Цепная реакция, или принцип домино

После того как Эбису отправился на поиски Генмы, Ирука задумался о том, чем бы ему занять остаток дня. И желательно так, чтобы забыть обо всем или хотя бы не иметь возможности думать о сегодняшних событиях более двух минут подряд. Опыт подсказывал, что есть два места, где ему гарантированно не дадут скучать – Академия и штаб. Но, помня о том, насколько у него сегодня шалят нервы, Ирука решил, что с детьми общаться не стоит. Следовательно, оставался только штаб. Туда он и отправился. Собственный кабинет не порадовал, воробьи за окном вызвали стойкое желание запустить в них чем-нибудь, можно даже кунаем. Есть ли на свете такое средство, которое излечивает от извращений? Хотя если бы было, то Цунаде давно испробовала бы его на одном белобрысом саннине. Ирука на миг задумался – интересно, а извращенность зависит от цвета волос? Вот у Джирайи и Какаши волосы белые и они оба… Учитель напомнил себе, что сам он вовсе не блондин, но, тем не менее, не меньший извращенец (а может быть даже и больший), раз влюбился в Копирующего. Чунин тяжело вздохнул. Словно вторя его внутреннему состоянию, раздался осторожный стук в дверь. Все помнят, что если визитер решил постучать, то хорошего не жди? Ирука еще раз помянул Кьюби и сказал себе, что этот день нужно просто пережить. Потом будет лучше. Потому что хуже просто некуда! Как показали дальнейшие события, мысли о том, что «хуже некуда» обычно возникают от недостатка воображения, которым судьба как раз таки не страдает. Не дождавшись внятного ответа, в комнату заглянул шиноби и сообщил: - Ирука-сенсей, вас вызывает к себе Хокаге-сама, - причем тон выбрал какой-то на редкость сочувствующий. В кабинет непосредственного начальства Ирука вошел, уже взвинтив себя до предела. В голове вихрем проносились различные идеи насчет того, что могло случиться. Но застать Цунаде банально выпивающей на рабочем месте он не ожидал. Впрочем, совсем не банально, если учесть, что компанию ей составляла Шизуне, и выглядели обе дамы не слишком радостно. Чунин вцепился в косяк: - Что случилось? Хокаге подняла на него мутный взгляд. - А, это ты, Ирука… Ты входи-входи. У меня для тебя… ик… новость. Расстояние до стола учитель преодолел в мгновение ока и, опершись о столешницу, навис над Цунаде: - Что-то с Наруто?! Что с ним? Ранен?.. Сильно? Или… Последнее предположение он даже выговорить не смог, настолько оно было неправдоподобно ужасным. «Неужели?.. Нет, день не может быть НАСТОЛЬКО плохим! Нет!» Цунаде еще раз икнула. - Не-еет! С Наруто все нормально… Хотя… не знаю… Но новостей давно не было, а Джирайя, ежик блудливый, ничего не пишет… - тут она обиженно хлюпнула носом, а на Ируку гигантской волной обрушилось облегчение. Раз с Наруто все хорошо, то теперь можно подумать и о менее ужасных предположениях: - Война началась? Цунаде обиженно на него посмотрела. - Пока нет, но кто знает… - она налила себе новую порцию и, посмотрев на мутную жидкость, спросила. – Хочешь? - Нет. - А зря… Шизуне поддержала ее кивком, и даже свинка бросила на Ируку сочувственный взгляд. Улегшееся было беспокойство снова накрыло чунина с головой. - Да что случилось-то?! - Ты помнишь, что Хокаге обязаны выполнять свои обещания, особенно если они даны… э-ээ… официально? – начала Цунаде издалека. Шизуне покивала и подлила своей начальнице еще саке. Ирука проследил за этим действием выпученными глазами. Та, заметив его взгляд, пояснила: - Хокаге-сама нужно успокоиться. Если не брезгуете, можете выпить из моего стакана. - Я не буду пить. Шизуне ответила ему непонятным взглядом, но стакан все равно наполнила и придвинула поближе к Ируке. - Ты помнишь, что я пообещала Хатаке Какаши за обретение новых возможностей Шарингана? - Все, что он захочет. Ирука ощутил, как волосы на голове сами собой встают дыбом, несмотря на то, что они были стянуты в хвост. - Но… Причем здесь я? Обе дамы потупились и слегка покраснели. «Твою мать…» - подумал Ирука и припомнил еще несколько подходящих к случаю выражений. Упоминание Копирующего не сулило ничего хорошего, и чунину не хотелось даже думать о том, что тот мог такого попросить. - Какаши тут полчаса назад заходил… - Хокаге хихикнула, а Ирука поразился – неужели за полчаса можно так напиться? Видимо, Цунаде очень старалась. – Я думала, он отпуск попросит или еще что… - А он? – учитель почувствовал, как слабеют колени. - А он попросил предоставить чунина Умино Ируку в его полное распоряжение на недельку. У Ируки подкосились ноги, и он… Хорошо, что догадливая Шизуне успела подставить стул, на который чунин и рухнул без сил. В его руке, будто сам собой, оказался стакан с саке. Он быстро опрокинул его в себя, даже не почувствовав вкуса. «Это явно не мой день…» Цунаде подняла на него глаза: - Вот и я тоже…э-ээ… удивилась, можно сказать, дар речи потеряла, а потом оказалось, что молчание – знак согласия. Ирука поперхнулся очередной порцией саке, которое в него вливала сердобольная Шизуне. - Так вы согласились?!! - Ну… можно и так сказать. Чтобы вернуть чунина во вменяемое состояние, его пришлось обмахивать какими-то документами - кажется, это был отчет по миссии класса D. «Хоть на что-то это бумагомарательство пригодилось», - рассеянно подумал Ирука. Мозг упрямо отказывался возвращаться к полученным новостям. - Хочешь, я тебя подлечу? Ирука опасливо покосился на покачивающуюся Хокаге. И в таком состоянии она собралась кого-то лечить? Или это по принципу – чтобы не мучался? - А Какаши почему не попробовали полечить? - Да пока я в себя хоть немного пришла, пока все осознала, этот извращенец уже скрылся! - Но… - на чунина было жалко смотреть, - я же… С каких пор у нас узаконили рабовладение?! – сорвался он на крик. Цунаде погладила его по плечу: - Ну, может, все еще не так плохо. Может, ему отчеты написать нужно, вот он тебя и…э-ээ… в аренду хочет взять, - Ирука наградил ее «благодарным» взглядом. Что-то подсказывало чунину, что дело тут совсем не в отчетах. «Вот Копирующий и определился со сроком, на который я ему нужен… Какое уж тут «навсегда». Даже смешно…» Но смеяться совсем не хотелось. - Я, конечно, все понимаю, и ты можешь отказаться, - Цунаде вздохнула. – Ну, кто меня тогда за язык тянул? Сказала бы, что даю отпуск, а срок, например, предложила бы выбрать самостоятельно … - Мне нужно еще выпить. - Вот, а говорил, что не будешь. Они выпили, и чунин поднялся со своего стула: - И когда я поступлю в его распоряжение? - Так ты согласен? – женщины посмотрели на него полными недоумения глазами. – Правда, согласен? - А вы не ожидали? Они потупились. - Честно говоря, мы уже думали отправить за Копирующим отряд АНБУ, чтобы доставить его в госпиталь… - Ы? - С тобой мы решили поговорить на всякий случай. Ирука представил себе Какаши, привязанного к кровати прочными ремнями, на пару мгновений эта картина доставила ему ни с чем не сравнимое удовольствие, а потом вздохнул, покоряясь судьбе: - Неделя – это же не навсегда. Хватит вмешивать других людей в их отношения с Копирующим. Ситуация с Эбису не должна повториться. Если Какаши решил, что наиграется с ним за неделю, что ж – Ирука не станет ему мешать. - Буду считать, что это миссия. Так, когда мне приступать? - Завтра… наверное. Какаши ничего на это счет не говорил. Хокаге окинула поникшую фигуру чунина пристальным взглядом. - Ирука, ты же не наделаешь глупостей? - Напомните, когда я сделал последнюю глупость? - Минуту назад, когда согласился. Чунин нетвердой походкой отправился к двери, но на пороге он обернулся и ответил: - Я постараюсь, Цунаде-сама. Пошатываясь, учитель вышел из кабинета, ощущая себя пришибленным новостями, и наткнулся на кого-то, кто то ли пытался подслушать, то ли просто поджидал его под дверью. Саке почему-то выбрало именно этот момент, чтобы окончательно проявить свою коварную сущность и ударить по мозгам в небезуспешной попытке их отключить. Ирука ощутил странную легкость и на препятствие взглянул уже вполне благосклонно. Препятствием оказался Изумо, который нетерпеливо спросил: - Ну, что? Ирука, занятый своими проблемами, чуть не ответил, что его отдали на съедение страшному джунину Хатаке Какаши. - Вы его нашли? - Зачем его искать? Ирука был в недоумении. Чего искать Копирующего, если он и так постоянно крутится рядом, всеми средствами изводя честных шиноби, особенно чунинов, особенно, если эти чунины преподаватели Академии, особенно, если их зовут Умино Ирука. Учитель на миг замер, затуманенный мозг не мог понять, с каких пор он начал думать о себе во множественном числе, и можно ли послать одного их этих Умино Ирук к Какаши, остальным Ирукам спрятаться, а еще лучше покинуть деревню и присоединиться, например, к Акацкам или Орочимару. А что? Хуже, чем сейчас, там явно не будет. Саске, например, живет в деревне Звука и не жалуется. Почему тогда Ирука так не может? Чунин на миг представил себе, что Какаши, взяв пример с Наруто, мчится его останавливать, и ощутил себя готовым покинуть деревню хоть сейчас. Он помотал головой. И как Цунаде умудряется еще и работать в таком состоянии? Ирука перевел взгляд на возмущенное лицо Изумо и понял, что тот уже некоторое время пытается добиться от него ответа на вопрос: - Вы что, Котетцу и не искали? - Искали, - чунин содрогнулся при воспоминании о пяти часах плутаний по деревне. - И даже нашли! - Что с ним?! - Ааа…- махнул рукой Ирука и слегка покачнулся от этого движения. – Все с ним нормально. Учитель посмотрел в лицо Изумо, на котором крупными буквами было написано, что тот совершенно ничего не понимает, и, ощущая приятную расслабленность, продолжил: - Просто Котетцу в тебя влюблен… - Ирука решил, что большие глаза Изумо даже идут, и хихикнул. – Он боится, что в какой-то момент не сможет удержаться, глядя на тебя, и… - чунин хлопнул парня по плечу. – Ну, ты понял. Он обошел замершего, как памятник самому себе, Изумо и направился к выходу. - Слушай, ты Эбису не видел? – спросил он напоследок, обернувшись у самой двери, но, не дождавшись ответа, пожал плечами и вышел. В сознании смутно шевельнулось подозрение, что он сделал что-то не то, но оно быстро рассеялось. Какаши проследил, как не совсем трезвый чунин выполз из штаба, но подойти не решился. Пусть сначала успокоится. Зачем устраивать побоище посреди деревни? Копирующий был свято уверен, что Ирука не согласился, но теперь строптивому чунину больше не удастся игнорировать его или обиженно фыркать, чуть что. Не удалось пробудить симпатию, попробуем ненависть. От ненависти до любви, как говорится, один шаг. Главное, выжить, пока Ирука этот шаг сделает. Паккун такой план не одобрил, но, получив в зубы первый попавшийся ошейник и, что-то проворчав про жадных хозяев, предпочел исчезнуть подальше, дабы его не привлекли к участию в пресловутой операции: "От ненависти до любви", которую песик искренне считал плодом больного воображения. Перед уходом он даже подумал, что скоро придется менять хозяина. Хорошо, хоть ошейник останется. Пусть даже на нем и нет рубинов, но как сувенир на память сгодится. Ирука прошел буквально в паре шагов от Какаши, но джунина не заметил, чем очень его удивил. «Нужно за ним проследить, а то вляпается во что-нибудь». Стоило Котетцу открыть дверь своей квартиры в ответ на настойчивый стук, как его глаз повстречался с чьим-то кулаком. Они сговорились все сегодня, что ли? Поднимаясь с пола, Котетцу спокойно подумал: «Теперь фингал будет… А по Изумо с виду и не скажешь, что он настолько силен». Котетцу поднял взгляд на своего гостя: - И тебе здравствуй. Вставать он не спешил, но Изумо вздернул его с пола и прошипел в удивленно распахнутые глаза. - Придурок! Котетцу подумал, что его стали слишком часто так назвать. Может, и в самом деле окружающие видят нечто такое, чего сам он не замечает, потому что… потому что, действительно, придурок? - Если ты еще раз устроишь мне такое… Котетцу усмехнулся: - То что? Второй удар он получил в челюсть и почувствовал, как из рассеченной губы потекла кровь, пачкая подбородок и наполняя рот солоноватым привкусом. Его прижали к стене, а горящий яростью взгляд Изумо впился в него, будто желая подчинить, завораживая и пресекая любые попытки к бегству. И губы так близко… Котетцу втянул воздух, почти насильно заставляя легкие работать. «Нужно отвлечься». - Я бы на твоем месте сейчас не шутил, - голос Изумо был похож на тихий рык, Котетцу никогда его таким не слышал. «Такой низкий, такой… Черт, не нужно было так рано возвращаться… Гад все-таки Ирука». - Еще раз исчезнешь…- Котетцу постарался вникнуть в смысл слов и отвлечься от наблюдения за тем, КАК движутся эти губы. Усилием воли он отвел глаза: - Ты просто ничего не знаешь. - Знаю. Котетцу застыл. - Откуда? - Ирука рассказал. - Вот су… Занесенную для третьего удара руку он перехватил практически у своего лица и крепко сжал узкое запястье. - Видимо, не все он тебе рассказал, раз ты сам ко мне заявился. - Я. ЗНАЮ. ВСЕ! - Да ну? Выходит, что тебе не жалко своей девственной задницы для лучшего друга? – последние два слова он буквально выплюнул. Уж лучше вот так, чем стоять и подбирать слова, пытаясь объяснить, как такое могло случиться, как ему вообще пришло в голову осмелиться подумать о подобном. - А почему ты решил, что будешь сверху? Котетцу поперхнулся, глаза его широко распахнулись, а челюсть поехала вниз. Изумо решил немедленно этим воспользоваться и поцеловал разбитые им минуту назад непослушные губы. Котетцу замер, мгновенно превратившись в соляной столб, а Изумо начал изучать его рот с энтузиазмом первопроходца. Когда Котетцу немного пришел в себя и стал неуверенно отвечать, не зная, что и думать, и борясь с желанием не думать вообще, Изумо с садистским удовольствием прервал поцелуй, получив в награду недовольный стон. - Можешь считать, что когда начал откалывать такие номера, как какая-нибудь истеричная девица, свой шанс быть сверху ты потерял… - не заметив в глазах Котетцу особого ужаса, а только неудовлетворенное желание и море недоумения, смешанного с восторгом, Изумо улыбнулся и лизнул ранку на его губе: – … как минимум на месяц. Ирука брел по Конохе и чувствовал, как выветривается из головы спасительная пелена опьянения и как возвращаются тяжелые мысли. Нужно было найти Эбису, узнать, как прошло его «сенсационное заявление», и если понадобится, подтвердить Генме рассказ элитного учителя. Но Эбису нигде не было, он словно испарился. Сейчас Ирука как никогда понимал Изумо. Но поиски устраивать не стал, понимая, что у его друга есть вполне веские причины для желания побыть в одиночестве. Вот только было немного обидно и одиноко. Проходя мимо бара, Ирука взглянул на яркую вывеску. А ведь после угощения Хокаге ему стало лучше… Он решительно толкнул дверь питейного заведения. Какаши с сомнением посмотрел на бар. Что там могло понадобиться практически непьющему чунину? Появившийся по его вызову Паккун (в новом ошейнике и с траурной повязкой на передней лапе) на предложение выяснить это ответил… он явно взял эти слова из тех, что пополнили его словарный запас сегодня днем… и исчез, не дожидаясь разрешения. Сам Какаши в бар входить поостерегся, твердо решив дать Ируке время до завтрашнего утра, чтобы тот успокоился. Но джунин никуда не ушел, а устроился на ветке, приготовившись к долгому ожиданию. Впервые за последние дни он пожалел, что не захватил с собой книгу.