Я не против тебя.

В школьном автобусе, как всегда по пути домой, стоял мерный гул. Старшеклассники обсуждали итоги минувшего дня, кто-то собирался прогулять оставшийся день в городе, другие смеялись, перемывая косточки третьим, кто-то был озабочен результатами экзаменов и грядущими взбучками от родителей, другие дремали, отгородившись от внешнего мира наушниками, укрывшись надёжным покрывалом музыки. Каждый был занят своим делом, но все были рады свободе действий и окончанию очередного учебного дня. В хвост автобуса протолкнулась компания старшеклассников. Мику и Кайто по обыкновению своему беззаботно ворковали, усевшись отдельно. Рин, Лен, Киетеру и Мейко заняли последний ряд. На первый взгляд на фоне своих расслабившихся друзей Рин Кагамине ничем не выделялась. Она как обычно села рядом со своим на вид равнодушным ко всему миру парнем, который привычно устроился у окна. Тяжело вздохнув, Рин устало прильнула к плечу Лена. Казалось, блондинку всего лишь вымотал тяжелый учебный день, но… Никто бы и не подумал, что в данный момент в голове её зарождаются зачатки настоящей бури. Пожалуй, загляни кто-то сейчас в мысли юной леди, он бы явно оглох от нескончаемого потока брани. И его, несомненно, сбила бы с ног бесконечная, нещадно перемешанная хронология событий минувшего дня. Мысленно Рин то и дело воспроизводила один и тот же момент своей позорной беспомощности. Момент, где она ещё могла вспомнить наличие у себя собственного галстука. А пока любительница всего пушистого и четвероногого пытала свои мозговые клетки, рядом с ней уселся Хияма Киетеру. За ним у другого окна приютилась несколько взъерошенная и чем-то обеспокоенная Мейко. Спустя пару минут двери автобуса закрылись, транспорт плавно вырулил на горную дорогу и не спеша пустился вниз под горку в сторону пригорода. Устало приоткрыв глаза, Рин повела взглядом по салону, невольно отмечая, что сегодня её друзья отчего-то необычайно тихи и понуры, если не считать ушедших в свой собственный розово-романтичный мирок парочку Шион/Хатсуне. Лен, впрочем, как обычно сонно клевал носом, задумчиво посматривая в окно. Он уже давно не краснел, когда она прижималась к нему, уже совсем привык к её близости и постоянному нахождению Рин рядом. Незаметно для себя они уже совершенно привыкли друг другу, стали ближе, как никогда раньше. «И когда успели?»- удивилась сама себе Рин, отмечая, что больше не чувствует былой неловкости, лишь непоколебимую уверенность в том, что так и должно быть – это норма. Но взгляд её продолжил своё молчаливое странствие по салону, перекинувшись на её друзей по правый бок. Киетеру несвойственно себе хмуро сверлил взглядом пространство перед собой. Шатен выглядел неожиданно недовольным, даже злым, что не преминула отметить Рин, и, если бы ни пристальный взор Сакине Мейко, отчего-то многозначительно зыркнувшей на неё, девушка бы тут же поинтересовалась у друга по поводу причин его неважного настроения. Но Кагамине столкнулась взглядом с Сакине, и мысли её тут же унеслись в другую сторону - сторону, далекую от её очкастого приятеля, и даже дальше недавних самобичеваний по поводу её роковой пропажи. Яркое воспоминание того, как недавно шатенка буквально оседлала её парня, заставило Рин недовольно нахмуриться и зло уставиться на девицу. Столкнувшись с недовольной моськой Рин, Сакине неловко заёрзала и отвернулась. Но постоянные косые взгляды блондинки быстро стали совершенно невыносимыми. Шатенка, скрепя зубами, подала голос. Нависшая над задним рядом тягучая атмосфера общего уныния тут же рассеялась, ребята зашевелились. Даже Мику с Кайто притихли, обернувшись назад. Мейко, нервно запинаясь и путаясь в объяснениях, пыталась разъяснить Кагамине, что сцена в классе – полностью вина Шион. Кайто оскорблёно запротестовал, за что схлопотал от Сакине полный гнева взор со словами «Харе врать, засранец!». Рин довольно долго выслушивала оправдания бывшей девушки своего парня, которую, на удивление всем, мучила совесть, ведь из-за её оплошности Лену пришлось ох как не сладко. Он даже пощечину схлопотал. Да и не хотела Сакине ссорить эту парочку. Но если вначале Рин выглядела чуть ли не взбешенной, то на третьей минуте она вдруг усмехнулась и заявила, что уже давно в курсе дела. Мейко подавилась собственным чувством вины: – Тогда какого ты на меня так пялишься? – возмутилась она. – Хотела, чтоб ты подёргалась, – в лоб призналась Кагамине, злорадно ухмыльнувшись. – Хотя особо не рассчитывала, что совесть у тебя всё же есть. Мейко зло зарычала, подавшись к блондинке. Киетеру попытался остановить девушку и тут же получил неловкий пинок в рёбра. – Знаете ли, вам бы успокоиться уже! – зло зашипел шатен, ввергая друзей в невольный шок. Хияма редко злился, но сейчас… – У тебя что-то случилось? – поинтересовалась Рин, косясь на искаженное злобой лицо шатена. Парень непонимающе глянул на подругу: – Нет, а что? – Мне показалось, ты, кхм, немного нервничаешь, – заметила Рин. – Немного? – прыснул Лен. – Да он весь как на иголках. – Не твоё дело, – шикнул на блондина Киетеру. – Ох, ладно, – устало замахала ручкой Рин, – хватит цапаться нам всем! Ага? Прошу прощения, Мейко, больше не буду так на тебя смотреть. Довольны? Мы помирились,– миролюбиво сощурилась Рин. – Что-то миром и не пахнет, – с сомнением отметили Шион и Кагамине. – Цыц! – шикнула Рин. Парни притихли. Мейко, фыркнув, успокоилась. Киетеру тоже как-то подозрительно притих, снова углубившись в свои мысли. Шатен, действительно, нервничал. Но признаваться в подобном был не намерен. К тому же... Как он должен был объяснить своим друзьям, что причиной его скверного настроения – опоздание на автобус Фурукава Мики. Сам того не понимая, он был раздражен тем, что девушка не успела разобраться с делами в классе и теперь пойдёт домой пешком. Ещё больше его нервировал собственный порыв не ехать домой со всеми, а остаться в школе с ней. Он почти в ужасе осознавал тот факт, что, действительно, чуть было не остался только потому, что не хотел оставлять одну эту странную девушку. Хотел быть рядом с ней. Но вовремя очнувшись, Хияма попытался убедить себя в том, что у него нет причин задерживаться. «Даже если мне теперь не даёт покоя мысль, что она может свернуть себе шею где-нибудь по дороге? Блин, я не должен так дёргаться, в конце-то концов. Мы с ней едва знакомы, только пару раз разговаривали. Что за бред? С чего мне так волноваться? Раньше ведь такого не было. Да и доходит же она как-то до дома от остановки без происшествий», – думал он, машинально отмечая, что, если выйдет на ближайшей остановке, то быстрым шагом обратно до школы доберётся всего-то минут за пятнадцать. Киетеру пытался понять причины, почему так раздражен. Ему постоянно приходилось отмахиваться от мысли, насколько странно он себя ведёт, придумывать оправдания в попытке скрыть от самого себя тот факт, что просто хочет побыть с Фурукава наедине. Рядом. Такой неожиданный интерес, вдруг родившийся в его голове, не мог не беспокоить. Киетеру и не думал, что когда-то будет так волноваться о совершенно чужом ему человеке. Что кто-то будет его так волновать. Парень рассеянно покосился в сторону Мику, сидевшей спереди. Девушка по обыкновению своему улыбалась и была полностью поглощена беседой с Шион. Казалось, вдруг исчезла та громадная неловкость между Кайто и Мику, что мешала им прежде наговориться, насмотреться друг на друга… «И тем более прикасаться», – хмыкнул про себя Хияма, заметив её ладонь в ладони Кайто. Мику была счастлива с другим парнем. Киетеру ясно осознавал это, и почему-то ему уже не было так тяжко, как было ещё вчера. Тоска ещё напоминала о себе, но как-то вяло и отдалённо, уступив больше места радости за свою подругу и какому-то новому чувству. И эта смесь раздражения, беспокойства и интереса по отношению к недавно совершенно незнакомому человеку заставляла Хияма искренне негодовать по этому поводу. Он никак не ожидал, что его чувства к Мику на самом деле окажутся столь слабы, а наряду с этим сам он будет способен увлечься кем-то ни с того ни сего. «Стоило однажды разбить ей лоб!» – невесело усмехнулся про себя шатен. Автобус затормозил, качнулся и остановился. Двери открылись. Киетеру встал, перекинув рюкзак через плечо. – Хияма, ты чего? – Рин удивлённо посмотрела на друга снизу вверх. – Телефон в школе забыл, – бросил шатен. – Подождите, я тоже выхожу! – крикнул он водителю. – Пока, – парень махнул рукой друзьям и направился к двери. – Телефон? – удивился Шион, заинтересовавшийся переполохом в рядах своих друзей. – А разве не он у него из кармана торчит? – Эй, Киетеру, что случилось-то? – Рин попыталась докричаться до друга, но тот уже покинул салон. Лен дёрнул попытавшуюся встать Рин на место: – Тише ты! – Но как же, – возмутилась блондинка, – он же сам не свой! Вдруг что серьёзное? – Он же сказал, что ничего не случилось, – тяжело вздохнул Лен, покрепче перехватывая руку девушки и смыкая их пальцы в замок. Двери закрылись, и автобус тронулся с места. – Ну вот, – обиженно выдохнула блондинка, – доволен, упырь? – цокнула она, косясь через плечо в окно, где видела удаляющуюся спину своего друга. – Более чем, – хмыкнул Лен, рассеянно чмокнув Рин в золотистую макушку. – Тебе стоит позволить ему самому разобраться со своими проблемами. Он не маленький, и ты не его мамочка. Рин обиженно показала Лену язык, но промолчала: «И неважно, как ему не хватает этой самой материнской заботы, да?» – подумалось ей между тем. Киетеру спешно шагал вверх по склону в сторону школы. В голове его крутилась вереница раздражающих вопросов и сомнений. Он считал неправильным и глупым своё поведение, свой поступок в частности, свои чувства. Но странно назойливое ощущение беспочвенной радости не покидало его взлохмаченную ветром голову. Хияма не останавливался. Какая-то глупая, совершенно новая частичка его не давала остановиться, и он никак не мог совладать с этой своей новой частью. Совсем маленькой, а уже такой сильной. До школы оставалось ещё с полкилометра, когда из-за поворота к нему навстречу вдруг выступила Фурукава. Задумавшиеся старшеклассники не сразу заметили друг друга, поэтому для Киетеру было чуть ли ни шоком услышать вдруг своё имя. Парень оторвался от созерцания носков своих ботинок и, удивлённый, вскинул голову. Не менее удивлённая девушка стояла в паре метров от него. Фурукава выглядела так же, как и утром, когда они столкнулись у ворот его дома (совершенно случайно столкнулись, конечно же). Пышный, растрёпанный рыжий хвост высился над макушкой, ниспадая на плечи длинными тяжелыми прядями. Глаза девушки поверх натянутого на нос бардового шарфа заметно округлились и теперь ошарашено хлопали рыжими ресницами. Девушка стянула с конопатого носа шарф, выставляя на обозрение заметный румяней на пухлых щёчках: – Хияма? – удивлённо повторила она, будто сомневаясь в собственном зрении. – Меня Киетеру звать, – вдруг резко бросил парень, направившись к ней. Мики непроизвольно вздрогнула. Парень, казалось, был чем-то раздражен. Она замялась: – Эм, я думала, ты уехал со всеми. – Да, я тоже так думал, – остановился он в метре от неё и в упор уставился в девичье лицо. – М, в смысле? – Мики смутилась. Парень запнулся: – Нет, это я так, – Хияма как-то нетерпеливо потоптался на месте и потёр затылок. Он больше не смотрел на неё, но и не уходил. Мики удивлённо глядела прямо на него: – Что-то случилось? – поинтересовалась она, чуть наклонившись и заглянув в лицо шатена. Парень порывисто повернулся боком, отводя взгляд. «Да что такое?» – негодовала Мики. «И что мне делать? Она уже ушла из школы! Почему так быстро-то? – думал он. – Я-то думал, заявлюсь туда под предлогом забытого телефона. А обратно само собой пойдём вместе, всё равно нам по пути. Это не было бы странным, что мы идём вместе, правда же? А теперь-то что делать?» – Хия… Киетеру…-сан? – неуверенно окликнула его девушка. Ей было не по себе звать парня по имени, хотя он отчего-то постоянно на этом настаивал. Шатен чуть дёрнулся и, наконец, взглянул на неё. Лицо у Мики так и пылало. – Ты всё сделала в классе? – поинтересовался он, поправив очки на носу. – Быстро! – Эм, – Мики виновато хихикнула, почесав затылок, – краска, оказалось, довольно легко отмывается. Мне повезло в этот раз. Жаль – целую банку опрокинула. – В последнее время ты часто что-то роняешь, или падаешь, – заметил он. Рыжая вдруг смутилась, неуверенно переступив с ноги на ногу. Беспокойство в его голосе волновало её и, что странно, смущало. – Вовсе нет. Так было всегда, – чуть надувшись, отмахнулась она. – Да прям уж, – фыркнул шатен. – Конечно, – настояла девушка, словно доказать свою вечную неуклюжесть сейчас было важнее всего. Мики любила быть правой. Хияма вдруг хмыкнул: «Похожа на упрямую собачку», – отметил он про себя. Фурукава дулась и пыхтела, при этом краснела и дёргала носом – презабавнейшее зрелище. – Что ж, значит, это я стал больше замечать, – выдохнул парень, направившись дальше вверх по склону в сторону школы. Он не нашел ничего лучшего, чем всё же вернуться в школу, придерживаясь первоначального плана. Как ещё ему стоило объяснить своё нахождение здесь после того, как сначала он преспокойно сел в автобус? Это было выше его возможностей – признаться, что он шел к ней. Это слишком смущало. Собственную гордость перебороть оказалось на удивление трудно. «Пойдёт ли она за мной? – гадал он, уже спокойнее принимая мысль о том, что хочет, чтобы она пошла за ним. – А если пойдёт, будет ли это значить, что и она тоже…» – Хия… Киетеру-сан? – Просто Киетеру, – отмахнулся он. – Я забыл телефон в школе, так что... – Вот как, – она вдруг поравнялась с ним, и, пританцовывая, зашагала рядом. Шатен удивлённо уставился на девушку. Как бы ему не хотелось этого, он не ожидал, что Мики так просто пойдёт с ним обратно в школу и даже не замешкается перед этим. Без сомнений и раздумий. Импульсивно и честно. – А я уж подумала, что ты за мной вернулся, – засмеялась она. Парень задохнулся, невольно отшатнувшись: – Ч-что?! Да как тебе в голову взбрело? – возмутился он. Мики рассмеялась звонче, подтянув рюкзак на плече. Она снова смущала его. При этом так же неожиданно, как прошлым вечером, и, казалось, без задней мысли. – Прости, я пошутила. Конечно, я так не подумала, просто ты выглядел каким-то расстроенным, вот я и решила тебя растормошить. Вышло же неплохо, – улыбалась она, вновь поддёргивая тяжелую сумку на плече. – Теперь понятно, почему ты сначала показался мне таким недовольным. Кому охота лазить по горам туда-сюда! – рассудила девушка. «Что? Она что же и не подумала усомниться в моей отмазке? Эта простачка и не допускает мысли, что я тут из-за неё? Вот же… Раздражает!» – Растормошить решила? – фыркнул шатен. – Дай сюда, – он раздраженно выхватил из её рук портфель и вдруг развернулся и уверенно пустился вниз по дороге. – Э, Киетеру? – Мики неуклюже покачнулась, пустившись за ним бегом. – Ты чего? Эй! А как же телефон? – Нет там телефона. Я за тобой вернулся! – фыркнул шатен. – Э? Эй, да ладно, не обижайся, я же не специально. Ну ты чего? Подожди меня! – … – Ну, извини. Я не хотела над тобой смеяться. Конечно, это невозможно, чтобы ты вернулся за мной, с чего бы тебе… блин, – она неловко споткнулась, но равновесие удержала. – Давай, вернёмся и заберём твой мобильник. Мало ли что, вдруг украдут. Киетеру раздраженно затормозил. Она чудом не впечаталась в его спину. – Вот! Видишь? – он перехватил сумки в одну руку и выхватил из кармана свой телефон. Перед лицом ошалевшей девицы помахали гаджетом и вернули его на место. – Э? Так ты что же?.. – зарделась Фурукава. – Пошли, – фыркнул шатен, припустившись под горку быстрей. «Бесит! Она не воспринимает меня, как… блин! Как парня, да? Хияма, ты тоже бесишь! Как можно так быстро переключаться с одной девушки на другую!? Ты же взрослый, серьёзный человек, а ведёшь себя, как…» Внутри у него всё клокотало. Лицо горело, сердце, казалось, сейчас вырвется из грудной клетки. Он не был уверен в собственных чувствах, но сдержаться не выходило, и Хияма опрометчиво практически прямым текстом признался «Я волновался, поэтому вернулся! Ты мне небезразлична!». Он слышал, как позади пищала Мики, пытаясь его догнать, она просила его идти помедленнее, подождать её, а он всё несся вперёд, чувствуя, как стыд подкатывает к горлу. «Вот же придурок!» Остановился Киетеру только, когда услышал знакомый вскрик и звук падающего тела. Хияма испуганно повернулся. Мики во весь рост растянулась на животе на дороге. Опомнившись, он поспешил к девушке: – Фурукава? Эй, Фурукава, ты как? Сильно ушиблась? – парень подбежал к ней и присел рядом на корточки. Девушка зашевелилась, подтянула руки под голову, уткнулась в них лицом и снова затихла. Рыжие локоны огненными разводами усыпали снег вокруг её головы. Киетеру непроизвольно засмотрелся. – Зачем же так быстро, я же не успеваю, – послышался приглушенный голос Мики. – А? – Если ты не хотел бросать меня одну, зачем так нестись? – судя по голосу, она не плакала, но была обижена. Хияма выдохнул с облегчением: – Ты злишься? – спросил он. Она помедлила, а потом повернула голову, всё ещё лежа, и выглянула из-под собственного хвоста: – Нет. А ты? Хияма устало потёр переносицу: – Вставай. – Ты всё ещё злишься, – утвердительно заявила она, не двигаясь с места, – и, если честно, я не совсем понимаю, почему. – Поднимись, или совсем промокнешь. Что будешь делать, если заболеешь? – Болеть и лечиться, конечно, – хмыкнула рыжая, приподнимаясь на локтях. – Я не пойду с тобой, пока ты не успокоишься, – вдруг заявила она. – Ч-чего? Условия мне ставишь? С чего мне вообще жаждать идти именно с тобой? – надменно фыркнул шатен. – Как же, а разве мы не друзья? Ты ж из-за этого и вернулся, нет? – искренне возмутилась девушка. Хияма опешил. – Но смысл идти вместе, если ты злой, как чёрт? – Вовсе я не злой! – Ну вот, ты уже кричишь на меня, – покачала она головой. – Так, либо ты поднимаешься, либо я подниму тебя силой! – поднялся на ноги парень, грозно нависнув над одноклассницей. Она хмуро уставилась в его лицо. Он ответил ей тем же. Подниматься она как будто и не собиралась, упрямясь и настаивая на своём. Спустя долгую минуту её взгляд вдруг оторвался от его лица. Девушку что-то заинтересовало. – А ведь это тот шарф, который я тебе подарила ещё в средней школе, – вдруг сказала она, смотря на Хияма. Парень запнулся и покосился на алый шарф, обмотанный вокруг его шеи: – Тебе показалось. Тот я давно выбросил, – с невозмутимым видом он протянул ей руку, настойчиво требуя подчинения. Мики подозрительно прищурилась и по-турецки села тут же на дороге, игнорируя предложенную ей помощь. «Упрямица!» – зарычал внутренний голос Хияма. – Прям я не узнаю вещь, что сама связала. Ага, как же! Просто признайся, что это он, и я встану. – Да что ты заладила «он-он»? Какая разница? Я уже сказал, что того шарфа у меня больше нет. Вставай, давай! Хияма подошел к однокласснице и схватил её за руку, потянув на себя. Мики не сопротивлялась. Да и где тут сопротивляться, когда тебя дёргают со всей силы парень, который значительно сильнее? Она буквально взмыла в воздух, чудом не запутавшись в собственных ногах. Руки её опустились на его плечи, и Киетеру растерянно замер. Мики затихла. Повисло неловкое молчание. Парень, задержав дыхание, уставился в макушку одноклассницы, опустившей лицо так, что из-за чёлки его не было видно. Прошло не меньше долгой и томительной минуты прежде, чем Мики зашевелилась. Только тогда Киетеру заметил, что их сумки лежат у его ног, а руки его покоятся на её талии. И тут Мики вдруг резко дёрнула за молнию своей куртки, расстегивая её. Киетеру растерянно замер. Всё ещё будучи в руках парня, она размотала свой, лишь на пару тонов светлее шарф, стянув его с шеи. Киетеру удивлённо следил за тем, как, взяв свой шарф в одну руку, она запустила другую ему за шиворот, нащупав там край его шарфа. Вскоре оба они были в её руке. – Что ж, если это правда не тот мой шарф, тогда… – заговорила она, приподнявшись на цыпочки. – Что ты делаешь? – …возьмёшь этот вместо того, – закончила она, накинув на его шею свой шарф. С гор вдруг слетел резкий порыв ветра. Полы расстёгнутой куртки Мики разлетелись в стороны. Её юбку и яркие рыжие локоны затрепало на ветру. Девушка неловко покачнулась, хватаясь за лёгкую ткань юбки, её пальцы разомкнулись, и алый шарф Киетеру взмыл в воздух. – Ой! – девушка перепугано развернулась, выныривая из рук парня, всё ещё её державших. Взмыв высоко в небо, алая тряпица беспомощно дёрнулась из стороны в сторону, а потом так же резко стала терять высоту, уносясь к подножью, в лес. Киетеру не успел даже удивиться, а девушка уже рванула с места. – Стой! Фурукава, ты куда? Эй, Мики! Но она уже не слышала, несясь сломя голову вниз по дороге. Схватив с земли сумки, Киетеру бросился за ней: «Вот же дура! Лишь бы не покалечилась!»