Call me "LOSER"

Проснувшись утром с ужасной головной болью, я решила сегодня не идти в университет. Хоть и прогуливала я не часто, но иногда позволяла себе расслабиться и отоспаться, пока никого нет дома. Солнце настырно пробивалось сквозь окно, пытаясь заставить меня окончательно проснуться, и как только я, укрывшись одеялом с головой, уснула, мой телефон начал вовсю трезвонить: мама, ЧонДэ, Со Ён – почему-то именно сейчас я понадобилась всем и сразу. Продолжая упорно игнорировать звонки, я поняла, что уснуть мне уже в любом случае не дадут, поэтому подняла свою ленивую задницу с постели и пошла в душ. Я знала, что мне придется переться в университет – если не на пары, то на тренировку с моим персональным «недотренером», которого мне вчера дали в наставники. И, что самое интересное, СоЁн почему-то считала это отличной новостью и была рада за меня, куда больше меня самой. – Да, – после пяти пропущенных звонков, я решила таки ответить подруге, и вместо радостного «привет» услышала резкий крик подруги. – Где носит твою проблемную задницу, Мин А? – посчитать разы, когда я видела девушку столь раздраженной, можно было на пальцах, поэтому мне почему-то стало не по себе. – Профессор Кан сегодня ведь должен был раздавать проекты на этот месяц! Из-за тебя я выглядела перед ним полной дурой, пытаясь хоть как-то тебя прикрыть и уверить его в том, чтобы он и тебе дал проект, вместо «не аттестации»! Дерьмо. Как я могла забыть! – Черт, Со Ён-а, я забыла, простииии,– виновато протянула я. – Но, он ведь разрешил мне взять проект, да? – та хмыкнула в трубку. – Ещё бы. Я перед ним там как клоун прыгала. Ты же знаешь, я умею убеждать людей, – немного успокоившись, выдала подруга. Она называла это «убеждением», я же сказала бы, что она просто доставала всех, а единственным способом отделаться от неё – было согласие с ней. Видимо, профессора Кима она хорошенько вымотала, раз тот пошел на уступки. Профессор Ким – преподаватель живописи и по совместительству заместитель декана нашего факультета. Человек принципиальный и строгий, поэтому даже один прогул его пары – это куча проблем на ваши хрупкие плечи. В нашу последнюю встречу он перенес занятие на сегодня, о чем я умудрилась совершенно забыть. – Да, в этом ты точно мастер, – усмехнулась я. – Так, что за проект мне достался? – Ну. Тут уже я ничего не смогла поделать, с заданием тебе слегка не повезло. Точнее, нет, оно крутое, но проблематичное с точки исполнения. – Выкладывай уже, Со Ён, – в ожидании ответа я слегка напряглась. – Помнишь, ты как-то говорила, что хотела бы поработать с натурщиком? – она на секунду замолчала. – У тебя теперь есть такая возможность ! – Но, – неуверенно протянула я. – Где мне сейчас за столь короткое время найти натурщика?! – Попроси ЧонДэ, может, – выпалила в ответ та. – Он мой брат, вообще-то! Боже, может мне в церковь сходить, очистить немного карму? – Ты ведь не веришь в Бога, – не уверенно ответила подруга. – Да шучу я. Хотя… Ладно. Проехали, – решив, что эта мысль должна остаться несказанной, я, посмотрев на часы, попрощалась с девушкой. – Мне надо бежать на встречу с этим «недотренером», так что поговорим потом. Я вечером буду помогать Чондэ в баре, там и встретимся. – Удачи тебе с Сехуном. Говорят, хоть он и игрок что надо, но характер у него сложный. Так что, файтинг! То, что характер у него скверный — заметно по одному только взгляду. Каждый раз, как вспоминаю о нём, тут же передергиваюсь. Вчера мы с ним успели переброситься парой слов, точнее, он бросил мне короткое: «Завтра после четвертой пары на стадионе. Опоздаешь – пеняй на себя». И, знаете что? Не смотря на то, что я до жути пунктуальная личность, я таки опоздаю, ибо нечего бросать мне подобные вызовы, которые я в состоянии принять! Прибыв на стадион на пять минут раньше, я отсиделась немного в раздевалке, и спустя почти пятнадцать минут не выдержала и вышла на поле. Парень в это время сидел на ровном скошенном газоне, и, время от времени, поглядывал на часы. Увидев же меня, он устало поднялся и как-то уж очень недовольно на меня посмотрел. – Ты опоздала, – констатировал очевидный факт блондин. А то я и не знала. – Я не опоздала. Просто не хотела сюда приходить, – зевнула я, оглядевшись вокруг. – Открою тебе секрет: ты не сможешь научить меня чему-то за месяц, поверь. Так зачем париться? Разбежимся и все, а тренеру скажешь, что, мол, я просто бревно и не создана для волейбола. - Хм, – усмехнулся тот, – в том что ты бревно — сомнений нет, как и в том, что играть ты совершенно не умеешь, а твоя физическая подготовка на уровне первоклассницы. Но есть одно но, – сделав акцент на последней фразе, он продолжил. – На кону моя репутация и стипендия. А, значит, бревно ты или нет, мне все равно. Потому что через 30 дней ты покажешь тренеру Киму, что умеешь играть и я об этом, как бы мне этого не хотелось, позабочусь. Тебе всё понятно? – не зная, что ответить на столь открытое заявление, я просто стояла в ступоре и мысленно подбирала слова. Да вот только без толку. – А что, если я скажу тебе, что мне все равно на твою репутацию и ничего не буду делать? – изогнув бровь, я пошла в наступление. – Тогда я позабочусь о том, чтобы ты не сдала зачет в конце года, и возможно, тебе отчислят. Как тебе это? – один один. А парень-то не промах. Сейчас в моей голове составилось два варианта развития событий: либо я разворачиваюсь и ухожу, забивая болт на него и тренировки, либо прогибаюсь под него, что не могу сделать чисто принципиально, а значит, второй вариант уже не катит. Или же… Точно! Как я не подумала об этом сразу: он высокий, подкачанный, у него красивое тело – это парень идеально подходит на роль натурщика! – У меня есть встречное предложение. Так сказать, продуктивное, – он непонятно покосился на меня. – Если ты его примешь – я дам тебе слово сделать всё возможное, чтобы твоя репутация не пострадала и даже, – держите меня четверо, – буду выполнять все, что ты будешь говорить на тренировках. Но в замен, – я сделала паузу. – Взамен, ты на этот месяц станешь моим натурщиком, – парень, пытаясь отпить из бутылки воды, аж поперхнулся. – Хочешь сказать, ты мне только что условие поставила? – я кивнула головой. – Если ты думаешь, что я соглашусь, то ты либо глупая, либо больная. Хотя, возможно, и первое и второе. – Тогда, – подала голос я, – удачи тебе с твоими репутацией и стипендией, – развернувшись, я, не оборачиваясь, направилась к выходу. Даже если он и правда решит как-то помешать сдать мне зачет, пускай. Хер с ним, плакать не буду. Но и плясать под его дудку просто так, увольте, не собираюсь. Жаль, правда, что с натурщиком идея прогорела… он был неплохим вариантом, как не крути. Отправившись вечером в бар, чтобы помочь Чондэ, я слегка отвлеклась от навалившихся на меня сегодня проблем. В будние дни здесь не так уж и много посетителей, что меня несказанно радует: место становится тихим, даже в некой мере интимным, а едва слышный с колонок джаз делает атмосферу какой-то специфично-загадочной. Летом я часто приходила сюда, чтобы порисовать. Видимо, моё вдохновение любило это место не меньше меня самой. Сам бар принадлежал моему отцу, но после его смерти здесь всем начал руководить брат. Чондэ практически нечего не изменил за прошедшие два года, разве что сделал легкий «косметический» ремонт, как и планировал отец. Этот бар нельзя было назвать очень рентабельным, доходов он приносил не так-то и много, но Чондэ сейчас делает все для того, чтобы дела пошли вверх. Каждый четверг я помогала ему с получением и расстановкой товара, из-за чего, собственно, и пришла сегодня. – Ты что, уже справилась? –подозрительно посмотрел брат сначала на меня, потом на часы. – Так точно, товарищ бармен! – отшутилась я и улыбнулась. – Бью рекорды. – Рекорды то бей, главное, посуду не трогай, – зная мою способность бить тарелки на кухне, выдал брат и улыбнулся в ответ. – Как дела в университете? – Чондэ уже год как съехал из родительского дома и жил недалеко от центра, поэтому мы не всегда имели возможность нормально поговорить, как раньше. В свои двадцать пять он был все еще холост, и я не переставала этому удивляться. Жизнь отшельника он, конечно, не ведёт и девушек, я думаю, у него не мало, но ни одну из них он еще не приводил к нам в дом. – Отлично, – соврала я. – Ладно, я не гордый, спрошу ещё раз. Только теперь говори мне правду, – посмотрев на меня пронзительным отцовским взглядом, выдал брат. – Тут Со Ён заходила… – Вот трепло же! – недовольно буркнула я. – Девушка, выбирайте выражения, – недовольно выпалил Чондэ. – Да нормально у меня все, побольше слушай Со Ён. Ты же знаешь, она всегда все утрирует. Если бы что-то было не так – я бы тебе сказала, Чен-Чен, – я знала, что после слов «Чен-Чен» он успокоится и улыбнется, это было моё кодовое имя для него еще со времен младшей школы. – Ладно, я понял. Тогда беги уже домой, пока окончательно не стемнело и поцелуй маму за меня. – Может быть ты сам это сделаешь, когда наведаешься домой? – Когда наведаюсь – сделаю, – улыбнувшись, ответил тот. – А теперь всё, ноги в руки и домой, поняла? – Да-а-а-а, – наиграно протянула я. – Конечно. Пока! Домой я на самом деле не собиралась, потому что меня ждало еще одно незаконченное дело: сегодня я должна была забрать у своей школьной подруги свои старые рисунки, которые она, не пойми зачем, попросила у меня на прошлой неделе: то ли для проекта какого-то, то ли еще для чего-то. Поэтому, дождавшись на остановке последний автобус, я отправилась к ней. Жила она, хвала Богам, в моем районе, что как бы многое облегчало, ибо мне не слишком радовалось возвращаться домой темными улицами Сеула. Еще даже не подойдя к двери я услышала громкую музыку и на секунду подумала, что лучше бы мне зайти к ней в другой раз, но входные двери резко открылись и Хван Джи удивленно охнула, увидев меня, и засмеялась. Она стояла в обнимку с каким-то парнем, который, судя по всему, был её опорой на данный момент. Она была пьяна. Пьяный взгляд Хван Джи я узнаю из тысячи. – Мииииин А, – слащаво протянула та. – И ты здесь! – навалившись на меня своей тушкой с очередными «обнимашками», как говорит девушка. – Я вообще-то пришла по делу, но вижу, что я слегка не вовремя, – оттянув от себя ту, ответила. – Ты, – ткнула пальцем та мне в щеку, – всегда вовремя. Правда, ДэХен? – парень, что обнимал её, лишь неуверенно пожал плечами. – Давай, заходи к нам, у нас сегодня небольшая вечеринка в честь дня рождения Эйнштейна, – Хван Джи училась на физическом факультете в том же университете что и я, поэтому можно было смело заявить, что здесь собрались все представители технических специальностей и художнику среди них явно не место. Но девушку это не волновало и, затащив меня в дом и вручив бутылку с пивом, она опять куда-то исчезла. – Дурдом какой-то, – прошипела я про себя. – Это точно, – подняв голову, я увидела возле себя какого-то парня. – Не хочешь проветриться? – Прости, но я собираюсь уходить, – выпалила я, не намереваясь продолжать разговор дальше. – Тебе здесь не нравится? – ухмыльнулся парень. – Мне тоже. Сборище пьяных первокурсников не самое приятное зрелище, – увидев, что я двинулась в направлении двери, парень пошел за мной. – Прости, но тебе что, заняться больше нечем? – увидев, что тот по-прежнему идет следом, не выдержала я. – Мама не говорила, что девушкам опасно бродить одной по улицам ночью? Если нет – то это скажу я. И даже проведу тебя, –усмехнулся тот. – Будь любезен, отвянь, а? Ничего личного, просто я сейчас не на той волне, чтобы с кем-то знакомится. – Прости, манеры. Меня зовут Бекхён, Бён Бекхён, – подал мне руку для рукопожатия парень. – А как зовут вас, молодая, очаровательная мадемуазель? – Как мама назвала, так и зовут, – хорошо хоть идти мне было не далеко, и, увидев свой дом на горизонте, я прибавила шагу. – Красивое имя, – съязвил тот. – Тебе идёт. – Спасибо, – фыркнула я. – А сейчас, прошу прощения, я уйду по-английски. Я здесь живу, – ткнула я на соседнюю улицу и направилась к дому. – И все же, – услышала я вдогонку. – Как тебя зовут-то? Улыбнувшись про себя, я ничего не ответила и зашла в дом. Парень хоть и был симпатичным, но сразу видно — бабник еще тот. С такими раз свяжешься, и потом проблем не оберешься. Мы эту школу уже проходили. Бросив маме короткое «я дома», я поднялась в свою комнату и устало плюхнулась на кровать. Но не успела даже и глаза закрыть, как в заднем кармане джинс завибрировал телефон. Вам СМС: «Я согласен. Завтра в шесть утра на стадионе. Опоздаешь – уговору конец». Номер: неизвестный. Неужели оно от того блондина-тренера? Не уж-то он передумал?