Настойчивый ученик

— Ну, присядем на дорожку, — заваливаюсь на тумбочку у двери. Через два часа у нас самолет. Андрей суетится, в пятый раз проверяя, взяли ли мы билеты и паспорта, а я просто пытаюсь осознать, что мы действительно на это идем. Да, легко не будет — это точно. Но на то мы и вместе едем, чтобы преодолевать все трудности. В аэропорту Андрея встретили как всегда его мама, Ленка и Кирилл, который уже через полгода будет полноценным членом их семьи. Меня же проводить приехали родители. Про свои планы, про Андрея я рассказал им месяц назад. Смирнов им понравился. А идею нашу они не очень поддержали: маме не понравилось, что я буду далеко, но «если вам так будет лучше, то я постараюсь привыкнуть». Мы с Андреем обняли всех, попрощались и направились на посадку, про которую объявили пару минут назад. Я сел у окна и сразу же прилип к нему, все эти деревья, дома и самое главное — родных людей, я увижу, скорее всего, не скоро. Это грустно. Но рука Андрея, сжимающая мою руку, и его улыбка напоминали о том, что поводов для радости у меня не меньше. Взлет прошел успешно, а уже через пять часов мы выходили из самолета в совершенно незнакомой стране. — Вперед, к новой жизни! — тащу в одной руке чемодан, а другой тяну Андрея за запястье. --- Полгода спустя Андрею нужно было на свадьбу сестры. Мы уже немного привыкли к жизни в этой стране, но с работой периодически были проблемы, соответственно и денег у нас было немного. Поэтому Андрей летел один, хотя Ленка приглашала и меня. — А как твой отец? Все будет хорошо? — я волновался, не хочется, чтобы они опять ругались, да и конфликт явно не пойдет на пользу Лениной свадьбе. — Конечно, — засовывает в чемодан теплый свитер. И чего Ленке так захотелось зимой замуж выходить? — Мы с ним на той неделе по скайпу говорили. Сказал, что все хорошо, он не будет больше меня выгонять, но… — и замолчал. А я вспоминаю, как он не особо сильно расстраивался, когда узнал, что у нас не получится поехать вместе. — Но мне лучше не мозолить ему глаза? — мне не обидно, я знаю, что своим появлением могу помешать медленному примирению Смирновых. — Прости, — виновато опускает голову парень, — это ненадолго, я уверен, через полгода мы сможем вместе зайти к моим родителям домой! — Я все понимаю, — добродушно, протягиваю ему одну кофту, вдруг зима холодная выдалась? Андрей чмокает меня в щеку и продолжает собираться. Наутро уезжает, а через три дня возвращается счастливый и, постоянно повторяя, что еще немного и он полностью наладит отношение с папой, потому что на свадьбе они относительно неплохо пообщались. --- Немного. Немного затянулось на пять лет. Нет, хорошо общаться с отцом Андрей начал через полгода, часто говорил по скайпу. Но вместе мы его отцу так и не показывались. К родителям ездили два раза в год, но постоянно жили у меня. Потому что как только Андрей заявлял своим, что и я приеду с ним, его папа тут же выражал явное нежелание меня видеть. По словам Смирнова, его папа смирился с ориентацией сына, но вот меня недолюбливал, хотя я абсолютно ничего ему не сделал. Может, он считал, что именно я виноват в голубизне Андрея. — Сашка, — зовет где-то из глубин ванной. — Да? — отзываюсь, вывешивая костюмы. Как бы это странно ни звучало, тем более для родителей Андрея, которые, судя по словам самого парня, часто повторяли ему, что у наших отношений нет будущего, завтра у нас… свадьба. Месяц назад Смирнов сделал мне предложение, а я, не раздумывая, согласился. Мы любим друг друга, живем в стране, в которой такие браки разрешены, и абсолютно не скрываемся. От этого шага ничего не изменится, только мы станем ближе. Одной семьей.  — Можешь моих встретить в аэропорту? — выходит ко мне в джинсах и футболке. — Мне смену поставили, — вздыхает. Да, столько лет прошло, а ему так и не удалось осесть на одном рабочем месте надолго. С некоторых он уходил, когда находил место с чуть более выгодными условиями, но чаще многие выгоняли, когда узнавали, что он гей. И это странно. Во-первых, у них вроде толерантная страна, а во-вторых, это же никак не отражалось на его работе. Он сменил не меньше пяти, а сейчас вот устроился официантом в кафе на соседней улице: платили немного, но относились хорошо, да и там же работал наш сосед Майк, с которым неплохо ладил Андрей. Меня с одной школы тоже выгнали, аргументируя тем, что учитель должен быть нормальным, поэтому при следующих попытках устроиться на работу я заранее говорил, что живу с парнем. В последнем месте к этому хорошо отнеслись, и вот я уже три года работаю на одном месте. — Хорошо, — киваю, начиная собираться и отложив костюмы — позже поглажу. — А кто из твоих приедет? — Все, — коротко отвечает и уходит. Пока ехал к аэропорту, на минуту вспомнил, как вчера встречал своих, странно было, что к нам на свадьбу прилетело так много людей: и мои родители, и друзья: Вадик с женой и старшим сыном — младшему всего полгода, оставили на бабушку. И Дима с очередным парнем. Ему уже под тридцать, а он продолжает менять партнеров чуть ли не каждые полгода, надеюсь, когда-нибудь он остепенится. Тогда я проводил их до отеля, а сегодня буду развозить родственников своего будущего мужа. Хотя «развозить» это сильно сказано — посажу в такси и озвучу адрес. За пять лет машиной мы со Смирновым так и не разжились. Вот стою, смотрю на приземляющийся самолет и с замиранием сердца жду. Люди начинают по одному выходить на трап, а я прищуриваюсь — недавно обнаружил, что зрение начало падать, наверно, придется купить первые очки. Первым замечаю того, кого не спутаю ни с кем. Четырехлетний Тима бежит на меня с криком «Дядя Саша!» и бросается на шею. Обожаю этого маленького чертенка, обнимаю и немного подбрасываю. А он подрос. — Привет, — дальше подходит Ленка, а Кирилл следом тащит чемодан. Она обнимает меня и шепчет на ухо: — Только не реви, — не понимаю, что она хотела мне сказать, жму руку Кириллу. Как только он отходит за женой в сторону, я вижу маму Андрея… и папу. Неужели? Глубоко вдыхаю, понимаю, что имела в виду Ленка: я уже чувствую, как слезы подступают к глазам. — Здравствуйте, — жму протянутую руку, смотрю в глаза и пытаюсь сдержаться. — Привет, — мужчина в ответ чуть улыбается. Быстро отпускаю руку, чтобы не выдать себя дрожанием. До отеля доезжаем быстро, я говорю немного, все еще не верю, что его папа, наконец, меня принял. Ведь его приезд можно так понимать? Рассказываю основные вещи: во сколько, куда, помогаю разместиться и уезжаю домой. Восемь часов вечера, смена Андрея должна закончиться с минуты на минуту, значит, скоро он будет дома. Пытаюсь вытереть рукавом глаза — ну да, не умею я сдерживаться — не получается, все возвращается. — Сашка, я пришел, — говорит с двери. — Привет, — киваю и чуть отворачиваю голову, пытаюсь скрыть слезы. — Забрал? — только киваю в ответ. Одна слеза уже почти капает с кончика носа и вызывает неприятные чувства — сбрасываю ее тыльной стороной ладони. — Ну и какой мультфильм ты уже успел посмотреть на этот раз? — садится, обнимая. Холодный. — Твой папа прилетел, — с радостью говорю, продолжая реветь. — Он наконец-то не сторонится меня! — Ну и чего ты ревешь? — улыбается. — Это же хорошо. — Угу, — чуть успокаиваюсь. — Это я от радости, — крепко обнимаю. Все-таки, хорошо, что Андрей тогда сразу не сдался. --- Небольшой ресторанчик, такое небольшое количество родных и близких, а на наших с Андреем безымянных пальцах одинаковые кольца. Никогда бы не подумал, что буду праздновать свою свадьбу не в России. Тем более, мне бы и в голову не пришло, что я свяжу себя семейными узами с парнем. Краем глаза замечаю, как смешно и безуспешно официант пытается понять, что хочет сказать ему моя мама. Ну да, в английском она не сильна. Уже хочу прийти на помощь, но вместо меня вмешивается Дима — он программист, английский для него как второй родной, по профессии приходится. Мы могли бы отпраздновать это на Родине, оно бы и дешевле вышло, особенно семьям… Но там это не безопасно. А здесь все спокойно относятся, по большей части. Вон даже официант подмигивает Диме, а тот, в свою очередь получает тычок в бок от Сергея, так зовут его пассию. --- На следующий день все улетали на одном самолете, весело им будет в пути. Прощания, обнимания, слезы родных, да и наши — прощание оно всегда не легко. — Спасибо, — вижу, как Андрей обнимается с папой. — До свидания, — протягивая руку. Но он дергает меня на себя и совсем легко и совсем недолго обнимает. «Только не реви», — вспоминаю Ленины слова. Машем взлетающему самолету, я крепко держу Андрея за руку и не хочу отпускать. — Саш? — шепчет мне на ухо. Я лишь слегка поворачиваюсь. — Поедем домой… Проведем запоздалую брачную ночь, — и невесомо касается щеки. Улыбаясь, тут же тащу его к такси. Наконец-то все наши проблемы из прошлой жизни решены, и можно начинать новую. Новую семейную жизнь.