Монохром

Гарри не может нарадоваться на своего почтальона, в который раз думая, что дракончик, несмотря на свой мерзопакостный характер – просто подарок небес. Его невозможно отследить, в отличие от сов. А Гарри не уверен, что переписка учеников не проверяется добрым директором. Ингредиенты, которые он заказывает у гоблинов через третьи лица, не всегда легальны, многие запрещены, как составляющие для некромантских обрядов, коими Гарри и собирается заняться в ближайшем будущем. Самим работникам Гринготтса глубоко наплевать, для чего юному волшебнику подобная атрибутика, пока их услуги щедро оплачиваются. Собственно, за деньги гоблины могут достать все что угодно. С другой стороны, они очень трепетно относятся к соблюдению конфиденциальности клиентов, разумно полагая, что и репутация имеет немаленькую цену. Крайне полезные союзники. На то, чтобы собрать все необходимое, у Гарри уходит пять месяцев, и в это время он ведет себя образцово-бесцветно. Не спорит с учителями, практически не пересекается со Снейпом, поняв, что все считают его мразью, поэтому хорошие отношения с ним выглядели бы странно. Гарри даже периодически улыбается директору, чувствуя себя после так, словно съел что-то несвежее. Он общается исключительно с Драко и Гермионой. Да, на подготовку потрачено много времени и сил, а Малфой в нем совсем разочарован, перестав узнавать в национальном Герое того Гарри Поттера, с которым познакомился в Косом. Оценки Гарри ухудшились – и не только по зельям, что заставило и Гермиону посмотреть на него более пристально. Но оно того стоит. У Гарри уже все готово. И одновременно с этим он все еще далек от своей цели. Нужно найти место для ритуала. Желательно в Хогвартсе, ведь здесь средоточие магической силы и перекресток лей-линий. Замок почти живой. Но как провернуть задуманное под носом у директора, которому в его вотчине известно все? Тайная Комната. Простое и вместе с тем сложное решение. Во-первых, вход находится в женском туалете и охраняется привидением какой-то девчонки. Точнее, девчонка всего-навсего умерла в этом туалете, но все привидения подчиняются Дамблдору, а значит, она обязательно расскажет директору все, что увидит. Все равно что пытаться воскресить Темного Лорда в кабинете доброго дедушки. А во-вторых… василиск. Как погрузить змея в стазис, если тот из него выйдет, Гарри не знает. И не уверен, что сможет его контролировать. Он, конечно, змееуст, но уж ни разу не укротитель. То есть его приказы змеи выполняют, лишь если сами этого хотят. С другой стороны, помещение, в котором содержится василиск, должно быть достаточно большим. И, пожалуй, это единственное в Хогвартсе экранированное от директора место. Василиск излучает сильный магический фон, чтобы скрыть его, нужен настолько же мощный барьер… – Гарри! Тот отвлекается от своих размышлений и рассеянно смотрит на подругу. – Что? Гермиона устало вздыхает и качает головой. – Ты корень лопуха уже в пыль истер. Не поделишься переживаниями? Вдруг мы с Драко чем-то сможем тебе помочь? – А если я замышляю что-то незаконное? – Гарри шутливо двигает бровями. Ответ заставляет его вздрогнуть. – Тогда тем более посоветуйся с Малфоем. А мне об этом действительно лучше не знать. – Почему? – Если ты что-то такое и замышляешь, а на тебя до сих пор не обратили внимания, значит, ты ментально защищен. У Драко есть амулет на подобный случай. А я свои мысли контролировать еще не умею. Говорят, Дамблдор отличный легилимент. – Гермиона, ты просто умничка! – Гарри порывисто прижимает девочку к себе под удивленные взгляды однокурсников. – Но втравливать вас в это я не хочу. – По-твоему, мы бесполезны? – Грейнджер вывертывается из объятий и скрещивает на груди руки. – Ну ты и свинтус, Гарри! – Как раз наоборот, – искренне. – Ты мне очень помогла. Гермиона только неопределенно хмыкает. – Поттер, Грейнджер, минус десять баллов каждому, – Снейп подкрадывается незаметно, с удовольствием наблюдая в глазах учеников неподдельный испуг. А вот последовавшая после радостная улыбка Поттера его несколько озадачивает. – За что, профессор? Тот захлебывается воздухом и нехорошо прищуривается. – Полагаете, посторонние разговоры на моем занятии не достаточный повод? – вкрадчиво. Гарри настораживается. Этот тон… Снейп реагирует как-то слишком эмоционально. Они ведь договорились держаться рамок. Не вызывать подозрений. – Наверняка отработка в течение недели поможет вам привить уважение к предмету. О! Так Северус всего лишь хочет побеседовать. Но почему неделя? Впрочем, так даже лучше – Гарри заодно и посоветуется. Гермиона подала ему отличную идею. Он так отвык получать информацию из книг, что это до боли простое решение даже не пришло ему в голову. Без сомнения, в школьной библиотеке есть данные по магии, воздействующей на призраков. Не может не быть. Возможно, не в общем доступе… И для этого тоже пригодится Северус. Хотя… Гарри провожает прямую фигуру учителя задумчивым взглядом. Лучше все выяснить самому. Он собирается воскресить Волдеморта. Того, кто оставил Снейпу Метку и вряд ли является источником хороших воспоминаний. Если Гарри ошибается, а Лорд на самом деле был садистом-психопатом, или ритуал даст сбой, не справившись с прижизненным подчиняющим влиянием на разум Волдеморта… Гарри не хочет, чтобы Северус считал себя хотя бы косвенно причастным. Он ведь еще не забыл, что такое совесть, и сам себя уничтожит. Нет уж. – Поттер, выйдите из комы, – Гарри встряхивается. – Еще минус пять баллов. Гермиона озадаченно моргает. – У вас же перемирие. Драко тоже выглядит удивленным. – Хочешь, поговорю с ним? Гарри морщится. – Издеваешься? Дождусь отработки и сам спрошу, – и громче: – Сэр, а с какого дня мне назначена отработка? – С сегодняшнего, Поттер, – едко. – А если не угомонитесь, то завершится она только вместе с вашим выпуском. Однако, зная вашу наследственность, смею выразить сомнение в вашей способности окончить школу. Остаток занятия запомнился как-то смутно. Что-то тут явно не так. *** – Проходите, мистер Поттер. Котлы вас заждались, – Снейп вполне радушно машет рукой на гору немытого железа, не отрываясь от каких-то записей. – И будьте добры не использовать магию. – И долго ты еще будешь играть? – Гарри вздыхает, но покорно берет щетку и мыло. – Мы вроде все уже обсудили. Разве… – Поттер, – обманчиво спокойный голос заставляет Гарри оторваться от первого выбранного им котла и с опаской посмотреть на его источник. – Позволишь себе еще хоть раз фамильярность в отношении меня, и я сделаю все, чтобы ты вылетел из Хогвартса. И твоя слава тебе не поможет. Гарри отчетливо ощущает, как натягивается нить их контракта. Еще чуть-чуть – и Снейп получит откат. Ведь он обещал защищать, он клялся и запросил за свои услуги цену. Да что с ним такое?! Он же не идиот, должен понимать, что столь грубое нарушение условий договора может плачевно закончиться для них обоих! Снейп не стал бы рисковать. Ладно – Гарри, но собой-то уж точно. Да ни один маг в здравом уме… Гарри осекается. В здравом уме? Личность Северуса в норме, она не пострадала. Он в принципе ведет себя как обычно, так, как вел себя до того момента, пока они не начали более-менее ладить. А вдруг он… не помнит? – Что-то еще, мистер Поттер? Тот отчаянно мотает головой. – Отлично. Приступайте. Над этим нужно подумать. *** Загадка поведения Снейпа полностью захватывает Гарри. Он даже временно забрасывает свои изыскания, справедливо полагая, что мертвые от него никуда не денутся. Ну, девчонка из туалета – уж однозначно. Он выяснил, как она погибла. Что интересно, похоже, это дело рук, а точнее глаз, василиска. Комнату открывали, и змей пробудился от спячки. Во всем тогда обвинили полувеликана Хагрида (и не кто иной, как Том Риддл собственной темномагической персоной), не оставив вариантов, кто именно причина всех бед. Хагрида исключили и на этом успокоились. Узнав подробности, Гарри приободряется. Раз Тому как-то удалось вернуть василиска в стазис, значит, и Гарри сумеет. Ведь здесь Волдеморту неоткуда было получить информацию, кроме как из книг в библиотеке. Что было найдено однажды, то можно отыскать и во второй раз. Это обнадеживает, и Гарри сосредотачивается на другой проблеме. Итак, Снейп. Гарри наблюдает за ним пару недель и приходит к неутешительному выводу: память зельевара периодически подвергается чистке, а если быть точным – каждый раз, когда между ними проклевывается взаимопонимание. Стоит Северусу перестать видеть в Поттере школьного врага, как на следующий день ненависть возвращается, и все начинается заново. Посторонний человек и не заметил бы, но контракт не оставляет Гарри такой возможности. А самое гадкое – он ничего не в состоянии с этим поделать. Ментальная магия сама по себе для Гарри чересчур сложна. Он оградил свой разум от чужого влияния, он может интуитивно считывать людей, но творить заклинания… Нет. Попросить кого-нибудь? Гермиону или Драко? Правда, даже при очень удачном раскладе, изучая менталистику самостоятельно, они достигнут нужного уровня лет через пять, не раньше. Рассказать взрослым? Кто ему поверит? Это же Дамблдор, больше некому. Слово ученика против слова директора… даже не смешно. И Северусу не поможет, и сам подставится. Тогда их обоих уже ничто не спасет. А еще… Снейп испытывает воздействие слишком часто – это вредно. Для Северуса – в особенности, ведь тот и сам неслабый менталист. Гарри не желает подвергать Снейпа такой опасности. Не только из-за контракта. У Гарри так мало своего, а Снейпа он искренне считает своей собственностью, и отдать его кому-то? Нет уж. Он просто отступит. Пока, на время. Он будет вести себя так, что Северус не увидит за маской его самого. Ну и возьмет на себя магическую подпитку договора, раз уж на то пошло. – Мистер Поттер, не отвлекайтесь. И вы пропустили пятно. Гарри скрипит зубами, ожесточенно водя щеткой по загаженному липкой дрянью котлу. Он, конечно, сделает Снейпу одолжение, но когда память к зельевару вернется, спрос с него будет тройной.