Сеть

Преподавательский чат. Блик: Северус, а вы не помните, куда я положил свои подтяжки? Дракон: Какие подтяжки? Блик: Ну такие, желтенькие. Дракон: А где связь между подтяжками и мной? Карамель: Альбус, они в шкафчике на третьей полке. Блик: Спасибо, Минерва. А то я их все ищу да ищу. А вам, Северус, стоит быть внимательнее. Дракон: Извините, Альбус, но за подтяжками я не слежу. Блик: А зря. Дракон: Почему? Блик: Потому что у меня память плохая. Дракон: Это все объясняет. Блик: Так, где вы говорите, Минерва? На третьей их нет. Карамель: Смотрите левее. Блик: Ага, нашел, спасибо. *** Гитарист: Прогнивший мир и пафосные люди, Скрывающие гниль в своих речах. Слова, как колья, ударяют в душу, Разрушив в ней те нотки волшебства. Мы дышим никотином – это норма. А алкоголем заливаем в себе боль. Мы спим со всеми, чтобы было просто. А в одиночестве мы грустно слезы льем. Бежать от этого мы даже не пытались. Нас приучили жить, закрыв глаза. Мы видим в серой гамме, реже в белой, Дальтониками воспитали нас. Что слышим мы, когда кричат нам в спину? Затем удар, и нож вонзился в плоть, Так поступают близкие, родные. Ведь враг будет смотреть, как ты умрешь. Бестия: Профессора? Гитарист: Да не только. Слушай, а давай увидимся? Бестия: Зачем? Гитарист: А что тут такого? Боишься? Бестия: Есть немного. Гитарист: Чего? Бестия: Что ты разочаруешься. Гитарист: Но ты не с третьего курса же. Или с третьего? Бестия: С первого. Гитарист: Издеваешься? Бестия: Ага. Гитарист: От темы не уходи. Бестия: Ну хорошо. Давай в восемь в коридоре на третьем этаже. Гитарист: У гобелена с морем? Бестия: Ну да, до встречи. Гитарист: Готовиться пойдешь? Бестия: О да-а, морально. Гитарист: Удачи. *** Блонд_с_мозгами: Ты засранец. Брюнет: Это еще почему? Блонд_с_мозгами: Ты мне сегодня на ногу наступил. Брюнет: Правда что ли? Блонд_с_мозгами: Ага. Брюнет: Блин. Блонд_с_мозгами: Вспоминаешь, кому мог наступить? Брюнет: Как ты догадалась? Блонд_с_мозгами: Сарказм? Брюнет: Улавливаешь. Блонд_с_мозгами: Годы тренировок. *** Шут: Спаси меня. Звезда: В смысле? Шут: Зелья наступают. Звезда: Не у тебя одного. Шут: Но я не хочу писать пять свитков. Звезда: Ну, что ты как маленький? Шут: Сама-то, небось, уже написала. Звезда: Половину. Шут: Я тебя люблю. Звезда: Не отлынивай. Шут: Вот нет, чтобы сказать, что тоже испытываешь ко мне нежные чувства, надо про зелья мне напоминать. Звезда: Бу-га-га. Шут: Балда. Звезда: Я тебя тоже люблю. Шут: Ну наконец, а то думал уже нести клещи. Звезда: Зачем так напрягаться, тебе еще зелья писать? Шут: Ладно-ладно, ушел делать. Звезда: Давай-давай. *** Огонь: Привет. Брюнетка: Привет. Я только о тебе вспоминала. Огонь: Как говорится, «вспомнишь...». Брюнетка: Ха-ха, ну да. Только не так грубо. Огонь: Смотря, о чем ты подумала. Брюнетка: Я подумала о совсем невинных вещах. Огонь: Говори теперь. Брюнетка: А ты о чем подумал? Огонь: О тараканах. Брюнетка: При чем тут тараканы? Огонь: Ну, они бегают. Брюнетка: И? Огонь: А я с тапком. Брюнетка: А палочка? Огонь: Так веселее. Брюнетка: Веселое зрелище наверное? Огонь: О да, нет больше тараканов. Брюнетка: Надо бы похороны организовать. Огонь: С тебя веник. Брюнетка: Тогда ты несешь совок. Огонь: А потом скормим их лягушкам. Брюнетка: А это идея! Огонь: Надо записать. Огонь: Блин, мой сосед убрал тараканов заклинанием. Брюнетка: Как теперь жить? На кол его! Огонь: Какая ты жестокая. Брюнетка: Зато справедливая. Огонь: И не поспоришь. *** Хитрюга: Убей меня, только нежно. Каштан: Что случилось? Хитрюга: Сова уронила на эссе чернильницу. Каштан: О, Мерлин, сова живая? Хитрюга: Ты издеваешься? Каштан: Я всего лишь забочусь о бедном животном. Хитрюга: За кого ты меня принимаешь? За маньяка-зоофила? Каштан: Я этого не говорила, ты сам признался. Хитрюга: Вредина. Каштан: Зато твоя. Хитрюга: Да... Я и мой геморрой. Каштан: Я, наверное, не вписываюсь в картину «ты и геморрой»? Хитрюга: Ты видимо не поняла. Это ты – геморрой. Каштан: Тебя сразу послать? Хитрюга: Какая ты грубая... Не ожидал, что ты такая истеричка. Каштан: Я не истеричка. Просто с твоей манией величия, ты думаешь, что планета крутится вокруг тебя, но это не так. Хитрюга: И все же, ты истеричка. Каштан: Да пошел ты. *** Джинни пришла за полчаса до назначенного времени. Зачем она это сделала, не знает никто, и, тем более, она сама. Может, потому что волнение слишком велико, и тяжело сидеть на месте. А может... Хотя, нет, первая причина подходит лучше. Джинни залезла с ногами на подоконник и стала ждать, считая про себя секунды. По ней было видно, что она волновалась, если судить по дрожащим коленям. Только дурацкое любопытство не позволяло ей встать и уйти. Джинни перебирала в голове все возможные кандидатуры. Конечно, она это делала в течение месяца, но чем черт не шутит? Из-за поворота послышались шаги. – Что ты здесь делаешь, Уизли? – Теодор Нотт посмотрел на девушку. – Не твоего ума дело, – огрызнулась Джинни. – Вали отсюда, у меня здесь встреча. – У меня тоже, так что иди... – она осеклась. – Нет, не может этого быть, - Джинни покачала головой. – Уизли, ты, что ли, Бестия? – Теодор ошарашенно на нее посмотрел. – Что ты там говорила насчет разочарований? – Это ошибка, Нотт. Просто ошибка, – спрыгнув с подоконника, Джинни ушла, оставив Тео в одиночестве. Придя в себя, он сплюнул на пол и направился в сторону подземелий.