Потерянные души

— Мы не можем просто так все оставить, — причитал Бамби, ходя из угла в угол. — Если мы зашли в тупик, то предлагаю вернуться к началу. Давайте расскажем подробнее о своих жизнях, но в этот раз не простые факты. Что-то глубокое, тайное, о чем могли знать только мы. О грехах. — Никто не будет изливать душу перед первыми встречными, — усмехнулся Алек. — Как бы не объединяло нас чувство опасности и атмосфера дома, но что-то я не вижу, как все выстроились в очередь, чтобы рассказать о своих тайнах. — Тогда придется заставить, — сказал Бамби. Его глаза сверкнули огнем, который Эми еще не видела во взгляде мужчины. Глаза были полны решимости и желания действовать. По коже девушки пробежала волна мурашек, сопровождаемая подрагиванием всего тела. Но через секунду адское пламя его глаз погасло, уступая место привычной вежливости. И как Амелии могло показаться с самого начала, что это замкнутый и угрюмый человек? Никогда еще первое впечатление не рушилось до фундамента, а на первый взгляд прочные стены суждений не падали с таким грохотом. — Я согласна с Алеком, — подала голос Эми. В этом нет никакого смысла. — Как это нет смысла? — неожиданно встала на сторону Бамби Рейчел. — Тебе так хочется умереть? Мы, черт возьми, должны попытаться. Сдаться всегда проще. Амелия замолчала. Она до сих пор не могла осознать происходящее и поверить в близость смерти. Реальность выглядывала из-за огромного облака сна, мешая понять. Эми казалось, что если она умрет, то очнется в своей комнате после страшного кошмара, а потом все будет по-прежнему. Смерть дышала в затылок, а девушка игнорировала это. — Тогда начни ты, Бамби, — предложил Алек. — И мы последуем твоему примеру. — Ладно, — вздохнул Бамби, присаживаясь на диван. Он молчал несколько минут, словно готовясь признаться в страшном преступлении. Его взгляд замер в одной точке, уносясь в водоворот воспоминаний. — Есть кое-что, в чем я виноват. И это мучает меня уже долгие годы. Из-за происшедшего мне пришлось оставить работу и отправиться на поиски новой. Но душа у меня не лежала больше не к чему, так что я нигде долго не задерживался. Амелия затаила дыхание. Неужели она, наконец, узнает историю самого загадочного участника этого ада. — Знаете, — усмехнулся Бамби. — Можно сказать, что маньяк вытащил меня из рутины и серых будней. Я так мечтал вернуться к своей работе, захлебываясь в обыденности дней. Мне не хватало опасности. Я искал ее. И вот теперь я упиваюсь адреналином, как чертовым героином. Все молчали, слушая исповедь Бамби. Плотное облако неизвестности вокруг мужчины развеялось, дрожащий голос выдал его и на поверхность всплыли настоящие чувства: страх и боль. Дом сломал его. — Вы знаете о моей связи с преступностью. Можно сказать, что я работал в службе безопасности. Однажды мы с напарником ловили одного маньяка, который обосновался на заброшенном складе. Он был вооружен, очень опасен, потому что до этого жестоко убил пятерых человек. Полный псих с жаждой крови. С ним были еще двое помощников, которые во всем его слушались. Мы все это прекрасно знали. Должно было приехать подкрепление, но я боялся, что маньяк улизнет прежде, чем кто-либо приедет. Я решил рискнуть и войти в здание вдвоем, не обращая внимания на возражения товарища. Мне нужно было послушать его, но мы все-таки… Договорить он не успел, потому что где-то совсем рядом послышался короткий знакомый крик, который они слышали сегодня уже не первый раз. Кричала Белла. *** — О Господи, опять, — пробормотала Амелия. Страх сковал ее, не давай вздохнуть. Она чувствовала, что начинает задыхаться. Перед глазами замелькали черные точки, роем муху кружа ей голову. — Скорее, Алек, — вскочил с дивана Бамби и направился в сторону источника крика. Алек последовал за ним. Рейчел застыла на секунду, но потом направилась следом. — Иди туда тоже, Эми, — окликнул ее Эрик, все еще привязанный к стулу, возвращая девушку в реальность. — Понадобятся твои врачебные знания. Амелия взглянула на лицо Эрика и увидела в его глазах все: и глубокую печаль от новой развернувшейся трагедии, и тихий огонек радости от страшного подтверждения того, что он невиновен; и прощение, и страх. Вихрь эмоций охватил его в тот миг. Эми кивнула и направилась следом за остальными. Искать их долго не пришлось, все оказались на кухне, куда Белла уходила за стаканом воды. Все были так увлечены рассказом Бамби, что даже не заметили долгое отсутствие девушки. Рейчел, Алек и Бамби сидели в углу кухни, они столпились вокруг чего-то. Эми подошла ближе. Казалось бы, что увидев столько трупов, она уже должна были привыкнуть к безжизненным глазам и виду крови, застилающем глаза. Но Амелия не привыкла. Хотелось закричать, но наружу вырвался лишь всхлип. Рядом плакала Рейчел, прижимая руки ко рту. В углу кухни лежала Белла. Не та с виду хрупкая и милая, а в реальности бойкая молодая девушка, которая утешала малышку Рен. Перед ними было тело с распоротым животом, из которого виднелись внутренние органы: кишки, остатки печени и изрубленный в крошку желудок. Выглядело это все так, словно кто-то раз десять провел огромным ножом по тонкой нежной коже, проникнул внутрь, как грубый любовник, и обезобразил внутренности. Амелия присела возле девушки, стараясь не смотреть на безумные раскрытые глаза Беллы. Осторожно взяв ее руку в свою, Эми замерла в поисках пульса. Они и так знала, что она не найдет его, как и все остальные, но им необходимо было подтверждение. После нескольких минут молчания со стороны мужчин и всхлипов Рейчел, Амелия оставила попытки. — Мертва, — прозвучало, как приговор. Рыдания Рейчел усилились, переходя в настоящую истерику и невнятное бормотание Эми обняла ее, ожидая грубого отстранение, но Рейчел обняла девушку в ответ. — Я следующая, — разобрала Амелия из непонятного монолога Рейчел. — Я сгорю в аду за то, что сделала, но сначала попаду на эшафот маньяка. Он заставит меня пройти через персональный ад. — Что ты сделала, Рейчел? — спросила Эми, отстраняясь и заглядывая девушке в глаза. В них была боль. Ни капли гнева или злости, самоуверенности или ненависти. Лишь пустота, обрамленная болью. Но ответа Амелия не добилась, лишь истерических покачиваний головой. Эми попыталась утешить бедную Рейчел, вновь заключая ее в объятия, но сложно утешить, когда сама не ощущаешь ничего, кроме страха. Червячок сомнений в голове Эми, наконец, исчез. Прогрыз все внутри и исчез; испарился, как пар от дыхания на зеркале. На его смену пришло осознание. Иллюзии защищенности разрушились, как и фундамент, на котором строились все убеждения Эми. Им не выйти отсюда. Не отгадать загадку, не сбежать, не спастись. Их Страшный Суд настал, и час возмездия придет, где бы они не прятались. И в конечном итоге они все умрут. Амелия закрыла глаза. В голове вновь вспыхнул образ дома и оглушающей музыки. Она так часто вспоминала тот день за все эти годы, что он стал настоящим. Она проживала тот день снова и снова, как в Дне Сурка. Горячие руки и затуманенный алкоголем разум недолго боролись, война была проиграна в считанные минуты, и хрупкая невинность сдалась под напором требовательных поцелуев. Теперь она будет наказана. — Бамби, идем, — раздался словно из тумана голос. — Нужно отнести Беллу наверх. Незачем девушкам вновь смотреть на нее. Кто-то подвинул их с Рейчел, все еще не разжимающих рук. Амелия не открывала глаз, но слышала голоса мужчин и скрип ступенек лестницы. Через несколько минут Эми осмелилась взглянуть на место смерти. Тело исчезло, но огромная лужа крови осталась. Это ужасное красное пятно — все, что осталось от Беллы. Кучка органов и лужа крови. Рейчел перестала рыдать. Ее затуманенный горем и болью разум прояснился, обретая осмысленность. Во взгляде девушки читалась четкая нить рассуждений. — Эрик, — прошептали губы Рейчел. — Мы должны его освободить. Девушки вернулись в гостиную, где Эрик все еще сидел на стуле. Он выглядел опустошенным, ростки радости увяли, а огоньки надежды вновь потухли. Дыхание смерти парализовало и его. — Эрик… — начала Рейчел, но тот ее остановил. — Я знаю, — лишь устало кивнул молодой человек. — Знаю. Эми и Рэйчел молча отвязали Эрика. Он встал, потирая затекшие и истертые руки, взял проводивший электричество стул, который стал для него тюремной камерой в прошедшие несколько часов, и все также молча вынес. Его удаляющиеся шаги эхом разнеслись по коридору. — Я не понимаю, почему я была так уверена, — начала Эми. Ей нужно было это сказать, иначе бы она не выдержала. — Я была так уверена, что видела его. Почему? — Ты ухватилась за идею. Любая, даже самая страшная правда, всегда лучше неизвестности, — ответила Рейчел. — Вот твой мозг и подсунул мнимые воспоминания. А ты поверила. — Вы все тоже поверили. Маньяку даже не нужно стравливать нас. Мы сами это делаем. — Вот именно, — раздался голос у входа. Девушки вздрогнули. Бамби и Алек вошли в комнату, обтирая руки полотенцами. Ткань становилась красной. Бамби продолжил. — Мы не должны ссориться, это все только усложняет. Нас осталось пятеро, а это означает, что у нас в запасе всего пять дней на то, чтобы выбраться отсюда. Раньше пять рабочих дней казались Амелии вечностью, хотелось их истечения и долгожданных выходных. Но теперь эти несколько дней выглядели такими жалкими крохами по сравнению с необъятными песками жизни. Пять дней, и они все умрут. Отсчет пошел. — Мне кажется, что маньяк находится где-то в доме, — высказал мысль Эрик, входя в комнату. — Он же должен как-то активировать ловушки, убивать всех и болтать свои речи. Одних камер тут недостаточно. Но никто не ответил. Все виновато смотрели на Эрика. — Я знаю, что вы хотите сказать, — вздохнул парень. — Так вот не надо. Я все понимаю. Козел отпущения всегда необходим. Главное, что теперь вы перестали подозревать меня, а я хочу помочь. Предлагаю забыть об этом и накидать какой-нибудь план. — Ты прав, Эрик, — поддержал его Алек. — Главное, что все обошлось. — Расскажите мне, что случилось с Беллой, — попросил Эрик. Алек и Бамби кратко пересказали ему, как нашли девушку на кухне, ее обезображенный вид, и как перенесли тело наверх, положив ее рядом с Рен и Роханом. Из их уст это звучало не так ужасно, как было на самом деле, и Эми пожалела, что не узнала о случившемся из чужого рассказа. Тогда быть может образ изуродованной Беллы не оккупировал бы ее мозг и не мешал бы мыслить здраво. — Я больше никогда не смогу нормально спать, — озвучила ее мысли Рейчел. — Ее тело постоянно у меня перед глазами. И Рен. И Рохана. И тех людей наверху. Я не могу перестать об этом думать. Она вновь была на грани истерики. Амелия подошла к девушке и обняла ее, как сделала недавно на кухне. Ей хотелось забрать боль Рейчел, вытянуть из ее тонкой кожи, освободить и спасти. Но отчаяние Рейчел было слишком велико, оно накрывало всех приближающихся к нему; давило и готово было раздавить в любую секунду. — Я знаю, что это будет тяжело, — сказала Эми. — Но нам всем нужно поспать. Ясность мыслей в данной ситуации нам необходима больше всего. Откуда столько уверенности и твердости в ее голосе? Все поддержали ее. Молчаливые приготовления ко сну заняли несколько минут. Все разместились точно также, как в ночь до этого. Пустующий диван, где еще вчера спала Белла, бросался в глаза и мешал успокоиться. Но никто так и не решился его занять. *** Ей снилось, что кто-то зовет ее из темноты. Или это был не сон? Все выглядело пугающе реалистично. Она была в своей комнате в небольшой квартирке в Лондоне. Такие знакомые и родные предметы, мебель и стены. Издалека послышался голос. Эми вышла из комнаты и пошла по темному коридору, следуя за зовущим ее голосом, стараясь не отставать. Но чем ближе Амелия подбиралась к источнику звука, тем дальше он был. Она пыталась вытащить из памяти этот голос, вспомнить кому он принадлежит, но ничего не выходило. Мысль ускользала от нее, как гибкая ящерица, оставляя в руке лишь кусочек хвоста в виде обрывков воспоминаний. Коридору не было конца. Казалось, что стены, потолок и даже пол исчезли, и она идет по бесконечному лабиринту ночи. Голос казался все тише, пока совсем не смолк. Во мраке не осталось звуков: ни эха ее шагов, ни взволнованного дыхания, ни шелеста одежды. Эми ощутила себя придавленной этой тишиной и нескончаемым мраком. Она продолжала идти, не понимая зачем, пока декорации не сменились. Девушка оказалась в доме маньяка, в комнате с трупами. Вдалеке опять послышался голос, зовущий ее. Эми хотелось окликнуть зовущего, но ее собственные голосовые связки не поддавались, она почувствовала себя бьющейся о берег рыбой, которой не хватало родной стихии. Амелия последовала за голосом с твердым намерением поймать его. Она выбежала из комнаты и направилась в сторону лестницы. Голос казался ближе. У самого спуска вниз Амелия увидела Рен. Она стояла спиной к ступенькам и молча смотрела на пустую стену напротив лестницы. Эми начал медленно подходить к ней. Страх захватил власть в ее сердце, словно сорняк, который возвращается, как бы его не выдергивали. Девушке хотелось окликнуть Рен, но голос все еще не подчинялся ей. — Эми, — прошептала Рен. Ее голос казался далеким и призрачным. Она обернулась. Из глаз Рен текли кроваво-красные слезы, а вместо зрачков пылало адское пламя. Ее губы изогнулись в дьявольском зверином оскале, обнажившем желтые зубы. Амелия закричала и побежала по коридору, возвращаясь обратно к комнате с трупами. — Ты виновата в этом, только ты, — последовал за ней вопль Рен и обжигающее пламя ее глаз. Кровь была под ногами Эми, и на стенах и на потолке. Она бежала без остановки, но конца коридору не было. Девушка пробегала нескончаемые ряды комнат, похожим друг на друга, словно близнецы. Она заглядывала в них, и в каждой лежали трупы. Десятки, сотни, тысячи окровавленных тел. Из одной такой комнаты вышел Рохан. Его лицо было изрезано толстыми линиями, как и все его тело, из которых сочилась кровь. Местами виднелись кроваво-черные кости. — Это твоя вина, — медленно произнес Рохан, едва открывая израненный рот. Глаза мужчины горели тем же адским огнем. Эми отчаянно пыталась закричать, но для этого не хватало дыхания. Легкие сжались, парализованные и зараженные поступившем из сердца страхом. Теперь страх вместе с кровью разносился по всему телу Амелии, отравляя органы. Через несколько секунд она не сможет двигаться. В голове бродила лишь одна мысль о том, что нужно бежать, а если она упадет и перестанет двигаться, то хотя бы не около Рохана. Эми бежала дальше, оглушенная звучащим в ушах воплем Рен. Амелия обернулась, но позади не было ничего. Минувшие комнаты исчезали, поглощенные пустотой. — Мы все умерли из-за тебя, — послышался звенящий голос совсем рядом. Из мрака показался силуэт Беллы. Она стояла у стены, закрыв лицо руками. По ее локтям стекали тонкие струйки крови. — Мы все умерли из-за тебя, — настойчивее сказала Белла. Эми хотелось объясниться, извиниться, попытаться помочь, но ей удавалось лишь стоять. — Мы все умерли из-за тебя, — закричала Белла, открывая лицо. Пламя вырвалось из ее окровавленных глаз и направилась к Амелии. Ей не скрыться от него, не убежать, оно настигнет ее в любом случае. Девушка понимала это, но сила адреналина победила парализующий страх и заставило ее побежать из последних сил. Она бежала от пламени сотню лет, а может быть секунду, пока не уткнулась в стену. Бесконечный коридор комнат закончился тупиком. Эми стучала кулаками в стену, мысленно умоляя впустить ее, но никто не помог ей. Она ощущала жар огня, который поймает ее через считанные мгновения и сожжет заживо. — Ты убила меня, Эми, — послышался голос совсем рядом. Амелия повернулась, хотя и так знала кому он принадлежит. Молодой человек с кровью вместо глаз смотрел на нее. Ей хотелось подбежать к нему, броситься на шею, умолять о прощении, но она продолжала стоять, как и при виде Беллы. — Ты убийца, — яростно закричал молодой человек. Из-за его спины появилось пламя, которое охватило тело Эми. Девушка наконец ощутила в себе силы закричать. Боль в ее груди вырвалась наружу с криком, который взорвал легкие. Огонь полностью охватил ее. *** — Эми, Эми, проснись, это всего лишь кошмар, — раздался голос издалека. Амелии хотелось спрятаться от этого человека, убежать от пытки огнем и боли. Но голос продолжал проникать в ее разум, и Эми начало казаться, что она трясется. От холода или страха? Это продолжение сна или реальность? Или сон и был реальностью? В голове все перепуталось, а голос продолжал звать ее. Он казался знакомым. Амелия открыла глаза и увидела Эрика, который слегка тряс ее за плечо. Его обеспокоенное, еще сонное лицо с удивлением взирало на нее. — Ты плакала во сне, — пояснил он. — Кошмар приснился? — Мы уже в кошмаре, только он намного хуже тем, что он реален, — ответила Эми, медленно поднимаясь со своей импровизированной постели. Голова раскололась на миллион кусочков. — Пойдем на кухню, поговорим, расскажешь мне про свой кошмар, — предложил Эрик, помогая девушке подняться. — Не хотелось бы никого разбудить. После всего случившегося каждому из нас необходим отдых. Эми встала с большим трудом, голова кружилась, перед глазами мелькали белые пятна, а окружающие предметы расплывались. Они вышли из гостиной в освещенный тусклой лампой коридор. Их тени извивались на стенах в уродливых танцах. — Нет, прошу, только не на кухню, — умоляла Эми. То место было наполнено кровью, как почти все комнаты дома. — Да, да, извини, — замялся Эрик. — Давай останемся здесь, — предложила Амелия, присаживаясь прямо в коридоре, прижимаясь спиной к стене. Эрик сел рядом. Его рука неуверенно покоилась в сантиметре от руки Эми. — Расскажи мне, что случилось, — мягко начал Эрик. — О чем был твой сон? — Я смутно его помню. Там были какие-то лица, кровь и трупы, — безбожно врала Эми. Она отчетливо помнила каждую секунду своего кошмара, а обжигающее пламя до сих пор опаляло ее кожу. В голове звучали крики мертвецов, которые обвиняли ее в своей смерти и жаждали мести. — Ты ведь врешь, — уверенно возразил Эрик. — С чего ты решил? — поинтересовалась Эми. — Я просто знаю. Ты врешь, — настойчивее сказал Эрик. — Твой голос дрожит, а сердце колотится так громко, что еще несколько ударов, и даже я смогу его услышать. Эми молчала, смотря на ободранные обои в коридоре. Это Белла оторвала их после того как увидела изуродованное тело Рен. А теперь Беллы нет. Остался лишь призрак, властвующий над разумом Амелии. Потом девушка посмотрела на свои руки. Ими она снимала тело Рен с веревок и пыталась спасти жизнь Рохану. А потом и этих рук не станет, как и ее самой. Лишь дух будет царить на этом кладбище неприкаянных душ. Слезы начались внезапно, и через секунду их уже невозможно было остановить. — Там были Белла, Рен и Рохан, — рыдала Эми. — Они обвиняли меня в своей смерти. Я не спасла их, хотя могла бы, если бы попыталась. — Это не твоя вина, — возразил Эрик, прижимая вздрагивающее тело девушке к себе. Руки гладили ее огненные волосы. — Маньяк нашел бы способ убить их, даже если бы мы помешали ему в первый раз. — Я должна была лучше стараться разгадать его вопрос, уделить этому силы, а не тратить время на слезы, панику и желание обвинить тебя, — продолжала всхлипывать Эми. Ее рыдания превращались в клубок несвязанных обрывков фраз. — Не кори себя за попытку найти истину. Ты попыталась отыскать виновного и спасти всех. — Но то были пустые попытки, — покачала головой девушка. — Я сделала только хуже, настроив всех против тебя. Может быть, не будь мы все так заняты тобою, Беллу удалось бы спасти. — Маньяк выбрал ее, поэтому не имело значения, что мы делали в это время, — уверенно заявил Эрик. — Главное лишь то, что теперь мы знаем, что среди нас нет предателя. Амелия, прижатая к груди Эрика, на секунду почувствовала, что сердце парня забилось чаще, когда бывает при человеческой лжи, но тут же отогнала эту мысль, запретив себе вновь обвинять его. — Там был еще кое-кто, — поддалась моменту Эми, выкладывая самое сокровенное. В эту секунду она ощутила бесконечное доверие к Эрику. Нет, он не может обманывать. Он защитит ее, и они вместе выберутся из дома. — Тот, кому я навредила. Лицо Эрика было так близко, в его глазах светилась забота и сочувствие. Казалось, что даже слезы высыхают под взглядом этих глаз, а тревога уносится подальше от исходившего от него света. — Ты не способна никому навредить, — губы Эрика изогнулись в полуулыбке. — Ты слишком добра и мила, чтобы совершить что-то плохое. Его рука скользнула по прядкам девичьих волос и оказалась на щеке Эми. Холодные пальцы гладили мокрую от слез кожу. — Ты меня совсем не знаешь, — сказала Амелия, затаив дыхание. — Может быть и так, — согласился Эрик, наклоняясь еще ближе к ее лицу. — Но я хочу узнать тебя. Его губы были такими же холодными, как и пальцы. Вселенная словно остановился, и все вокруг стало неважно. Они отделили себя от остального мира, закрывшись в собственном мирке за тяжелым замком без ключа. Отчаяние и смерти померкли за этим мгновением. Амелия не понимала, как едва знакомый ей человек может внушить ей такое чувство защищенности. Но тревога отступила. Но, как это всегда бывает, реальность лишь посмеялась над робкими ростками надежды на лучшее и разрушила замок мимолетного мирка, который оказался лишь мыльным пузырем, способным лопнуть от дуновения ветра. Этим дуновением стал крик, который Эми уже слышала сегодня, но надеялась больше не услышать никогда. Кричала Рейчел.