La Vie parfaite

      Рабочий день почти подходит к концу, и уставшие офисные работники отсчитывают минуты, чтобы поскорее покинуть свои рабочие места. Солнце над Лондоном уже успело скрыться за серыми тучами, когда будильник француженки решает разбудить свою хозяйку. Амели шарит рукой в поисках раздражающего устройства, и нащупав его, лениво открывает глаз, чтобы узнать время. На циферблате привычно показывается двадцать минут шестого. Девушка понимает, что времени лежать и мечтать о том, чтобы не идти на работу, совершенно не осталось, ведь пора вставать. Имея за собой степень в области журналистики, ей приходится работать в одном из самых элитных клубов Лондона официанткой. Каждый день с семи вечера и до семи утра Амели мешает коктейли для золотой молодежи. Раньше ей казалось, что когда она получит свою степень, то сможет бросить эту работу, уехать из Лондона. Может, в Париж или даже в любую другую страну, лишь бы не оставаться в Британии. Она устала от английской речи, от быстрого ритма жизни, от отсутствия солнца в этом угрюмом городе. Ей хочется к океану, домой. Но родители уверены, что не зря отпустили свою дочь, и что в Лондоне она счастлива. Амели совершенно не хочется расстраивать их, поэтому она улыбается им в Skype и говорит, что у нее все чудесно. Она устало поднялась со своего подобия кровати (двух матрасов, сложенных друг на друга) и поплелась в ванну. Этот режим уже отработан годами. Стоя на кухне, она даже не пытается приготовить себе нормальный завтрак. Всего лишь мюсли и стаканчик йогурта. Амели уже не помнит, когда ела что-то нормальное. Одинокая бутылка вина стоит в стороне; налив себе бокал, девушка почти залпом его осушила. Ведь это так по-французски — начинать день с вина. Да, для нормальных людей это уже вечер, но не для тех, кто работает всю ночь. У Амели достаточно времени, чтобы привести себя в порядок и успеть собраться на работу, поэтому она совсем не спешит. Привычно собирая волосы в тугой хвост, девушка даже не старается сделать себе приличный макияж, хоть времени хватает и на это. Единственное, что она делает, так это слегка маскирует черные круги под глазами. Общий вид девушки кошмарен: когда-то ярко-голубые глаза стали бесцветными, обескровленные губы вечно потресканы и немного опухают от ранок на них, а впалые щеки и кожа очень бледны, из-за ночного образа жизни Амели. Девушка не красавица. Таких, как она, не замечают, даже стоя в метре от них. Амели чувствует себя просто бесцветной тенью, но ее это устраивает. В ней попросту нет ничего, за что может зацепиться взгляд: темные волосы, слишком бледная кожа — идеальная жена для Дракулы. Бросив последний взгляд на свою комнату, она поспешила на выход, потому что опаздывать на работу не входило в ее планы. Ей нравится этот старый дом, несмотря на тонкие стены и холод зимой. На первом этаже есть кафе в которой собираются все лентяи города. Они вечерами читают друг другу Байрона и Рембо, покуривая легкую травку. Бывает, Амели чувствует сильный запах марихуаны, сидя в своей комнате на пятом этаже. Открытые окна, ветер, и девушка точно знает, чем занимаются на первом этаже. Она спешит к метро, в это время как раз появляются большие толпы людей. Все спешат домой, кроме нее и других таких же бедолаг, работающих ночами. Их легко узнать по бледной коже и изнуренному виду. Порой ей казалось, что это какой-то день сурка. Одни и те же действия, одни и те же люди. На входе в клуб привычно стоят два охранника, кивком головы приветствуя девушку и разрешая ей пройти. На ресепшене она отметила время своего прибытия и тут же спустилась вниз переодеваться. — Bonjour Amelie*! — радостно здоровается с ней шатенка невысокого роста. Она, в отличие от Амели, уже успела переодеться и теперь подправляла макияж перед выходом в зал. — Bonjour Lea, — мягко улыбнулась ей француженка. Лиа приехала из солнечного Мадрида, чтобы найти здесь свою судьбу. И так же, как Амели, застряла в этом клубе. Но, в отличие от нее, испанка была примером неугасаемой энергии и живости. Она никогда не грустила и могла одним лишь своим присутствием возвращать людям желание жить. Лиа знает буквально пару фраз на французском, но Амели хватает и этого, чтобы чувствовать себя чуть лучше. Одно "Bonjour" такое знакомое и родное, что кажется, будто все наладится. Пусть, хоть от Лии это и звучит с ужасным испанским акцентом. — Ты пунктуальна, как часы. Заметила, я сегодня пришла даже раньше тебя и не опоздала! — хвастается перед ней девчонка. — Порадуй лучше этим нашего менеджера, — усмехнулась Амели, стягивая с себя теплый свитер. В их стандартную униформу входит черная рубашка и зауженные джинсы. В этом она чувствует себя достаточно спокойно и привычно. Амели всегда застегивает рубашку до последней пуговицы, ведь мало ли, что можно ожидать от пьяных клиентов. — Вот именно этим и займусь! А ты шустрее, скоро наша смена, — несильно шлепнув подругу по попке, Лиа поспешила к грузному мужчине, по имени Боб. Он является их менеджером вот уже три года. Боб приехал из маленького городка Америки и так и не избавился от своего акцента, из-за чего клиенты часто над ним посмеиваются. Амели покачала головой, наблюдая, как подруга легкой походкой выходит из раздевалки. Француженка понимает, что ей действительно пора выходить в зал. Завязав шнурки своих кед, она подходит к зеркалу. С выхода из дома ничего не изменилось: все тот же тусклый взгляд, те же обветренные и сухие губы, темные мешки под глазами, которые не скроет ни одно тональное средство, и гнетущее ощущение пустоты внутри. Глядя в зеркало, она пристально посмотрела в глаза своего отражения и едва слышно прошептала: — Tout va bien. Vous êtes fort. Tu peux le faire. Un autre jour**. Сделав глубокий вдох, она пошла работать. В клубе всегда слегка приглушен свет, от чего можно потерять ощущение времени. В зале почти пусто, только один стол занимает Боб. Он, скучая, наблюдает, как другие официантки расставляют маленькие свечки и мисочки с орешками на каждый столик. Кивнув менеджеру в знак приветствия, девушка тут же принялась за работу. Нужно подготовить все до прихода клиентов. Она решает проверить запасы соков и лимонадов, а если чего-то будет не хватать, то принести со склада. В клубе всегда играет диджей, треки которого Амели нравятся. Он работает в их клубе с прошлого месяца, но она почему-то до сих пор с ним не знакома. Хотя, если говорить на чистоту, она особо и не стремится к этому. Пока она разбиралась с соками и другими пакетами, к ней сзади бесшумно подошел парень. — Привет, красавица, — прошептал он ей на ухо. Девушка нервно дернулась, отскакивая от него. — Ты что творишь? — возмутилась она, а парень лишь рассмеялся. — Давно ты такая пугливая? — Не смешно, — фыркает Амели и вновь возвращается к своему занятию. Это был Эрик. Он работает барменом ровно столько же, сколько Амели — официанткой, и с самого начала их совместной работы они дружат. В самом начале их знакомства Амели считала, что он флиртует с ней, и ей это даже нравилось. Но позже, когда она увидела, как Эрик тянет за руку мускулистого шатена, поняла, что ей ничего не светит. — Тут прошелся интереснейший слушок, тебе понравится, — заговорщицки шепчет он. — И какой же? — она даже не пытается придать голосу хоть каплю заинтересованности. — Одна очень модная и крайне пафосная леди собирается провести у нас вечеринку, — он специально тянет и не говорит всех секретов, чтобы она начала выпрашивать у него подробности. Но Амели совсем не хочется играть в эту игру. — Какое счастье, — все так же безэмоционально реагирует она. — А знаешь, почему тебе должно быть интересно? — Ну? - Амели поплелась на склад, чтобы взять еще пару коробок яблочного сока. Эрик мигом последовал за ней. — Потому что это частная вечеринка, и они хотят, чтобы работали одни девушки. Этим девушкам доплатят за то, что они будут молчать и не расскажут кто и что тут делал, — ухмыляется он. — И когда это будет? — теперь Амели стало интересно, потому что дополнительный заработок в ее положении — это всегда хорошо. — В конце следующей недели, и я уже записал, что мы будем работать в эту ночь. Нужно будет подписать контракт о неразглашении, и мы получим 300 фунтов за одну ночь! — торжественно сказал он. — Триста фунтов? — Амели опешила. От переизбытка эмоций она чуть не выронила коробку с соком, но вовремя ее поймала. — Что они собираются тут делать за такие чаевые? — Не знаю, и я даже не представляю, кто будет присутствовать. На сколько я понял, тут будет вся золотая молодежь этого города. Они будут пить и оставлять чаевые помимо того, что нам заплатят за молчание. Понимаешь? Это огромные деньги, и мне правда все равно, что они будут тут делать, хоть свиней трахать! — Эрик, у тебя ужасные аналогии! Но ты сказал, что там будут только девушки-официантки, — замечает Амели. — Ну, у нас попросту нет девушек-барменш, так что, из парней будем я и Майк, а все остальные — девушки. Будешь ты, Лиа, Элис, Кэт и Луиза. — Но этого мало! — Амели не думает, что на такую шикарную вечеринку придет мало людей. — Это те, кто записались, уже зная о вечеринке. Остальных добавят позже. Просто мы заранее знаем, что будем, правда, круто? — Это действительно здорово, дополнительные деньги не могут быть лишними. Спасибо, ты лучший! — она по привычке нежно чмокает его в губы и впервые за день по-настоящему улыбается. — А то! — Что за нежности посреди рабочего дня? — насмешливо спрашивает Боб, усаживаясь за барную стойку. — Ерунда, — отмахивается девушка. — Амели, проверь бокалы, нет ли разбитых или потрескавшихся. А ты, Эрик, иди помоги готовить зал, уже полчаса прошло с момента начала работы, а ты все с девочками флиртуешь, — начал как обычно раздавать указания американец. - Ты же знаешь, что с тобой флиртовать мне нравится гораздо больше, но раз у тебя жена, дети... - Эрик расползается в своей самой шаловливой улыбке, а вот Боб такого энтузиазма не оценивает. - Доиграешься ты когда-нибудь, - устало покачал он головой. Но такова натура Эрика: ему нравится флиртовать со всеми, и без этого он не может. Амели и Эрик все же послушно занимаются отведенным им заданиями. Девушка внутренне не может перестать радоваться тому, как удачно складываются обстоятельства. С этими деньгами она сможет покрыть старые долги и оплатить квартиру на ближайший месяц. Хоть какая-то радость. А дальше все идет по накатанной дорожке. Когда зал полон людей, начинается пьяное веселье. Кто-то пытается уговорить Амели выпить с ними, кто-то шумно и откровенно к ней пристает, но она всегда ловко избегает таких знакомств. Все это становится таким обыденным, что в какой-то момент девушка перестает хоть как-то реагировать на такие вещи. И смирение с такой жизнью пугает ее больше смерти. Тайком, пока никто не видит, Амели все-таки выпивает стопку текилы, чтобы заглушить чувство тошноты от происходящего. Алкоголь слегка затуманивает разум, ей становится легче, и она продолжает работать. Улыбаться пьяным мужланам, смеяться над их совершенно несмешными шутками, игнорировать грязные приставания становится гораздо легче после четвёртой стопки за ночь. К шести утра Амели не чувствует ни ног, ни рук. Себя не чувствует. Остальные девушки и парни выглядят так же измученно. Охранники помогают оставшимся пьяным посетителям сесть в кэб, а официанты начинают приводить клуб в порядок. Амели слабо улыбается все еще веселой Лие. Испанке проще, ее легкий характер не дает ей зацикливаться на подобных вещах. Она попросту забывает обо всем неприятном. А у Амели есть вино и текила. И она почти может так жить. - Так, ребятки, давайте шустрее, убираем тут все и идем домой. Все сегодня хорошо поработали, всем спасибо, - эта привычная фраза от Боба, которую он повторяет в конце каждого рабочего дня. К семи утра Амели едва может сменить черную рубашку на теплый уютный свитер. Лиа и Эрик уже ждут ее у входа, чтобы вместе сесть в метро. Поставив кривую подпись, чтобы отметить время своего ухода с работы, девушка устало идет на выход. Друзья, дожидаясь ее, решили закурить, чтобы скоротать время. Говорить не хочется, только спать, и, желательно, прямо сейчас. Вытянув у Эрика последнюю сигарету, она счастливо делает первую затяжку. Амели пыталась бросить курить кучу раз, но безуспешно. С такой работой это сложно. Ребята, не сговариваясь, медленно направляются к метро. Они встречают прохожих, спешащих на работу с кружками кофе и свежими газетами. Амели провожает всех этих людей печальным взглядом и надеется поскорее добраться домой. Француженке нужно ехать в противоположную от ребят сторону, она прощается с ними и идет в свой вагон. Этот день ничем не отличается от трех предыдущих лет. Совсем ничем. Осознание этого факта заставляет ее выпить дома остатки вина, после чего она засыпает тяжелым алкогольным сном.