Я неидеальный? Да я герой!

      Последний месяц зимы подкрался совершенно незаметно, от чего Мастеру Зелий хотелось воздать хвалу самому Мерлину, что он все-таки жив до сих пор, да еще и остался в своем (хоть и немного особенном) уме, в связи с весьма сильной непоседливостью мальчишки второго курса Хогвартса, носящего на своем лбу знак молнии. Северусу даже иногда казалось, что только благодаря этому шраму Гарри, казалось бы, находится везде и повсюду, что однако не мешает этому сорванцу великолепно учиться, успевать проказничать и не посещать некоторые предметы абсолютно безнаказанно. Снейпу стало понятно, что завтрашний праздник Дня всех влюбленных идиотов определенно может превратиться в нечто настолько же ужасное, как и недавний Хэллоуин. Поэтому мужчина каждый день февраля, ложась спать, молился всем подряд, лишь бы Гарри Поттер не придумал в этот день чего-нибудь «этакого» необыкновенно-кошмарного.       И вот этот проклятый день настал: четырнадцатое февраля - День всех влюбленных. И, к счастью профессора, Поттер заявил, что в связи со своим малым возрастом, он не воспринимает этот праздник как серьезный. Но вот был в замке кое-кто - один ужасный белобрысый профессор по Защите - решивший, что возраст мальчика вполне позволяет ему праздновать. Чертов Локхарт, чтобы его Черч сожрал в темном коридоре школы во время дежурства! Эх, мечты, мечты…       Стоило профессору переступить порог Большого Зала, как ему пришлось резко остановиться, чтобы не наступить на самого уродливого «Амура», которого ему только приходилось видеть в течение всей своей жизни. Богом любви оказался малюсенький уродливый гномик, одетый в розовую кружевную одежду, на голове его расцветал венок из ромашек, а за спинкой торчал лук с серебряными стрелами. Северуса передернуло от отвращения, что отразилось на его прекрасном лице, делая его еще более «красивым», нежели прежде. Обойдя одного из гномов, мужчина тут же столкнулся с еще одним видом «чудесного воображения» хвастливого индюка, как называет Гилдероя Поттер. Крепко сжав руки в кулаки, стараясь сдержаться, Снейп быстро прошел к столу преподавателей и в течение всего завтрака старался не поднимать головы, чтобы не видеть вокруг себя всего этого сопливо-розового безобразия. Но это не особо получалось, так как даже скатерть(!) на столе была этого ужасного оттенка «вечернего заката, ах, дорогой Северус, а не цвета свиной задницы». Тьфу! Проклятый Локхарт!       Именно поэтому, профессор пропустил обед и не собирался идти на ужин, решив, что вполне сможет поесть в одиночестве в своей собственной комнате за чтением весьма хорошего трактата о зельях, подаренного ему Поттером на Рождество. Еще бы знать, кто написал этот совершенный талмуд! Гарри молчит, как Пожиратель на допросе у Аврората, а его дружки со странными кличками понятия не имеют обо всем этом безумии, что творится в голове ребенка. - Гроди, - позвал профессор домовика, приставленного к нему с самого первого дня работы в школе. - Профессор Снейп звал Гроди? – пропищало появившееся существо.       Северус поморщился от громкого звука, сопутствующего появлению эльфа, и кивнул головой. - Да, принеси мне ужин прямо сюда. Все как обычно, пожалуйста. - Хорошо, сэр, Гроди все сделает.       Снейп махнул рукой, отпуская домовика, после чего открыл последнюю страницу книги, на которой остановился, чтобы продолжить чтение о том, как создавалось оборотное зелье в древние века. И вот, когда стол накрыт, ужин прекрасно пахнет и призывает мужчину наконец начать есть, а горячий чай манит своим теплом, в дверь раздается стук, заставляющий вздрогнуть и вспомнить одну весьма мудрую магловскую цитату:       «На земле нет ничего хорошего, что в своём первоисточнике не имело бы гадости».       Вот и сейчас, вечер не мог быть настолько прекрасным, чтобы его не прервал тот, кто стоит за дверью и стучит уже больше пяти минут. Громко стукнув вилкой и ножом о пока пустую тарелку, профессор резко поднялся с места, и, не снижая скорости, с яростью на лице, распахнул дверь, чтобы увидеть там заплаканного мальчика, держащего в руках какой-то жутко-пахнущий цветок. - Лонгботтом! Что вам нужно? – зарычал Северус, уже собираясь закрыть дверь, но Невилл, который в любое другое время сжался бы от ужаса и убежал отсюда, сверкая пятками, начал быстро тараторить, стараясь сказать все до того, как его нос прищелкнут. - Профессор Снейп, Гарри ушел в лес и сказал, что пойдет в гости, но он не должен туда ходить, особенно… - Тихо! Гарри ушел в лес? – от ужаса лицо мужчины стало бледнее, чем обычно. - Он ушел сразу после того, как понюхал мой цветок. Это Stultitia*, сэр. - Что вы…? Как вы…? Когда он ушел?! – профессор быстро вошел в комнату, роясь в шкафу и отыскивая там теплую мантию, одновременно с этим расспрашивая ребенка. - Мы сидели в Тайной комнате. Там тааак ужасно, профессор. Вы знаете, что там живет Василиск? - К делу, Лонгботтом! - А, да. Ну, мы сидели там, а я взял с собой мой цветочек, который собирался показать остальным, я ведь сам его вырастил. Ну, я объяснил свойства моего цветка, и Гарри сразу же его понюхал, чтобы проверить мои слова. Мы все очень испугались, когда он резко встал, и, попрощавшись с нами, убежал в лес. - Откуда вы знаете, что он убежал в Запретный лес? Быстрее, мальчишка! – закричал профессор, все больше начиная волноваться. - Он нам сам сказал. А потом мы долго сидели в Тайной комнате, мы же не могли выйти, пока Черч не вытащил меня наверх. Так жребий выпал. В общем, я быстро к вам пришел, чтобы вы Гарри остановили. Если сможете. Он сейчас под действием цветка. Кто знает, что придет в его голову? - Так, пусть Черч всех вытаскивает из подземелий Слизерина, а завтра ВЫ ВСЕ ПРИДЕТЕ КО МНЕ НА ОТРАБОТКУ! ЯСНО? - заорал Снейп, после чего вытолкнул дрожащего гриффиндорца за дверь и закрыл ее, направляясь в сторону выхода из замка. Кому-то сильно сегодня достанется!

***

      Северус уже целых три часа прочесывал Запретный лес на предмет маленького монстра по имени Гарри Поттер. Мужчина с каждой пройденной минутой становился все мрачнее и злее, что кто, увидев его сейчас, решил бы, что профессор готов убивать. Было хоть и не холодно, но ветер бил в лицо, снижая видимость близлежащих окрестностей, отчего приходилось постоянно обновлять заклинание направления. У Северуса уже дрожали руки, и оставалось лишь гадать, что послужило этому причиной: волнение и страх за невозможного мальчишку или злость на него же. У Профессора кончалось последнее терпение, он уже чуть ли не выл в голос от отчаяния, когда ему встретился кентавр, с которым они познакомились в тот злополучный день на территории Хогвартса. - Что ты здесь делаешь, зельевар? – спросил полуконь хриплым голосом, разглядывая Снейпа чуть прищуренным взглядом. - Б-бейн! – дрожа, выдал Северус, останавливаясь, чтобы перевести дыхание и успокоить бушующую бурю эмоций в груди. – Я ищу мальчика, Гарри Поттера. - Ах, юного Гарри! Он сегодня не приходил в лес. Скорее всего, он в школе. - Не приходил? – с некоторым облегчением спросил Северус, глубоко выдыхая воздух из груди. – Вы уверены? - Я бы почувствовал его силу в лесу, вот точно уверен, что он был здесь вчера днем. Поэтому, зельевар, передай ему, что я не потерплю его игры с нашим молодняком. Им нельзя так себя вести. А теперь – прощай! - Спасибо, - прошептал профессор в спину удаляющегося кентавра.       Спустя полтора часа мужчина входил в замок, и на его лице ничто больше не указывало на беспокойство – там была ничем не замутненная ярость и желание убивать одного неугомонного ребенка, медленно и мучительно. Северус летел к своим комнатам, чтобы сбросить теплую мантию и немного выпить для успокоения души, но стоило ему войти, как все показное спокойствие улетучилось, обрушившись на Мастера Зелий лавиной истерики. На его собственном диване, в его собственной комнате, тихо посапывая в подушку, спал Гарри Поттер – причина всех неприятностей Северуса Снейпа – одного из самых сильных магов Великобритании, человека, думающего, что ему никто не нужен в этом мире (как оказалось, зря он так считал), того, кто прямо сейчас приготовился придушить маленького ребенка.       Возможно, профессор бы так и поступил, если бы Гарри, что-то прошептав во сне, не повернулся к мужчине лицом, где играла милая детская улыбка. - Тебя это не спасет от завтрашней кары, Поттер! – прошипел зельевар, поднимая мальчишку на руки, чтобы отнести его в свою спальню.

***

      Драко, хмуро глядя на своего друга, налил на мочалку средство для мытья котла и начал оттирать особо въевшееся в его стенку пятно бурого цвета. Уже два часа продолжалась эта каторга по мытью котлов в кабинете зельеварения, причем сам виновник этой ужасной отработки весело намывал дно и болтал с профессором обо всем на свете. Словно так и нужно было! И пусть Малфой понимал, что если бы они сами не пошли к декану и не рассказали ему о побеге Поттера, сейчас бы они все спокойно проводили выходной день, отдыхая в гостиной своего факультета. А в результате – они впятером батрачат на этого ужасного-ужасного монстра... - Драко, не думай так громко, иначе я буду вынужден снять баллы с собственного факультета, - вдруг выдал профессор, глядя прямо в глаза блондину, уже которую минуту прожигающему пятно, не желающее оттираться никакими способами. - Заяц, плюнь ты на это пятно, - выдал Гарри, подходя к мучающемуся мальчику. - Поттер, немедленно принимайтесь за работу, и если я только узнаю, что вы каким-то боком применяете магию во время мытья своего котла… - договаривать профессор не стал, все и так было понятно. - Шеф, ну почему вы злитесь? – пробурчал мальчишка, выводя на дне какие-то замысловатые узоры пеной, отправляя магический посыл в сторону котлов друзей, из-за чего Луна мило улыбнулась, Невилл громко икнул, а Драко с Гермионой приняли данное происшествие, как свершившийся акт справедливости. - Поттер, не выводите меня из себя лучше! Я еще не закончил с вами по поводу вашего вчерашнего исчезновения, из-за чего мне пришлось искать вас по всему Запретному лесу. Это еще не считая того, что мне сказал Бейн и ваши малолетние дружки. - А что сказал Бейн? – напряженно спросил Гарри. - Что ты был в лесу позапрошлым днем и посмел уничтожить весь молодняк кентавров, - выдал профессор, снова принимаясь проверять работы пятикурсников Пуффендуя, резкими движениями выводя там целые абзацы своего недовольства написанными работами. - Чтоооо?! – закричал мальчишка, разбрызгивая средство во все стороны, так как размахивал руками, аки ветряными мельницами. – Да я ему сейчас… - и Поттер стал быстро приближаться к выходу из класса. - Немедленно вернитесь, Поттер. Я пошутил, - проговорил Снейп, не отрывая взгляда от эссе. То ли он не желал показывать смешинок в глазах, то ли действительно был занят. – Он сказал, что вы соблазнили весь молодняк… - Что я сделал? - Не перебивай меня, глупое создание! Соблазнили молодых кентавров для игр с вами, и он потребовал, чтобы вы никогда не смели подходить к ним более. - Уууу, копытное мурло! - Гарри! – рыкнул Северус, вставая со своего места. - Он - старый козел, вот и не разрешает нам веселиться. А к Сэду можно ходить? - Это еще кто такой? - Мой друг.       Прищурившись, зельевар посмотрел в невинное личико ребенка, но кивнул головой. В конце концов, Поттер все равно пойдет туда, даже если ему запретить. Бейну уж от него точно теперь не избавиться.       Наступило молчание, и в классе зельеварения слышались только звуки трения мочалки о металл котлов, пока не раздался ужасный скрежет, прошедшийся по барабанным перепонкам Снейпа ужасающим скрипом. - Лонгботтом! Вам мало того, что вы уничтожаете мои котлы при варке зелий? Теперь вы еще решили их все искарябать ножом для нарезки ингредиентов? Немедленно взяли мочалку! - Сэр, это пятно не отмывается, - пробурчал гриффиндорец, начиная тереть пятно, которое совсем недавно хотел отшкрябать острым лезвием и не мучиться. - Так, все. Быстро отправляйтесь по гостиным. Завтра вы продолжите работу ровно в семь вечера. Марш! Все… кроме вас, Поттер, - зло прошипел профессор, в конце речи указывая на Гарри длинным пальцем.       Мальчишка глубоко вдохнул, явно собираясь протестовать, но Гермиона, проходя мимо, толкнула его в бок и посмотрела такиииим взглядом, что даже у него не нашлось, что сказать. - Предательница! – прошептал он ей вслед, после чего присел на свободную первую парту. – Шеф, я уже хочу спать. - Поттер, не нужно меня злить. Сейчас лишь девять часов, до отбоя – целый час, поэтому ты останешься здесь и все мне расскажешь, - профессор внимательно посмотрел в лицо ребенка, на котором он только сейчас заметил признаки волнения. - Что рассказать? - Все.       Гарри бросил на учителя злобный взгляд, улыбнулся и начал говорить: - Я родился 31 июля 1980 года в семье двух волшебников – Джеймса Карлуса Поттера и Лили Елены Эванс. Жил я, значит, жил себе припеваючи… - Гарри! - Шеф, ты же сам хотел, чтобы я рассказал тебе всё. - Отлично. Что произошло вчера? Почему вы одни спускались в Тайную комнату? Как ты посмел пойти в Запретный лес? И кто такой Сэд? Ответь на эти вопросы честно и можешь идти.       Гарри, молча, подошел к столу учителя, чтобы быть к нему поближе и тихо прошептал: - Вчера я понюхал цветок, когда мы спустились в комнату Секретов Слиза. Одни, потому что так веселее. В лесу я навещал своего друга Сэда. Все? - Ты решил, что ответ на мои вопросы полный? - Конечно же нет! Но я же ответил, хоть как-то. - Гарри, ты понимаешь, что я чуть с ума не сошел, когда узнал, что ты… - Я знаю, Шеф. Но вчера я не был в лесу. Тот дурацкий цветочек Медведа… я из-за него почувствовал себя нехорошо и ушел в туалет, а потом отправился к тебе, но тебя уже не было. Я же не знал, что они поверят моим словам и придут рассказать о моей шутке вам, Шеф. - Хорошо. Я даже могу объяснить ваши игры в Тайной комнате. И все же, кто такой Сэд? - Мой друг. Он двести семнадцатый сын Арагога. Или двести восемнадцатый. Не помню точно. - Акромантул? – широко распахнув глаза, спросил Северус, желая прямо сейчас придушить этого любителя монстров. - Ну да. Сэд страдает. - Почему он страдает? - Он влюблен в Сродди, а она такая коварная, все время его кусает. Я предложил ему помочь, цветы там собрать, или еще что. - Женщины все коварные, - потрепав мальчишку по волосам, смеясь сказал Снейп, понимая, что ничего не сможет сделать с любовью Гарри к различным магическим существам. – Ну-ка, дай я посмотрю, от чего тебе стало плохо. Обычно этот цветок действует, как, своего рода, спусковой крючок. Нюхаешь и бежишь совершать то, чего тебе больше всего хочется.       Снейп взмахнул волшебной палочкой, но, к счастью, ничего не обнаружил. - Я и так делаю то, что хочу. - Я это знаю. Может, поэтому цветок на тебя так странно подействовал. - Шеф, Он пытался вселиться в меня. Мы ведь можем что-нибудь сделать с книжкой? - Гарри, почему ты сразу мне об этом не сказал? – Северус, вскочив со стула, стал внимательно смотреть в глаза ребенка. - Это было вчера, из-за цветка. Как думаешь, Гендальф знает, как нужно поступить, чтобы было правильно? - Завтра и узнаем, а теперь иди к себе в гостиную. Уже скоро отбой. - Пока, Шеф. Кстати, Сэд сказал, что у него есть яйцо дракона. Можно мне…? - Мерлина мне в ребро! Зачем? Ну, скажи, зачем тебе дракон?!       Гарри, ничего не ответив, поняв ответ со слов Северуса, ухмыльнувшись, просто убежал, напоследок обняв мужчину за талию, оставив его еще долго стоять в дверях и раздумывать обо всем произошедшем за последние два дня. В груди появилось ощущение приближающейся беды.