Поцелуи, которых не было

Сириус Блэк всегда подозревал, что слизеринцы - народ подлый. Вернее, нет. Блэк знал это совершенно точно и не понаслышке. Но сегодняшняя выходка этих гадов просто выходила за все допустимые рамки! Сначала Сириус подумал, что ему в тыквенный сок кто-то подсыпал блевотный порошок и, ясное дело, поспешил покинуть Большой Зал, чувствуя, как внутренности скручиваются, как желудок сжимается, готовый исторгнуть своё содержимое. Блэк успевает свернуть за угол, когда, вдруг, спотыкается о собственную мантию и растягивается на полу, больно ударившись о каменные плиты. Шипя и ругаясь, он садится, с удивлением замечая, что тошнота отступила. Он убирает с лица волосы и... вздрагивает. Волосы длинные. Слишком длинные даже для него, известного своей патлатостью. А ещё они рыжие. Они совершенно точно тёмно-рыжие, как у... Эванс. Выругавшись на сей раз громче, Блэк понимает, что и голос у него как у Эванс. Ощупав себя, он находит сиськи, как у Эванс (хотя, кто их знает, он не мерил!), задницу, как у Эванс и... в общем, он совершенно точно и во всех местах - Эванс. Какой гад, чтоб его за яйца огнекраб укусил, это сделал?! Блэк встаёт, не прекращая материться. Затем подгибает брюки, затягивает ремень, заправляя внутрь рубашку и сдёргивает мантию, убирая её в сумку. Нда. Ботинки. Какие у Эванс мелкие ноги. Ужас да и только! Ну, впрочем, до гостиной добраться кое-как можно. Главное, не шибко привлекать по дороге внимание. Лучше всего - опустить голову: вдруг, никто и не заметит?.. План проваливается уже через пару минут, когда на талию Сириуса-который-пока-немного-Лили опускается чья-то ладонь. - Привет, Веснушка... - говорит знакомый, но ужасно непривычный голос. Блэк вздрагивает, поднимая голову и... Его губы накрывают губы чужие, требовательно и нежно целуя. Чужой язык проникает в рот. Чужое дыхание щекочет кожу. Ладно бы просто чужое, а то ведь... - Джеймс, бля, отъебись! - писклявым девчачьим голосом вопит Сириус, отталкивая от себя эту влюблённо-похотливую морду. Морда ошалело хлопает глазами. - Лили, ты чего? Лили... стоп. Почему на тебе рубашка Блэка?.. Лили?.. Сириус закатывает глаза (зелёные, мать их) и стонет. Затем хватает Поттера под локоть и тянет вперёд, подальше от людных коридоров, на ходу шипя сквозь зубы. - Я не Лили. Я Блэк и есть. - Что?.. - Сириус я! Не тупи! - Но... зачем ты... - Это не я! Какая-то тварь мне оборотку подлила! Джеймс моментально мобилизуется: с лица его пропадает ошалелое выражение, глаза прищуриваются, брови хмурятся. - Нюнчик? - Хер его знает... - Не ругайся! Ты портишь репутацию Лили! - Захлопнись! Джеймс хмыкает. Спустя какое-то время, он лукаво косится на друга. - Ну и каково это? Сириус непонимающе вскидывает бровь, не замедляя шаг. - Что "это"? - Ну... с сиськами ходить и жопой вертеть! Блэк всё же спотыкается, но виной этому, конечно, ботинки, которые так кошмарно велики. - Я не виляю жопой! - Нет, конечно... да. Виляешь. - Нет! - Да. Но это, разумеется, не твоя вина... - Я не... - Блэк поджимает губы. А потом лицо его становится хитрым и мстительным. - Скажи-ка, Джеймс, - лениво тянет он, - а каково это? - Что "это"? - с весёлым любопытством спрашивает Поттер. - Целовать свою девушку, а потом узнавать, что это не она, а твой лучший друг, который, к тому же, очень даже парень? Теперь с шага сбивается Джеймс, но у того, наверное, просто развязался шнурок. - Я не знал! Фу, Блэкки! Фу! Умеешь же ты всё испортить... - Ты не расстраивайся... - Я не знал! - ...с кем не бывает... - Иди ты! - ...и целуешься ты неплохо... - Фу, Бродяга! Фу, бля! - ...Лили, наверное, нравится... м-м-м... - Заткнись, педик! - Сам ты педик! Драконий хвост! - Что? А-а-а... Друзья влезают в открывшийся портретный проём и, переглянувшись, звонко хохочут, пользуясь тем, что никого, кроме них, в гостиной не наблюдается. Отсмеявшись, они идут в спальню, по дороге переговариваясь: - А Нюнчику мы потом отомстим... - Если это он. - А кто ещё-то? - Хрен знает... бля, твоя Эванс такая мелкая! - Она миниатюрная, в отличии от тебя! - Зато я чертовски сексуален. И целуюсь, м-м-м... правда?.. - Фу, Блэк! Заткнись! Заткнись! Сириус смеётся над тем, как Джеймс беспрестанно вытирает свои губы. Свои Блэк не вытирал.