Затяжной выстрел

Впервые они трахаются на крыльце погорелого особняка Хейлов, куда Стайлз приводит Питера «прогуляться». Не лучшая идея из тех, что посещает эту юную дурную голову, но и не самая ужасная. Здесь Питер быстрее вспоминает, быстрее становится самим собой, неловко шутит и, кажется, даже смеётся на ответный подъёб. Он смеётся и когда Стайлз, распластанный под ним, приставляет к его виску старый отцовский Хеклер и Кох, заряженный аконитовыми пулями. Смеётся и вспоминает, целуя горячий рот, втираясь бедрами между худых мальчишеских ног и выпуская когти, чтобы разорвать мешающийся ремень из кодуры. Распалённый поцелуями и откровенной лаской, Стилински дёргается, когда видит красный отсвет в глазах Питера, нечаянно дёргает рукой, нажимая на курок, но успевает отвести дуло от чужой головы, а затяжной выстрел поражённого коррозией пистолета раздаётся спустя лишь несколько мгновений. Хейлу плевать, что он только что в очередной раз чуть не умер, он переворачивает напуганного мальчишку, усаживает на себя, быстро избавляя его от оставшейся одежды, и с жадностью впитывает чужое возбуждение, горько приправленное стыдом и неуверенностью. Не смотря на своё очевидное безумие, Питер понимает, что секс должен приносить удовольствие, а не только яркую, выжигающую все внутренности боль, которой сейчас так хочется. Он понимает, что Стайлзу нужно другое, и даёт ему столько нежности, сколько может выцедить из вложенной в него за последние несколько месяцев заботы. Круговорот энергии, равнозначный обмен, поделённое на двоих существование. Стайлз удивительно молчалив, даже стонет беззвучно, закатывая свои невозможные глаза, раскрывая не менее невозможные губы. И, наверное, только сейчас, в этой самозабвенной отдаче, в которой мальчишка вручает ему на блюдечке не только своё доверие, свою любовь, но и своё тело, Хейл, наконец, начинает понимать стайлзовы мотивы. И ему от этого понимания вовсе не горько и не больно, ему охуительно хорошо впервые за много лет. Он знает, что секс должен приносить удовольствие, и даёт его Стайлзу столько, сколько может.