Истоки, ч. 1

*       Зои с сочувствием вглядывалась в лицо Тауриэль. Она никак не могла ей помочь, и никто из присутствующих здесь, очевидно, тоже. Это было вообще чудо, что та пришла в себя и могла говорить. Некоторое время полуэльфийка прислушивалась к тому, что бормочет Таури. По крайней мере, стало ясно, что за книгу она нашла в замке дриады. А вот Эвели, похоже, знала, о чем спрашивать эту девушку.       «Эльфийский Источник Желаний», - подумала Зои. – «Кажется, я видела это название в книге, на которую наткнулась в одном из домов, что мы обворовывали».       Предоставив Эвели разбираться с умирающей эльфийкой, Зои занялась кроликами и зайцем. Она их освежевала, выпотрошила, и теперь их можно было готовить.       - Эвели, хочешь сама приготовить кроликов? - позвала она эльфийку. - Или мне этим заняться?       Бард, слушавшая умирающую, подняла синие глаза и встретилась взглядом с голубоглазой Зоилит. Несколько секунд, она, казалось, не понимала сути вопроса, думая о чём-то своём.       - Я хотела сварить бульон, он особенно пригодится Фарану. Вон там я отобрала нужные травки, - она махнула рукой на плащ, на котором сидела. - Приготовь ты... пожалуйста. А я ещё посижу с ней. Это может быть важно.       Зоилит задумчиво посмотрела на Акху.       - Койрэ, твоя волчица ест любое мясо? Она будет потроха? - спросила Зоилит у друида. Акха подняла голову и посмотрела на Зои таким же задумчивым взглядом.       - Это ты у нее спрашивай, - произнес Койрэ, улыбаясь. - У нее изменчивые вкусы, так что каждый раз от нее можно ожидать нового. - Волчица посмотрела на потроха, потом на своего хозяина и снова на потроха, развернулась и отбежала в сторону. Койрэ рассмеялся. - Кажется, она рассчитывает на порцию рагу, а не на потроха... - Койрэ погладил Акху по морде, и присев на землю, приобнял ее. Зои с улыбкой посмотрела на волчицу.       - Хм... ну, посмотрим, - сказала она. - Вдруг ей не понравится, как я готовлю?       Чай тем временем уже заварился и Фьерн отнес по кружке Эвели и Зои. Плутовка с благодарностью взяла свою кружку и отпила несколько глотков. Почти сразу она почувствовала прилив сил, и тепло разлилось по телу.       - Эльфийский Источник Желаний, - нахмурился колдун, услышавший разговор. - Что-то из старых легенд...       Некогда Вессалор о чем-то подобном упоминал, но как всегда вскользь, так что Фьерн и не стал у него выяснять. Бард знал много, но частенько использовал знания не по назначению, в частности в перепалках, давя интеллектом не в меру зарвавшихся "собеседников". Колдун, вздохнув, посмотрел на Тауриэль.       – Значит, это книгу о нем она решила почитать у Аны, что и привело её на алтарь. Вполне возможно, это что-то важное, раз ей вообще понадобилось туда лезть.       Бард приняла кружку у Фьерна и, отпив несколько глотков, дала попить эльфийке. Той уже ничего не могло повредить, а вот помочь говорить - вполне. Эвели глянула на колдуна и предложила ему сесть рядом. Тауриэль снова заговорила, сбивчиво рассказывая о том, что узнала, и зачем ей самой это было нужно. Эльфийский Источник - расположенный за Далёким Лесом, в неисследованных землях. В книге говорилось, что если искупаться в этом источнике, можно исполнить одно своё желание. Но это действовало только для эльфов.       - Я всегда думала, что это полная ерунда... - тихо прошептала Эвели Фьерну, который присел рядом с ней и раненой Тауриэль.       Колдун знал несложное заклинание, что могло добавить умирающему сил, однако, сомневался, что оно сможет помочь.       - Желания опасны тем, что имеют обыкновение сбываться, - тихо, задумчиво произнес он, - а еще тем, что для равновесия они требуют цену. Возможно, не сейчас, и не сразу явно какую, но обязательно равновеликую. Оживающие легенды - это опасно и бесконечно волнующе. Особенно, если обещан столь сладкий и заманчивый результат.       Поставив кружку на землю возле костра, Зоилит набрала в котелок воды и опустила в него куски мяса, щедро приправив травами, добавив дикий лук и посолив. Оставалось только пожалеть, что в лесу не растет дикий картофель. С ним было бы гораздо вкуснее. Вскоре над поляной поплыл аромат бульона, и Зои ощутила резкий приступ голода, так что даже желудок скрутило. Ну да, сколько она не ела - двое суток или больше? Она едва дождалась, пока мясо дойдет до нужного состояния - станет мягким и нежным, а сам бульон - крепким и наваристым, впитает в себя все соки трав.       - Прошу всех к костру, - позвала она.       Койрэ не отходил от Зои на протяжении всего процесса приготовления. Однако краем уха он все-таки уловил то, о чем говорила умирающая Тауриэль.       «Эльфийский Источник Желаний? Я слышал о нем, но только вскользь. Но не знал, где он...» Тут из котла с едой пошел сильный аромат, от которого у друида заурчало в животе. - "М-м-м, кажется, очень вкусно».       - А у нас есть тарелки? - Койрэ повел бровью. - Или будем есть прямо из котла?       - Тарелок нет, все-таки тут не таверна, - улыбнувшись, отозвалась Зои. - Но зато есть крепкие миски, которые мы нашли еще после кораблекрушения. Правда, ложка только одна, которой я помешивала суп. Но, наверное, никто не будет против поесть руками? Или можно палочкой себе помочь.       Наливая суп, девушка кинула сочувственный взгляд на Тауриэль. Они спасли ее из плена, но, видимо, судьбу не обманешь. Если уж смерть заявила права на твою жизнь, она все равно настигнет... Рано или поздно, так или иначе.       Лесная эльфийка на несколько секунд пришла в себя и ясным взглядом посмотрела на Эвели.       - Я умираю? - спросила девушка, пытаясь приподнять руку, но видно сил у неё совсем не было. Один тёмно-карий глаз был полностью залит кровью. Бард с жалостью и лёгким отвращением разглядывала её лицо.       - Боюсь, что да... Кому ты поклоняешься?       - Миеликки...       - Я знаю ваши обряды, - соврала Эвели. - Не волнуйся, мы похороним твоё тело как должно и отправим твою душу к богине.       Девушка слегка кивнула, а из её глазницы потекла слеза, смешанная с кровью. Она снова впала в беспамятство и больше уже не говорила. Эвели тяжело вздохнула, ей всё это было неприятно. Хотя услышать легенду об Источнике интересно.       - Предлагаю заночевать здесь. Она, - бард указала на эльфийку, - долго не протянет, думаю, у неё времени максимум до утра... Не тащить же её с собой. - Эвели укрыла умирающую её собственным плащом и подсела к костру. - Пахнет отлично. Фьерн, разбуди, пожалуйста, Фарана. Сейчас мы его покормим.       Фаран уже и сам просыпался. Вероятно, аромат плутовкиной стряпни добрался до его изголодавшегося желудка и подал мозгу сигнал к пробуждению. Дворф отчаянно бранил проклятую старуху дриаду и ненормальных друидов, а так же всех магов с их "проклятыми хлопушками" и драконов с "дурацкими фокусами", благо, Кельхедиарус сейчас был далеко, хотя... у него был довольно своеобразный образ мыслей и предсказать его реакцию было бы трудно. Фьерн помог Фарану перебраться поближе к костру, тот не смотря на слабость, вознамерился есть сам, без посторонней помощи. Из травы выскользнул Иней, похоже, тоже привлеченный перспективой горячей еды и с разбегу влез Эвели на колени. Зои раздала своим спутникам миски с супом, улыбнувшись ворчанию Фарана.       - Держи, набирайся сил, - сказала она, вручая миску и ему, затем выловила из супа хороший кусок мяса на кости и положила его на большой лист. - Акха, а это тебе, угощайся, - позвала она волчицу, и принялась за еду сама.       - Какой же тяжёлый был день. Я не помню, когда в последний раз спала... - Эвели быстро наелась и ощутила, как усталость накрывает её с головой. Перед глазами всё плыло, и она встала, слегка покачиваясь, чтобы дойти до своей сумки и достать постель-скатку. - Зои, отличный ужин. Если бы я была мужчиной, я бы на тебе женилась. Сама-то я готовить не люблю. Проводите потом Фарана, хорошо?       Дворф пробурчал, что и сам вполне справится, не ведая, что бард фактически спасла ему жизнь. Ну, после дракона, разумеется. Эвели положила руку на плечо Фьерну и зашептала в ухо, почти касаясь его губами:       - Когда наешься, приходи ко мне, чтобы крепко обнять. Только это поможет мне как следует выспаться...       Девушка выпрямилась и пошла к раскидистому дереву, чтобы из последних сил устроить себе постель у его корней. Только принявшись за еду, Фьерн понял, насколько действительно проголодался, он ведь ни крошки не взял со стола Круга Трясин, да и существовал в последнее время на одних сухарях. Мало того, последний бой и принятие новой силы, сожрали у него массу энергии. Так что теперь колдун наворачивал за обе щеки. Ложка у него была своя - вместе с кружкой они всегда валялись на дне вещмешка. От своей порции он выделил и долю Инею, который слопав все выпросил добавки, а потом, опередив Фьерна убежал к уставшей Эвели.       - Спасибо за отличный ужин, Зои, - улыбнулся колдун полуэльфийке и помог Фарану, невзирая на бурные протесты оного, обустроить ночлег; Быстро ополоснулся у выбитого Койрэ гейзера и тихо, на случай если она уже задремала, подошел к ложу Эвели.       Так часто бывает, если сильно устанешь - хочется заснуть, а не можешь. Эвели казалось, что она уснёт, как только опустит голову на свою маленькую походную подушку, что бережно хранилась в волшебной сумке. Но она, то проваливалась в чуткий сон, сквозь который проникали незнакомые и тревожные звуки леса, тихие голоса её спутников и потрескивание костра, то приоткрывала глаза и смотрела на тёмное звёздное небо. Она лежала под тонким шерстяным одеялом и крепко прижимала к себе Инея. Услышав тихие шаги Фьерна, эльфийка улыбнулась и посмотрела на него. Фьерн ласково, хоть и устало, как-то по-домашнему улыбнулся Эвели в ответ и устроился рядом с ней, обвив руками тонкий стан девушки и прижав её к груди. Волосы колдуна были влажными после гейзера и теперь щекотали девушке шею. Иней заворочался, когда его невольно потревожили, подергал ушами, потянулcя, зевнул, помялся лапами и снова пригрелся, перевернувшись на другой бок.       - Спокойной ночи, радость моя, - тихо сказал Фьерн в острое ушко любимой. - Спи сладко и спокойно и смотри самые волшебные сны.       Зои было приятно, что ее полевая стряпня понравилась. Ей нечасто приходилось готовить в таких условиях. Все-таки обычно она колдовала на огромной кухне Гильдии воров, где всегда было все необходимое и отличный набор продуктов и специй. Впрочем, сейчас любая еда годилась. Суп приятно согрел Зои, и она сразу захотела спать. И все же, девушка заставила себя дошить новое платье, из отстатков ткани сделала новую ленточку для волос и еще сохранила лоскутки разных размеров и кусок побольше, который можно было использовать как одеяло. Свой плащ, который она отыскала среди обломков хижины в поселении друидов, девушка решила использовать как подстилку. Подумав немного, Зоилит рискнула воспользоваться темнотой и ополоснуться в гейзере, и уж точно вымыть волосы - в них застряло немало мусора.       Предупредив Койрэ, она отправилась к воде, захватив новое платье и маленький лоскут ткани в качестве полотенца. Вода, пусть и холодная, приятно освежила тело, сильный поток вымыл весь мусор из волос. Зоилит тщательно вытерлась, отжала волосы и надела новый наряд. Свежая ткань так и льнула к коже, и Зои почувствовала себя еще лучше. Она вернулась к костру и легла на плащ неподалеку, укрывшись самодельным одеялом и оставив волосы распущеными, чтобы высохли.       Койрэ и Акха уплетали приготовленное Зоилит кушанье за обе щеки. Друид подметил, что девушка для своего возраста готовит очень и очень хорошо, видимо, сказывался природный талант или долгие кулинарные тренировки. Волчица в благодарность лизнула кухарку, а затем завалилась спать. Дождавшись, когда Зои закончит купаться, Койрэ также направился к гейзеру и хорошенько вымылся. Ему, наконец, удалось отмыть кровь с запястий, но что было самым удивительным, несмотря на эльфийский метаболизм, царапины Эвели так и не хотели зарастать, они выглядели очень свежими, разве что больше не кровоточили. Постирав свою одежду, Койрэ высушил ее и, одевшись, направился в лес. Прогулка была не столько длинной, сколь плодотворной. Друид пытался обдумать все произошедшее и то, что должно еще произойти. Вернулся он только под самое утро, но все, в том числе и Акха, еще спали крепким сном.       Эвели проснулась от того, что ей на лоб упала капля дождя. Эльфийка поморщилась и повернулась в тёплых руках Фьерна, уткнувшись ему в грудь лицом и стараясь накрыться одеялом с головой, чтобы поспать ещё. Но не получилось - неожиданно большими каплями забарабанил дождь, и укрыться от него было совершенно негде. Бард тихонько взвизгнула, когда особо холодная капля стекла ей за ворот платья. Она открыла глаза, и села вглядываясь в сумрачное утро, заполненное пеленой дождя. Её волосы и платье постепенно намокали, прилипая к коже.       - Проклятые Круги... Что за... - Эвели провела руками по мокрому лицу и обернулась к Фьерну. Обычно колдун просыпался раньше, а теперь его даже дождь не разбудил, так он устал, спасая её от дриады. Несмотря на противные обстоятельства, на мерзкое утро, обычно портившее ей настроение, бард улыбнулась, любовно и нежно тормоша колдуна, покрывая его лицо поцелуями. - Вставай, моё солнышко, давай напросимся к дракону в гости.       Колдун вынырнул из тяжелого сна, как из-под черной толщи воды и стал ласково целовать Эвели в ответ. Её губы были такими нежными и горячими, что, казалось, только целуя её можно спастись от промозглой сырости.       - С пробуждением радость моя, - сказал Фьерн, наконец отрываясь от своей прекрасной эльфийки и нехотя выбираясь из их гнездышка. Белый разноглазый маленький прохиндей, оказалось, замысловатым образом устроился на ночь между ними и теперь был крайне не доволен, что обе грелки его покидают. Просыпающийся лагерь наполнился разнообразными звуками, преимущественно - ворчанием Фарана. Кельхедиарус уже вернулся, вновь в человеческом облике он стоял на краю поляны - дождь, словно не приносил ему никаких неудобств - и наблюдал за маленьким лагерем.       Зои уснула почти сразу и спала очень крепко, дорвавшись до спокойного отдыха. Ее разбудили холод и влага. Открыв глаза, плутовка обнаружила, что она вся промокла, и на поляне темно, почти как ночью, из-за пелены дождя. Она все-таки надеялась, что уже утро, потому что чувствовала себя отдохнувшей. Ее спутники, похоже, тоже уже не спали. Зоилит поднялась с мокрой земли, кое-как отжала волосы, завязав их новой ленточкой, и закуталась во влажный плащ - хорошо еще, что она на нем лежала, и тот не успел промокнуть изнутри. Девушка с тоской посмотрела на погасший костер - теперь даже чаю не заварить, в такой дождь магия не особо поможет. Пожав плечами, она принялась заворачивать в лоскутки ткани и листья остатки трав, шкурки зайцев и мясо.       - Вот такое вот доброе утро... - усмехнулась она, ни к кому конкретно не обращаясь. Тут ее взгляд скользнул по телу Тауриэль, которая лежала, не шевелясь. Оставив свои вещи, Зои приблизилась к эльфийке и коснулась ее шеи. Пульса не было, да и сама девушка была холодна как лед, казалось, что она холоднее осеннего дождя, капли которого струйками стекали по ее лицу, смывая грязь и кровь. Зоилит подняла голову.       - Тауриэль умерла, - сказала она своим спутникам.       Койрэ любил дождь, но не холодный и частый, а теплый и мелкий. Такой, который люди прозвали грибным. Парень посмотрел на волчицу. Акха очень не любила воду, отчего зарычала, подбежала к хозяину и ткнулась мордой ему в ногу. Друид совершил пас рукой, и волчица растворилась также быстро и непринужденно, как обычно появлялась. Эльф глянул на Тауриэль. Весть о ее смерти ничуть не удивила Койрэ, более того, он был уверен, что она не протянет долго.       - Я думаю, что стоит отправляться в путь, - протянул эльф с необычайно холодной для него интонацией. - Лежать под дождиком и расслабляться вам точно не пойдет на пользу, - Койрэ остановил взгляд на Эвели. - Тем более, до Эверески путь не близок...       Бард свернула свою постель и запихнула её в сумку. Кровь алого дракона согревала её, поэтому холода она не чувствовала, но находиться в мокром платье и с мокрыми волосами было мало приятного. Эти ощущения даже притупили голод.       - Ты знаешь что-нибудь из обрядов Миеликки? - неожиданно спросила она у Койрэ. - Ты так печёшься об эльфах и их наследии, что лезешь постоянно в мои дела, а сам собираешься уйти, не похоронив чистокровную лесную эльфийку?       Койрэ прищурился, глядя на Эвели.       - Я ее не знаю, и не представляю, каким боком меня должна затрагивать ее смерть. И не понимаю, почему ты так печешься об этом, - друид пожал плечами. - Так что ее чистокровность и вероисповедание здесь ни при чем. - Эльф снова посмотрел на Тауриэль. - Хотя если ты так настаиваешь, - Койрэ улыбнулся, - я вам помогу. Яму вырыть? Или помочь закопать ее?       "Так странно видеть смерть того, кто вроде бы и не особо близок тебе, но и не враг", - подумала Зоилит и вновь посмотрела на застывшее лицо эльфийки, краем уха слушая разговор Эвели и Койрэ.       - Ее нужно похоронить под дубом, - вдруг сказала она, вспоминая описание из старенького учебника, что она читала, когда училась волшебству. - И засыпать могилу листьями с деревьев вперемешку с землей... Только я не помню, что нужно при этом говорить.       Плутовка отошла от тела Тауриэль и взяла своую сумку, ожидая решения остальных. В конце концов, они совершенно не обязаны задерживаться из-за той, кого они почти не знают. Хотя сама Зои не стала бы оставлять мертвых неизвестно где под проливным дождем. Она поежилась под плащом и обменялась взглядом с Фараном. Тот выглядел неважно, хоть и стоял на ногах, полный решимости двигаться вперед.       Фьерн поморщился, услышав слова друида, блюститель крови народа, тот рассуждал как неученый эгоистичный мальчишка. А его мелочность и вовсе выглядела неуместно, на взгляд колдуна.       - Она сражалась с нами плечом к плечу, - тихо сказал Фьерн, поднимая Тауриэль на руки и неся к росшему неподалеку старому раскидистому дубу, - отправить её в последний путь как подобает - это долг любого, кто сражается, в том числе и для того, чтобы тебя самого не бросили на растерзание мародерам когда настанет твой черед. К тому же, похоже, сама природа оплакивает тот бой... всех кто полег в нем.       Колдун сморгнул дождевые капли. Он понимал, что говорит слишком торжественно и пафосно, но других слов не было. Эльфийка казалась колдуну довольно тяжелой, в смерти тело одеревенело, затекло, вместе с жизнью из него ушло и то, что заставляло его двигаться, отрываться от поверхности, а сейчас сама земля словно звала Тауриэль к себе. На фоне капитально-унылого дождя перепалки резали слух.       Эвели промолчала, мысленно согласившись с Фьерном и подумав о том, что колдун чем-то изменил её. Она не знала к лучшему это или нет, но так было. Кроме того, бард не любила мертвецов и некромантию, а лес был древним и страшным местом, наполненным различной магией, и несмотря на смерть Анастрианны, отголоски её волшебства ещё долго будет витать по здешним прогалинам.       - Похороны помогут избежать того, что кто-то захочет вызвать её из могилы. Всегда лучше хоронить мёртвых, - тихо сказала она колдуну, вспоминая несколько заклинаний своего деда, что он использовал для трупов, которые нужно было упокоить навеки.       Фаран, несмотря на усталость, помог им вырыть могилу, и они похоронили эльфийку так, как сказала Зои, а Эвели прочла заклинание, впрочем, не особенно рассчитывая на то, что оно сработает. Койрэ склонился над могилой, и на ней, в земле, пророс тоненький и слабенький, но прекрасный цветок с короткими синими лепестками.       - Это не защитит ее от могущественных некромантов, - эльф посмотрел на лунную эльфийку холодным взглядом. - Если кому-то понадобится поднять ее, то он сможет выдернуть труп и прямо из могилы, даже, несмотря на твою магию... - Друид отошел немного в сторону. - Теперь мы можем идти? Или есть еще какие-то проблемы?       Это путешествие нравилось Койрэ все меньше и меньше, но буквально с каждым новым днем причин продолжать его становилось все больше. Однако, скоро все должно было кончиться, и эльф не знал, радоваться этому или печалиться.       Зои смотрела на похороны Тауриэль немного отрешенным взглядом. Молитвы, возносимые Селюн, тут были совершенно неуместны, так что оставалось просто наблюдать за заклинаниями Эвели.       - Красивый, - тихо сказала девушка, когда Койрэ вырастил цветок. - Мне кажется, он чем-то похож на Тауриэль...       Колдун подождал, когда Эвели завершит антинекромантические заклинания, обнял её за плечи и посмотрел сперва на могилу, потом на Кельхедиаруса.       - Он отнесет нас, - тихо сказал колдун и добавил: - всех. Здесь не так уж и далеко, если лететь.       Фьерн уже чувствовал нетерпение дракона, с которым тот хотел вернуться в родной храм. Колдуна и самого охватывало волнение, смешанное с тревогой. «После ощущения силы... Хоть природа Ауриль и хаотична, но в то же время и поэтому… Какова будет плата за благословение? Ведь неспроста все это было». Но эти мысли быстро уходили, сносимые другими.       Кельхедиарус, тем временем, вновь принял свой истинный, инеистый облик и ждал, похоже, наслаждаясь дождем. Услышав слова Фьерна, Зоилит перевела взгляд на дракона, вновь восхитившись его красотой и мощью.       - Дракон? Мы... мы полетим на драконе? - проговорила она. - А куда? Куда недалеко лететь? К этому Эльфийскому Источнику Желаний?       Лунная эльфийка стояла прижавшись к Фьерну и разглядывала своих спутников. Вопрос Зоилит её рассмешил, но потом бард подумала, что не размышляла об этом Источнике всерьёз. А вдруг... Но об этом можно было задуматься позже.       - Мы с Фьерном летим в храм Ауриль, откуда родом Кельхедиарус, - Эвели хмыкнула - она произнесла его имя, даже не запнувшись, всё-таки язык у бардов хорошо подвешен. - В этом храме мы решим, куда отправимся дальше. У вас есть возможность отправиться с нами, либо самим выбираться из леса.       По правде говоря, бард надеялась, что они откажутся, но глаза друида говорили ей об обратном. Она отвела взгляд и посмотрела на Зоилит. В целом, плутовка не была обузой, а скорее даже наоборот, но Эвели сама не знала, как относится к девушке.       Фаран откашлялся в бороду и произнёс:       - Я с вами, ребята. Леди бард меня неплохо подлечила, но силы у меня всё равно не те. Нужен отдых. Может в храме я смогу получить его.       - Нет, спасибо, я не собираюсь лететь на спине у какого-то там дракона. Тем более, того, что поклоняется Ауриль. Я обойдусь своими собственными способностями, - друид улыбнулся и быстро прочитал заклинание на эльфийском языке. Пару мгновений ничего не происходило, а затем в небесах появилась точка, которая неумолимо увеличивалась. Спустя некоторое время стало отчетливо видно, что это был огромных размеров орел. В высоту он превосходил среднего человека, а размах его крыльев уступал, разве что, крыльям драконов. Птица, несмотря на свои внушительные размеры, грациозно приземлилась возле Койрэ и посмотрела на всех по очереди. Эльф ехидно ухмыльнулся и добавил:       - Думаю, так будет намного надежнее. А то вдруг у меня возникнет желание спихнуть кое-кого в полете, - друид глянул на Фьерна, и тут же на Эвели. - Это сразу же разобьет кому-то ее хрупкое сердце.       Эвели саркастически усмехнулась:       - А может вы вместе с этим... грифоном... улетите куда-нибудь ещё? Например, в противоположную от нас сторону. Вот это точно не разобьёт ничьё хрупкое сердце.       Бард разглядывала птичку, поражаясь её размерам. Взгляд хищных глаз казался необычайно разумным, и эльфийка задумалась - а не говорящая ли она?.. Услышав про разбитое сердце, колдун подумал, что потом у кого-то появится разбитая... хм… разбитое лицо, и вряд ли в данном случае дело лицом ограничится.       Зои некоторое время разглядывала дракона и птицу, восхищенная ими обоими, затем оглядела своих спутников.       - Я... я тоже с вами. В лесу я просто заблужусь одна. К тому же... - добавила плутовка, немного смутившись, - я никогда не летала, а мне так хочется подняться в небо! Надеюсь, я вас не слишком обременю? - добавила она, испытующе глядя на каждого по очереди. - Если мы дальше двинемся в поход, я могу готовить и все такое... - она кинула взгляд на Койрэ, затем поспешно перевела его на Эвели и Фьерна. Им решать, кого брать в свое путешествие.       - Я не против, - Койрэ посмотрел на Зоилит. - Ты мне казалась более обременительной на корабле, теперь я несколько поменял свое мнение. Но, все-таки, решать нашему лидеру, - он ухмыльнулся, бросив на Эвели оценивающий взгляд. - И, к слову, это не грифон, а обыкновенный орел. Хотя, скорее необыкновенный. - Эльф провел ладонью по оперению птицы, оно было очень твердое и грубое наощупь. - А я в другую сторону точно не улечу, разве что ты не составишь мне компанию.       - Кельхедиарус говорит, что в храме нас примут, - сообщил колдун, обнимавший Эвели за плечи. Он обернулся к Зои: - А с чего ты взяла, что мы бросим тебя в лесу. Если наши пути разойдутся, то уж, по крайней мере, не раньше чем будет перекресток с нормальными дорогами.       Так как всем не терпелось поскорее покинуть это место, сборы завершили быстро. Даже оробевшую Зои и не совсем восстановившего силы Фарана удалось погрузить без проблем, что уж говорить об искушенной в подобных полетах Эвели. Дракон мощным рывком оторвался от земли и поднялся в воздух. Иней, на плече колдуна жалобно и недовольно мяукнул и поспешил спрятаться в сумке.       Первым порывом Зои было зажмуриться, когда она почувствовала, что дракон отрывается от земли, но она заставила себя держать глаза открытыми. И не пожалела. Чувство полета полностью захватило плутовку. Она легонько держалась за Эвели и подставляла лицо потокам ветра, почти не замечая их холода. Ее разум был чист, и лишь восторг наполнял ее душу.       Против воли, по лицу Эвели расплылась улыбка, столь редкая в последнее время. Она вновь обозревала землю с высоты драконьего полёта. Это было так волнующе, что перехватывало дыхание, а сердце сладко сжималось в груди. Порывы ветра подхватывали её чёрные волосы и бросали их в лицо, задевая держащуюся за барда Зоилит. Сама Эвели обхватила Фьерна за пояс и, заметив испуг котёнка, сочувственно засмеялась.       - Бедненький Иней... Когда-то я тоже ужасно боялась высоты. А потом - полюбила её... - Эвели приходилось тянуться к самому уху Фьерна, чтобы он мог расслышать хоть что-то в шуме встречного ветра. Колдун накрепко вцепился в роговой нарост дракона, который как с левой, так и с правой стороны гребнями шел к голове, второй рукой колдун придерживал сидевшего перед ним Фарана.       "Ты создана ночью, луной, водой ручья и темным небом..." - хотел было сказать Фьерн барду, но понял, что сейчас не самые подходящие для этого технические условия. Поэтому он просто прокричал ей:       - Ты и высота - родные сестры!       Улыбаясь, колдун вновь окунулся в захватывающее чувство полета. Ледяной ветер хлестал по лицу, трепал одежду, Кельхедиарус летел далеко не так стремительно как мог, помня о пассажирах, но все равно скорость была более чем приличной. Фьерн никогда не летал так, ощущая свою хрупкость на фоне мировых сил и мощь древнего создания спорящего с ними.       Лес изумрудно-охристым морем раскинулся далеко внизу, на дальнем его конце было видно настоящее море - кобальтового оттенка, с белыми барашками волн. Эвели оглянулась и увидела, что орёл, несущий друида, держится от дракона на почтительном расстоянии.       Койрэ решил не подлетать к ящеру близко, по нескольким причинам. Во-первых, держась в отдалении, друид ощущал себя свободным, что вызывало ностальгию. Он вспоминал те времена, когда путешествовал в одиночку, то пешком, то в небесах на этой величественной птице. Ну, а во-вторых, эльф принципиально не хотел приближаться к дракону как таковому.       «Как же прекрасен полёт! Будь у меня свои крылья… никто бы не отказался от них... Ведь это такая свобода, такое необъяснимое ощущение легкости...» Эльф улыбнулся, наслаждаясь ветром и той красотой, которая расстилалась под ним.       Ветер выбивал слёзы из глаз, и Эвели, время от времени, вытирала их рукавом платья, не задумываясь о том, что возможно вовсе не ветер был им причиной. Девушка смотрела сначала вдаль, туда, где теперь шла пелена дождя, покинувшего лес и направляющегося на запад, постепенно поглощая осеннюю голубизну неба сероватой водяной дымкой, а когда от ветра заболели глаза - на стремительно проносящийся внизу бор, который отсюда казался совершенно непроходимым.       Постепенно чувство свободы и легкости, восхищения и наслаждения сменились небольшой скукой. Все-таки, несмотря на минутный восторг, друид понял, что рожденный ползать, летать не может, отчего затяжной полет до храма Ауриль стал его утомлять. Он прикрыл глаза, так как знал, что нет смысла следить за дорогой, орел и сам может лететь за драконом, не отставая и не теряясь.       «И что будет дальше? Зачем вообще идти в этот храм? Хотя, есть замечательная возможность отвязаться от колдуна. Ну или пусть хотя бы ему там побольше заданий взвалят на плечи. Тогда, у него будет меньше времени на Эвели. Да и вообще, вдруг он умрет? Хотя нет, это уже вряд ли...» Койрэ нахмурился, ему не понравился ход собственных мыслей, но он тут же понял, что никто не властен над своими мыслями, отчего угрызения совести сразу пропали.       Они летели на восток, к постепенно поднимавшимся горам, где никогда не было спокойно. Кельхедиарус казался неутомимым, каждый взмах его крыльев был мощнее и плавнее предыдущего. Они поднимались все выше и выше, встречная стая птиц поспешила убраться с пути белого дракона, коих тут не видели уже давно, однако освобожденному из подземного плена ему не было до них дела. Дышать становилось одновременно и труднее и чище, воздух был разряжен, но пьянил не хуже вина, а ведь это были далеко не самые высокие горы региона и Кельхедиарусу предстояло вынести их на еще большую высоту. По легенде Храм Ауриль построили во время одной из жесточайших зим, дабы умилостивить Зимнюю Хозяйку. Действительно ли она вняла им, или нет... однако, снег тогда отступил.       В какой-то момент Зоилит почувствовала, что начинает мерзнуть. И дышать становилось все труднее - она никогда не бывала в горах и не привыкла к разреженному воздуху. У нее начала кружиться голова, и полет уже не казался ей таким замечательным. Хотелось поскорее оказаться на твердой земле. Она одной рукой плотнее запахнула плащ, а другой продолжала держаться за Эвели, стараясь ухватиться покрепче, но в то же время не причинить эльфийке неудобств. Наконец она закрыла глаза, но от этого голова закружилась лишь сильнее. Так что пришлось снова смотреть на бескрайнее небо и мерный взмах драконьих крыльев. К тому же, это успокаивало.       В отличие от остальных, Эвели наслаждалась полётом до самого конца, крепко обнимая Фьерна и испытывая небывалый прилив сил и эмоциональный подъём. Бард тихо смеялась, слыша, как впереди ворчал, охал, ахал и вздыхал Фаран. Дворф старался не смотреть вниз, жмурил глаза и крепко сжимал свою секиру. Судя по судорожным движениям Зоилит, та порядком устала и была напугана. Эвели ощутила желание попугать девушку, делая вид, что падает, но затем передумала, решив не рисковать. В крайнем случае, она могла бы создать крылья, а вот удержать кого-то в руках - вряд ли. И только она об этом подумала, как Эреван Хамелеон решил посмеяться на ней, словно говоря - не стоит так легкомысленно относиться к опасностям.       Им навстречу неведомо откуда, вылетела стая гигантских белых летучих мышей. Они явно заметили дракона в последний миг и, не успев свернуть, полетели прямо на его всадников. Эвели успела пригнуться, уткнувшись в спину Фьерна, а вот плутовке не повезло - две большие летучие мыши, запутавшись в её развивающихся волосах, столкнули девушку с дракона. Как в страшном сне, секунды замедлили свой ход, но в эти секунды, Зои, поднявшая руки, чтобы отбиться от мышей, полетела вниз... Она хотела закричать, но все звуки словно бы застряли в горле, и девушка беззвучно летела навстречу своей смерти.       Койрэ внезапно почувствовал что-то неладное и открыл глаза. Увиденное, не то что бы удивило его или испугало, скорее это ему просто не понравилось. Зоилит повалилась с дракона и падала на землю. Друид даже не успел ничего сказать, орёл понял его безмолвно. Устремившись вниз, Койрэ быстро приблизился к Зои и поймал ее на руки, а затем осторожно усадил на птицу перед собой.       - Я спас тебя в очередной раз. Мне это уже стало надоедать… - друид наклонился к уху девушки, чтобы она лучше расслышала его слова в полете. Койрэ осторожно приобнял Зоилит за талию, дабы избавить себя от того, чтоб спасать ее еще раз.       Только услышав голос Койрэ, девушка поняла, что она оказалась верхом на его величавом орле, и он держит ее, не давая снова упасть. Зои прекрасно расслышала слова друида, но ничего не ответила, только опустила голову. Если он будет считать каждый раз, когда спасает ей жизнь, то... ее сердце екнуло. Она к такому не привыкла. В ее прошлом, спасение жизни было в порядке вещей - там отбить шальную стрелу, тут прикрыть от смертельного заклинания щитом, или вовремя влить противоядие. Это же просто жизнь, жизнь, наполненная приключениями. И никто никогда не требовал долгов за спасенные жизни. Она вздохнула, глядя на гладкие, жесткие перья птицы. Наверное, она никогда не поймет, как мыслит этот эльф.       Фьерн не успел понять, что произошло, только инстинктивно прянул в сторону, оборачиваясь… Зои уже не было. Однако, спустя несколько мгновений, когда колдун даже не успел ничего осознать, Кельхедиарус обдал его разум потоком мыслей... успокоительно-раздраженных. Потом чуть изменил направление полета и его пассажиры смогли увидеть, что плутовка спасена.       - Надо же... и от него иногда польза есть! - прокричал колдун барду на ушко, имея в виду Койрэ. Однако в следующий миг, он уже радовался, что с Эвели все в порядке.       «А ведь она тоже могла бы...», - колдун глубоко вдохнул, гоня дурные мысли. Кельхедиарус над ним посмеялся. Мысленно.       Эвели усмехнулась, увидев, что Койрэ поймал девушку и, сказал ей что-то. "Наверное, как обычно, всем недоволен. Бедная Зои, мало того, что едва не разбилась в лепёшку, так ещё теперь лететь с ворчливым друидом". Противоречия в его характере не переставали удивлять барда - иногда Эвели даже казалось, что он придирался к другим по-мелочам, но к ней проявлял снисходительность.       Они забирались все выше, Фьерн постепенно привык к воздуху и ветру, а холод его и так не напрягал. Зато теперь дух захватило от красоты, что предстала его глазам. Дракон сейчас летел медленнее, и горы удавалось рассмотреть, как следует. Наконец они приземлились на довольно обширном плато, скрытом по кругу горами. С одной стороны оно обрывалось головокружительной пропастью, а с другой упиралось в крутой склон. Из него и выростал белокаменный храм, устремленный шпилями ввысь. Они поблескивали на солнце кристаллическими окончаниями.       Серебряная эльфийка скользнула вниз с гладкой шкуры дракона, ступив на желтовато-рыжую землю плато. Та рассыпалась и крошилась под ногами, засыпая её чёрные туфельки рыжей пылью. На фоне красноватых скал, храм казался ослепительно белым и невесомо-лёгким. Его строгие формы, однако, напоминали о сталагмитах, прочно вросших в земную поверхность.       - Мы просто войдём туда? Есть какие-то правила? - спросила девушка Фьерна, наблюдая, как приземляется орёл с Койрэ и Зоилит.       Орел сел на плато, недалеко от дракона. Друид спрыгнул с птицы, погладил ее по клюву, помог Зои спуститься, а затем кивнул, и орел устремился обратно в небеса. Зои совсем замерзла, но вид великолепного храма заставил ее на время позабыть о холоде. Она никогда не видела таких прекрасных зданий. Просто дух захватывало. Особенно необычно он смотрелся среди этих рыжих гор.       - Спасибо, - сказала она Койрэ, когда тот помог ей спуститься. Она рада была, наконец, оказаться на твердой земле, пусть даже и на такой высоте, что дышать было одновременно легко и трудно. Плутовка подошла к своим спутникам. В такой храм наверняка просто так не войдешь, так что оставалось лишь довериться знающим людям... и драконам.       Подойдя к Эвели и Фьерну, Койрэ просто молча посмотрел на них. Его тоже интересовал ответ на вопрос, который колдуну задала бард. Хоть эльф совсем не любил Фьерна, он не хотел нарушать обычаи, принятые в храмах Ауриль.       - Старайтесь не пользоваться магией, особенно огненной и соблюдайте почтение к Госпоже, - негромко сказал колдун. Он сам был не слишком искушен в жреческих ритуалах и эти сведения получил от Кельхедиаруса. Фьерн избрал Ауриль своей богиней уже давно, но он просто обращался к ней теми словами, что находились в сердце. - Ну и пытаться проникать в закрытые залы так же не стоит...       Речь Фьерна была немного сбивчивой, он был поражен, удивлен... даже слегка подавлен. Храм, чем ближе к нему подходили, становился все больше и больше, что, впрочем было не удивительно, если там вольготно жили драконы, а зрительное изящество ему придавала характерная архитектура. Острые углы, вертикали, стремление вверх...       Вблизи оказалось, что вокруг здания лежит снег, а каменные стены украшены тончайшей резьбой, повторяющей морозные узоры и рисунки снежинок. Кельхедиарус принял человеческий облик, чтобы провести гостей внутрь. Драконы обычно залетали на площадку на крыше, сделанную специально для них. Вход находился под стрельчатой аркой, к которой вели три высокие ступени, створки огромных дверей были распахнуты.