Боль

От лица Деймона - Давай же, Елена, пей! - прокричал, когда она отвернулась, ощутив на устах вкус крови. Аккуратно просунув руку под шею раненой, я прижал ладонь к ее щеке. Не позволяя Гилберт двигаться, снова прокусил зажившее запястье и поднес к ее губам. На этот раз попытка напоить Елену кровью оказалось удачной, капля за каплей она попадала в рот, несмотря на все попытки девушки сжать уста. Когда судороги стали проходить, смертельная бледность кожи сменилась более здоровым оттенком, а рана стала постепенно затягиваться, я вновь прокусил руку и заставил сделать Елену еще несколько глотков крови. - Деймон, - прохрипела она мгновение спустя, распахнув глаза, подернутые поволокой боли, и сделала глубокий вдох. Не в силах отвести взгляда от еще не зажившего укуса, я бережно поднял любимую на руки и вихрем взлетел вверх по лестнице. Пройдя к себе в спальню, аккуратно уложил драгоценную ношу на кровать и сел рядом. - Елена, рана до конца не затянулась, тебе нужно еще выпить моей крови, - мягким, но не терпящим возражения голосом сообщил я девушке и снова прокусил запястье. На этот раз, не противясь лечению, она послушно открыла рот и сделала несколько глотков. Место укуса стало выглядеть лучше, но все равно до конца не зажило. В сердце поднялась волна гнева вперемешку с удушающим страхом. Я не знал, почему так происходит… неизвестность пугала. Кожа Елены стала выглядеть значительно лучше, на лице едва заметно выступил румянец, губы приобрели более здоровый оттенок, но дыхание по-прежнему было затрудненным, сердце отбивало неровный ритм. - Елена, давай еще, - прошептал я чуть слышно, ловя ее затуманенный болью взгляд, пытающийся сосредоточиться на моем лице, на котором, я был уверен, отразились страх и беспокойство. Чувства, что всегда умело прятал за маской безразличия или насмешливости, вырвались наружу, и я не собирался скрывать их в этот момент, когда опасность угрожала всему смыслу моего существования - Елене. Вновь прокусив запястье, потянулся к устам девушки, как вдруг она остановила меня взмахом руки, не позволяя сделать то, что я задумал. - Деймон, не надо, - голос любимой был еле слышан, - у меня внутри все горит огнем. Во мне что-то оборвалось, я не знал, что делать дальше. Обычно кровь вампиров исцеляла раны, но та, что была на плече Елены, по-прежнему не излечивалась. Во всем виновата слюна оборотня. Другого объяснения происходящему я дать не мог, поэтому схватил мобильный - мне требовалась помощь. Обзвонив нужных людей, я сел рядом с Еленой и нежно коснулся ее щеки кончиками пальцев. Веки девушки затрепетали, и она выдавила из себя улыбку... - Все будет хорошо, не переживай. Да, в этом была вся Елена. Она заботилась обо всех, кроме себя, и очень сильно страдала, если видела, что человеку больно. Вот и сейчас любимая поступила так же, но мне не стало от этого легче. Ведь именно по моей вине она лежала сейчас еле живая, в то время, когда на мне не было и царапины. Новая волна ярости поднялась, словно цунами. Мне захотелось оказаться рядом с Джулс и порвать ее на части, волчица этого заслуживала, и я решил это сделать во что бы то ни стало, независимо от того, выживет Елена или нет. О последнем думать не хотелось, сама мысль вызывала удушающую боль, но сейчас нельзя было исключать любые варианты, ведь речь шла об оборотнях и древних легендах, а в них было много запутанного, каждая фраза имела свой скрытый смысл. - Деймон, - прервал размышления голос моей бедной девочки. Взглянув на Елену, я заметил, что ее кожа покрылась испариной. - Я хочу пить. Тут же сорвавшись с места, я бросился на кухню и налил теплой воды. Вернувшись как можно быстрее, бережно просунул руку под спину Елены и приподнял ее. Приняв сидячее положение, любимая стала жадно пить. От ее тела даже сквозь одежду ощущался жар, я видел, что состояние ухудшалось, но ничего не мог поделать. Единственное, что оставалось, - так это сидеть рядом с Еленой, бережно сжимать в руках ее ослабевшую влажную ладошку и не отрываясь смотреть на бледное лицо. Как только она заснула, я запечатлел нежный поцелуй на ее пальцах и отправился в ванную комнату. Смочив полотенце, вернулся к кровати и бережно протер им лицо Елены от крови и пота, а затем, медленно, не торопясь освободил ее от жакета. Отбросив порванную вещь на пол, я аккуратно накрыл девушку одеялом. Услышав, как к дому подъехала машина, я, не теряя ни секунды, побежал на первый этаж встречать прибывших. - Деймон, что произошло? - налетел, словно коршун, Аларик, открывая дверь и без приглашения проходя в гостиную. - Где Елена? - послышался следующий вопрос от взволнованного Джереми. - Что с ней? - дрожащим голосом поинтересовалась Бонни, сверля меня своими темными глазами. Я впал в легкий ступор. Казалось, сообщить эту новость будет просто, но все оказалось гораздо сложнее. Раньше я бы не задумываясь сообщил что-то подобное с привычной усмешкой и безразличием, но только не сейчас. Ведь передо мной стояли те люди, которые любили Елену, а сама она мучилась наверху от боли и безысходности. - Ее укусил оборотень, - произнес я, не выдержав пристальных взглядов, и отвернулся, не в силах смотреть на перекошенные от ужаса лица. Это был Тайлер? - первым пришел в себя Аларик и тяжело опустился в кресло. - Нет, не он, - опровергнул я его предположение и, пройдя к бару, плеснул в стакан виски. - Тогда, кто напал на мою сестру? - чуть слышно спросил Джереми, и глаза его наполнились слезами. Залпом выпив спиртное, я наполнил второй бокал и вручил его замершему в кресле Рику. - Это была подружка Мейсона Локвуда, Джулс, - объяснил собравшимся и сжал кулаки, вспомнив кошмарный момент, навсегда отпечатавшийся в памяти, когда оборотень набросился на Елену. - Почему она напала на Елену? - резко спросила Бонни, превращаясь в прежнюю фурию. Пропустив ее тон мимо ушей, я пересказал им свой разговор с волчицей и тут же ощутил сильнейшую головную боль. Казалось, острые раскаленные кинжалы вонзались в самый центр черепа, а затем поворачивались против часовой стрелки, вынуждая мозг плавиться от удушающего жара. Неожиданно все резко прекратилось, как и началось, боль отступила. - Из-за тебя пострадала Елена! - послышался ядовитый упрек ведьмы, и голову скрутил очередной спазм. - Хватит! - услышал я грозный голос Зальцмана и упал на колени, не в силах больше выносить пытку, создаваемую разъяренной Беннет. - Хватит, подумай о Елене. Лишь эти слова отрезвили Бонни, и она прекратила свои истязания. Тяжело дыша я кое-как поднялся на ноги и устало рухнул на диван. В этот раз чертовка перевыполнила свой лимит издевательства, и я чувствовал, что еще не скоро отойду от «промывки мозгов». Впрочем, я ее не винил. То, что случилось с Еленой, было моей виной, поэтому я заслуживал боли. - Если она умрет, я тебя уничтожу! - проговорила Беннет твердым голосом и зашагала к лестнице. Найдя в себе силы, я преградил ей путь. - Знаешь, Беннет, я, конечно, виноват, но ты тоже не ангел! Если бы ты не выпустила Елену из дома, то все было бы хорошо! Высказав все, что хотел в данный момент, я ушел в спальню. Смочив полотенце прохладной водой, сел рядом с моей любимой девочкой и начал бережно, стараясь не потревожить ее хрупкий сон, протирать кожу, покрытую обильной испариной.