Потерянные души

Эми проснулась на диване. Никогда девушка еще не чувствовала себя такой уставшей и разбитой. Внутри словно что-то взорвалось, а теперь она была вынуждена собирать осколки уцелевшего и избавляться от клубов дыма. Амелия с трудом открыла глаза и повернулась, преодолевая головную боль, которая словно придавливала ее к дивану, мешая подняться. На кресле обнаружился Эрик, который дремал, свернувшись калачиком и обняв руками колени. В такой позе он казался не таким суровым и сильным, как при бодрствовании. Руки Эрика, исполосованные недавними ранами, были собраны в кулаки, а губы плотно сжаты. На лбу пролегла морщинка. Даже в объятиях невинного сна Эрик был сосредоточен и напряжен, словно обдумывал какой-то план или сражался с невидимым врагом. На секунду Эми показалось, что она уже видела раньше это напряженное лицо, но ощущение испарилось, как и облако недавнего сна. Девушка начала медленно подниматься, стараясь не обращать внимания на головную боль. — Проснулась уже? — раздался голос позади нее. Амелия вздрогнула и обернулся. У дверного проема стоял Бамби, мягко улыбаясь. — Долго я спала? — сонно спросила девушка. Она понятия не имела, сколько времени прошло. Может быть пару минут, а может и пару лет. Все запуталось в единый клубок. — Глупая привычка отвечать вопросом на вопрос. — Глупая привычка задавать дурацкие вопросы, — парировала Эми. У нее не было настроения. — Около часа, может меньше, -ответил Бамби, сдаваясь. — Пока ты спала, мы отнесли тело Рохана наверх, рядом с Рен. Амелия вздрогнула при упоминании этого имени. Оно царапало слух, прорываясь через тернии горечи и сожаления. Она никогда не простит себя за то, что сделала. — Ты не виновата, — начал Бамби, подходя ближе и обнимая девушку за плечи. — Виноват лишь маньяк. Это он сотворил подобное с нами. Мужчина особенно выделил слово «он», как будто это казалось ему невероятно важным. Бамби выглядел уставшим и постаревшим. Всего два дня в этот доме уничтожили все жизненные силы мужчины, которые еще вчера пробивались из каждого его слова и движения, время словно ускорилось, прибавляя ему годы быстрее, чем нужно. Эми помнила свое вчерашнее изображение в зеркале. Наверное сейчас она выглядит еще хуже, чем накануне. Страх и гуляющая вокруг смерть убивали и ее тоже. Смерть смеялась, обнимая своими холодными пальцами и готовилась с танцу с очередной жертвой. Время убегало, помогая смерти приблизить час ее встречи с новыми душами. — Откуда такая уверенность, что это мужчина? Может быть женщина, — сказала Эми. Ей просто нужно было что-то сказать, чтобы не расплакаться прямо сейчас. — Не думаю, — вздохнул Бамби. — Женщина не притащила бы сюда Рохана, слишком тяжелый. — А может быть у нее есть сообщник. Наверняка есть, сложно наверное устраивать подобное в одиночку. — Может быть, — кивнул мужчина. — Но мы этого не узнаем. Если только маньяк сам нам все не выложит. Амелия молчала, вновь возвращаясь к своим мыслям. Какая теперь разница? Уже двое из них мертвы, а оставшиеся в скором времени рискуют присоединиться к ним. Неужели игра уже окончена? — Я не спасла Рохана, — пыталась подавить слезы Эми, но попытка провалилась, падая под натиском боли. — Я могла ему помочь, но не сумела. Она всегда была слишком эмоциональна. Еще подростком она могла расплакаться от вида умирающей птицы или же накричать на даже слегка разозлившего ее человека. Эта черта характера всегда мешала Эми уравновешенно реагировать на ситуацию, как сейчас, например. Удивительно, что эмоции не хлынули через край еще в то мгновение, когда она очнулась в незнакомом месте. Здравомыслие порой завладевало ее разумом, но стресс разрушал эту власть, возвращая эстафету эмоциям. — Все совершают ошибки. Теперь твоя главная задача — их не повторить. — Почему вы так спокойны? — всхлипнула Эми, обхватывая себя руками. — Я вижу такое не первый раз, — ответил Бамби, присаживаясь рядом с девушкой. — Словно я опять вернулся на десять лет назад. Взгляд мужчины затуманился, словно он мысленно возвратился в прошлое. Что же Бамби скрывает? Какая боль прячется за этой мягкой улыбкой и решительным взглядом? В гостиную зашла Рейчел. Эми ожидала увидеть в ее взгляде упрек или ненависть, но вместо этого разглядела лишь отчаяние. Оно затопило всю живость женских глаз. — Эми, — коротко кивнула Рейчел. Потом подтянулись и Белла с Алеком, разбудив Эрика. Белла вся дрожала, глаза опухли от слез. — Нужно что-то делать, — начал Бамби, когда все расселись. Но не успел мужчина продолжить свою речь, как послышался металлический звон, и комната взорвалась криком. Белла закричала, извиваясь на стуле, на котором сидела. Выглядел он вполне обычно, не считая того, что ручки, которые походили на простых декоративных животных из железа, плотно прижались к нее рукам, не давая встать. Все резко поднялись со своих мест, подбегая к девушке. Эрик попытался сломать ручки, но одернул руки, громко вопя. — Ток! Там чертов электрический ток! — закричал парень, прижимая руку к груди. Но никто не успел ничего предпринять, как разряд прекратился сам. Белла перестала дергаться, но крик по-прежнему срывался с ее губ. Это был долгий и протяжный вопль, к которым присоединились рыдания Рейчел и всхлипы Эми. — Приветствую вас, — раздался спокойный, уже знакомый им, голос с потолка. Все вздрогнули от удивления и разом замолкли. — Я дал вам время и подсказку, с помощью которой можно было выбраться из дома. Но вместо этого вы слоняетесь по комнатам снова и снова, пытаясь найти выход. Я, кажется, упоминал, что выбраться отсюда невозможно. Неужели вы мне не верите? Я же вам доверяю, надеюсь на ответное чувство с вашей стороны. Все предельно просто, дорогие гости: вам нужно разгадать мою небольшую загадку, в обмен на это я вас освобождаю. Но не забывайте про часики, они тикают, а трупов в комнате наверху будет все больше. Приятного вечера, милые гости. Вновь послышался металлический лязг, и Белла смогла вырваться из своего заточения. Она быстро вскочила и прижалась к ближайшей стене. Ноги ее подкосились, и девушка упала, захлебываясь в собственных слезах. — Господи, господи, — плакала она, вновь переходя на крик. Все обступили ее, перенося на диван. — Я не хочу умирать… — Тише, тише, ты не умрешь, — повторял ей на ухо Бамби. — Все уже позади. — Нет, — замотала головой Белла, глотая слезы. — Я буду следующей. Мы все умрем. Рэйчел замерла посреди комнаты, прижимая руки ко рту. Эрик уставился в одну точку, почти не моргая. Алек и Бамби успокаивали Беллу. Амелия села на пол, пытаясь унять подступающую истерику. — Зачем пытаться бороться? Мы проиграли, — покачала головой Эми, поднимая руки к волосам. — Нет, нет, все будет хорошо, вот увидишь, — улыбнулся Эрик, сбрасывая оцепенение, совершенно неестественной улыбкой, поглаживая плечо девушки. В это мгновение Амелию второй раз за этот небольшой срок посетило ощущение, что она уже знает его, словно они когда-то встречались. Он уже касался ее, но до этого кошмара. Девушка почти ухватила мысль за хвост, но та упорно ускользала. — Подождите, — неожиданно замерла Белла, на мгновение переставая плакать. — Я, кажется, вспомнила. Вспомнила, как меня похитили. Я шла на работу, было раннее утро, улицы были почти пустые. А потом… — Что потом? — мягко спросил Алек. — Человек. Я увидела человека, — продолжала Белла. Слезы вновь начали катиться по ее испуганному лицу. — Ты. Девушка повернулась к Эрику и уставилась на него. Лицо ее мгновенно преобразилось: испуг и слезы сменились гневом и уверенностью. — Я тебя вспомнила. Это ты меня похитил. Напал из-за угла дома в темной толстовке. Я помню твои волосы и взгляд. Все затихли, непонимающими взглядами рассматривая Эрика. — Что? — удивленно спросил парень, поднимаясь в пола. — Ты совсем очумела? — Я тоже тебя помню, — неожиданно даже для самой себя сказала Эми. — Белла права. Амелия сама не поняла, что произнесла. Те два дня, что они тут находятся, девушка нередко пыталась вспомнить, как ее похитили, но удавалось лишь воскресить образ глубокой ночи, когда она шла домой после работы, а потом сплошная темнота. Но после слов Беллы в голове Эми как будто что-то щелкнуло, и ворвался образ: темный силуэт, лицо, обрамленное волосами и капюшоном. Теперь все недавние ощущение складывались в единую картинку: это сделал он. Он схватил ее за руку, а перед забытием она увидела его напряженное и сосредоточенное лицо. Еще мгновение тишины, и воздух взорвался криками. Бамби кинулся на Эрика, завязалась борьба, Алек кинулся на парня сзади. После недолгой схватки Бамби удалось скрутить Эрика и усадить на железный стул, который несколько минут назад проводил потоки электричества. — Эми, быстрее, — позвал ее Бамби.- Принеси веревку. Она осталась там, когда мы сняли Рен, помнишь? Амелия кивнула и побежала к длинному коридору. В кровавой комнате так и лежала веревка, которую они там оставили после освобождения Рен. Девушка быстро схватила находку и вернулась в гостиную. Эрик по-прежнему сидел на стуле, Бамби держал его, а Алек пытался успокоить Рейчел, которая грозилась выцарапать Эрику глаза, сыпала ругательствами и проклятиями. Эми кинула Бамби веревку, а Алек начала держать Эрика. Приводить в себя Рейчел пришлось Амелии. Быстрая рокировка не дала Эрику возможности вырваться, и в итоге он сидел на стуле со связанными на спине руками. — Это все бред, — твердил он. — Я такая же жертва, как и вы. Зачем мне сидеть среди вас, если бы я был маньяком? — Посмотреть на зрелище с первого ряда, — злобно прошипела Рэйчел, пытаясь вырваться из захвата Алека, который вновь подключился к ее усмирению. — А как бы я смог толкнуть речь, если я все время был тут? — принял новую попытку Эрик, пытаясь вырваться. Но веревки прочно держали его, как и сильные руки Бамби. — Запись. Мы в двадцать первом веке, — сказала Амелия. — А голос ты мог бы поменять с помощью простой компьютерной программы. — Эми, ну хотя бы не ведись на эту чушь, — почти взмолился Эрик. — Ты не можешь помнить меня, потому что я не похищал никого из вас. Подумай хорошенько. — Знаешь, а ведь действительно никто не видел, был ли ты без сознания, — подал голос Алек. — Эми говорила, что когда очнулась, ты уже давно не спал. И в доме ты так хорошо ориентируешься, словно не в первый раз проходишь эти комнаты. А уж твоему спокойствию при виде трупов можно только позавидовать. — Неужели вы все серьезно верите, что это я сделал с вами? — Да, чертов маньяк, мы верим, — воскликнула Рейчел, вырываясь из рук Алека и садясь на диван. — Незачем меня держать. — Хорошо, — вздохнул Эрик, переставая вырываться, и выдавил из себя нервный смешок. — Вы увидите, что я не причем, когда кто-нибудь из нас умрет. Как же вы не понимаете, что мы должны отгадывать загадку, а не тратить время на бессмысленные ссоры. Он же пытается стравить нас. — Откуда такая уверенность, что кто-нибудь умрет? — испуганно спросила Белла, возвращаясь к слезам. — Я больше не сяду на этот стул. — Мне кажется, что ловушки расставлены по всему дому, — подал голом Бамби. — Мы должны быть предельно внимательны и осторожны. И все-таки нам стоит обсудить разгадку. Не думаю, что маньяк… Эм, не думаю, что Эрик бросался пустыми словами по поводу того, что будет убивать нас, пока не услышит ответ на вопрос. — Черт, Бамби и ты туда же, — взревел Эрик. — Ты ведь был копом, как ты можешь вестись на чьи-то слова без доказательств? — Сейчас отчаянные времена, которые требуют отчаянных мер, — бросил мужчина. — Так вот чем ты раньше занимался? — удивился Алек. — Почему ты не сказал раньше? Незачем было так упорно скрывать свое прошлое. Бамби молча сел на диван, игнорируя вопрос. Кресла заняли Белла и Алек. Железный стул, стоявший почти прямо посередине комнаты, напоминал место подсудимого в зале суда: у Эрика была лишь одна попытка оправдаться, иначе его сразу отправят на смертную казнь. — Стал бы я помогать вам всем, пытаться организовать, вытаскивать Рохана, если бы я был вашим похитителем? — уже спокойнее начал Эрик. — И с чего бы вдруг Белла меня вспомнила? Вот так, не с того ни с сего. Или ей ток промыл мозги? — Да, такое бывает, — хмуро заметила Эми. — Электрический ток может влиять на клетки мозга. А я вспомнила лишь тогда, когда Белла меня натолкнула. Это точно ты, Эрик. — Эми, прошу… — голова Эрика бессильно опустилась. — Может теперь нам и не нужно ломать голову над безумными загадками? — с надеждой прошептала Белла. — Раз мы его поймали. — Мы обязаны перестраховаться, — покачал головой Бамби. — Все-таки существует вероятность, что нас похитил другой психопат. Давайте прикинем, что у нас имеется. Двое из нас уже мертвы, а маньяк грозится убивать нас поодиночке за каждый день промедления. Мы все как-то связаны. Дело определенно в нашем прошлом. Может быть мы все сделали что-то плохое? Пленники задумались, погружаясь в свои мысли. Амелии казалось это глупым. Каждый человек хоть раз сделал в жизни что-то плохое, не бывает идеальных людей. Почему же маньяк выбрал именно их? Сколько безжалостных убийц, насильников и тиранов разгуливают на свободе. На секунду Эми подумала, что любой из окружавших ее людей может оказаться именно таким. Она ведь их совсем не знает. Колючий страх пробежал по коже. — Грехи гложут каждую душу, — озвучила ее мысли Белла. — И мы не исключение. — Грехи, — неожиданно поднялась на ноги Рейчел. — Вот за что мы здесь. Наши грехи. — И что в этом такого? — недоуменно спросил Алек. — Как и сказала Белла, каждый совершает ошибки. — Не простые грехи, — широко открыл глаза Бамби, подхватывая мысль Рейчел. — А смертельные грехи, совершение любого из которых подарит тебе билет до Ада в один конец. — Вы хотите сказать, что маньяк убивает нас из-за того, что мы когда-то там совершили грехи? — подал голос Эрик. — А тебя вообще никто не спрашивал, — огрызнулась Рейчел. — Ты все еще главный подозреваемый. Эрик закатил глаза, но ничего не ответил. Его смертельная казнь отложилась лишь благодаря авторитетному голосу Бамби, но все еще висело на волоске. Ему бы не следовало нарываться на грубости. Даже со стороны Рейчел, от которой не приходилось ждать другого. — Все это выглядит очень странно, — подала голос Эми. — Насколько мне известно, существует всего семь смертных грехов. А нас ведь восемь. — Не всегда семь, — отозвался Алек. — В более ранней версии грехов было восемь. — Да, он абсолютно прав, — воскликнула Белла и встала с дивана, начиная возбужденно ходить по комнате. — Я это изучала. Еще в начале нашей эры, примерно в пятом веке, на востоке существовала система восьми смертных грехов. Затем, намного позднее, печаль и уныние объединили в один грех, получив список из семи пунктов. — Похоже, если мы правы, это означает, что наш маньяк религиозный фанатик, который решил взять на себя роль Бога и судьи, — усмехнулся Бамби и, следуя примеру Беллы, поднялся на ноги. — Причем он специально использовал более раннюю версию, чтобы мы не догадались. Наверное, считает себя самым умным. Но как же нам понять в чем именно мы обвиняемся? — Цифры, — воскликнула Амелия. Она не понимала, как не додумалась до этого раньше. — Цифры на наших шея. Мы все были пронумерованы. Он хотел, чтобы мы знали наш грех. Он заклеймил нас, словно овец. — Белла, — обратился Алек к девушке. — Ты знаешь точный список этих грехов в правильном порядке? — Конечно, — кивнула Белла. — Чревоугодие, похоть, алчность, гнев, печаль, уныние, тщеславие и гордыня. Я это учила еще на первом курсе. — Вот видите, — победно воскликнул Эрик. — У меня тоже есть цифра. Я грешен, как и вы. Так что вся ваша теория по поводу того, что я — маньяк-психопат с манией величия и закидонами бога прова… Договорить он не успел, потому что Рейчел пересекла комнату в два больших шага и со всей силы ударила Эрика кулаком по лицу. Никто не успел ее остановить, да и не хотел, и через пару секунд парень уже едва шевелился, пытаясь придти в себя после удара. — Он слишком много болтал, а я давно никого не била, — пожала плечами Рейчел в ответ на вопросительные взгляды собравшихся. — Хоть мешать не будет, — со злобной усмешкой заметил Алек. — Ладно, кажется, мы разобрались в ситуации, — не обращая внимания на разборки Рейчел и Эрика, сказал Бамби. — Нужно сказать маньяку. — Да что ему говорить, Эрик и так все слышал, — фыркнула Белла. — Но что-то двери дома пока не спешат открываться и выпускать нас. — Эй, маньяк, — громко закричал Бамби на потолок. — Мы разгадали твою загадку. Выпусти нас, ты ведь обещал. Ответа не последовало. *** Чертовы часы тикали, не затыкаясь ни на секунду. Все молчали, обдумывая все сказанное. Эми крутила в голове неясные обрывки воспоминаний, пытаясь объяснить названный ей грех. Похоть. Она наказана за чрезмерное желание. Девушка не удивилась этому приговору, но из всего списка смертных грехов она бы скорее приписала себе другое. В голове крутилась песня Mercy группы Hurts. Она была уверена, что в Аду эта музыка никогда не заканчивается, а ее грехопадении повторяется снова и снова. — Мы не можем просто так сидеть, — почти выл Бамби. — Мы должны что-то сделать. Либо наша версия неверна, либо не доработана. — Либо у Эрика нет возможности нажать на кнопочку и убить нас всех одним махом, — злобно бросила Рейчел. — Не думаю, что эта версия правильна, — подала голос Белла, качая головой. — По ней Рен виновна в гневе. Но вы же видели это ангельское создание, она не способна выплеснуть на ком-то ярость. — Порой люди не такие, какими кажутся. Даже сами для себя, — заметил Алек. — А еще мы иногда забываем о каких-то мелких деталях, которые потом могли бы привести к чему-то ужасному, — неожиданно мелькнула новая мысль у Эми. — Может быть мы все участники кого-то события. Наши грехи, отдельно друг от друга, привели к плохому исходу, чей-то смерти, например. — Думаю, я бы заметила, если бы стала причиной чьей-то смерти, — заметила Рейчел. — Не всегда, — покачал головой Бамби. — Я сталкивался с такими случаями, когда люди даже не подозревали о том, что совершали. Мозг заставлял их забывать. Или же какое-то психическое расстройство наводило туман, и человек ничего не помнил. — То есть мы все здесь психи? — недоверчиво спросил Эрик, приходя в себя. — Ты то уж точно, — сказала Рейчел и подошла к все еще привязанному Эрику. — Тебе повторить мой коронный или ты все-таки заткнешься? — Хватит ссориться, прошу, — устало пробормотала Белла. — Я больше не могу тут находиться, так душно. Схожу на кухню, выпью воды. — Может быть тебе не стоит ходить одной? Вдруг мы ошиблись, и все-таки за всем этим стоит не Эрик? — неуверенно начал Бамби. — Я всего лишь до кухни. Обещаю, что не буду заходить ни в какие темные комнаты, которые раньше были закрыты. А вы пока караульте Эрика. Белла ушла, провожаемая пятью взволнованными парами глаз.