Потерять, снова найти и уже не узнать.

      Черная, косматая морда с желтыми глазами и острыми, как иглы зубами уже скалилась, смотря в мою сторону. Шерсть на морде была местами вырвана клочьями, огромное количество шрамов по всему носу, зловонное дыхание их пасти – это еще малая часть того, что привело меня в ужас. Мне было не понятно - то ли это волк-переросток, то ли огромная собака- но одно я знала точно: от любого незнакомого существа надорвать когти. Что я сделала в следующую секунду.       Я не ожидала, что способна на столь резкие движения, но уже через секунду я была рядом с другим деревом, находящемся в паре метров от месте стычки со страшным зверем. И, как всегда в подобных ситуациях, когда мне надо делать ноги, я нахожу обо что споткнуться. Вернее, в этот раз я не споткнулась, а поскользнулась на грязи, размытой потоками воды у корней дерева.       Эта огромная махина с разинутой пастью оказалась возле меня. Хищно скалясь, она на согнутых лапах подходила ко мне, всем видом показывая – мне конец. Хватаясь руками за мелкие корни и траву, я пыталась отползти от неё подальше, но через несколько таких подтягиваний я упёрлась спиной в ствол дерева. Как неожиданно.       «Если я и в этот раз выживу, каким-то чудом, то сама себе сверну шею. Почему все бегают за мной, будто у меня на лбу написано: схвати и сожри меня.»       Пока я проклинала это место и это существо, его морда уже нависала надо мной на уровне груди. Машинально закрыв глаза рукой и начиная всхлипывать, я приготовилась стать ужином этой твари. Пока я мысленно уже представила, как эта мерзость подавится моими косточками, она мотнула свою морду в сторону, задев мою руку мокрым носом и придавила её лапой.       « Еще и издевается! Да что за мир, даже животные убивают со вкусом!»       - Жри уже давай, тварь! Смотри не подавись и не сдохни от несварения желудка! – завизжала я, в надежде отпугнуть зверя.       Тварь, презрительно фыркнув, как мне показалось, чуть повернуло лапу, которая стояла на моей руке. Раздался противный хруст и я перестала чувствовать свою кисть из-за дикой боли. Я просто не смогла сдержать крик. Было невыносимо больно – будто тысячи раскаленных иголок загнали под кожу одновременно. Мне показалось, что это жестокое существо просто наслаждалось, причиняя мне боль. Посмотрев опять в эти отвратительного цвета глаза, я хотела было плюнуть ей в морду, чтобы хоть как-то задеть чувство высокомерия этой твари, но недалеко от нас послышался голос.Мы одновременно посмотрели в сторону и я увидела Бильбо, пробирающегося из зарослей кустов!       «Мой милый Бильбо, зачем ты пришел? Беги! Спасайся, идиот!» - ругал его голос в моей голове.       Я не хотела, чтоб из-за моего черного везения пострадал еще кто-то. Особенно если этот кто-то оказался очень милым человеком.       - Что ты здесь делаешь? Беги, Бильбо! Беги к отряду! Ты не справишься! Бильбо! – я пыталась, чтобы он понял хотя бы по моей интонации, что мне уже не помочь.       Огромная собака среагировала на его крики и повернула торс к нему, оставив мою руку и меня, собственно, в покое. На время. Пока не поймает десерт.       « Ты идиот что-ли, Бильбо?! Удирай отсюда!»       Пока я беспомощно валялась гусеницей на земле, развернувшись на бок в сторону уходящего монстра, Бильбо продолжал что-то кричать и, размахивая руками, бегать из стороны в сторону. Я кричала на Бильбо. Тварь продолжала приближаться к нему. Заметив рядом с собой мелкие камни, принесенные сюда ручейками луж, я посчитала нужным спасти хоть одну жизнь из наших двоих. И это была не моя. Дотянувшись до них рукой, я прицелилась, насколько это было возможным сквозь пелену дождя, и бросила со всей силы камень. Благо, этот монстр не успел далеко уйти от меня и я попала ему прямо в холку. Он, дернувшись, обернулся ко мне, и видимо принял окончательное решение разорвать меня первой. Я даже немного обрадовалась, что сделала хоть что-то полезное, но когда эта противная морда опять оказалась возле меня за несколько секунд, это чувство как рукой сняло. А его место снова заняла паника. Бильбо продолжал кричать, пытаясь снова отвлечь монстра от меня, но чудище уже не обращало на него никакого внимания.       Серое небо разразило громом. Он ударил с такой силой, что у меня зазвенело в ушах. Я смотрела в отвратительно желтые глаза собаки, видя в них своё отражение. Бледная, с синяками под глазами и вся в грязи - такой я себя увидела в них. Поддаваясь инстинкту самосохранения - я сделала попытку отползти от неё подальше, опираясь на локти, но животное, поняв мой умысел, схватило меня за штанину и резко потянуло на себя. Я хотела было двинуть её по морде со всей силы второй ногой, но тут раздался громкий боевой клич, по силе напоминавший недавний раскат грома:       - Du Bekâr! Du Bekâr!       Из кустов рядом со мной выпрыгнули двое молодых охотников, к которым я испытывала не очень тёплые чувства, но сейчас я им обрадовалась больше, чем кому – либо за последние несколько дней.Один из них, тот, что был с забавными усами-косами, со всего разгону врезался в бок зловонной собаки и практически снёс её с лап в сторону, подальше от меня. Второй же, став ко мне спиной (таким образом закрывая меня), опустился на одно колено и одним резким движением руки положил стрелу на тетиву лука, готовясь выстрелить в удобный момент.       Я смотрела на всё происходящее, будто находилась за стеклом. Я поверить не могла что снова они – эти грубые и хамоватые мужики – спасают меня от смерти. От жестокой смерти. Я словно стала призраком, не способным не то, чтобы и слова сказать, а даже просто дышать. Я наблюдала за разыгравшейся картиной сражения с абсолютно смешанными чувствами – радости и страха.       Там, в нескольких метрах от нас, светловолосый парень уже успел отскочить от собаки, и та резко встала обратно на лапы, готовясь отражать атаку. Остальные члены отряда, так же выскочив из – за соседних кустов, подоспели на помощь товарищу, оцепив собаку в круг. Среди них я почти сразу заметила их предводителя. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, в целом, как и у всех них. Только сосредоточенность и, я даже сказала бы, расслабленность. Ни тени страха, ни сомнений. Он стоял и смотрел прямо в глаза животному, держа крепко свой меч и ожидая атаки. Зверь, злобно скалясь и поджав хвост тоже смотрел на него, не отводя глаз.       « Ой зря…ой зря…сейчас ТЕБЯ перекусят напополам, псина ободранная» - моё Я, в отличии от меня, уже оправилось от шока.       Напряжение вокруг них достигло предельной точки. Именно в этот момент предводитель отряда мужчин начал атаку. Он, будто тростинку, занес свой меч и ринулся на животное. Оно в ответ сделало тоже самое, только просчиталось в этот раз – жертва была на много сильнее хищника. Ударив со всего размаху мечом по морде, мужчина крутанулся волчком и оказался у задней части туловища зверя. Тот, не успев среагировать на первый удар, жалобно заскулил, но в следующее мгновение уже был готов защищаться, повернув голову и клацнув зубами у самого уха мужчины.Остальные мужчины тоже не остались в стороне и накинулись всей толпой на зверя.       И опять повторялась сцена боя там, на дороге, когда я первый раз их увидела. Я до сих пор удивлялась – как, не сговариваясь и даже не смотря друг на друга, они точно знали куда будет нанесен следующий удар их товарищами, а их собственный либо довершал начатое, либо бил одновременно в ту же точку, но не задевая оружие друга. Мне даже стало жалко зверюгу – ей определенно недолго осталось. Темноволосый парень так и стоял рядом со мной, не шевелясь, но напряженно наблюдая за боем. В какой – то момент мне показалось, что он, оглядываясь через плечо, рассматривает меня.       «- В псину целься, дубина! Налюбуешься еще! - Да-да, поддерживаю.»       Как я и думала – животное уложили в три счета. Пока синеглазый отвлекал зверя, кружась вокруг него и нанося мелкие порезы на его туловище, остальные старались делать то же самое, только каждый со своей стороны. Мужчина с татуировками (которого я боялась, наверное, больше, чем даже собаки), занёс один из своих топоров над шеей животного, пока тот отвлекся на здоровяка с огненной бородой, и в один удар загнал его наполовину. Мой охранник, получивший отличную возможность выстрелить не задев своих, тут же ею воспользовался: помедлив несколько секунд, пока татуированный доставал свой топор, он пустил стрелу. Меньше, чем за секунду, она уже торчала из глаза животного.       Я была в шоке. Я просто сидела и смотрела, как мужчины начали вытирать своё оружие об шерсть убитого животного, при этом презрительно фыркая. Только подумать: я корёжилась под этой тварью столько времени, а они уложили её за несколько минут, хоть бы дали мне её разочек пнуть. Мне явно надо их опасаться и держать язык за зубами.       Продолжая лежать и тупо пялиться на них, я не заметила, как ко мне подбежал Бильбо. По его лицу было видно, что он напуган, но очень старался не показывать этого. Подхватив меня подмышки, помогая мне сесть, он начал что-то говорить, периодически заикаясь, отчего я начала смеяться. Нет, это, правда смешно было и никакая это не истерика. Я вообще очень стойкая дамочка, ага. Я продолжала заливаться от смеха, к которому добавились еще и слёзы.       За спиной Бильбо появился мой любимый дедушка. При виде него я понемногу начала успокаиваться, приходя в себя, но не до конца веря, что этот кошмар закончился. Дедушка сел возле меня, взял мою поврежденную руку и накрыл своей. Я настолько была увлечена происходящим и своим душевным состоянием, что о растоптанной руке вспомнила только сейчас и она тут же разразилась новой порцией боли. Старец, улыбнувшись, сжал мою кисть и стал что-то нашёптывать. Боль стихла, но не насовсем. Потом, всё так же улыбаясь, он потянул руку к моему лбу, пошептал пару слов и мой разум начал потихоньку затуманиваться, будто проваливаясь в сладкую дремоту.       Я снова почувствовала, как крепкие руки аккуратно подхватили меня, бережно унося прочь от этого места. Холод, пробиравший до мозга костей, сменился теплом, окутывающим меня как одеяло. И только щекочущий лицо мех, пахнущий табаком и железом, мешал полностью расслабиться…