Монохром

Гарри уже с полчаса медитирует над раскрытой книжкой. И что дальше? Абсолютно чистые страницы, хотя потрепанный вид говорит о том, что тетрадкой активно пользовались. И кроме магического фона – ничего примечательного. Гарри задумчиво постукивает пальцем по губам. Может, он ошибся? – Поттер! Ты там уснул?! Гарри вздрагивает – с кончика пера срывается крупная капля чернил, оставляя на девственно-белом листе уродливую кляксу. Мерлин! – Иду! Он наспех вытирает пятно, создавая более светлые, но по-прежнему некрасивые разводы. Бумага безнадежно испорчена. Ладно. Он обещал Драко полетать, а потом попробует уничтожить чернила магией. Гарри выделили отдельную комнату, Гермиона все-таки тоже присоединилась к ним и также получила собственные апартаменты. Правда, помимо книг, ее мало что интересует. Не полеты – уж точно. Но она согласилась поболеть за Драко и Гарри с земли. – Сегодня должен зайти крестный, – как бы между прочим замечает Драко, косясь на противника. Тот невольно притормаживает – и снитч ловит Малфой, довольно скалясь. Гарри даже забывает выругаться по поводу грязного приема. Его волнует другое. – А как скоро? – Понятия не имею, – Драко небрежно пожимает плечами. – Я, пожалуй, посижу остаток дня в комнате, – Гарри быстро приземляется. – Скажешь, что я себя плохо чувствую? – Сколько еще ты будешь бегать? – Гермиона возмущенно хмурится. – Сколько понадобится, – мрачно. Решения для этой проблемы он до сих пор не нашел. И даже не знает – с чего, собственно, начать. Для того чтобы оградить Северуса от Дамблдора, как бы это странно ни звучало – необходим сам Снейп. Гарри может снова с ним поладить, но на это требуется время, и никто не даст гарантии, что старикашка не вмешается раньше. Замкнутый круг. А если попробовать защитные артефакты? Без завязки на владельца вероятность того, что защита сработает, менее десяти процентов, но попытаться стоит. – Как скажешь, Поттер, – Драко закатывает глаза. – Но у тебя не больше пары месяцев на урегулирование ваших с Северусом разногласий. Промедление вдарит откатом по вам обоим. Магия таких шуток не любит. – Мы все равно не можем… – Гарри неопределенно машет рукой. – Ты был прав, когда утверждал, что следовало тщательнее оговаривать условия контракта. – Я всегда прав, – самодовольно. Гарри фыркает. Возвращаясь к вопросу об артефактах. Сам он подобное не изготовит. Отправить запрос гоблинам? Жаль, что нельзя рассказать о проблеме тому же Малфою – это поставит его под удар. Да и совет Гермионы не был бы лишним. М-да. С этим он пока ничего не в состоянии сделать. Стоит вплотную заняться загадкой тетрадки. *** – Ты мрачнее обычного. Так достали студенты? Северус отмахивается. – Неважно себя чувствую. Стали хуже удаваться заклинания. Руки дрожат. Старость? – Северус, – серьезно. – Ты меня убиваешь. Тебе нет и сорока! Я бы лучше обратил внимание на твой контракт. – Контракт, Люциус? – Снейп удивленно приподнимает брови. Малфой подозрительно щурится. – Ты заключил с кем-то магическую сделку и не в курсе этого? Такое невозможно. Вы должны были закреплять договор, проводить специальный ритуал. – Значит, меня заставили забыть, – делает Северус логичный вывод, нехорошо улыбаясь. – Судя по всему, кто-то очень не хочет выполнять условия соглашения. – Этот человек, скорее всего, намеренно тебя избегает, – согласно. – А ты откуда об этом знаешь? – Особенности Рода. Мы – отличные торговцы. Плохо, по всей видимости, только тебе. Иначе твой контрактер давно бы объявился. Следовательно, магия винит тебя. Все может быть не так просто. – Я тебя понял. Искать того, кто от меня бегает, но сразу не убивать. – Именно. Ты спустишься к ужину? *** Гарри расслабленно растекается на кровати. Он еле сумел улизнуть. Северус уже в Малфой-меноре, когда только успел? *** – Мистер Поттер не присоединится к нам? – Северус задумчиво склоняет голову к плечу. – Ему нездоровится, – невозмутимо врет Драко, не отвлекаясь от тарелки. – Вот как, – Снейп кивает. – Нездоровится. Поразительно, насколько у него слабое здоровье. В последнее время. Люциус посылает ему предупреждающий взгляд. «Никаких трупов Поттера в моем доме». Северус на это только усмехается. *** Гарри снова берется за тетрадку, макая перо в чернила, и замирает. Это ведь та же страница? По-прежнему – девственно-чистая. Куда делась клякса? Гарри капает чернилами на бумагу и с восторгом наблюдает, как пятно впитывается, исчезая. Он переворачивает лист – ни следа. Повторяет эксперимент – результат не меняется. Гарри играется таким образом минут пять. До тех пор, пока на вновь очистившейся бумаге не появляется слово. «Издеваешься?» Гарри на пару секунд зависает. Это… Черт, он даже не знает, как подобное можно назвать! Он слышал о магических предметах с самосознанием, однако они – безумная редкость и несколько… безэмоциональны. И уж точно не способны язвить. «Кто ты?» Надпись исчезает куда быстрее клякс. «Я – мысли, заключенные в дневник». Бред. Мысли – лишь сохраненная информация, не более. А тут – полноценное построение фраз, и не кое-как. Конкретный ответ на заданный вопрос. «А кто ты?» Гарри озадаченно моргает. Вот. Нет, здесь явно что-то большее, чем просто слепок личности. Интересно… «Чьи мысли?» «Невежливо отвечать вопросом на вопрос. Мама с папой не учили тебя?» Будет забавно, если эта тетрадка на него еще и обидится. Что же… «Я сирота». «Я тоже. Меня зовут Том». «Гарри. Так, значит, тебя ЗОВУТ. И ты – не мысли, сохраненные на бумаге. Спрошу еще раз – кто ты?» Тишина в ответ. Не хочет признаваться? Том. Том… Что-то в этом имени Гарри знакомо. И не то чтобы оно было редкостью, но в его окружении нет ни одного человека… Стоп. Он упускает важную деталь: от дневника фонит магией Волдеморта. А того звали… Стук в дверь прерывает размышления Гарри. – Мистер Поттер, нам нужно поговорить. Гарри улыбается. Северус наверняка знает, как звали его бывшего господина. Вопрос в том, сообщит ли он об этом своему ненавистному ученику. И как объяснить собственный интерес. – Поттер! Гарри спешит впустить гостя, разобрав зачатки раздражения в его голосе. – Да, сэр? Снейп, не стесняясь, проходит вглубь комнаты. Гарри закрывает дверь, озадаченно хмурясь. – Поттер, вы меня избегаете. Ой! И даже не вопрос – утверждение. – Конечно нет, – Гарри старается выглядеть как можно спокойнее. – И, как ни странно, врать вы не умеете, – усмешка. – И не потому ли вы не желаете меня видеть, что мы заключили магическую сделку? Не расскажете подробнее? По странному стечению обстоятельств я ничего не помню об этом значимом моменте. Северус красноречиво кривится, намекая, что знает – именно Поттер причина его внезапной амнезии. Гарри устало выдыхает. – Я все еще не догадываюсь, о чем речь, – упрямо. Снейп выходит из себя, хватает Гарри за ворот футболки и ощутимо встряхивает. – Поттер! Клянусь магией, если ты продолжишь в том же духе, я найду способ превратить твою жизнь в ад. Гарри выворачивается из захвата и зло скалится. – Я бы на вашем месте не разбрасывался клятвами, профессор. Условия одной вы уже не смогли выполнить, стоит ли множить долги? – Так договор все же был, – заключает Северус совершенно спокойно, и Гарри осознает, что его провели, как мальчишку. – Был, – сдается он. – Собственно, он и сейчас есть, просто начало его исполнения мы немного отложили. – Я не буду пока заострять внимание на том, что все еще ни о чем не помню, но… Если задержка обговаривалась нами, почему я ощущаю откат? Северус удивленно моргает, когда Поттер вздрагивает и опускается на кровать, как-то съеживаясь, словно из него выпустили разом весь воздух. – Уже? Я полагал, у меня в запасе будет еще пара месяцев. Я так ничего и не придумал. – Поттер, – Северус заставляет себя сесть рядом. – Может, поделишься проблемой? Я страдаю от твоего молчания в первую очередь. Ты хочешь сделать меня сквибом? Гарри неприязненно косится на него. – Это подлый прием. – По-другому с тобой не выходит. Рассказывай. – Меня начал доставать Дамблдор на первом курсе. Лезть в его игры мне не хотелось, и я решил обратиться за помощью. – Ко мне?! – удивленно. Гарри пожимает плечами. – Мы поладили. Не сразу, правда. Я попросил у тебя помощи, фактически – защиты. – И я согласился? – недоверчиво. – Да, – Гарри отводит глаза, и Северус догадывается. – Что я потребовал взамен? – Меня. Мой первый раз в самом широком смысле этого понятия. – Что?! – Снейп трет переносицу, пытаясь упорядочить полученную информацию. – То есть я предложил своему несовершеннолетнему ученику… Я? И ты пошел на это? – Условия были вполне приемлемыми, – Гарри досадливо морщится. – Но исполнение контракта пришлось отложить. Как ты и сказал, я – несовершеннолетний. – Ты рассуждаешь слишком практично для гриффиндорца. – Так я и хотел на Слизерин, но меня туда не пустили. Северус качает головой. – Что было потом? – Ничего, – Гарри устало откидывается на локти и прикрывает глаза. – Ты все забыл. И каждый раз, как только ты начинал вести себя со мной терпимее, на следующий день от этого не оставалось и следа. После походов в директорский кабинет. Я перестал пытаться, пока частые вмешательства в сознание тебе не навредили. Думал, смогу найти решение, но… Снейп смотрит на мальчишку перед собой и больше не видит в нем Джеймса, но то, что он видит, ему не нравится. Он жаждал владеть Поттером? Привязал его, да так крепко, что Гарри навряд ли освободится когда-нибудь. Зачем? Северус вздрагивает, когда тонкие руки обнимают его плечи, а к боку прижимается худое мальчишеское тело. – Поттер, – с осторожным подозрением. – Что ты делаешь? – Ну, ты же не желаешь стать сквибом? – ехидно. – Этого хватит на какое-то время. – Объятия? Хочешь сказать, что до этого ты ни с кем… – С тобой – ни разу, – перебивает его Гарри, отпуская. – Все, что будет с тобой – впервые. Потому я и говорил, что трактовать «первый раз» можно очень широко. Северус притягивает его обратно. Гарри растерянно затихает. – Мне не по душе твоя манера разбираться с проблемами в одиночку. – Я пробовал достучаться до тебя. Догадайся, как ты реагировал? – с досадой, но тут же вскидываясь. – Ты можешь сохранить память? Задумчивый кивок в ответ. – Попытаюсь. По нескольку раз выяснять одно и то же было бы… затруднительно. У меня есть амулеты и зелья, постараюсь найти оптимальное сочетание. Признаюсь, что не понимаю мотивов своего решения в отношении тебя, но тут уже ничего не изменить. Северус встает, поправляя одежду. – Пойду успокою Люциуса, пока он не пришел к выводу, что я с тобой что-то сделал. Вероятно, до начала учебного года мы больше не увидимся. При посторонних мне придется вести себя как обычно. – Я понимаю, – Гарри отмахивается. – До встречи. – Да, – Гарри, вдруг спохватившись, хмурится. – Профессор! Тот тормозит на пороге. – Какое настоящее имя Волдеморта? – Ты не знаешь? – Не могу вспомнить. – Его звали Том Риддл. Северус уходит, так и не увидев, как на лице его подопечного расцветает довольная улыбка.