И я понимаю, что, вероятно, мы будем ссориться, и временами будем скучать друг по другу, а временами мы будем слишком сильно заняты своими собственными делами, но я считаю, что пока мы сознательно делаем усилия, чтобы найти время друг для друга, слушая друг друга и стараясь понять, что переживает каждый из нас, то мы сможем справиться с этим». «Я хочу, чтобы у нас получилось, Санса». «И я этого хочу, - сказала она ему, - и пока мы оба хотим одного и того же, у нас всё будет получаться». «Мне трудно представить, что я когда-нибудь перестану желать тебя, - признался Сандор, - если чему я и научился за последнюю неделю, так это тому, что мне физически плохо без тебя». Что-то в его тоне заставило её поднять на него глаза и встревожиться, когда она не заметила никаких признаков того, что его слова были преувеличением или шуткой. «Что произошло, Сандор?» Он пожал плечами и откашлялся, прежде чем ей ответить: «Ничего такого… просто моё подсознание наказало меня за то, что я по-крупному облажался». Такой ответ не удовлетворил Сансу, но она понимала, что сейчас не время выпытывать у него весь рассказ целиком, ей хватало и тревоги от одного вида, что он страдал на протяжении всей недели, пока они были порознь. Всё, что ей нужно было сделать, так это убедить его в своих чувствах к нему, вербально и физически, чтобы она смогла помочь ему стать сильнее и укрепить его уверенность в себе и в том, что их отношения в порядке. «Ты единственный, кто мне нужен, - сказала она ему, - я говорю это от всего сердца и надеюсь, что ты поверишь в это всей душой». «Я верю тебе, - мягко сказал Сандор, и его голос был похож на низкое урчание. – Я тебе верю». «Даже в те дни, когда мы ссоримся, ты всё равно будешь единственным, кого я хочу, - Санса выделила эту фразу, крепче сжав его руку. – Даже в те дни, когда ты будешь вести себя, как упрямый осёл и брюзга, мне всё равно будешь нужен только ты». «Ладно, ладно, - усмехнулся Сандор. – Я всё понял». «А знаешь, почему это так? – Санса потянула его за рукав, чтобы он взглянул на неё и перехватил её взгляд. – Ты уже знаешь ответ, ведь я сказала его тебе тем вечером». От её слов Сандор нахмурился, а взгляд его серых взгляд забегал по её лицу, словно ища на нём ответ. Санса чувствовала, как сердце бешено колотится в её груди, от всей души надеясь, что он сам найдёт ответ на этот вопрос. Ей не хотелось верить, что он столь легко отмёл её слова, сказанные в эмоциональном накале того вечера. В тот момент, когда вся нахмуренность слетела с него, она поняла, что волновалась зря. «Ты меня любишь», - проскрежетал он. Её лицо расплылось в улыбке: «Правильный ответ». Сандор медленно передвинулся, чтобы она оказалась прямо перед ним, и нежно заключил её в кольцо своих рук. Санса растолковала этот жест тем, что он, наконец, понял, как много значит для неё. Она ведь могла позволить себе толковать его объятия, как знак того, что он осознал всю глубину её чувств к нему? Была крайне важно, чтобы он поверил ей, потому что с её точки зрения именно её любовь была подобно цементному раствору, лежащего в основании той эмоциональной крепости, которую она пыталась построить для него. «Когда ты кого-то любишь, то просто знаешь это, ведь так?» - тихо спросил Сандор. «Для меня это именно так, - ответила Санса, - я знаю, что чувствую к тебе именно это, ведь таких эмоций, как радость и счастье просто недостаточно, чтобы описать то, что я к тебе чувствую». «Неужели это так?» - Сандор прочистил горло, и Санса почувствовала, что он ещё сильнее стиснул её в объятиях. «Что именно?» Санса подняла на него взгляд и заметила на его лице такое выражение, которое не часто удавалось наблюдать. Он выглядел взволнованным, и она ощутила его дрожь. Он снова прочистил горло и заставил себя встретиться с ней взглядом. «Я тоже тебя люблю, - неожиданно признался Сандор, и на его щеках вспыхнул такой яркий румянец, который она никогда прежде не видела у него на лице. – Я люблю тебя, Санса». Судорожно вздохнув, она несколько раз беспомощно поморгала, прежде чем сумела справиться с нахлынувшими на неё эмоциями. Она даже не надеялась услышать от Сандора этих слов, и всё же, когда звук его хриплого голоса эхом отозвался у неё в ушах, она осознала, что в глубине души отчаянно желала услышать от него их. «Пожалуйста, можно ещё раз?» - взмолилась она, и её голос походил на писк. «Я люблю тебя» - подчинился ей Сандор, и уголок его обожжённого рта дёрнулся. «Ты… о, божечки! – Санса вдруг почувствовала, как в глазах защипало от слёз, но она рассмеялась, стирая их тыльной стороной ладони. – Я так сильно тебя люблю!» Затем она обвила руками его за шею и, приподнявшись на цыпочки, прижалась губами к его рту, постепенно углубляя поцелуй, когда почувствовала, что его губы уступают под её напором. Его язык проник в её рот, и когда она с готовностью ему ответила на поцелуй, то была поражена тому, каким нежным он был с ней, даже несмотря на то, что всё крепче стискивал в своих мускулистых руках. За то время, пока они были вместе в качестве пары, они успели обменяться бесчисленным числом поцелуев, но в этот раз что-то сильно изменилось, и она не единственная почувствовала это. Сандор словно получал от её губ какой-то импульс, его дыхание стало боле глубоким, когда он обхватил рукой её затылок, чтобы повернуть её лицо под более подходящим углом для исследования границ её рта в поисках источника этих незнакомых ощущений. У неё мурашки пробегали по коже везде, где он касался её, и по ощущению лёгкой дрожи, исходящей от тела Сандора, она делала вывод, что он тоже это чувствовал. «Что ты делаешь? – Прохрипел Сандор, отодвигаясь, чтобы взглянуть на неё. – Как ты это делаешь?» Санса покачала головой: «Я ничего не делаю». Сандор опустил голову и принялся целовать её, и снова они были поражены чем-то необъяснимым, что заставляло их сердца биться быстрее, а кровь вскипать в венах. Словно они целовались в первый раз, а он никогда раньше не прикасался к её телу, как будто для них всё это было в новинку и при этом в тысячу раз прекраснее. Если это имело отношение к тому новому началу, на которое надеялся Сандор, то она была совсем не против. Санса догадывалась, что это ощущение парение в воздухе и одновременно с этим бега на полной скорости, было вызвано тем, что они наконец-то признались друг другу в любви. Она даже была уверена в этом, но не стала делиться своим открытием, с радостью давая Сандору шанс прийти к этой мысли самостоятельно, ведь таким образом осознание для него станет более значимым. «Любовь, - подумала она, - это удивительная вещь». Сандор резко оборвал поцелуй и с какой-то поспешностью поставил её на ноги. «Пойдём», - сказал он, беря её за руку. «А куда мы?» - спросила она, следуя за ним по тому же маршруту, по которому они пришли, на один его шаг ей приходилось делать два. «Ко мне домой», - хрипло ответил он. «Ты что-то забыл?» «Можно и так сказать», - ответил он, и его голос звучал ещё более хрипло. «Что же это?» «Я только что вспомнил про самый лучший способ помириться», - проскрежетал Сандор, и теперь им овладело возбуждение, когда он выжидательно посмотрел на неё. От его прожигающего взгляда Санса почувствовала сухость во рту: «Мне даже страшно спрашивать, что же это за лучший способ?» Ответная ухмылка Сандора вышла практически звериной. «Заняться сексом». Санса откинула голову назад и рассмеялась. «Почему же ты не сказал об этом раньше?» Она ускорилась и обогнала его, и теперь уже ему приходилось не отставать за ней!

___________________________

Джендри

«Значит в мире снова всё в порядке?» - спросил Джендри со своего водительского места, краем глаза поглядывая на Арью, пока они ехали по оживлённой дороге. «Всё вернулось к тому, как и должно быть, - с ухмылкой ответила Арья. – Санса и Сандор снова вместе». «Ну, ещё бы, разве после того предложения на бал, которое он сделал посреди школьного двора, могло быть по-другому?» «Все теперь только об этом и говорят! – Рассмеялась Арья. – А ведь уже неделя прошла». «Это из-за того, что никто не может поверить в то, что Пёс Сандор Клиган действительно оказался способен на подобное проявление чувств на публике». «Он же только на бал позвал, а не предложение сделал», - заметила Арья. «Это было извинением и признанием в любви, - поправил её Джендри, с трудом веря, что ему приходиться объяснять ей это. – Из-за слухов все готовы были поверить, что твоя сестра и Сандор действительно расстались, но все сплетни были одним махом разбиты эффектным поступком Сандора. А ведь он далёк от образа романтика, но в тот день он с тем же успехом мог быть Ромео, признающимся в любви Джульетте. Теперь все считают, что у влюблённых просто вышла размолвка. Не думаю, что он рассчитывал на подобный исход, но это был очень умный ход» «Иногда он способен воспользоваться собственными мозгами, - согласилась Арья. – Ты не поверишь, но вчера вечером он пришёл к нам домой и извинился перед родителями за то, что так неожиданно ушёл с банкета». «Неужели? – Джендри удивлённо приподнял бровь. – На это требуется немало мужества». «Наверняка это стало неожиданностью для моих родителей, но думаю, что они оба были впечатлены тем, что он с готовностью взял на себя ответственность за своё поведение. Особенно это касается мамы, потому что у неё с самого начала были довольно сильные сомнения относительно него». «Означает ли это, что отныне он будет околачиваться около «Замка Мейгора»?» «Судя по всему так и будет», - ответила Арья, после чего бросила на него пронзительный взгляд. Джендри почувствовал на себе её горящий взгляд и снова взглянул на неё: «Что?» «Пришло время и тебе пройти через строй», - без предисловий заявила она. «Строй, какой ещё строй?» - спросил он, немного встревоженный серьёзностью её тона. «Ужин вместе с моей семьёй, - уточнила Арья. – Это своего рода негласное условие, которое поставили мои родители, если ты хочешь, чтобы тебе позволили регулярно появляться здесь. Летом я хочу пригласить тебя, Тобби и Табиту поплавать в бассейне». «Я уже много раз встречался с твоими родителями, Арья. Они знают, кто я такой, я даже как-то навещал тебя уже дома». «Да, но ты никогда не сидел с ними за одним столом и не подвергался подробным, выворачивающим наизнанку расспросам». «Звучит как-то… напряжённо», - прокомментировал он, задаваясь вопросом, что же произошло в тот вечер, когда Сандор приходил на ужин, раз Арья теперь говорит об этом в такой устрашающей манере. «Ты придёшь?» - настойчиво спросила Арья. «Да? – опасливо вырвалось у Джендри. – То есть да… да, я приду на ужин. Непременно». «Здорово, - радостно произнесла она, беря свой телефон. – Скажу об этом маме». «Ты прямо сейчас скажешь?» - Джендри отказывался признаться себе, что слегка запаниковал. «А чего ждать? – парировала Арья, продолжая набирать сообщение матери. – Я считаю, чем быстрее, тем лучше». «Как скажешь», - покорно вздохнул он. Пришлось признать, что Арья была права. Хоть он в прошлом и встречался несколько раз с её родителями, их встречи были короткими и ограничивались светской беседой. Более-менее значимый разговор у него состоялся с Эддардом Старком перед поездкой в «Штормовой Предел», где он познакомился со Станнисом Баратеоном и его семьёй. Но даже это был довольно односторонний разговор, поскольку отец Арьи больше заботился о том, чтобы убедить Джендри в том, что может оказать ему поддержку, если та потребуется. И теперь, когда они стали парой, вполне естественно, что родители Арьи захотели встретиться с ним для более личной беседы. Его же чувства по этому поводу были не столь однозначными. Ему действительно хотелось узнать родителей Арьи поближе, чтобы выстроить с Арьей ещё более глубокие отношения, но в тоже время он подозревал, что встреча с её родителями, в частности с Эддардом Старком, возможно, поможет ему получить некое представление о своём биологическом отце. Должна же быть причина, по которой Эддард был близким другом Роберта Баратеона. Должен был быть какой-то знаменатель, который каким-то образом позволял такому принципиальному человеку, как Эддард Старк, на протяжении всей жизни поддерживать дружбу с человеком, который казался его полной противоположностью. Джендри был готов это выяснить. «Так куда мы едем?» - спросила Арья, врываясь в его мысли. Они проехали мимо дорожного указателя с надписью «Добро пожаловать Край Реки», на котором ясно было указано их местонахождение, но не пункт назначения. «Туда, где ты раньше не бывала, - сообщил он ей, пересекая перекрёсток и встречный поток машин. – Это то место, в которое я с Ломми и ребятами ходили поесть после школы». «Я всегда только за, когда речь идёт о хорошей еде, - заметила Арья. – Почему ты не привозил меня сюда раньше?» Джендри пожал плечами: «Не думал об этом, к тому же у меня почти каждый день были репетиции, вот как-то и не приходилось сюда ездить». «Тогда нам стоит воспользоваться тем, что у тебя есть свободное время, пока Берик снова не щёлкнул кнутом, да?» «Я передам ему твои слова», - шутливо пригрозил Джендри. Джендри припарковал машину в подземной парковке, которую, как оказалось, Арья узнала, но колебалась с ответом, когда он спросил её об этом. «Это долгая история», - уклончиво ответила она. «Но ведь ты бывала здесь раньше», - заявил Джендри, приподняв бровь, когда выражение её лица практически подтвердило это. Он запоздало припомнил о том, как Ломми и Брюс упоминали об Арье, сунувшей нос в «Счастливую Восьмёрку» несколько месяцев назад. «Всего один раз, просто Сандор припарковал здесь свою машину». «Ты была здесь с Сандором?» - он бросил на неё недоверчивый взгляд. «Ой, бл*дь…» - выругалась Арья, когда поняла, что сболтнула лишнего. Джендри злобно ухмыльнулся: «Это будет очень интересная история». Арья пыталась отвлечь его, пока они шли по улице, но его было невозможно сбить с выбранного курса – выпытать у неё всю историю целиком. Он взял Арью за руку, когда дорога стала вести под уклон из-за того, что они находились на утёсах, возвышающихся над устьем лежащей внизу реки и простирающего вдали океана. Он повёл её по тропе, вырубленной в скале, и улыбнулся, когда увидел знакомые извилистые ступеньки. «Где это мы?» - спросила Арья, а её глаза широко распахнулись от вида ступенек и разноцветных дверных проёмов, которые можно было заметить на нижней аллее. «Это Серпантинная Аллея, - радостно сообщил ей Джендри, - думаю, что тебе здесь понравится». Подтолкнув её перед собой вперёд, Джендри ничего не делал, только наблюдал, как голова Арьи поворачивается влево и вправо, когда она увидела множество извилистых узких проходов, которые появились по обе стороны от лестницы. В каждом их них виднелись застеклённые окна, открытые дверные проёмы, которые манили райскими ароматами, донося до них сладкие и пряные запахи. К вывескам и указателям были прикреплены таблички с надписями как на английском, так и других языках, в то время как интерьеры, которые можно было рассмотреть у входа в заведения, варьировались от потёртого шика до впечатляющей экзотики. «Это потрясающе! – Восторженно воскликнула Арья. – Что мы будем есть? Я хочу всё попробовать!» Джендри хмыкнул: «А чего бы тебе хотелось? Здесь есть практически всё и даже больше». «А какое твоё самое любимое место? – Потянула его за руку Арья. – Пойдём туда». «Ладно, это дальше по проулку, - сказал он, направляя её в кафе, которое было расположен в пещере. – Но просто знай, что ты не сорвёшься с крючка, я хочу услышать про все твои злоключения с Сандором». «А чего это они сразу стали злоключениями-то?» - фыркнула Арья. «Когда это касается тебя вместе с Сандором, то что это ещё может быть?» Джендри повёл её в местечко, которое он вместе с Ломми и ребятами частенько посещали после школы. Это был недорогой магазинчик, в котором продавались сэндвичи, с простым названием «О'Браун». Кроме того, в нём можно было заказать различные виды картошки с сыром, пончики, горячий суп или тушеное мясо в зимнее время. В Серпантинной Аллее было много более интересных мест, чтобы поесть, но мало кто из нищих учеников мог позволить себе частые визиты в них, поэтому Джендри с друзьями чаще всего оказывались в «О'Брауне». Он заказал большую тарелку на двоих, и пока он смаковал вязкий сыр вместе с коричневой подливкой, покрывающими картошку фри, то, наконец, заставил Арью рассказать ему, как она очутилась на парковке в Блошином Конце вместе с Сандором. «Только не злись, ладно? – начала Арья, а это уже гарантировано указывало на то, что в какой-то момент он обязательно разозлится, и она поведала ему о том роковом визите в «Счастливую Восьмёрку», где познакомилась с Брюмом, Ломми и другими ребятами, о том, как выяснила о его наследстве, и о том, как Сандор помог ей, когда к ней пристали несколько пьяниц. «На тебя напали?» - потребовал ответа Джендри, стараясь сохранять голос спокойным. «Почти, - уточнила Арья, - ничего серьёзного не случилось, потому что появился Сандор и избил их». «Арья…» «Ну, хорошо, я избила одного парня, а Сандор позаботился о втором». Джендри заставил себя успокоится, понимая, что бесполезно злится на то, что он уже не в силах изменить. Мысленно он мог себе представить, что там произошло, так как на его глазах частенько происходили довольно жестокие происшествия, характерные для улиц Блошинного Конца. «Повезло, что Сандор оказался рядом, - предпочёл произнести он. – А почему он вообще там оказался?» «Он не сказал, а я и не спрашивала, - призналась Арья. – Мы вроде как договорились с ним никогда об этом не говорить, вот никогда и не говорили». Джендри вздохнул: «Слушай, я знаю, что ты можешь драться, когда это необходимо, и вполне можешь постоять за себя, но ты совершенно одна поехала в Блошиный Конец, добровольно подвергнув свою жизнь опасности, и всё ради меня. Я даже думать не хочу о том, чтобы с тобой случилось, если бы не Сандор, и я не хочу читать тебе нотации, потому что от этого не будет никакой пользы, я просто хочу, чтобы ты пообещала мне, что никогда больше не будешь подвергать себя такой опасности ни по какой причине, и особенно из-за меня». Арье удалось изобразить раскаяние: «Ты прав. Я поступила глупо и обещаю, что больше не буду рисковать собой понапрасну». «Хорошо», - Джендри был доволен её ответом, но знал, что Арья способна навлечь на себя неприятности даже без похода в Блошиный Конец, поэтому он особо не надеялся на прочный мир, когда дело касалось его подружки. У меня бы её не было, не будь это так. После того, как они поели, он уговорил Арью подняться с ним на вершину Серпанинной Аллеи, обещая показать ей такой закат, ради которого стоит совершить столь крутой подъём. На верхней площадке они вначале наткнулись на каменную стену, и их тут же обдало прохладным ветерком из каменного коридора слева. Сопровождая её по коридору, он поймал себя на том, что улыбается, когда Арья взволнованно вскрикнула от представшего перед её взором видом. «Невероятно! – воскликнула она, раскинув руки, словно пытаясь обхватить всё то, что могли видеть её глаза. – Отсюда всегда был такой вид?» Арья ринулась вперёд и высунулась за каменные перила, которые были сделаны ради безопасности. Она глазела на извилистые улочки Блошиного Конца внизу и пёстрое собрание зданий под ними, ровную гладь Черноводной и просторный залив. Джендри присоединился к ней, подойдя к перилам, замерев на мгновение, чтобы полюбоваться видом, на который смотрел уже бесчисленное количество раз. В прошлом, когда он смотрел отсюда на Блошиный Конец, то всё, о чём он мог думать тогда, так это, как скоро он сможет покинуть это место, и даже представить себе не мог, что когда-нибудь сможет взглянуть вниз как-то иначе, чем с презрением. И всё же в этот момент он словно взглянул отсюда глазами Арьи и поймал себя на мысли, что в этом месте есть действительно что-то невероятное. «Королевская Гавань ведь старый город, не так ли? – спросила у него Арья. – Я имею в виду, что ей уже несколько столетий?». Джендри кивнул: «Триста лет со слов моей учительницы в начальной школе». «И всё это время Блошиный Конец был здесь?» «В каждом городе есть трущобы, так что можно справедливо предположить, что он существует столь же долго», - ответил он, пожимая плечами. «Поразительно, - пробормотала Арья, пристально глядя на него. – Столь суровое место, как это, должно порождать таких же жёстких людей, как думаешь?» Она явно говорила о нём, и он мягко улыбнулся: «Полагаю, тебе может так показаться». «Это правда, - настаивала она, - только подумай, люди здесь продолжали обустраивать свою жизнь, на протяжении веков зарабатывая на пропитание для себя и своих семей, несмотря на все трудности, с которыми им приходилось сталкиваться, и в этом есть что-то действительно поразительное. Люди, которые называют это место своим домом… они… ох, ну какое слово я пытаюсь подобрать?» «Стойкие», - подсказал ей Джендри. «Точно! - расплылась в улыбке Арья. – И знаешь, ты именно такой. Как таракан». Джендри расхохотался: «Таракан? На самом деле, Арья?» «Я ведь в хорошем смысле этого слова! – Рассмеялась вместе с ним Арья. – По общепринятому мнению тараканы могут пережить даже ядерный взрыв, и я хочу сказать, что ты в некотором роде такой же, потому что можешь пережить любые бомбы, которые сбросит на тебя жизнь. Я имею в виду, что за этот год с тобой случилось множество безумных вещей, а ты всё ещё улыбаешься и сильнее, чем прежде». Джендри привлёк её к себе и поцеловал в щёку. Арья поворочалась в его руках, пока не нашла себе уютное местечко у его груди, и они оба устроились ждать заката. «Спасибо», - просто сказав он, оценив её размышления. Временами, слушая о том, как Арья говорит о нём в подобной манере, он всё ещё поражался этому, и его голова частенько пыталась примириться с тем, как она описывает его. Он признавался себе, что на это потребуется время, но он уже начал привыкать к этому, как и к своей роли в качестве её парня. «Эй, мне в спину упирается что-то твёрдое», - громко пожаловалась Арья, снова начиная ворочаться в его объятиях. Джендри был очень рад тому, что рядом с ними никого не было, потому что её слова были довольно провокационными и могли ввести в заблуждение. Хмыкнув, он на мгновение отпустил её, чтобы извлечь из кармана куртки нарушителя её спокойствия. «Хорошо, что напомнила, - сказал он, - это тебе». В руках он держал небольшую коробочку явно из ювелирного салона. Арья выглядела заинтересованной. «А что это? У меня сегодня нет дня рождения». «Вообще-то, это должен был быть твой подарок на прошлое Рождество, но я так и не нашёл подходящего момента, чтобы подарить его тебе». «Рождество? – Нахмурившись произнесла она. – Я думала, у тебя нет для меня подарка». Джендри виновато пожал плечами: «Я солгал». Арья с любопытством взглянула на него, но всё же взяла коробочку и подняла крышку. Медленно выражение любопытства на её лице сменилось восторгом, когда она поняла, на что смотрит. «Это же серьга с волком, - поделилась она своим наблюдением, прежде чем издать весёлый смешок, который он хотел услышать ещё много месяцев назад. – Вау! Голова отделена, а хвост - это нижняя часть, поэтому, когда я её надену, то будет казаться, что у меня с мочки свисает крошечный волк... с ума сойти, мне очень нравится!» Арья настояла на том, чтобы надеть серьгу прямо сейчас, поэтому Джендри помогал ей, пока она возилась с коробочкой и её содержимым, терпеливо дожидаясь, пока она надёжно закрепит маленького волчонка на ухе. Справившись с этой задачей, она откинула волосы назад, чтобы продемонстрировать ему результат своих трудов. «Ну, как тебе?» «Выглядит великолепно, - от чистого сердца заверил он её. – Это тебе очень идёт». Арья достала телефон и переключила камеру в режим селфи, чтобы самой всё проверить, она захихикала, когда хвост волчонка закачался в такт её движений. «Эта самая прелестная чёртова штучка, которую я когда-либо видела! – Улыбнулась ему Арья. – Спасибо, Джендри». «Я рад, что тебе понравилось, - сказал он, продолжая наблюдать за ней, пока она делала несколько селфи со своей новой серёжкой. Вдруг его осенила идея. – Арья, дай мне свой телефон не секунду». Арья протянула свой телефон и бросила на него ещё один любопытный взгляд, пока он устраивался позади неё, обхватив рукой и удерживая телефон перед собой, регулируя положение, чтобы их лица были хорошо видны на камере. «Мы будем делать парные селфи?» - поинтересовалась она. «Ага», - ответил он и начал кликать по значку «снимок». Арья подыгрывала ему, пока он на протяжении нескольких минут фотографировал их, смеялась, корча рожи, и хохотала ещё сильнее, когда пыталась изобразить позу «Голубая сталь»*. «Зачем тебе так много?» - спросила она, когда он развернул их так, чтобы фотографироваться на фоне океана и вечернего неба в розовато-оранжевых тонах. «Потому что мы никогда не делали совместных фотографий в качестве пары, - сказал он ей. – Я имею в виду по-настоящему». Хоть он и не уточнил, почему это было так важно, должно быть, Арья почувствовала, что для него это было чем-то значимым, потому что она перестала корчить рожи и вместо этого одарила его блаженной улыбкой, прижавшись щекой к его щеке. В результате вышел снимок, достойный стать заставкой на телефоне. Они снова принялись ждать, солнце всё опускалось за горизонт, а вечерний бриз становился всё прохладнее, но они продолжали стоять, довольные тем, что молча обнимали друг друга. Он подумал о том, что ощущение от лёгкой фигурки Арьи, прижатой к его телу, было приятным, тёплым и даже успокаивающим. Она назвала его стойким, и хотя он не отрицал того, что обладает определённой внутренней силой духа, которая помогла ему пережить самые трудные времена, он не мог отрицать того, что иметь рядом с собой кого-то, кто верить в тебя и поддерживает, было несоизмеримо дороже. Он понял, что становился намного сильнее, когда она была рядом с ним. «Ещё раз спасибо, Джендри», - сказала Арья, положив голову ему на плечо. «За серёжку?» «Да, и за серьгу, и за то, что привёл меня сюда и разделил со мной тарелку картошки… и показал мне этот закат». «Ты сейчас такая ласковая, что меня это даже пугает». «Эй! – Арья двинула ему в ответ локтем. – Заткнись и просто прими мою благодарность». «Ты такая заноза… в буквальном смысле – всё время щиплешься, толкаешься и бьёшь локтем…» «Я не такая!» - Запротестовала Арья, одновременно пытаясь снова толкнуть его локтем. Джендри рассмеялся и ещё крепче обнял её, тем самым обездвижив её руки и несущие в себе угрозу локти. «Да, - подумал он. - Наконец-то в моём мире всё наладилось».

_________________

Сандор

«Давай-ка проясним ситуацию, - сказал он Сансе, когда она повела его вверх по крутой лестнице, ведущей на вершину Серпантинной Аллеи. – Ты хочешь сказать, что никогда не боялась высоты?» «Верно», - ответила Санса, хотя и вцепилась в его руку изо всех сил. Они только что перекусили в маленьком уютном кафе, в котором продавались её любимые лимонные пирожные, и, выйдя из кафе, они поняли, что у них ещё есть время, чтобы подняться на вершину утёса и полюбоваться закатом. Поскольку это был вечер пятницы, её комендантский час был удлинён до полуночи, и они собирались воспользоваться этим по максимуму. «А как же насчёт того случая, когда ты застряла на дереве в школьном дворе и мне пришлось спасать твою задницу от падения? – Давил Сандор. – Или, когда я впервые привёл тебя сюда, и ты цеплялась за мою руку всё время, пока мы шли по лестнице?» «Я боюсь не самой высоты, - поправила его Санса, - меня пугает возможность упасть и свернуть себе шею». «Разве это не одно и тоже?» «Вовсе нет, и если ты подумаешь хорошенько, то найдёшь чёткие различия». «Единственная причина, по которой люди должны бояться высоты, это возможность упасть, так что это одно и тоже». «Это не так, - настаивала Санса. – А что насчёт тошноты, вызванной высотой, или зова пустоты?» «Зова чего?» «Зова пустоты, - повторила она, - знаешь о таком чувстве, когда стоишь где-то высоко и думаешь о прыжке вниз, хотя на самом деле совершенно не хочешь этого делать?» «Что, бл*дь? – Нахмурился Сандор. – Я никогда не заглядывал за край и не думал о том, чтобы спрыгнуть. Тупость какая, и как это связано со страхом высоты?» «А если зов пустоты окажется слишком заманчивым? – Предположила Санса. – Вдруг ты неожиданно сорвёшься и спрыгнешь?» «К чему ты ведёшь?» «Я говорю о том, что дело не в высоте, а в том, что может случиться что-то плохое, когда ты поднимаешься высоко». Он понял, если хорошо присмотреться, то разница была налицо. «Хорошо, тогда, возможно, ты права», - в конце концов согласился он и услышал короткое торжествующее хмыканье Сансы. И вот они добрались до самого конца Серпантинной Аллеи, и Сандор продолжал следовать за Сансой по каменному коридору, ведущему к смотровой площадке, и врезался ей в спину, когда она резко остановилась. «Здесь есть ещё одна пара, - прошептала она, - давай отойдём в другую сторону». Сандор успел лишь мельком увидеть широкую спину парня, прежде чем Санса потянула его за руку и утащила к дальнему концу смотровой площадки, чтобы предоставить им и другой паре как можно больше уединения. Сандор отметил, что это было то самое место, откуда они смотрели на закат, приехав сюда в её день рождения много месяцев назад. И вот теперь Санса стояла перед ним, повернувшись спиной и держа руки поодаль от своего тела, явно ожидая, что он обнимет её. Что он, собственно, и сделал, при этом нагло поддавшись желанию полапать её за то, что у неё хватило смелости предположить, что он знает о чём она думает. «Сандор!» - Хихикнула Санса, когда его большие руки коснулись и задержались на её груди. «Они не будут смотреть, если ты не будешь так сильно шуметь», - прошептал он ей на ушко. «Ты мог бы вести себя более сдержанно». «Да пошло оно», - проворчал он, продолжая свои смелые ласки. Санса извивалась напротив него, подавляя смешки и стоны, даже не подозревая, насколько её движения были провокационными. Как и следовала ожидать, потребовалось совсем немного времени, чтобы он возжелал чего-то большего, чем тискать её через одежду, и он неохотно прекратил свои исследования её тела, предпочтя зарыться носом в её волосы и прижать к себе как можно ближе. «Продолжение следует?» - Подразнила Санса, читая его мысли. «Бл*дь, да!» - едва не прошипел он. Хихиканье Сансы постепенно стихло, и они молча наблюдали за последними лучами заходящего солнца. Стоя там, он вспоминал, как впервые привел Сансу на Серпантинную Аллею. Тогда он не то, что предвидеть, даже представить себе не мог, что будет стоять на этом же самом месте, крепко прижимая её к себе. Это казалось несбыточной мечтой, но благодаря судьбе и расположению звёзд эта мечта стала реальностью, несмотря на все препятствия. Он был так близок к тому, чтобы потерять всё, связанное с Сансой, что от одной мысли о том, как близко он подошёл к пропасти (той самой пустоте, о которой говорила Санса), его охватывало такое беспокойство, что ладони начинали потеть. Он помнил о тьме, которая окружала его всю неделю, когда думал, что потерял её, и поклялся себе, что больше никогда не захочет, чтобы эта тьма поглотила его. «Эй, Санса», - начал он. «Ммм?» «Я хотел поговорить с тобой кое о чём, - продолжал он, - я думал о том, что ты говорила о большем общении и большем доверии друг другу…» «Да, и?» - мягко подтолкнула она его. «Снова взглянув на прошлое, я осознал, что даже при всей моей уверенности в том, будто я был выше сплетен и того, о чём люди говорят за нашими спинами, я оказался просто лицемером, потому что всё это воздействовало на меня сильнее, чем мне хотелось бы признавать». «Ты не одинок в этом, - вздохнула Санса. – Я виновата в том же самом и делала в прошлом плохие предположения, потому что прислушивалась к сплетням. «В общем, с меня хватит этого дерьма, - заявил Сандор. – Я не хочу, чтобы на меня влияло то, что говорят или делают другие люди, даже в самой незначительной степени». «Я тоже, - сказала Санса, снова вздыхая, -…я бы хотела сказать так же, но мы оба знаем, что есть большая разница между словами «говорить» и «делать», ведь я множество раз решала сделать это на протяжении последних нескольких месяцев, но так или иначе я продолжаю попадать в ловушку из сплетен». «По крайней мере, ты делала над собой усилие, - заметил Сандор. – Ты осознанно приняла это решение и делала всё, что в твоих силах, чтобы справиться с этим… пришла пора и мне приложить усилия». Освободив одну руку, Сандор полез в задний карман за телефоном. Он поднёс экран так, чтобы они оба могли его видеть. Открыв свой почтовый ящик, он нашёл последнюю ссылку на блог Паука Сплетника». «Что ты делаешь?» - поинтересовалась Санса, наблюдая, как он пролистывает страницу до конца. «То, что должен был сделать давным-давно», - проскрежетал он. Сандор решительно отыскал крохотный значок, который специально стараются сделать незаметным, и, удовлетворённо хмыкнув, нажал на иконку «отписаться». «Почему я раньше об этом не додумалась? – Ахнула Санса, глядя на него, как на гения. – Где мой телефон?» Это казалось самой очевидной вещью, и Санса так быстро последовала его примеру, что значение их поступка, каким бы незначительным не показался он остальным, не могло не произвести на него впечатление. «Я ведь говорил это уже раньше – единственное мнение, которое должно иметь для нас значение, это наше, - сказал он ей, - единственные слова, которые должны быть важны для меня, это те, что слетают с твоих губ. И с этого момента всё будет именно так. Когда я уеду в Валирию, то если останется один единственный путь почувствовать себя ближе друг к другу через общение, то чертовски важно, чтобы мы всё делали правильно». Санса убрала телефон обратно в сумку, висевшую у неё на плече, и притянула его к себе за лацканы пиджака, проведя руками вверх по его груди и ключице, пока не сцепила пальцы у него за шеей. «Обязательно, - заверила она его, - я знаю, что мы справимся». «Откуда в тебе эта уверенность?» - потребовал он ответа. «Потому что мы оба на одной стороне, - уверенно ответила она. – Всё встаёт на свои места для меня… для нас. Не знаю, как это объяснить, но у меня такое чувство, словно нечто большое и грандиозное вот-вот появится из-за горизонта, и я немного взволнована этим. Просто у меня такое чувство, что всё будет хорошо». Несмотря на тускнеющий свет, Сандор разглядел блеск её сияющего лица и даже подумал, не разыгралось ли у него воображение, потому что Санса вся словно светилась. Улыбка, украшавшая её губы, была нежной, радостной и даже довольной. Прекрасная, как и всегда. «Ты счастлива», - заметил он. «Да! – С энтузиазмом кивнула Санса. – Я счастлива по многим причинам. Например, лишь совсем недавно я осознала, что в первые с переезда в Королевскую Гавань я по-настоящему счастлива. В том смысле, что чему тут можно не радоваться? Как пара мы с тобой перешли на уровень…» «Разве парам нужно переходить на следующий уровень? – Спросил он, фыркая от смеха. – Типа как в компьютерной игре?» «А вот так! – Рассмеялась вместе с ним Санса. – Да, мы перешли на следующий уровень. Как пара мы повзрослели». «Понятно… продолжай, что ещё делает тебя счастливой?» «Что ещё… о, мои родители сказали, что ты можешь приходить к нам домой так часто, как захочешь, и я с нетерпением жду, когда пойду с тобой на бал, и ещё… мне кажется ещё одна важная вещь делает меня счастливой, это то, что мы с Арьей ладим, как никогда. Даже прожив миллион лет, я бы и подумать не могла, что смогу открыться Арье так же, как моим подругам, но сейчас это кажется самой естественной вещью на свете. Она моя единственная сестра, и я рада, что мы с ней к тому же и подруги». «Это здорово, Санса,- тихо произнёс он, - у тебя вышел отличный список». «Я уверена, что и у тебя получился бы хороший список, если бы ты присмотрелся повнимательнее, - ободряюще сказала она, - например, поступление в Университет Валирии». «Уверен, что ты права, - не стал он отнекиваться, - но в данный момент в моём списке на первом месте идёт одна рыжеволосая пташка, которая всё никак не перестанет щебетать, чтобы мы всё-таки увидели закат». «Ты хочешь сказать, что я слишком много болтаю? – Рассмеялась Санса. – Надеюсь, ты помнишь, что именно ты начал этот глубокий и содержательный разговор». Сандор хотел что-то сказать, но его отвлекло движение, которое он успел заметить краем глаза, разглядев два приближающихся к ним силуэта за несколько секунд до того, как знакомый голос прорезался в темноте. «Я так и знала! » Силуэты приблизились к ним ещё на несколько шагов, позволяя ему удостовериться в том, кто это были. «А, это вы двое», - узнал их Сандор. «Арья? – Санса удивилась появлению сестры. – И Джендри… а что это вы тут делаете?» «Мы любовались видом, - ответила Арья, - а потом мне показалось, что кто-то произнёс моё имя». «Привет, ребята, - поздоровался с ними Джендри. – Я и так догадался, что это именно вы, по размеру силуэта Сандора, но она настояла, чтобы мы подошли к вам. Извините, если помешали». «Всё в порядке, можете даже не беспокоится, - отмахнулась Санса от его извинений. – Ты уже бывала здесь раньше, Арья?» «Я впервые на Серпантинной Аллее, - ответила Арья, - это удивительное место, я могла бы часами бродить по всем этим переулкам!» «Понимаю тебя! – Широко раскрытые глаза Сансы воодушевлённо загорелись. - Мы только что были в одном кафе, там продаются самые восхитительные пирожные, и…» Санса взволнована принялась рассказывать сестре о ресторанах, которые она успела посетить на Серпантинной Аллее, и у Сандора появилось отчётливое ощущение, что какие бы он ни строил планы относительно того, как они проведут наедине оставшуюся часть вечера, теперь придётся подождать. Он перехватил взгляд Джендри поверх голов сестёр и увидел смирившееся выражение лица, которое, должно быть, отразилось и на его собственном лице. Джендри небрежно пожал плечами. «Я просто буду плыть по течению, - с той же небрежностью произнёс красавчик. – Я в хорошем настроении». «Правда что ли?» Сандор знал, что несмотря на свои первые впечатления о нём, Джендри отнюдь не был слабаком. Напротив, Сандор подозревал, что Джендри с радостью потакал прихотям Арьи просто потому, что был безумно влюблён в свою девушку. Сандор взглянул на сияющее лицо Сансы, и почувствовал, как тепло окутывает его сердце. Я такой же. «У тебя ведь не было каких-то особых планов на вечер, так ведь?» - поинтересовался Джендри. «Ничего существенного, - подтвердил Сандор, - вероятно, поесть немного попозже». «Похоже мы присоединимся к вам, - указал Джендри. – Надеюсь, ты не возражаешь». «Всё в порядке». «Думаю, мы все поужинаем где-нибудь внизу», - прокомментировал Джендри, следя за ходом беседы двух сестёр. «Похоже на то», - согласился Сандор. «А вы не хотите убить время в «Счастливой восьмёрке» пока не проголодаемся?» «Показывай дорогу». Сандор и Джендри молча взяли под руки своих девушек и повели их вниз по лестнице, пока те как ни в чём ни бывало продолжали говорить. «А куда вы нас ведёте?» - спросила Арья, когда они дошли уже до середины крутого спуска. «Туда, где хорошо проведём время, не волнуйся», - сказал ей Джендри. «А они идут с нами?» «Да, это двойное свидание». «Санса, ты это слышала? – со смехом воскликнула Арья. – Это наше первое двойное свидание». «Ах-ха, слышала!» - счастливо захихикала Санса, спускаясь по лестнице. Сандор хмыкнул себе под нос от этого названия, не понимая, зачем нужно было прикреплять такой дрянной ярлык к группе людей, состоящей из двух встречающихся пар, которые просто тусовались вместе. Однако выбравшись на улицу и шагая в ногу со своими спутниками, направляющихся в бильярдную, Сандор решил, что подумает об этом позже. «Да пошло всё… - подумал он. - Это может быть весело. ~Конец~ ______________________________________ Голубая сталь* – отсылка к фильму «Образцовый самец».