Come to me

Мальчишка согласился поехать с нами, но только с условием, что он поедет на переднем сидении рядом с водителем и непременно с открытым окном. Его просьба показалась мне более чем странной, но я уступил, так как с потенциальной наживкой лучше не спорить. Да, звучит цинично, но на тот момент мне было все равно. На протяжении всего пути Тень не сводил странно-задумчивого взгляда с Георгия, то хмуря свои тонкие брови, то поджимая губы, как будто силясь что-то вспомнить или спросить. К концу поездки Георгий все-таки не выдержал пристального взгляда и, остановив машину, спросил: — С моим лицом что-то не так? Парень явно не ожидал такого вопроса, поэтому эти слова прозвучали для него, как гром среди ясного неба, заставив вжаться в сиденье всем телом. Я оценил произведенный эффект своими коленями: им резко стало больно. — Нет, просто… — мальчишка замялся, но ответил. — Просто вы похожи на одного человека, извините… Тень поник. Впрочем, под таким взглядом психиатра поник бы не только он, но и все цветы в округе быстро завяли бы. Что-то странное творилось с мужчиной. Вроде он сам пригласил этого паренька к себе в дом, а теперь ведет себя так, будто его вынудили это сделать. Я бы мог и на площади с ним поговорить, ну, или пригласить в какую-нибудь забегаловку, тем более, что около там их не меньше полусотни, центр города как-никак. Но решил послушаться Георгия, который сейчас явно хотел дать задний ход, уйти домой и забаррикадироваться. Впрочем, это состояние у мужчины продлилось недолго, через пару минут он вновь стал холодным и надменным, как когда-то в психиатрическом отделении в роли врача. Когда мы оказались у Георгия дома, я почувствовал себя более чем неловко, даже не знаю почему. Мужчина был отстранен, а мальчишка явно не знал куда себя деть; я же чувствовал себя как в каком-то театре пантомимы, где ничего не понятно и герои живут своей жизнью, совершенно не подчиняясь сценарию. В конце концов я просто ушел в гостиную, сел в кресло и стал ждать, когда странная атмосфера наконец уйдет, неловкая тишина развеется и мы сможем поговорить. За окном начал накрапывать дождь, сначала маленький, а потом он превратился в настоящий шторм, с ветром, громом и молниями. «Просто фантастика!» — подумал я, глядя за окно, и в этот момент в комнату вошел Тень. Он подошел ближе и сел в кресло рядом со мной, достал телефон и начал изображать бурную деятельность: посмотрел сообщения, полистал ленту новостей… и на этом сдулся. Тень посмотрел на меня глазами побитого щенка и спросил: — Он всегда такой? Я не знал, что ответить. Я не настолько давно знаком с Георгием, чтобы оценить всю палитру его настроения. — Не знаю. — А он не твой?.. — показывая мизинец, спросил Тень. Блин, этот мальчишка подумал, что Георгий мой любовник. Отлично, просто отлично. — А есть ли предел твоему любопытству? — в тон ему ответил я. — И все же? — Нет. И в этот момент в комнату вошел Георгий. Интересно, и много ли он слышал и что понял? И слышал ли вообще? Мужчина вошел в гостиную, и присел на диванчик у стены закинув ногу на ногу, так небрежно, словно его пригласили на скучнейшее собрание по случаю какого-нибудь юбилея у нелюбимого коллеги. Впрочем, его можно понять. Я вздохнул и спросил: — Парень, как тебя зовут? — Дмитрий. — Хорошо, Дмитрий, меня зовут Макс, а его, — я махнул в сторону мужчины, — Георгий. И в ближайшее время он должен стать тебе если не любовником, то хотя бы близким человеком, чтобы издалека было видно, что между вами что-то есть, и это что-то будет больше, чем просто дружба. Мальчишка нахмурил брови. — Что-то не так? — спрашиваю я. — Нет, — Дима мотает головой, — просто это будет сложно… Я не умею играть, либо реальные чувства, либо никак. А вот это уже проблема. Вот и зачем он тогда вызвался, если ничего не может без реальных чувств? Черт, если этот парень не умеет играть, то придется искать кого-то другого, потому что Егора детским садом не обманешь. И как назло времени нет. Я посмотрел на мужчину — тот лишь пожал плечами. Тогда я обратился снова к Дмитрию, который смотрел на Георгия: — Я хочу, чтобы вы оба прямо сейчас сделали что-нибудь, что делают парочки на свиданиях… — закрывая лицо рукой, пробубнил я. Мне было стыдно. — Объятия там, поцелуи. Хочу, чтобы между вами искрило, чисто в экспериментальных целях… Если ничего не получится, придется искать кого-то другого… Я видел, как Дмитрий сразу весь подобрался, видно поймать Егора для него действительно дело принципа, а Георгий наоборот, как-то весь потух, облекая себя в безразличие, но поднялся с диванчика и подошел к креслу, где сидел парень. Мужчина склонился над юношей, который явно не горел желанием проявлять какие бы то ни было сексуальные посылы и вообще предпочел бы слиться с креслом. Георгий поднял голову Дмитрия за подбородок, наклонился еще ниже и поцеловал, вкладывая в этот поцелуй отнюдь не нежность, а злость и страсть, горячую, всепоглощающую, черную, как сама бездна и предназначенную явно не ничего не понимающему мальчишке… Тот даже ответить толком не мог, он просто позволял терзать свои губы. — Так достаточно хорошо искрит? — оторвавшись от губ парня, с сарказмом спросил Георгий. — Или добавить огоньку? — Нет, достаточно. Получив такой ответ, Георгий едко усмехнулся, развернулся и ушел, и не будь дверь гостиной стеклянной, он бы ей еще и хлопнул. Я чувствовал себя отвратительно, а Дима по-моему вообще не понимал, что только что произошло, он только касался осторожно пальцами своих истерзанных губ. Черт!