Потерять, снова найти и уже не узнать.

Резко раздался свист. Как будто стремительный поток ветра пронеся недалеко от моего уха. Открываю глаза — мой мучитель так же стоит с занесенным мечом, но уже не с хищным оскалом, а с кривой полуулыбкой и застывшей мордой. Я смотрю на его грудь и вижу в ней наполовину загнанную стрелу с темным оперением. Он выпускает меч из рук себе за спину и оседает на колени передо мной. Повернув голову, я наткнулась на обескураживающую картину: немногочисленная кучка людей, примерно моего роста неслась смертоносной волной, снося врагов с пути. Все они выглядели как под шаблон — почти у всех длинные волосы и пышные бороды, за исключением некоторых, были заплетены в косы или подколоты заколками. Их фигуры были словно высечены из камня — такими крепкими, твёрдыми и несокрушимыми они казались. Похожие на яростных и грациозных хищников, они словно кружились в танце со своими мечами. Все действовали как один слаженный механизм — один поддевает, второй рубит; один атакует, другой прикрывает. Завораживающее зрелище. Ни один из них не был задет, зато чернокожие монстры как по щелчку падали им под ноги. Был среди них и высокий мужчина: старик в сером одеянии с остроконечной шляпой. Он сражался на равных с его низкорослыми сподвижниками, ничем им не уступая, разве что в возрасте и длине бороды. За спиной старика я увидела маленького человека, казалось вдвое меньше меня ростом. Он стоял на небольшом холмике и кидал камушки, целясь в чернокожих монстров. «Вот он, шанс! Вставай и беги, дура! Второго шанса не будет!» — сознание впало в истерику, а тело уже среагировало на посланную ему команду спасаться — я в миг вскочила на ноги и была уже готова нестись на всех порах, но вывихнутая лодыжка напомнила о себе. Согнувшись в три погибели над своей многострадальной ногой, я оказалась спиной к полю боя. «Будем надеяться, что они слишком заняты друг другом, чтобы вспомнить о моём присутствии». Я постаралась размять ноющую лодыжку, но сильно дёрнув её, взвыла от острой боли, пронзившей меня. Тем временем за спиной стихло. Не было слышно лязга мечей и тихого бульканья крови из перерезанной глотки. Ни-че-го. Я услышала осторожные шаги за спиной. Понимая, что способность передвигаться от меня безвозвратно ушла, повернулась. Ко мне неспешно приближался мужчина в меховой шубе с длинными, черными, как смоль, волосами, и коротко стриженной бородой на лице. В тот момент это было единственное описание, которое я смогла бы дать. Детали его внешности не отпечатывались в мозге, охваченным паникой. Только... Его глаза... таким было небо в непогоду - глубокого, насыщенного синего цвета. Вот только взгляд этих самых глаз не мог похвастать теплотой - он был тяжелым, угнетающим, властным. «Почему он так смотрит?» Мужчина подходил все ближе медленными шагами. Меч опущен, но не сложен в ножны, что меня насторажило и я начала пятиться назад. Ничего не выражающие глаза гипнотизировали меня, делая безвольной куклой. Он казался таким грозным и злым, что появилось мимолётное желание замереть на месте, но я упорно продолжала хромать назад, желая оказаться по дальше. Я уже начинала сомневаться, что неожиданное спасение от чернокожих монстров было отзывом на мои молитвы. Он начал что-то говорить. Я не поняла ни слова. Но его голос - он такой бархатный, низкий, обволакивающий, и от этого не становилось спокойней. « Да куда ж меня занесло, что каждый встречный хочет мне глотку перерезать?» Черноволосый мужчина продолжал говорить, повышая интонацию и я даже уловила угрожающие нотки, но я не могла сказать ни слова, отвечая лишь испуганным взглядом. «Скажи уже что нибудь!» — Спасибо вам за помощь... — я замялась, стараясь подобрать слова. — Дальше я сама. Еще раз премного благодарна! Подошедший довольно близко мужчина замер, прищурился. Быстро пробежав взглядом по моей фигуре, задерживаясь на уровне коленей и бёдер, вернулся к глазам. Мы, похоже, говорили на разных языках. Его губы, частично скрытые бородой, сжались еще плотнее, а морщинка, пролёгшая меж нахмуренных бровей только подтвердила мои подозрения. У меня пошли мурашки по коже от такого вида. Очевидно, что-то надумав за эти мгновения, он перестал церемониться со мной, переходя на быстрый шаг, а я всё так же кралась назад, стискивая зубы от боли в ноге. Когда между нами осталось расстояние в пару шагов, он сделал резкий выпад и вскинул руку, свободную от меча, в попытке схватить мою. Ха! Не тут то было! Я дёрнулась назад, вывернулась и… И, споткнувшись, опять полетела кубарем вниз. « Да я победитель по жизни! Я скорее сама себе шею сверну, прежде чем кто-то дотянется до неё мечом.» Перекатываясь с неимоверной скоростью, я только и успевала взвывать от очередного ушиба спины и ног обо что-то твёрдое и закрыть руками лицо, чтобы хоть какую-то часть тела оставить без увечий. Прокрутившись достаточно долго, я думала, что качусь в пропасть, у которой нет дна, но на удивление, вскоре я начала замедляться. Стоило только напрячься и можно было бы самостоятельно встать на ноги. Подождав еще несколько перекатов, в очередной раз напоровшись бедром на камень, я отлепила оцепеневшие руки от лица и начала хвататься за что попало, пытаясь удержаться на месте. Ногами я тоже пыталась нашарить опору, но ничего не получалось, потому все оставшиеся силы я перекинула на передние конечности. К сожалению, остановиться я так и не смогла, но упрямо не оставляла попыток спастись. Лишь каким-то чудом мне удалось вцепится в корень, пролетая мимо крепкого дерева, при этом чуть не вывернув руку. Казалось, что от падения не тольку внутри всё перемешалось, но и мысли в голове спутались в клубок. Перед глазами поплыли звёздочки и калейдоскоп из всевозможных цветов. Бешеный стук сердца отдавал набатом в ушах, заглушая остальные звуки. Я попыталась совладать с накатившей тошнотой и головокружением, на минуту затаив дыхание и смежив веки. Когда онемение начало проходить, маленькими иголками бегая по телу, я разлепила глаза, уставившись перед собой и медленно приходя в себя. Взбунтовавшийся организм начал успокаиваться: тошнотворные тиски начали слабеть, в голове единственной мыслью было "жива!", а слух постепенно начал воспринимать посторонние звуки. И как только мне показалось, что я пришла в норму и стоит попытаться встать на ноги, как тут же уловила шум возни откуда-то сверху. Еще через мгновение я снова вихрем катилась вниз. Только теперь падение было не столь болезненным - удары смягчались чёрным пятном, которое, скатываясь следом, подмяло меня под себя, цепко обхватив вокруг талии. Где-то на краю снова воцарившегося в голове бардака, промелькнула страшная мысль, что этим "черным пятном" был один из уцелевших монстров. Пока я судорожно соображала, что из себя представляет мой спутник по несчастью, мы остановились на ровной земле, покрытой мягким мхом. Вернее он остановился. Я же оказалась сверху на нём, в кольце его рук. Первым делом, я силой заставила себя посмотреть на лицо напротив и остолбенела, не зная радоваться или плакать, вновь напоровшись на глаза синего цвета. Пролежав так пару секунд и переведя дыхание, мужчина разжал руки, отпуская меня. Я начала пятиться назад на четвереньках. Он сел, всё так же гипнотизируя меня взглядом, правой рукой нашарив рядом рукоять меча. Я на секунду остановилась, нащупав руками песок. «Песок. Глаза напротив. Действуй.» А тем временем мужчина уже поднялся на ноги, а сверху — со склона — спускались двое молодых парней. Видимо, на помощь. Один был со светлыми волосами, прихваченными косами по бокам и забавными усиками, тоже заплетенными в косички. Второй же был чем — то похож на стоящего на против мужчину, только вместо бороды редкая темная щетина. Я тоже поспешила подняться, зажав в кулак горсть песка. Осмотрев меня с ног до головы, мужчина опять принялся что-то мне говорить. Но никаких знакомых слов я не уловила. Он опять протянул руку, только уже ладонью вверх. Я никак не ответила на его жест, продолжая вести диалог со своим возмущенным разумом, и тупо пялясь на него, ожидая худшего. Не выдержав и минуты мужчина опять сделал выпад, но теперь я не пыталась увернуться, давая ему возможность подойти ближе и резко вскинула ладонь на уровень его глаз, щедро плеснув в них песком. Он сдавленно рыкнул, в ответ на мою выходку и во весь голос начал что-то кричать. Двое молодых парней подоспевших к пострадавшему, что-то говорят ему в ответ. Я не стала задерживаться и поспешила удрать от них подальше, насколько это было возможно. Цепляясь за деревья и не обращая внимания на лодыжку, я старалась бежать как можно быстрее. Не важно куда, главное чтоб там не было чернокожих монстров и бородатых мужчин. Вообще никого, желательно. Прохромав, как мне показалось, добрые метров двести, я остановилась, тяжело дыша. Задержала дыхание, прислушалась — вроде ничего и никого не слышно. Оглянулась по сторонам — никого не видно. Странно, мне показалось, что они меня в два прыжка догонят и в один приём сломают, если сильно постараются. Видно, надоело гоняться за девчонкой вечно находящей крутые склоны. Упав на колени, я перевела дыхание. Что ж, не большая встряска бывает полезна. Отдышавшись немного, я встала на ноги. И только я сделала первый шаг, переступая поваленное бревно, опираясь на стоящее рядом дерево, чтоб не споткнуться, как опять услышала знакомый свист. Сделав полуоборот, в следующее мгновение я оказалась прибитой к стволу дерева той же самой стрелой, что сразила чернокожего монстра. Стрела прошла выше плеча, зацепив ткань рубашки и подвесив меня, как на крючок. Такого поворота я никак не ожидала. Мой мозг мгновенно перешел в режим паники. Кровь разгоняла ужас по всему телу. В безуспешной попытке выдрать рубашку или вытащить стрелу я оцарапала пальцы, да и только. Такое ощущение, что её молотком забивали, а сделана она из самой прочной стали. Послышался хруст ветки и шуршание одежды совсем близко. Оставив попытку освободиться и посмотрев прямо, опять натыкаюсь на синие глаза. Сзади него стоят те самые парни, которые спешили ему на помощь. У темноволосого вторая стрела уже была натянута на тетиву и, насколько я могла судить, направлена мне в сердце. Второй, светловолосый стоял позади них обоих, очевидно прикрывая им спины — мало ли нас, таких бешеных в лесу водится. « Хоть голову в покое оставили.» Синеглазый мужчина положил руку на натянутую стрелу молодого товарища, и опустил её. Видимо, насмотревшись на мои не успешные попытки освободиться, он сделал правильный вывод — мне не сбежать больше, да и до песка не дотянуться. Попалась. Поймали. Беззащитная и беспомощная. Медленно начал подходить ко мне. Я с ужасом смотрела на него, пытаясь понять, что он сделает со мной в следующий миг. Меч всё так же в руке, опущен. Он с осторожно, с опаской подошел вплотную ко мне, смотря в глаза. А я… А я начинаю рыдать. Да, вместо того, чтоб попытаться ударить его свободной рукой или пнуть ногой посильнее — я реву. Реву от сознания того, что против такого крепкого мужчины я не выстою, даже если бы у меня было оружие, хоть какое-нибудь. Я не могла убежать, не могла дать отпор. Закончились бешеные гонки, в попытке спасти свою шкуру. А он продолжал смотреть. Вот только густой синий цвет начал светлеть, как небо в утренних сумерках, стоило первым соленым потокам пробежать по моим щекам. Бесчувственную синь глаз колыхнуло... Удивление? Жалость? Беспокойство? Тяжело сказать. « Конечно, беспокоится, чтоб добыча не двинула кони у него на руках. Репутация всё — таки.» Моё состояние уже было на грани истерики. Ни одной адекватной мысли в голове. Картинки одна за другой проносились перед глазами, показывая варианты, что со мной могут сделать эти мужланы. Слёзы рекой катились по щекам. Оставалось только истерично кричать, от злобы, от понимания близкого конца. Просто кричать. Звать на помощь мне казалось бесполезным — только больше проблем создам. — Да что же ты медлишь, хватит пялиться! Или тебе нравится на это смотреть?! — взвыла я на весь лес. Что-то злобно процедив сквозь зубы, синеглазый мужчина быстро среагировал на мой визг — зажал мне рот рукой. Он через плечо подозвал одного из молодых парней, стоявших сзади. Светловолосый моментально оказался у него за спиной и протянул руку ко мне, чуть выше плеча, которое было нанизано на стрелу. От всего пережитого за последние несколько часов, мой организм сдался. Я начинала терять связь с внешним миром, поддаваясь истерике. В глазах начали мерещиться черные звездочки. Последний раз посмотрев в холодные синие глаза, закрывавшего мне до сих пор рот, я начала бессвязно что-то бормотать. Последнее, что я помню тогда — это хруст дерева и руки, подхватившие меня.