Вновь поверить

Пробуждение было тягучим и постепенным. Свет ворвался в жизнь спящего человека, удивительно успев сделать это раньше его, невесть где шлявшегося вместо выполнения своих обычных утренних обязанностей, домашнего монстра. Разлеплять глаза не под страхом быть съеденным через мгновение голодным чудищем было на удивление приятно. Знал бы он об этом раньше, и лапы Тени на его пороге не было бы. Неспешной походкой человек добрался до уборной, удовлетворяя свои утренние потребности, и вяло размышляя куда же запропастился его ночной кошмар. Неужто все-таки сбежал ночью, да ввязался в потасовку монстров, из которой не вышел живым? Такого еще загрызи… В мечтах о свободном будущем мужчина спустился на первый этаж небольшого дома, направляясь на кухню, чтобы добыть себе утреннюю бурду, которую громко именовал кофе, да так и застыл посреди гостиной, через которую лежал путь к такой желанной цели. Свобода ему однозначно не светила. Зато светило кое-что другое за похищение ребенка. Маленький мальчик, свернувшись на его диване, крепко прижимался к черному чудищу, лежавшему рядом и заботливо предоставляющему свой теплый бок. Одеяло, выданное мальчишке ночью, валялось на полу, а простынь была сбита с краю дивана. Видимо, ночь была той еще. Удивительно, что мужчина не проснулся, с его-то чутким сном. Оставалось вспомнить на кой черт он притащил ребенка. События ночи всплывали в памяти один за одним. Что ж, он очевидно не думал головой, когда решил, что это будет хорошей идеей — оставить мальчишку на ночь здесь. Впрочем, даже отдохнувший мозг не выдавал ни единого другого подходящего решения проблемы, однако он же отлично справлялся с тем, чтобы надрать себе уши. И что ему теперь делать с мальчишкой, которого вчерашний он решил притащить сюда? Человек не любил себя из прошлого. Тот всегда доставлял ему уйму проблем. Первоначальное решение всего было найдено мгновенно. Кофе. Сначала кофе, потому любые другие решения. Процесс приготовления этого дивного напитка умиротворял, отвлекая от всех проблем. Взгляд, однако, все равно время от времени был направлен на гостиную, где на диване мирно сопел ребенок, своенравно обнимая его пса. Ему Тень никогда такого не позволял… Поглощение кофе оказалось сегодня не таким приятным, как обычно. В частности потому, что сейчас наблюдение ребенка было вынужденным — с его любимого стула открывался лишь один единственный вид, и тот на гостиную. Предательское чудище мусолило глаза. И главная проблема этого дня тоже. Хотя что из этого было бóльшей проблемой еще оставалось вопросом. Пришлось оканчивать распитие кофейных напитков у окна, вид из которого был не намного лучше, но хоть не вызывал никаких ревностных чувств с утра пораньше — лишь отвращение от маггловской улицы. Когда с завтраком было покончено, пришлось возвращаться к решению всех насущных проблем. И если расправиться с чудищем он еще успеет, то что делать с ребенком оставалось главной загадкой. Как магглы обращались с детьми? Где следовало искать его родителей? Пожалуй, стоило отталкиваться от той мысли, что у ребенка нет родителей — пусть дальше уже соответствующие органы займутся этим вопросом. С устройством Британской системы детских домов мужчина был знаком лишь на том уровне, что знал парня, который учился в Хогвартсе на десяток лет раньше него, и каждое лето возвращался в маггловский приют, так как его родители погибли после его рождения. Изменилась ли эта система за столько лет было непонятно, но даже брать это за точку отсчета уже было больше, чем ничего. Решено было начать полномасштабные поиски маггловского справочника, который наверняка где-то должен был оставаться. Его отец-маггл был тем еще пропитым ублюдком, однако умудрялся в молодости все же быть менее асоциальным, чем его сын, так что справочник, хоть и довольно старый, где-то определенно должен был заваляться. На его поиски было честно потрачено с десяток минут, после чего, оглянувшись и убедившись, что ребенок точно спит (истерики маггловского дитя ему точно не были нужны), мужчина попросту использовал призывающее заклятие. Оглянувшись на диван, мужчина как раз успел заметить, как ребенок завозился, тревожа сон чудища, а спустя несколько долгих мгновений и вовсе открыл глаза. Он был уверен, что мальчик не успел заметить летящий по воздуху справочник, однако удивительно быстро проснулся, стоило лишь применить магию. Интересно, было ли это связано с какой-то необъяснимой маггловской чувствительностью к волшебству? — Привет, — бросил человек, стоя посреди кухни. — Есть будешь? Ребенок сонно потер глаза, одновременно с этим кивая, широко зевнул, и наконец-то отцепился от его чудища. Мужчина бросил короткий деланно безразличный взгляд на мохнатого предателя. С последним он еще поговорит позже, как только решит проблему с мальчишкой. Из еды все также была лишь колбаса и хлеб. Немного порывшись в шкафу, мужчина вынужден был признать, что понятия не имеет как он сам еще не умер от голода. Половина бутылки молока и горстка крупы, напоминающей рис, были единственными его новыми находками. — Бутерброды будешь? — обернулся к ребенку мужчина. Тот активно закивал, словно это было единственное, на что тот был способен. Кроме криков, когда его касались, конечно же. Чудище уже сидело подле мальчишки под столом, даже не подозревая, что каждый его проступок был отмечен и заботливо записан на счет, который потом еще придется оплатить. Нарезать хлеб и колбасу было делом пары минут, столько же времени закипала вода в чайнике, и вот уже ребенок вновь набрасывается на бутерброды, словно много лет вовсе не ел. Человек предпочел выждать какое-то время, прежде чем попытаться завести хоть какой-то разговор, однако мальчишка не успокоился, пока не съел все четыре бутерброда на одной скорости, лишь сейчас немного замедляясь, когда пил чай. — Меня зовут Северус Снейп, — попробовал начать мужчина. — А тебя? В ответ ему было молчание и напряженный взгляд исподлобья. Ребенок напрягся, будто впервые в жизни его видел. Не то, чтобы в какой-то мере это не было таковым, но еще вчера этот мальчишка сам согласился пойти к нему домой, так что Северус справедливо полагал, что поздно было строить из себя запуганного зверёныша. Мнение его маленького собеседника явно отличалось, так как тот вовсе и не думал отвечать ему. — Откуда ты сбежал? Из приюта? Или у тебя есть родители? Молчание вновь было ему ответом. Говорить в пустоту было неприятно. — Ты умеешь говорить? Что ж, даже если ребенок умел, то очень качественно скрывал свои навыки. Шпионские организации, что маггловского, что магического мира, заинтересовались бы им, если бы мальчишка решил пойти работать на них. — Я не смогу помочь тебе, если ты не ответишь на мои вопросы. Северус был уверен, что ему показалось, но взгляд ребенка на какое-то мгновение стал почти насмешливым, однако стоило моргнуть, и наваждение прошло. — Я не смогу помочь тебе, если ты не поможешь мне. Монолог явно не удавался, а любые попытки выйти на контакт не имели ровным счетом никакого результата. Ну и черт с тобой, — решил Снейп. Он сел за стол, открывая справочник. Ему следовало поискать номера соседних приютов, и надеяться, что за многие годы те не изменились. Как часто магглы меняли номера? Они вообще их меняли?.. Пришлось вырвать чистый лист из конца справочника, и незаметно под столом с помощью невербальной магии наколдовать ручку, чтобы иметь возможность выписывать номера, которые могли ему чем-то помочь. Заметить, что ребенок заинтересовался происходящим, удалось несколько позже, чем это случилось. Однако в какой-то момент Северус бросил взгляд на справочник, и краем глаза отметил, как мальчишка следит за ним. В тот же момент стало очевидно, что чертенок был полностью увлечен его занятием. — Э-э-э… Хочешь порисовать? Дети ведь рисуют? Он в детстве рисовал. Пожалуй, маггловские дети недалеко ушли в развитии от аналогичных образца двадцатилетней давности. Мальчишка ожидаемо закивал головой. Интересно, тот вообще понимал о чем с ним говорят? Потому выборочно игнорировал мужчину? Что ж, ладно, занять мальчика, чтобы тот не начал разносить дом, было хорошей идеей. Северус встал со своего места, и поманил ребенка за собой обратно в гостиную. Там у дивана стоял стол, а еще это место, как успел понять мужчина еще утром, из кухни просматривалось просто идеально, поэтому слежка за ребенком не будет для него проблемой ни в коей стадии. — Подожди, сейчас я поищу карандаши, — бросил мужчина, выходя в коридор, но все же стараясь не выпускать ребенка из поля зрения. Все, что ему было необходимо, — чтобы мальчишка не видел манипуляций, которые Снейп производил руками, и в частности волшебной палочкой, трансфигурируя какой-то мелкий мусор в небольшой альбом и упаковку детских карандашей. Последние легли на стол перед ребенком в гостиной уже спустя мгновение. — Умеешь рисовать? — на всякий случай уточнил взрослый, однако ребенок уже высыпал карандаши из упаковки, вовсе не слыша вопроса. Или делая вид, что не слышит. В любом случае проблема была решена. Мальчишка, не желающий идти на контакт, был занят, позволяя Северусу спокойнее заняться своим делом. Понадобилось какой-то время, чтобы список состоял из пары номеров и адресов, выписанных на отдельном листе бумаги. Эти номера вполне могли привести его к приемным домам, которые должны были находиться поблизости. Снейп настолько ушел в свои мысли, что заметил ребенка лишь когда тот стоял рядом с ним. — Что? Мальчишка не отвечал. Он лишь указывал рукой на ручку, которую держал мужчина. — Хочешь ручку? — уточнил Северус, не совсем понимая на кой черт она ребенку. Последний однако закивал головой. — Нет, ручкой я пишу. Иди рисуй карандашами, — категорично ответил взрослый, возвращаясь к штудированию справочника. Мальчишка постоял рядом еще какое-то время, после чего что-то решил себе, и отправился обратно к столу. Следующие полчаса не принесли ровным счетом никакого результата, не наполнив список ни единым пунктом. Итого всего два адреса и соответствующих им номера телефона. Улов был скуден, однако надежда на успех все еще была. Что ж, если этот ребенок сбежал не оттуда, Северус просто сдаст его в любой из этих приютов — пускай сами разбираются. Снейп помнил еще с детства, что где-то в городке были уличные телефоны, и, возможно, даже нашел бы их. Это и предстояло узнать. Мужчина поднялся со своего места, решительно двигаясь в гостиную, чтобы решить проблему с теплой одеждой мальчика и направиться к телефонной будке, а после сдать ребенка в приют… Но что-то ему помешало. Мальчишка сидел, где ему и было сказано, и послушно рисовал. И все бы ничего, если не обращать внимание на то, чем он рисовал. Карандашей не было. Зато их место заняли аккуратные ручки. Каждая была точной копией того маггловского подобия, которое он по памяти смог наколдовать. — Что это? — вопрос застал ребенка врасплох. Тот вскинулся, не сразу понимая, что допустил ошибку в своих расчетах, а когда во взгляде появилось понимание было уже поздно — вопрос Северуса оставался чистой формальностью, потому что тот уже прекрасно понимал что происходило. Оставалось лишь уложить факты в своей голове. Факты укладывались плохо. Еще сложнее было лишь признать, что это действительно так, и все его планы летели в тартарары, следом за потраченными часами на теперь уже бесполезное занятие. У мальчика были ручки. Точные копии его ручки. Северус был уверен, что в его доме таких не было, и ребенок явно не притащил их с собой. Это были создания магии. И совершенно точно это была не магия Снейпа. Если мужчина что-то в этой жизни осознал, так это то, что дети-волшебники не подходят для жизни в маггловской системе. Приюты творили ужасные вещи с маленькими магами. Отлично, Северус. Хорошая идея. Ты притащил домой не просто ребенка, ты притащил домой ребенка-мага. — Где твои родители? — уже жестче поставил вопрос мужчина. Мальчишка явно напрягся на это, пристально наблюдая за взрослым исподлобья. — Я задал вопрос. Очевидно авторитет Северуса не был таковым для маленького мальчика, который был уверен в том, что будет молчать до конца своих дней. Действовать же следовало быстро. Ребенок явно был не из сколько-нибудь хорошей семьи — маги не допускали такого состояния своих детей, не говоря уже о том, что в его дверь все еще не ломился его отец, наверняка к этому времени выследивший сына по крови. Либо его родители-маги совершенно не собирались искать его, либо, что более вероятно в магическом мире, столь помешанном на важности детей, с его родителями что-то случилось. И не только родителями, но и всеми остальными родственниками, раз совсем никто все еще не искал мальца. Оставался, конечно, еще вариант с родителями-магглами, но этот вариант совсем не хотелось рассматривать. Впрочем, что делать в любом из этих случаев было вовсе не понятно. А мальчишка так внимательно смотрел в глаза… Удержаться было выше сил Северуса, который обязан был разобраться что черт возьми происходит. Невербальный Легилименс был одним из самых важных чар в его жизни. Детское сознание было спутанным. Сплошные наборы образов и сгустки эмоций. Однако и Снейпу не было нужды искать что-то конкретное и узнавать все подробности жизни ребенка. Кадры сменялись один за другим. Мальчик зажат в углу, а огромный мужчина нависает над ним с раскрасневшимся лицом и кричит. Обстановка вокруг слишком маггловская. Смена декораций — ребенок в окружении каких-то детей, и пара совсем других взрослых. Улица. Холод. Снова другой дом, другие взрослые, снова крики. Побег. Улица. Следующий дом. Улица. Еще один дом, и одно единственное жгучее желание бежать. Страх. Крики. Огромный костер, пожирающий все вокруг. Бежать. Улица. Свора собак. Черное чудище и страшный огромный мужчина в бесформенном черном плаще, вновь возвышающийся над ним… И зеленые глаза. Огромные испуганные глаза, глядящие прямо на него. Лили?.. Нет. Ребенок. Не знал бы — точно решил бы, что перед ним внебрачный сын подруги детства. — Ты знаешь, что ты волшебник?