Истоки, ч. 1

*       На палубе было жарко, поэтому Эвели вышла из каюты босиком. Ее маленькие ножки осторожно ступали по нагретым солнцем доскам. Девушка подошла к борту, положив на него руки и вглядываясь в постепенно удаляющуюся Аткатлу. Тонкие пальцы до боли вцепились в дерево. Теплый ветер развивал черные волосы эльфийки и ее бледно-малиновую юбку, поясом которой служил повязанный платок из серебристых нитей. Белая кофта без рукавов с глубоким вырезом сменила надоевшие рубашки и плащ, на шее поблескивала подвеска из лунного камня. Глаза эльфийки приобрели задумчивое выражение, когда она прощалась с южным городом. То что она чувствовала… словно натягиваются нити, связавшие ее сердце с Фьерном. Чем дальше она будет уплывать, тем туже они натянутся, вырывая из сердца по кусочку, оставляя кровоточащие раны. От печальных раздумий ее отвлек подошедший толстяк капитан.       - Госпожа Неррель, - учтиво обратился старый морской волк, одобрительным взглядом окидывая девушку, - у меня больше нет мест на корабле, так что вашей помощнице придется жить с вами.       - Кому? - бард приподняла черную бровь, ничего не понимая.       - Девушка, что прибежала с вами...       Эвели вспомнила и досадливо поморщившись кивнула, намереваясь пойти поскорее разыскать "помощницу". Тем временем Эйя перегнулась через борт, вглядываясь в зеленоватые волны и наслаждаясь долетавшими до неё прохладными брызгами. Раньше она никогда не плавала на корабле, поэтому за первыми восторгами не сразу сообразила, что понятия не имеет, куда, собственно, держит путь это судно. А какова будет реакция капитана, когда он узнает, что Эйя наврала ему? Наверное, просто высадит на первой же пристани.       "Ну, раз на этом корабле у меня только одна знакомая... Нет, не знакомая, я даже имени её не знаю, надо её поискать", - эта мысль приободрила девушку, и вскоре она заметила лунную эльфийку, стоящую у другого борта корабля. Эйя потопталась в нерешительности, но потом всё-таки подошла и встала рядом, искоса поглядывая на незнакомку. Синие глаза с золотистыми искорками насмешливо разглядывали девушку в ответ.       - Ты понимаешь, что капитан может просто выкинуть тебя за борт или вздернуть на рее, если узнает о вранье? - спросила Эвели беззлобно. Взгляд девчонки напомнил ей котенка Инея, когда тот виновато опускал голову. Эвели облокотилась на перила, продолжая разглядывать "помощницу", раздумывая, может ли та быть ей чем-то полезной.       - Понимаю, - девчонка бросила на эльфийку быстрый взгляд и снова отвела глаза. Эйя внезапно обнаружила, что испытывает странную робость в присутствии незнакомки. - Только какая мне разница? Эти, там - на берегу, которые погнались за нами... ой, за вами, всё равно бы меня прикончили. Я ещё не достаточно владею магией, чтобы справиться с такой толпой, - Эйя вздохнула. Вдруг её осенила какая-то мысль, и она посмотрела на лунную эльфийку широко раскрытыми глазами. - А откуда вы узнали, про вранье?       - А как ты еще могла сюда попасть? - небрежно пожала плечами Эвели. - Капитан спрашивал про тебя... - она сделала паузу, прищурившись и наблюдая за лицом девушки, - я не стала разубеждать его... Я давно не наслаждалась роскошью, а сейчас мне это особенно необходимо. Я больна и возможно скоро умру. Мне пригодится помощница, особенно владеющая магией. Ты можешь выбрать - плавание до Аткатлы по волнам Моря Мечей в виде объеденного крабами трупа либо прислуживание мне до прибытия в Даггерфорд.       - Вы, получается, меня спасли? - лицо Эйи вытянулось. Несколько секунд она в немом восхищении рассматривала свою спасительницу, даже забыв закрыть рот. Резкий удар волны о борт привел её в чувство. - Конечно-конечно, я буду вам помогать! - затараторила девушка. - Да я теперь просто обязана... Только вы не думайте, что только поэтому, я сама хочу! - не в силах сдерживать свою природную эмоциональность, Эйя схватила эльфийку за руку. - У меня есть магические способности, я уже многое умею, а ещё у меня есть… вот, - девчонка запустила руку в карман и достала какой-то свёрточек. - Это амулет, он говорящий, только сейчас спит, - Эйя перешла на шепот. - По-моему он эльфийский. Хотите взглянуть?       Эвели поначалу опешила от такой прыти, а затем выдернула руку.       - Тише, тише... Такие вещи не показывают прилюдно. Пойдем в каюту... Как тебя зовут?       Не дожидаясь ответа, она быстрым шагом направилась вниз. Войдя в свою уютную каюту, Эвели подошла к окну и встала там, сложив на груди руки и окидывая взглядом девушку. Она была чуть выше самой эльфийки, но на вид - сущее дитя.       - Меня звать Эйя. Моя мама говорит, что это значит "удачливая", - девушка последовала за эльфийкой. Эйя уже открыла рот, чтобы, в свою очередь, спросить: "А вас как зовут?", но вовремя одумалась и промолчала. В каюте был полумрак, так что глаза девушки не сразу привыкли. Эйя подошла ближе. - А сейчас можно показать его? Только он, как бы сказать, немного несдержан, - предупредила она, разворачивая свёрточек.       - А ты и правда удачливая, - хмыкнула эльфийка, против воли ощущая любопытство. - Иначе бы Корин с дружками сейчас уже развлекались с тобой. - Ожидая пока Эйя развернет сверток, бард села на кровать, убрав оттуда книгу и положив ее на стол. - Меня зовут Эвели, - добавила она. Эльфийка почувствовала голод и задумалась, когда она в последний раз ела. После расставания с Фьерном у нее почти пропал аппетит, но видимо пробежка по свежему воздуху немного вернула его.       - Мне нужно называть вас "госпожа Эвели"? - Эйя вопросительно посмотрела на эльфийку, и, не дожидаясь ответа, осторожно развернула платок. Внутри оказался довольно тяжелый амулет в форме головы льва. Девушка слегка щёлкнула пальцем прямо в львиный нос.       - Ухх... До чего же я ненавижу, когда ты так со мной поступаешь! - противный скрипучий голосок доносился прямо из амулета. - Сколько ты протаскала меня в кармане? Сутки? Двое? Где мы находимся?       Не слушая возмущения львиной головы, девушка поднесла ее поближе к Эвели:       - Это Лайнхарт. Не обращайте внимания, он всегда всем недоволен, поэтому я ношу его в кармане. В нём есть сила, только я не уверена какая... Он принадлежал одному лунному эльфу. Может, вы что-нибудь поймете?       Эвели на секунду задумалась, ей захотелось, чтобы девчонка называла ее "госпожа". Давно у нее не было своей прислуги. Но потом бард решила, что с таким обращением будет чувствовать себя старухой. А ведь она еще так молода... во всяком случае для эльфа. Поэтому девушка сдержала порыв и ответила:       - Ты можешь называть меня Эвели и обращаться на "ты", но будешь выполнять мои распоряжения... - она дотронулась прохладным пальцем до амулета. - Я слышала о таких. Обычно в них томится душа какого-нибудь глупца, например волшебника, посягнувшего на знания более могущественного коллеги... - она помолчала, разглядывая тонкую работу. - О своем могуществе может догадываться лишь он сам.       - Я вижу, что кто-то очень умный смог увидеть меня насквозь! Моя тайна раскрыта! Что же мне делать?! - львиная мордочка растянулась в улыбке от уха до уха и показала эльфийке длинный язык. - Б-е-е-е-е-е-е!       Лицо Эйи залилось багровой краской - она тут же схватила амулет и обвязала его платком.       - Как ты себя ведешь! Как последняя скотина! Простите его - он такой дурак! - на глазах девушки от стыда даже выступили слезы. Львиная голова что-то промычала из-под повязки, захихикала сдавленным смешком и тут же была отправлена в карман, бубня при этом уже совершенно другим, жалобным голосом. Бард чуть улыбнулась, ей было наплевать на глупый, говорящий амулет, и без него проблем хватало.       - Давно должны были принести еду... - раздраженно заметила девушка, ни к кому не обращаясь. - Сходи-ка на камбуз, спроси - в чем дело и принеси чего-нибудь нам поесть. Мне сегодня еще петь, а я ненавижу делать это на пустой желудок, под аккомпанемент своего живота.       Отдав распоряжение, Эвели принялась разбирать свои сумки, откуда выудила мандолину, проверяя, как настроен инструмент.       - О!.. Конечно!.. Сейчас! - Эйя выскочила из каюты, опрокинув стоящий на дороге стул.       Койрэ выбрался на палубу и невольно поморщился - было очень жарко, эльф быстро вернулся в каюту и оставил там свой плащ и кольчугу. Второй выход на палубу стал более приятным. Легкий ветерок играл с локонами Койрэ, поочередно перебирая их, словно чья-то ласковая рука. В хлопковой рубахе и кожаных штанах было не так жарко, как в доспехе, тепло вдруг даже стало приятным и желанным. Направившись к носу судна, друид думал только об одном - о Говорящих Рощах. Он слышал о них много различных россказней, среди которых, наверняка, была и правда и ложь. Кто-то молвил, что это место сводит с ума и лишает рассудка, превращает любого в своего раба, марионетку. Другие твердили, что Говорящие Рощи способны помочь познать истину, достичь необыкновенных высот во всем, что связано с природой и жизнью, они могут дать могущество, но в то же время обучить ответственности. Друид решил не верить ни тем, ни другим, пока он самолично не посетит это воистину загадочное место Фаэруна.       Выбрав на носу судна место поудобнее, Койрэ сел скрестив ноги и попытался сконцентрировавшись, найти общий язык с морем, которое рассекал "Морской Дракон". Эльф прикрыл свои глаза, задержал дыхание и услышал тихий, едва различимый шепот. Он не мог понять ни слова, как вдруг на него снизошло озарение. Это был не один голос, а миллионы голосов, которые заглушали друг друга, пытаясь докричаться до друида. Койрэ прекрасно понимал, что в этом хаосе содержится самый четкий порядок, - это была гармония жизни. Эльф растворялся в собственных мыслях, чувствуя, как силы природы наполняют его. Всеобъемлющее единение с окружающим миром - это ли не блаженство? Внезапно, от медитации его отвлек чей-то неприятный, хриплый голос.       - Господин... - прохрипел пожилой матрос, почесывающий брюхо. - Я собирался мыть палубу в этой части... Вы могли бы куда-нибудь перейти?       Друид слегка поморщился и ничего не ответив, направился в другую часть корабля. Желание погружаться в себя больше не было, оставался лишь легкий осадок на душе. Бросив взгляд на красивого дракона, расположенного на самом носу корабля, эльф ускорил шаг, желая уйти как можно дальше. Одноглазый Белый Дракон вновь всплыл в его воспоминаниях. Мощный, непоколебимый, колоссальных размеров ящер... Койрэ все еще помнил крик своей матери, до сих пор помнил уход своего отца. А затем эльфа охватило воспоминание битвы с этим чудовищем. Обжигающий холод, боль, слабость... Он так и не мог понять, как ему удалось одолеть Дракона. Койрэ облокотился о борт корабля, вглядываясь в морскую гладь.       «Жизнь странная штука, что бы ты не делал, все возвращается к нулевой точке, к истокам. Наяву, во сне, в мыслях... Все движется по кругу... Не в этом ли есть идеальный баланс и всемирное равновесие?»       Наконец, Койрэ решил вернуться в свою каюту. Проходя по палубе, друид заметил двух беседующих девушек - эльфийку и человека. Кажется, младшая была немного испугана, но друид решил не лезть в чужие дела. Спустившись вниз, он открыл дверь в свою каюту и замер. Вся комнатка была засыпана перьями, а на кровати лежала Акха с разодранным куском ткани в зубах.       - О, Силванус, что ты сделала с подушкой, Акха? Кто это будет собирать?! - друид тяжело вздохнул, прикрыв ладонью лицо. - Откуда ты взялась на мою голову? Был бы у меня нормальный кролик или барсук! Так нет, у меня ужасная волчица, которая не может даже в каюте спокойно посидеть! Ты меня провоцируешь, да? Хватит прятать морду!!       Волчица спрыгнула с кровати и отбросила кусок ткани в сторону. В ее жалобном взгляде читалось искреннее раскаяние.       - А убирать ведь все равно мне! - воскликнул друид, принимаясь собирать перья. - Когда-нибудь я не выдержу и прикончу тебя. - Волчица заскулила, как уличная собака. - Да-да, и не дави на жалость, двуличная псина! - в голосе Койрэ не было злости, слишком сильно он был привязан к ней, да и никого более близкого у него не было. Все угрозы друида были пустыми, Акха отлично это понимала и пользовалась этим из раза в раз. Лишь спустя довольно продолжительное время Койрэ наконец закончил уборку. Акха, тем временем, устроилась возле платяного шкафа и виновато смотрела на то, как эльф собирает плоды ее "игры" с подушкой.       - Ты ведь видела мою шапку из волчьей морды? - спросил друид, подбирая последнее перышко. - Так вот, следующая будет сделана из тебя. - Волчица фыркнула. - Не веришь мне? - друид рассмеялся. - Ну посмотрим, посмотрим.       Раздался стук в дверь.       - Акха! - шепотом воскликнул Койрэ. - Быстро под кровать! Ну же прячься!!       Волчица лениво поднялась на лапы и поплелась в сторону кровати, а затем так же лениво забралась под нее и с хлопком шлепнулась на пол. Друид, быстро схватил разорванную наволочку и спрятал ее за спину, а затем открыл дверь. На пороге стояла полная женщина, одетая в коричневое платье из дешевой ткани. На поясе у нее висел белый кружевной фартук, в руках она держала поднос с двумя тарелками и стаканом.       - Ваш обед, - сообщила женщина, оставляя поднос на столе. - Приятного аппетита.       Койрэ глянул в сторону принесенной пищи. Уха и рыбная котлета с картофелем. В кружке был холодный чай. Все, как он и просил.       - Спасибо, - отрезал эльф.       Служанка кивнула, развернулась и направилась к выходу из каюты. Акха протяжно зарычала под кроватью. Женщина тут же обернулась и посмотрела на Койрэ.       - Что это было? - спросила она, прищурившись.       - Ничего, - растерянно ответит друид. - Ничего не было.       - Вы только что рычали, - служанка взмахнула своим пухлым указательным пальцем. - Вы рычали, как маньяк.       - Я не рычал! - воскликнул эльф, разводя руками. - Вам, должно быть, послышалось.       - Знаете ли, я приличная женщина! И ваши ролевые игры меня совсем не заводят! - служанка резко развернулась и вышла из каюты, хлопнув дверью.       - Акха!!! - прохрипел Койрэ, подходя к кровати. - Ты что творишь? Теперь она считает, что я какой-то извращенец!! Что значит, тебе ее нога показалась аппетитной? Все, мне это надоело! Нет, я тебя отзову. И не подумаю. Нет, я сказал!! - друид взмахнул рукой, из-под кровати полился серебристый свет, который через пару секунд потух. Эльф покачал головой, сел за стол и принялся обедать. Закончив трапезу, Койрэ вышел из своей каюты и вновь направился на палубу, чтобы подышать свежим воздухом. Жара уже спала, но все еще дул теплый ветерок. Эльф прошелся вдоль палубы, а затем увидел капитана.       - Койрэ, верно? - капитан внимательно посмотрел на эльфа. - Как тебе каюта?       - Все замечательно, капитан Дэниэлс, - друид дружелюбно улыбнулся. Капитан довольно кивнул, ему явно льстило, когда пассажиры оценивали его судно по достоинству.       - Ах, да, чуть не забыл! - воскликнул Дэниэлс. - Сегодня вечером на палубе будет выступать одна эльфийка, она бард и так чудно поет! Можешь прийти послушать.       Койрэ кивнул. Его не особо тянуло слушать музыку, но других занятий у него все равно не намечалось.       - Хорошо, спасибо за то, что сообщили мне! - эльф вежливо кивнул капитану и продолжил свою прогулку по палубе.       «Эльфийка? А не та ли самая эльфийка, которая разговаривала здесь с человеческой девушкой? У них что, совместный ансамбль? Что же, надеюсь, что она хорошо играет. Хорошая музыка всегда расслабляет...»       Помимо Койрэ по палубе сновали матросы, выполняющие команды старпома. На секунду Эйя, выбежавшая по приказу барда, засмотрелась на этих рослых красавцев - щеки ее раскраснелись. Опустив глаза, девушка пробежала к камбузу. Толстый кок в фартуке готовил рагу с мясом. От таких запахов у Эйи потекли слюнки.       - Здра..! - сказала девушка, запнулась и тут же залилась краской. - Здравствуйте! Моя госпожа просила передать... чтобы я передала... что она давно ждет, когда ей принесут еду!       Эйя выпалила все это на одном дыхании и уставилась на кока. Тот, подумал немного, очевидно деля на порции сказанный набор слов, затем улыбнулся, плеснул в две глубокие тарелки по большому черпаку вкусного варева, налил в две большие кружки красного вина, водрузил все это на поднос и передал девушке.       - Передайте своей госпоже мои глубочайшие извинения! - повар выдернул из стоящей перед ним вазы прекрасную белую лилию и положил ее между кружек с вином.       - Спасибо! - Эйя пошла обратно, гордо неся поднос перед собой. Войдя в каюту, девушка поставила поднос на стол. Несколько капель выплеснулось из тарелок и угодило на одежду Эвели.       - Боже мой, сейчас я вытру! - Эйя кинулась вытирать одежду эльфийки своим рукавом. Эвели раздражённо закатила глаза и отпихнула ее:       - Не надо, оставь... Садись лучше ешь...       После ужина эльфийка подошла к шкафу и принялась переодеваться, ничуть не смущаясь присутствия своей новой помощницы. Идеальное тело барда с гладкой белоснежной кожей, словно светилось в полумраке каюты. Давно уже стемнело, но эльфийские глаза не заметили этого, а Эйя видимо постеснялась зажечь свет. Грязную юбку она бросила в угол комнаты, собираясь потом отправить Эйю в прачечную на нижнем ярусе корабля. Посмотрев на развешенные платья, Эвели выбрала чёрное с корсетом-сердечком и без рукавов. Тонкий серебристый пояс обвивал талию девушки. Оторвав у лежащей на подносе лилии стебель, эльфийка закрепила бутон нежного цветка за острое ухо. На груди всё также поблёскивал её новый талисман из лунного камня. Бросив на девушку короткий взгляд, бард позвала её на палубу, взяв с собой мандолину.       Там уже расставили лавки для слушателей, которые восхищённо наблюдая за приближающейся серебряной эльфийкой, принялись аплодировать. Представление началось. Вопреки своим обычным выступлениям - полным огня и веселья, на сей раз Эвели не была способна радоваться жизни. Корабль плыл в пустоту Моря Мечей, освещённый слабыми зеленоватыми огоньками, трепещущими в лампадах, развешанных по бортам. В нём чудилось нечто необыкновенное - словно истинно эльфийская магия оплела корабль своими чарами вместе с изумительным голосом барда. Ночь рассыпала звёзды, подмигивающие слушателям с небосвода и создающими романтический ореол всем предметам в подлунном мире.       В этот раз Эвели полностью отдалась музыке, даже не пытаясь, против обыкновения, наблюдать за слушателями, подмечать их реакцию или делать собственные выводы о каждом. Перед глазами эльфийки то и дело возникало суровое лицо человека, с холодными сине-стальными глазами. Вся тоска, снедавшая её на протяжении последнего времени, выливалась в прекрасные мелодии, тонко выплывающие из-под пальцев барда, и усиленные её магией они проникали в душу каждого.       Койрэ, прогуливаясь по палубе, услышал приглушенные звуки музыки и чей-то прекрасный голос, редкое меццо-сопрано.       «Это же выступление эльфийки, о котором мне говорил капитан... Послушать, что ли?»       Эльф направился вперед, туда, откуда нежный, волшебный женский голос разливался по палубе. Койрэ мгновенно почувствовал расслабленность и наслаждение, не только эстетическое, но и физическое. Эта музыка словно окутывала его, завораживая. Сам друид петь не умел, да и не являлся особым ценителем искусства струн и песни. Тем не менее, эльфийка пела настолько хорошо, что эльф даже решил задержаться здесь. Он сел на самую отдаленную от барда лавку и прикрыл глаза.       «В ее голосе чувствуется тоска, будто бы она потерла очень близкого ей человека... Отца? Мать? Может быть любимого? Или брата? Сестру?» Внезапно, Койрэ поймал себя на том, что его мысли, странным образом, вращались вокруг этой девушки. «Барды... Забавно, только и поют всю свою жизнь. Единственное, что радует: нет от них ни вреда, ни пользы, а значит, они не представляют никакой угрозы и... недостойны моего внимания».       Эльф поднялся с лавки и направился в свою каюту. Закрыв комнату на ключ, Койрэ лег на кровать, а в его голове все еще крутились мотивы, исполненные эльфийкой. **       Дальнейший путь колдуна прошел без стоящих упоминания происшествий и вскоре Фьерн вернулся в Аткатлу. Как ураган промчался по территории порта и довольно быстро нашел корабль, идущий в сторону Кэндлкипа, от которого до Берегоста - нынешней цели человека - было рукой подать. Оставалось лишь гадать, что Вессалор нашел в этом приграничном захолустье, но отчего-то колдуну думалось, что это неспроста.       Ему предстояло провести дни в безделье, наедине со своими воспоминаниями об Эвели. Поначалу это было невыносимо и мучительно, но вскоре выяснилось, что у Фьерна есть талант в парусном деле, и колдун с раннего утра до глубокой ночи пропадал над палубой как простой матрос. Наряженная работа позволяла ненадолго отвлечься от тягостных воспоминаний, Фьерн намеренно изматывал себя до предела, чтобы добравшись до каюты падать без сил, но мысли все равно возвращались к прекрасной лунной эльфийке.       Острый нос корабля бодро резал морскую гладь, отмеряя милю за милей по дороге на север. Жгучее южное солнце, словно чуя, что корабль скоро уйдет в более прохладные широты, стремилось поджарить экипаж и пассажиров, однако загорелым до цвета темной бронзы матросам все было нипочем. Фьерна же спасала его магия.       Морское путешествие колдуна завершилось быстро, не встретив серьезных препятствий и вот Фьерн подгоняет коня на восток по бездорожью, не желая делать крюк по Львиной Дороге. Вдалеке по левую руку виднеются острые шпили крепости Кэндлкип, озаренные кровавым закатным солнцем. До цели оставались считанные мили.       Колдун подъехал к городу, когда солнце уже село за горизонт. Ворота были опущены и двое стражников сурово смотрели на подъехавшего мужчину. Хотя приглядевшись, Фьерн понял, что это были стражницы. Причём уставшие за день и, явно давно не слыхавшие доброго слова от прохожих. Женщины мрачно взирали на колдуна, не собираясь поднимать решётку.       Фьерн спешился, взял Черного за повод и твердым шагом направился к воротам. Выглядел он при этом, мягко говоря, жутковато: драный плащ, растрепанные от скачки черные волосы, частично выбившиеся из заколки и падавшие на бледное лицо, запавшие щеки и глаза, в придачу обведенные темными кругами и сверкавшие в темноте сталью.       - Ночи спокойной, - поприветствовал он стражниц, подходя к воротам, и голос его походил на воронье карканье. - Какова въездная пошлина для всадника без товаров?       Стражница помладше уставилась на колдуна, чуть приоткрыв рот - видимо за весь день не увидела ничего столь же интересного. Вторая стукнула копьём, которое держала в руке, о землю и, окинув человека придирчивым взглядом, ответила:       - После заката в город не пускаем. Такой приказ в последние две недели. На дорогах неспокойно, на нежить жаловались. Так что иди, путник, тут направо по дороге таверна. Правда, до неё ещё часов пять ехать...       Колдун подошел к женщине совсем близко, так что она ощутила еще остававшийся на Фьерне дух корабельной смолы и морской соли, смешавшиеся с пылью дороги и запахом промасленной кожи. Эти две фигуры являлись неожиданной и досадной помехой на его пути.       - Мне нужно в город, - твердо ответил он. - Дело не терпит отлагательств.       - И что же это за важное дело? - хмуро спросила стражница, чувствуя себя неуверенно, но, не отходя ни на шаг от ворот. Вторая отступила, словно уловив нечто опасное в голосе колдуна. Опасное, даже для неё - тренированной и хорошо вооружённой.       - От этого зависит сохранение жизни, - не запнувшись, преувеличил колдун. Конечно, он был доведен до крайности, но пока еще помнил, что угрожать страже - не самый хороший вариант добиться своего, потому что приведение угроз в силу чревато неприятными последствиями, что мешают заниматься своими делами. - Меня вызвали, чтобы я помог замкнуть заклинание, от которого зависит слишком многое, - на ходу, не меняясь в лице, сообщил он. Морозное обаяние Фьерна подействовало на стражницу и она смягчилась.       - Ну, хорошо, проходи. Только не говори никому. Тэрна, подними решётку, - приказала она другой девице. И снова посмотрев на колдуна, добавила. - Тебе самому явно лекарь нужен. Он живёт возле кузницы. Мимо не пройдёшь.       - Спасибо тебе, благородная дева - я буду нем как могила, - ответил Фьерн, входя в город. Черный заржал, словно подтверждая слова стражницы о необходимости колдуна показаться лекарю, желательно специализирующемуся на душевных хворях. Ворота снова сомкнулись за его спиной, но колдун не оборачивался, он шел к центру города, где самые дорогие гостиницы и самая бурная жизнь. ***       Зоилит шла по улицам Врат Балдура, накинув капюшон на приметные рыжие волосы, а в ушах все еще звучали проклятия, что ей вслед слал Кирс, пока она бежала по тихому коридору их дома.       «Вот и вся любовь», - думала она. А поначалу - как он за ней ухаживал. Дарил украшения, заботился, учил... Зоилит помотала головой, отгоняя невеселые мысли. Оставалось теперь понять, что ей делать дальше. У нее на поясе был мешочек с небольшой суммой золотых, но надолго их не хватит. К тому же во Вратах Балдура оставаться нельзя - Кирс и его банда теперь охотиться за ней будут. Ну, почти вся банда... Некоторые из них любили ее куда больше, чем Кирса. Может, они даже рискнут ей помочь.       Голубоглазая воровка была укрыта влажным туманом с дождём, который в этом сезоне просто обрушивался на Врата Балдура, смывая всё живое и неживое с улиц города. Проходя мимо узких зданий с высоко расположенными окнами-щелями, девушка слышала, как захлопывают ставни хозяева домов, чтобы дождь не заливал комнаты. Зоилит промокла насквозь, и погруженная в свои мысли, даже не сразу это поняла. Но когда с капюшона закапала вода, она подумала, что надо бы где-то высушиться. Оглядевшись, девушка осознала, что забрела в дальний район города, оказавшись почти у самой стены. Перед ней была крошечная таверна, на ней даже названия не было - вывеску сорвало ветром или чьей-то рукой, только крепления и остались. Она бывала здесь раньше. Тут можно было выпить чего-нибудь горячего, да и комнатки сдавались. Так что Зоилит решительно шагнула внутрь. Даже если ее будут разыскивать, высохнуть и собраться с мыслями она успеет.       Таверна оказалась теплой и уютной: в камине весело потрескивал огонь, несколько посетителей попивали эль из больших деревянных кружек. Кое-кто поднял голову, рассматривая вошедшую, но затем вернулся к своим напиткам и разговорам. В дальнем конце, возле окутанной сумраком стойки сидел мужчина в тёмном плаще. Со спины было видно лишь вьющиеся каштановые волосы, спадающие ему на плечи. Он о чём-то разговаривал с трактирщиком - худым высоким человеком, протиравшем тряпкой стойку. Зоилит почудилось нечто смутно знакомое в сидящей у стойки фигуре. Она стряхнула капли с плаща, откидывая капюшон, и направилась к бару, разглядывая сидящего там мужчину.       - Будьте добры глинтвейн и немного тушеных овощей, - попросила она трактирщика. Затем села за столик так, чтобы иметь возможность незаметно рассматривать мужчину у стойки. Трактирщик подмигнул девушке и отправился на кухню, сообщить заказ. Он уже видел рыжую плутовку пару раз и она ему нравилась. Обернувшись на голос полуэльфийки, сидящий рядом мужчина окинул её взглядом прищуренных карих глаз.       - Зоилит? – вдруг спросил он хрипловатым голосом. - А ты совсем не изменилась.       Теперь, когда мужчина повернулся к ней, Зоилит его узнала.       - Солтис? - воскликнула воровка. Она не видела его уже много лет. Это с ним полуэльфийка уехала во Врата Балдура изучать магию. Когда Зои связалась с Кирсом, они еще пересекались пару раз, виделись вот так же, случайно. А потом он совсем пропал из виду. - Как же мы давно не виделись! Где ты пропадал? Как твоя магическая учеба? - закидала девушка его вопросами. Она на самом деле была очень рада его видеть. Он по-прежнему был для нее другом.       - Как видишь... не совсем удачно, - усмехнулся маг, продолжая разглядывать Зои, - раз я сижу в подобной забегаловке... А ведь помнишь мы, когда-то мечтали... Ну да ладно… - он махнул рукой и отхлебнул пива. Воцарилась неловкая тишина, каждый предался воспоминаниям о прошлом. Появился трактирщик, собственноручно неся Зои её заказ и дополнив его сладким пирожком - за счёт заведения.       - Спасибо, - Зоилит мило улыбнулась трактирщику. Потом снова повернулась к Солтису. - Что же произошло? Расскажи, пожалуйста. Ты куда-то уезжал? Выполнял задание мага... как его звали... Рамазит? Он всегда говорил, что у тебя талант к магии, не то что я... - Она с удовольствием отпила глинтвейна, и горячее вино приятно согрело ее изнутри. Солтис фыркнул, слегка брызнув пивной пеной.       - Рамазит... да этот хлыщ помер. Сгорел от собственного неудачного заклинания... Из-за него-то я и попал в неприятности... В общем, он подговорил меня на одно дельце... - мужчина покачал головой, словно удивляясь собственной глупости. - Умыкнуть несколько могущественных артефактов у одного сильного мага, Сатиэрдала - ты должна его помнить. С тех пор, пришлось уехать и начинать всё с нуля... Но здесь у меня уже есть, где жить и работёнка кое-какая имеется. А как твои дела?       - О... значит, Рамазит мертв, - Зои рассеянно покрутила в руках кружку. - Странно как-то. Да, Сатиэрдала я помню и очень хорошо, - ухмыльнулась она воспоминаниям. - А кем ты сейчас работаешь? - спросила девушка, намеренно избегая разговоров о своей жизни. Солтис думал, что она просто работала наемным магом у торговца, он не знал, чем именно занимается Кирс.       - В данный момент предоставляю магическую охрану некоторым домам и организациям, - пожал плечами мужчина. - Ничего особенного, но денег на жизнь хватает. Так как твои-то дела? Выглядишь ты немного помятой. Никак сбежала от кого-то? - Он усмехнулся, отворачиваясь и прося у трактирщика счёт. Поняв, что от ответа ей никуда не уйти, Зоилит вздохнула.       - Какой ты проницательный... - усмехнулась она. - Да... я от Кирса ушла. Мы с ним поругались. Боюсь, я наговорила, чего не следует. И теперь, наверное, он меня по всему городу разыскивать будет. Мне надо залечь на дно на некоторое время... - Девушка вопросительно посмотрела на Солтиса. Раз уж так все сложилось, почему бы не попросить помощи у старого друга, тем более, что он терпеть не мог Кирса и по-прежнему наверняка любил Зои.       Глаза Солтиса сверкнули, когда он вновь посмотрел на Зоилит. Он окинул её многозначительным взглядом, давая понять, что за подобную услугу ей придётся расплатиться. Но ведь это не стало бы проблемой для поклоняющейся Селюн, не так ли? Просто бурная встреча старых друзей...       Мужчина заплатил за еду девушки и, кивнув на выход, накинул плащ на плечи, приготовившись выйти в проливной дождь. Зоилит вздохнула с облегчением, надевая капюшон и выходя вслед за Солтисом в непогоду. В конце концов, как бы он ни изменился за эти годы, все же он был ее другом. И все еще очень привлекательным. За прошедшие годы Солтис только возмужал, что придало ему особый шарм. И он был полуэльфом, как и сама Зои. Быть с ним гораздо лучше, чем оставаться одной и прятаться от Кирса.       На улице погода превратилась в настоящий ураган. Ветер норовил сорвать капюшоны плащей и залить головы прохожих обильной порцией дождевой воды. Под завывания ветра, Зоилит и её старый приятель пересекли несколько кварталов, не самых бедных, но и не особо шикарных. Свернув в подворотню, они прошли мимо мусорных баков, в которых, несмотря на дождь, рылись несколько котов, и направились к чёрному ходу кирпичного здания.       - Я бы не хотел, чтобы нас заметили вместе, - сказал Солтис, открывая ключом дверь и пропуская девушку внутрь.       Зоилит проскользнула в дом, снимая капюшон и вновь стряхивая воду с плаща. Она была рада вновь оказаться в помещении, отгородиться от непогоды крепкой кирпичной стеной. Хорошо, что Солтис сам прекрасно понимал, что их не должны были видеть вместе. Как будто ее здесь и нет - пусть Кирс ищет сколько душе угодно. Девушка с любопытством огляделась. Солтиса всегда отличал неплохой вкус.       Полуэльф взял ее плащ и повесил в небольшой шкаф. Его дом представлял собой гостиную, совмещенную с кухней, плюс купальню на первом этаже и две комнаты в мансарде второго. Ничего особенного, но тут было тепло и уютно. Как и в большинстве домов этого города - узкие окна плотно закрыты ставнями. В тёмной гостиной было сумрачно, и мужчина принялся разжигать огонь.       - Мой дом, твой дом, Зои, - он подмигнул девушке. - Разберёшься, что к чему. Можешь пользоваться всем, чем душа пожелает. Надеюсь, ты ещё не разучилась также замечательно готовить.       - А ты неплохо устроился, - улыбнулась Зоилит, оглядываясь. - Куда лучше нашего первого жилища в этом городе.       «Хотя не так шикарно, как в Гильдии воров», - подумала она. Но не стала говорить ничего вслух. В конце концов, это не покосившийся сарай, и Солтис сейчас казался ей куда привлекательнее Кирса. Она шагнула к нему, в ее глазах загорелись веселые огоньки. - Готовить я, конечно, не разучилась, и с удовольствием что-нибудь приготовлю, - сказала она игривым тоном. - Но разве ты сейчас голоден?       Уловив в глазах полуэльфийки столь хорошо знакомый ему блеск, Солтис рассмеялся.       - Нет, поесть можно и позже.       Он подхватил девушку на руки и понес наверх, в свою спальню. Любовь Солтиса была обжигающе сладкой, совсем не похожей на то, что происходило у них с Кирсом. Зоилит полностью отдалась нахлынувшим чувствам... уж это она прекрасно умела. Лишь к вечеру она заставила себя вернуться в реальный мир. Дождь и ветер все так же били в ставни, но в комнате было тепло и уютно. Солтис лежал рядом, поигрывая ее рыжими локонами.       - Хорошо, правда? Как будто и не было этих лет, - проговорила Зои, поглаживая его по лицу.       - Да, крошка. Хотя ты стала еще опытнее, - усмехнулся довольный мужчина, любуясь девушкой. - Намного опытнее и красивее... За это я даже сам накормлю тебя ужином... - Он встал и, натянув штаны, вышел из комнаты, направляясь на кухню. Зоилит сладко потянулась, затем уже привычным движением завернулась в простыню - она не любила расхаживать голышом, даже если в доме никого не было, и спустилась вниз. Солтис орудовал на кухне. Девушка подошла сзади, приобняла, шепнула: "Я в купальню" и чмокнула мужчину в затылок. Вскоре Зои нежилась в горячей воде, ожидая, когда ее позовут ужинать.