Come to me

I can't get these memories out of my mind And some kind of madness has started to evolve I tried so hard to let you go But some kind of madness is swallowing me whole, yeah. Не могу выбросить эти воспоминания из головы, Внутри меня царит какое-то безумие. Я так старался отпустить тебя, Но это безумие поглощает меня целиком, да… Muse — Madness©

Никита еще не знает, как сильно он сводит меня с ума, но клянусь Богом, еще немного и все, конец. Я сдамся, я проиграю в этой борьбе. Мне даже иногда кажется, что он специально меня изводит: медленно и томно. Будто бы я мышь, которую он поймал уже после трапезы — вроде уже не хочешь есть, а отпустить не можешь. И еще у него есть одна дурацкая привычка, которая меня всегда бесила и бесит до сих пор, но сейчас уже по другой причине. Когда он начинает грустить или задумывается, он запускает одну руку в свою странного цвета прическу — она вроде и рыжая, но как-то не ровно, только у кончиков, а у корней светлая, — и начинает оттягивать пряди, при этом откидывая голову назад и смотря совершенно пустым и бессмысленным взглядом в потолок; в эти моменты у него отчетливо выступает адамово яблоко, и мне становится невероятно трудно удержать себя в руках и не сделать то, о чем я потом пожалею. Но это не самое страшное. Ад наступает тогда, когда приходит ночь. Его уже в течение шести лет мучают кошмары, после того случая, как прямо на его глазах сбили девочку всего на год младше него самого. Она выжила, но осталась инвалидом на всю жизнь. Мы с матерью водили Никиту к психологам, пробовали гипноз, ему даже прописывали седативные препараты, но ничего не помогало. Кошмары будто поселились у него в мозгах, и по-видимому не собирались сдавать позиций. Из-за этого Никита не мог спать. Ну, как не мог? Он заставлял себя не спать до тех пор пока просто не валился с ног от усталости, после чего засыпал без каких-либо сновидений. И это он почитал за Божий дар. А потом, в один из дней все разрешилось само собой. Тогда мама ушла на ночное дежурство в больницу — она медсестра, и хотя обычно работает в дневную смену, ей иногда перепадают и ночные. Но, на самом деле, это не важно. В общем, в этот день, а точнее ночь, мы с братом решили замутить нечто среднее между тусовкой и ночевкой: принесли в мою комнату чего-нибудь пожевать и попить. Естественно, домашних спагетти с чаем не было, зато вместо них была куча батончиков, пирожных, шоколадок, печенья, и, конечно же, не обошлось без различных газировок вроде колы и спрайта. Было решено включить блокбастер из серии «добро должно быть с кулаками, а то, что полгорода смело взрывной волной, так это вынужденные жертвы», но Никита заснул, не посмотрев и половины фильма, даже несмотря на то, что обожает такого рода фильмы. Вот так просто взял и заснул. Не было бессвязных бормотаний о том, что ему страшно; о том, как к дому на большой скорости приближается машина. Обошлось даже без жалоб на то, что там было темно. Он просто прижался ко мне и начал тихо посапывать, отчего в моей груди разлилось приятное тепло. В этот момент я думал, что меня разорвет от счастья на миллион счастливых Максимов. Именно в этот момент во мне что-то переклинило, и я осознал, насколько противоестественной была моя тяга к брату, и что моя любовь к нему была далеко не братской. А может, он меня заколдовал? Приворожил? Ну, а кто его знает, может помимо притягательности и острого языка, ему еще и немного способностей к магии перепало в комплекте. Написанное выше не несло бы никакого смысла, если бы не факт, что с тех пор мы спим в одной кровати. Наверное, мало кто может себе представить, каково это: каждое утро просыпаться раньше брата, чтобы тот ненароком не заметил моего недоразумения ниже пояса, а затем идти в ванну, избавляясь от этого. Думаю, что если бы он заметил, то нам обоим было бы крайне неловко. Разве такая странная, мягко говоря, реакция может быть в порядке вещей в семье? Не думаю, что да. Я будто бы ходил по лезвию ножа, каждую секунду и каждый миг рискуя упасть. Любой неправильный шаг приведет меня к полнейшему провалу; лезвие наточено и словно ждет, пока я упаду о порежусь. Но этому не бывать. Я сделаю все, чтобы не позволить себе потерять контроль над ситуацией.