Цепная реакция, или принцип домино

Они облюбовали столик подальше от входа, чтобы им не помешал кто-нибудь знакомый, случайно забредший в бар в такую рань. К тому же здесь царила прохлада, и не было яркого света, зато можно было сесть и расслабиться. Ирука ощутил себя почти счастливым. Он посмотрел на поставленную перед ним выпивку и, сглотнув, сказал: - Мы с тобой похожи на алкоголиков – с самого утра уже похмеляемся. - Ты похож, а меня не примазывай. Я вчера не пил и не лез целоваться с Копирующим. - Если бы полез, это был бы твой последний день. - Я что-то не помню, чтобы ты заявлял на него свои права. По-моему, ты от него только бегаешь. Шутливая пикировка могла продолжаться очень долго, но Ируку все еще интересовало, как прошел вчерашний разговор. После первой порции саке ему заметно полегчало, и чунин решил этим ограничиться. Он отодвинул вторую и в упор посмотрел на друга. - Ну, выкладывай. Ты ему рассказал? – он все-таки решил спросить прямо, так как на то, чтобы выдумывать сейчас окольные пути и намеками выведывать информацию, просто не было сил. - Да. - И? – Ируку такой лаконичный ответ не утроил. - Что «и»? Я ему сказал. Проблема решена, - в голосе Эбису зазвучали предупреждающие нотки, но чунин решил их проигнорировать. - Что он ответил? - А что он мог ответить? Он промолчал - Просто промолчал? – Ирука нахмурился, а потом подозрительно посмотрел на Эбису. Он знал своего друга не первый год. Да и представления о возможной реакции Генмы не совпадали с тем, о чем поведал ему сейчас элитный учитель. – Ты хоть дал ему время ответить? - Дал, - буркнул тот. - Сколько? - Достаточно. Ирука вздохнул и проклял себя за то, что вчера отдал Эбису его очки. Сейчас упрямец прятал за ними глаза и выводил чунина из себя чересчур лаконичными ответами. - Хорошо, я уточню вопрос. Сколько секунд ты ему дал? Эбису сжал губы и упрямо вздернул подбородок, явно не собираясь сдавать позиций. Ирука спросил себя, с какой стати он защищает Ширануи, пытаясь вразумить «элитного упрямца»? - Ты что, убежал сразу же? – спросил чунин, поняв, что ответа на предыдущий вопрос не дождется. - Нет. Пять. Я дал ему пять секунд. Ирука похлопал ресницами. - А ты не подумал, что пять секунд это…м-мм… немного маловато? Мне бы, например, пяти секунд не хватило, чтобы прийти в себя после такого. - Он джунин. - ЭТО тут не при чем! Как он хоть воспринял твои слова? - Он уронил сенбон. - А где он его держал? – на всякий случай уточнил Ирука, хотя прекрасно знал, где именно предпочитает таскать сенбоны Ширануи Генма. - Ну где, во рту, как обычно, - подтвердил его догадку Эбису. Друзья помолчали. Чунин все пытался представить себе описанную картинку, но не мог, она просто не укладывалась у него в голове. - Подожди, другими словами, у него отпала челюсть после твоего заявления, а ты, не дав ему прийти в себя, просто удрал? - Почему «не дав прийти в себя»? Я… Ируке надоело слушать этот детский лепет: - Потому что, точно тебе говорю, пяти секунд недостаточно. - Все равно, он делал это по просьбе Копирующего. И вообще, с чего это ты взялся его защищать? «Хм, меня тоже интересует этот вопрос. Но Эбису об этом знать необязательно, к тому же, если существует хоть один шанс…». - А вдруг… вдруг тебе нужно еще раз с ним поговорить? - Как только ты поговоришь с Какаши. Ирука обиженно на него посмотрел: - Ну и не надо! Я о тебе же забочусь. - А я о тебе. Они смерили друг друга одинаково упрямыми взглядами, а потом по их лицам, как в зеркальном отражении, растеклись довольные улыбки: - Значит, нам двоим больше никто и не нужен? - Значит, не нужен, - кивнул Ирука. - Никакие джунины? – уточнил Эбису. - Никакие джунины. - Ты сам-то в это веришь? - А ты? - Мда… Они вышли из бара на улицу, но теперь уже Ируку не раздражали солнечный свет и голоса прохожих. Саке-но-дзюцу помогло, но чунин все равно зарекся так напиваться когда-нибудь впредь. Ирука обернулся к другу и еще раз попытался его убедить: - И все-таки тебе нужно… Чунин осекся, когда рядом, будто из воздуха, материализовался Генма и, схватив Эбису за руку, притянул его к себе. После чего сделал то, о чем последние полчаса мечтал Ирука: сдернул с элитного учителя очки и отбросил их на дорогу, заглянул в глаза и потащил слишком удивленного, чтобы сопротивляться, Эбису куда-то в сторону своего дома. И все это – не говоря ни слова! - Э? Куда?.. – все-таки решил проявить интерес чунин, о чем тут же и пожалел. Генма обернулся и, одарив его предупреждающим взглядом из разряда: «Он МОЙ!», свободной рукой вынул изо рта сенбон и крепко поцеловал свою жертву. Сначала Эбису даже попытался сопротивляться. Долго это не продлилось, но попытка была. В наказание Генма, не прерывая поцелуя, изо всех сил прижал к себе пленника, дождавшись судорожного вздоха. Демонстрация была весьма наглядной. Джунин потянул элитного учителя за собой, и Ирука услышал его тихий вопрос: - Ты почему убежал, правдолюб? Ты почему меня не выслушал? Спрятался зачем? Эбису виновато сопел, но молчал. - «Потом», конечно, понятие растяжимое, но я так долго ждать не намерен. - Генма, - элитный учитель вновь попытался возмущаться. Главным образом, видимо, из-за того, что они пока находятся на улице. Но когда это любителя сенбонов волновали такие мелочи? - Ты обещал, - поймал он вознамерившегося удрать Эбису. - Это нечестно! Ширануи пожал плечами и улыбнулся, заглянув в его растерянные глаза. - Хорошо, стеснительный ты мой. Пойдем домой, спокойно во всем разберемся… - К кому это домой мы пойдем? – кажется, Эбису готов был начать заикаться. - К нам, конечно. Это была последняя фраза, которую Ирука расслышал, и от того, КАК она была произнесена, ему вдруг стало жарко. На миг он удивился, когда же это новоиспеченная парочка успела обзавестись совместным жилищем, но потом запретил себе об этом думать, оставив в душе только радость оттого, что хотя бы у Эбису все теперь хорошо. В пыли на дороге Ирука заметил брошенные Генмой очки Эбису. Осмотревшись, чунин осторожно подошел и со злорадной улыбкой на губах наступил на них, услышав, как хрустнуло под его ногой темное стекло. - Что это ты делаешь, Ирука? Чунин подпрыгнул на месте и, приземлившись на многострадальные очки, услышал, как они повторно хрустнули, окончательно приходя в негодность. - Избавляюсь от ненужных вещей. И не называй меня Ирукой! Куда это подевалось «сенсей»? Какаши хмыкнул: - После того, как ты сегодня ночью чуть меня не изнасиловал, мне кажется, я имею полное право называть тебя так, как захочу. Ирука стал по цвету напоминать свеклу и очень пожалел, что под рукой сейчас нет чего-нибудь тяжелого. Ему хотелось резко возразить, убедить Копирующего вескими, хорошо продуманными аргументами, обезоружить своей логикой, смутить какой-нибудь колкостью, но чунин смог только промямлить: - Я… ничего такого… - Ну да? – Какаши дружески похлопал его по плечу и как всегда забыл убрать руку. - Если это было «ничего такого», то, может быть, повторишь все на трезвую голову? - Но ничего же не было! – желание дать Копирующему по шее только усилилось. - Это потому что я сопротивлялся. Просто не хотел воспользоваться твоим состоянием. Последнее заявление выбило почву из-под ног чунина действеннее любой подножки. Он решил притвориться, что вообще ничего не слышал и, потерев начавший чесаться от волнения шрам на носу, тихо спросил: - Что вам нужно, Какаши-сенсей? – а потом не удержался и добавил: - Решили вступить в права владения? Только увидев странный огонек в глазу Копирующего, Ирука понял, что последний вопрос был явно лишним. Чунин дернулся, чтобы удрать, но не успел. Какаши перехватил его, толкнул в переулок и, прижав к стене, выдохнул, глядя в растерянные глаза учителя: - Может быть, все может быть, Ирука. Но ты мне лучше вот что объясни – почему это Генма сейчас прямо на твоих глазах увел Эбису, а ты… Поняв, к чему клонит Копирующий, учитель задергался в отчаянной попытке вырваться, но добился только того, что Какаши перехватил его запястья и прижал их одной рукой к стене над головой чунина. Ирука тут же почувствовал себя чересчур открывшимся и беспомощным. Надо ли говорить, что ему это не понравилось, и вину за эти ощущения Ирука прибавил к и без того огромному счету Копирующего? Копирующего, который сейчас терпеливо ждал ответа на заданный вопрос. Ируке захотелось кого-нибудь убить, желательно, кого-нибудь с шаринганом. И хотя для деревни была бы полезнее смерть Итачи, Ирука, конечно же, имел в виду одного наглого белобрысого джунина. - Я… - он зло сверкнул глазами, но Какаши предпочел намека не понять. - Ты? - Просто… - Просто? – Копирующий свободной рукой стянул с себя маску и улыбнулся, увидев, как расширились глаза Ируки. - Просто, я его попросил… - Кого? Генму? – притворно удивился Какаши. Ему явно нравилось мучить чунина подобными вопросами, особенно если можно прижиматься к телу Ируки и слушать его тяжелое дыхание, надеясь, что оно стало таким не из-за злости… ну, или хотя бы не только из-за злости. - Нет, конечно. Эбису. Я попросил Эбису мне помочь. Он мой друг и… Вот. - Друг, значит? – Какаши внезапно уткнулся носом ему в шею, щекоча горячим дыханием. – Я чуть с ума не сошел. Он провел губами по чувствительной коже, заставив Ируку вздрогнуть. - Зачем ты ушел утром? – тихо спросил Копирующий. – Какой же ты все-таки беспокойный. Хуже Наруто. Учитель возмущенно дернулся в стальном захвате. - Не трогай мальчика. - А тебя я, значит, могу трогать? Ммм? Ирука, набравший в грудь побольше воздуха для дальнейшей защиты любимого воспитанника, от такой резкой перемены темы закашлялся и гневно посмотрел на Какаши. - Чего тебе еще от меня нужно? – голосом мученика спросил он. Для него это был явно вопрос дня. Губы Копирующего изогнулись в насмешливо-нежной улыбке. - Разве учитель может так плохо соображать? Чунин возмущенно фыркнул. - Если человек приглашает на свидание другого человека, то чего он может хотеть? - увидев, как Ирука пожал в ответ плечами, Какаши продолжил. - Если он помогает этому человеку в дурацких поисках… - Они не дурацкие! Тут Какаши заметил, как чунин чуть морщится, а его запястья при этом дергаются в захвате. Учителю явно хотелось почесать шрам на переносице. Копирующий улыбнулся тому, как хорошо успел узнать своего «хвостатого мучителя», и вздохнул. Отпускать сейчас Ируку было ни в коем случае нельзя, иначе он опять сбежит. - Хорошо. Если это человек помогает в его недурацких поисках… - Ты не помогал! Ты строил козни! - Я? - возмутился Какаши. – Ну, может быть… Давай не будем вспоминать о плохом. Ирука раздраженно сверкнул глазами, пытаясь показать, что на память он не жалуется и, вообще, очень злопамятный. Копирующий на это не обратил ни малейшего внимания: - Продолжим. Если этот терпеливый человек, - Ирука скептически хмыкнул, - ОЧЕНЬ терпеливый человек ведет себя как идиот перед Хокаге, имея все шансы испробовать на себе какое-нибудь лечебное дзюцу или просто загреметь в психушку, если вдруг Цунаде решит, что случай слишком запущен. Шанс получить по лбу за такие запросы и навсегда остаться инвалидом, кстати, тоже был? - И мне же пришлось ее успокаивать после этого! – возмущению Ируки не было предела. - А меня кто успокоит? – тихо спросил Какаши, и чунин замолчал, беспомощно глядя на него. Видимо, шрам все равно чесался, потому что учитель опять страдальчески поморщился. Увидев это, Какаши вздохнул и сам провел пальцами вдоль тонкой линии, пересекающей переносицу чунина. - Так лучше? Ирука бросил на него благодарный взгляд, а потом, вспомнив о том, что должен сопротивляться, снова нахмурился и дернулся, требуя свободы, которую Какаши не собирался ему пока предоставлять. Копирующий покачал головой и продолжил: - Если этот человек, надеюсь, ты уже догадался, кто эта загадочная личность, пускает пьяного тебя в свою постель, но мужественно не пристает и даже отбивается от твоих домогательств… И не нужно на меня глазами сверкать… Что бы ты мне потом, протрезвев, сказал? Что я поимел тебя по пьяни? Ты и так от меня постоянно шарахался. Кстати, такое воздержание очень развивает силу воли… - он криво усмехнулся. – Ну, хоть какая-то польза от него, раз ты наутро все равно от меня сбежал. Это, знаешь ли, очень нечестно, Ирука, я, можно сказать, принес такие жертвы, а ты совсем этого не оценил. Чунин сначала даже немного устыдился, но потом увидел, что глаза Какаши искрятся от смеха, хотя лицо джунин старательно делал серьезное. Запястья у учителя уже начали затекать, и он тихо попросил: - Отпусти. - Нет, ты сначала ответь: после всего этого, чего я могу от тебя хотеть? - Посмеяться? – на Ируку было жалко смотреть. – Э… Поразвлечься? Какаши застонал сквозь зубы и выпустил его запястья, но учитель остался стоять на месте, даже не сделав попытки к бегству. Копирующий возвел глаза к небесам и с мукой в голосе спросил: - Боже, ну почему я влюбился в идиота? За что ты со мной так? И он покосился краем глаза в сторону чунина, который растерянно похлопал темными ресницами, а потом почесал шрам на переносице и спросил: - А ты влюбился? Терпение Какаши лопнуло, он тихо зарычал и, перекинув слабо трепыхающеюся добычу через плечо, потащил Ируку к себе домой. Впереди у него была неделя на то, чтобы убедить упрямого чунина.