Перевозбуждение непохожих персон

Марша свернулась калачиком на кресле в кухне, держа в одной руке теплую чашку кофе, а в другой – телефон, и невольно вспоминала, что вчера произошло. Она могла с уверенностью сказать – это было самое лучшее время с мужчиной, которое она проводила. Уже через пару минут после того, как они оказались на теплом от солнечного света полу, Марша перестала понимать, где чьи руки и ноги. Ничего особенного не было: ни обилия поз, ни выдуманной ситуации, из которой вышла бы неплохая сексуальная фантазия, ни одновременного оргазма. Но зато присутствовало что-то такое, почти неуловимое, чего никогда не было у неё ни с кем. Всё удивительно естественно, новизна и никакой неловкости, о которой она так переживала. Она делала то, что хотела, и всё, что хотела, он – тоже. К чёрту все эти надуманные фантазии, в тот момент они оказались совсем ненужными. Марше ни разу не пришлось врать, что-то изображать, кого-то строить из себя. Она всё время была уверена, что всё, что она делала, нравилось Тому, даже если она ничего не делала. Она шептала ему всякую ерунду, а он порой подсказывал ей, что доставляло ему наибольшее удовольствие. И впервые Марша заметила за собою, насколько она уже не стеснялась Тома. Он не спрашивал, нравилось ли ей, что он делал, он просто словно знал это. Ещё больше Маршу свело с ума то, что Том держал себя в руках до определенного момента - потом у него попросту снесло крышу, а она всегда мечтала, чтобы из-за неё теряли голову. Марша отвлеклась от приятных воспоминаний и повертела в руке телефон, бесконечно перечитывая сообщение. Ещё рано утром, совсем не подумав о том, что может разбудить Тома, Марша отправила ему сообщение с приглашением на завтрак. Том ответил, коротко, конечно, но это было в его духе. Сказал, что на него неожиданно свалились рабочие моменты, и он давно не спит. Марша уже собралась набрать ему очередное легкомысленное сообщение, как заметила Билла, сидящего на подоконнике в одних лишь джинсах. Признаться, было на что посмотреть, единственное, вид портили шрамы. − Привет. Где был? − На пляже. Смотрел, как сёрфингисты ловят волну. Ты же вся мыслями ушла к Тому. В его голосе звучали ноты задора. Невидимка продолжал сидеть на подоконнике, вполоборота к ней, смотрел в окно. Марша получше пригляделась к нему. Его грудь и спина были покрыты редкими, но большими и маленькими, различной формой шрамами. При ближайшем рассмотрении был заметен участок пересаженной кожи на левом предплечье и несколько смещенных влево позвонков. − Почему ты так на меня смотришь? – весело поинтересовался Билл, словно не замечал пораженного и немного испуганного взгляда Марши. − Я просто... просто никогда не замечала, что у тебя такие шрамы, - Марше стало немного дурно при малейшей попытке представить, как невидимка их заработал. − Еще на голени, - подсказал Билл, указав пальцем на свою левую ногу. – Врачи чуть ли не по кусочкам собирали, вставляли спицу. − Боже... – она прикрыла рот ладонью и невольно задержала взгляд на его лице. – Что случилось? На какой-то миг Билл показался ей знакомым, словно она могла видеть его где-то раньше. Этот взгляд тёмно-карих, больших, чуть раскосых глаз с длинными чёрными ресницами, мягкую линию бровей, открытый высокий лоб, септум в носу, губы с пирсингом она уже встречала. Это всё кому-то принадлежало, и этот кто-то явно был ей знаком. Широкая белозубая улыбка и добрый взгляд, который встречается не у каждого, рисовали слишком мутный, но такой знакомый образ. Но в этом образе было что-то не так. Что-то не сходилось. Почему она не приглядывалась к нему раньше? − Откуда они у тебя? – Марша не сразу поняла, как вопрос сорвался у нее с языка. – Расскажи, пожалуйста. Я про тебя знаю совсем немногое. − Это было моей последней аварией, - Билл сказал так, будто не он пострадал в ней, будто речь вообще шла не о нём. – На трассе из Сан-Диего в Лос-Анджелес мою машину занесло, и чтобы никого не задеть, мне пришлось резко выкрутить руль влево. Я вылетел на встречную полосу, слегка задел носом несшийся на меня автомобиль. Но из-за сильной скорости и наклона мою машину перевернуло. Помню, как меня быстро и судорожно пытались вытащить из покореженной машины до взрыва, помню боль, суетившихся врачей и стены больницы. Всё. Вот, значит, как всё произошло. В носу сильно защипало, на глаза внезапно навернулись слезы, а сердце сжалось. Марша не знала, что сказать. Она всегда так старалась выяснить у Билла, что случилось с ним, но сейчас понимала – лучше бы не знала. Слишком сильно. Тяжело. Больно. − Я считал себя отличным водителем, - не без улыбки отметил Билл, он прекрасно видел, как Марша закусила губу, чтобы не дрожала. – Но не справился с управлением на ровной дороге. − Прости меня, - тихо сказала Марша. – Я не должна была тебя спрашивать. − Всё нормально, не стоит лить слезы, это случилось давно. − Давно? − Где-то пять-шесть лет назад. − Мне жаль, правда. Марша снова взглянула на Билла. Таким она впервые его видела – усталым, но от этого не менее красивым. Казалось, что в его больших карих глазах отражалась вся его жизнь, все те гонки, которые он вел на трассах и с самим собой. Его губы слегка приоткрылись и чуть подрагивали, словно он вспомнил, как болело все его тело после той страшной и последней в жизни аварии. Он в упор посмотрел на Маршу, и у неё перехватило дыхание. Кровь снова бросилась в лицо. Её будто кто-то грубо вырвал из сна, надавав пощёчин, когда ей снова показался знакомым этот взгляд. − Эй! – неожиданно веселым голосом позвал ее Билл, щелкая пальцами перед ее лицом. – Перестань грустить, ничего уже не поделаешь. − Всё равно, я поступила некрасиво, когда так настойчиво спрашивала тебя, кто ты, и пыталась выяснить, как так получилось, что ты стал таким... Почему-то вместо слёз и грусти появился стыд. Она снова не знала, что сказать. Стоило сразу понять, что у Билла были свои причины не рассказывать. Он не стал бы лгать, и если говорил, что не помнит, не нужно было допытываться. − Всё нормально, правда! Ты не веришь мне? – он развёл руками. И Марша с облегчением вздохнула, когда его губы растянулись в широкой улыбке. − Слушай, Билл, - вдруг призадумалась она, опершись на подоконник. – А почему ты рядом со мной? − Потому что ты так скромно и смущенно убираешь за ухо прядь волос, - рассмеялся он. − Я серьезно спрашиваю! – хохотнула Марша и толкнула было его в плечо, но рука прошла насквозь. Билл умел поразительно менять её настроение. Она даже не знала, как ему это удаётся, но то, что за последний час она испытала всю гамму эмоций – факт. − Не знаю, - он смешно потер переносицу. – Наверное, потому, что ты думаешь обо мне. − Что?! – она недоуменно захлопала ресницами. − Это правда, ты думаешь обо мне. − Но я... не понимаю, как я могу думать о тебе, если ты практически каждый день со мной? Билл лишь пожал плечами и развел руками. При этом левая рука как-то неловко двигалась, точнее, ладонь не до конца поворачивалась, словно Билл не понимал, как можно её повернуть. Она недавно заприметила это, просто не придавала значения, а потом и вовсе перестала обращать внимание. − А знаешь, что самое странное? – Марша скосила на него взгляд. − Нет, что? − У меня такое чувство, будто раньше я где-то видела тебя. Мы не встречались? − Точно нет. Я бы запомнил тебя. Билл улыбнулся, а Марша кокетливо опустила взгляд. Умеет же всегда вогнать в краску. − До этого мне совершенно не приходило в голову, но сейчас ты мне кажешься знакомым. И ты немного картавишь. − Это плохо? – Билл выгнул брови. − Нет, но... – она не знала, как правильнее выразить мысль. – Просто у тебя встречается такое характерное «р», оно мне показалось знакомым в речи другого человека. Округлив глаза, Билл удивлённо присвистнул. Их разговор прервал телефонный звонок. Марша с недоумением достала телефон из кармана шорт и взглянула на экран. О, нет, как не вовремя, да и... Звонил Стефан. Марша совсем позабыла, ещё после первой встречи они договорились созвониться. Но как теперь сказать ему, что ей не хотелось встречаться, а все её мысли заняты Томом? Хотя о последнем можно было не упоминать. − Ты не ответишь? – поинтересовался Билл. Марша вздохнула, но нажала на кнопку «принять вызов». − Алло, Марша? – в трубке послышался бархатистый голос Стефана. – Здравствуй... Внезапно Марша поняла, что может выспросить о женихе Антеи у Стефана. Ведь, по словам её сестры, они были лучшими друзьями. Она должна всё узнать. Кто он? Нежелание видеть Стефана сменилось жутким любопытством.