Настойчивый ученик

Мы уже встречаемся несколько месяцев, и, на мое удивление и радость Андрея, у нас все действительно хорошо. В школе он стал поменьше со мной общаться, оно и понятно, ему нужно было мое внимание, а теперь его хоть отбавляй. В сексе у нас тоже все прекрасно, мне уже не так больно, а Андрей уже не так надо мной трясется. Мы много куда ходим, встречаемся с друзьями, естественно с моими. Но чаще всего просто сидим у меня дома. Иногда к нам приходит Ленка — Андрей рассказал ей месяц назад. Девушка, конечно, вроде рада за нас, но постоянно напоминает Смирнову, что он должен поговорить с родителями. Вот и сейчас. — Да помню я! — вспылил Андрей. — Это так просто не забудешь! Скажу я им! Думаешь, я об этом не думаю?! Да я живу с этой мыслью! — хлопает дверью и уходит на кухню. — Лен? — спрашиваю тихим голосом, девушка застыла. — Извинись за меня перед Андреем, а я пойду, зря я это сказала, — еле слышно, собираясь уходить. — Лен, я его знаю, он скажет, — и это так, Андрей не тот, кто будет все время молчать. — Но ему нужно время. Прошу, не торопи его, — она кивает и, собравшись, уходит. Да, нелегко им приходится… Ленка тоже не может постоянно скрывать что-то от родителей, она такая же открытая, как и брат. Прикрыв дверь за Леной, захожу на кухню. Андрей сидит за столом, листая что-то в телефоне. — Сашка? — поднимает голову, не успеваю ничего сказать, а он уже дергает меня за руку и тащит к двери. — Поехали. — Куда? — удивленно смотрю. — К родителям, — выдыхает. — Все равно надо сказать, а чем дольше, тем больше я придумываю. Ленке я кинул смс, она ждет у подъезда. Останавливаю парня и касаюсь губ. Целую буквально пару секунд, а потом крепко обнимаю. — Что бы ни случилось, я с тобой, — улыбаюсь. Надеюсь, он не поймет, что я сильно волнуюсь, ведь я взрослый и должен вести себя соответствующе. Через полчаса уже заходим в квартиру, Андрей идет первым, и я слышу его твердый голос: — Мам, пап, нам надо поговорить. Мы с Ленкой стоим в коридоре и не спешим вмешиваться. Когда я со своими родителями говорил, у меня сердце наверно так же стучало. Лена вообще стоит и бледнеет. — Спокойно, все будет хорошо, — подхватываю под талию девушку — еще упадет. Подходим чуть ближе и все, что я вижу в проеме двери, — рука Андрея, нервно сжимающаяся в кулак. — Дело в том, что я… — тишина. Все замерли в ожидании. — Что ты? — грубый голос его отца заставляет меня вздрогнуть. — Я… — слышу нервные интонации в голосе Андрея, он вздыхает и собранным голосом быстро выдает: — Я гей. — Ты что? — громче произносит отец. — Гей, — уже не так уверено, — люблю мужчину. И снова тишина. Потом скрип дивана и звук удара. Ленка вскрикивает, бежит на помощь брату, а я просто стою, замерев. — Папа, не надо! — кричит девушка, быстро оказавшись там. — Надо! Я выбью из него эту дурь! — Мам, скажи ему что-нибудь! — пытается успокоить отца через мать. Та молчит, наверно, как я, находится в оцепенении. Девушка стоит в двери, закрывая мне итак небольшой обзор, а я опять слышу удар. Очередной Ленин крик и она дергается вперед. Мой взгляд цепляется за Андрея, прикрывающего лицо ладонью. Вспоминаю, как когда-то, точно в такой же позе стоял Тема, и мне становится по-настоящему страшно. Вижу, как его отец замахивается и, отмерев, бегу в комнату. Не успеваю — удар достигает Андрея быстрее, и он падает на пол. Ленка истерит, всхлипывая, их мама по-прежнему сидит, просто уставившись в одну точку. — Уходи, — твердо и непоколебимо буквально выплевывает его отец. Андрей просто встает, хватает дрожащей рукой меня за запястье, мы выходим из квартиры, спускаемся на один лестничный пролет и останавливаемся. Не знаю, что делать, просто обнимаю. Вскоре, всхлипывая, из квартиры выбегает Ленка и пробегает мимо нас. — Лен, — останавливаю ее негромким голосом. — Андрей, — всхлипывает, — прости, — опять всхлипывает, — я не должна была настаивать. — Ленка, — поднимает голову, и я замечаю, что у него кровь. Кровь! А он… улыбается? Измученно, через силу, я даже чувствую, как ему больно — в прямом смысле, он сжимает руку на моем плече. — Ты не виновата, — понятно, не хочет, чтобы она переживала. — Я же сам решил сюда прийти. Можешь сделать для меня кое-что? — девушка кивает в ответ. — Привези мои вещи вечером к Сашке и… — выдыхает, — не ругайся с ними. Ленка кивает, что-то шепчет Андрею на ухо и возвращается назад. Только скрывается за дверью, Смирнов перестает улыбаться и опирается на стену. — Ты же меня пустишь к себе? — смотрит, вытирая кровь с лица, хотя получается больше растереть. — Не трогай, — останавливаю его. — Конечно, пущу, я же в этом виноват. — И ты туда же, — отходит от стены и продолжает спускаться. На следующем этаже вызываем лифт. — Но ведь… — Никто не виноват, я сам все решил. Не возражаю, с какой-то стороны он прав, но мне от этого не легче. В ближайшей аптеке покупаю нужные вещи и на улице начинаю обрабатывать рану Андрея. Кажется, просить у его родителей разрешения на наш переезд в другую страну придется позже. Или уехать так? Интересно, долго он будет у меня жить? Скоро помирится с родителями? И помирится ли вообще?