Мое место рядом с Вами, господин.

— Мам? Ты постирала мой лонгслив? — Зейн судорожно рылся в шкафу в поисках нужной кофты, затем заглянул в чемодан, но все же так и не нашел любимую вещь. Парень точно помнил, что клал ее под подушку вчера утром, но уже вечером, когда вернулся после небольшой прогулки с друзьями слишком поздно, не смог ее найти. Он использовал ее в качестве ночной рубашки, носом зарываясь в ворот и наслаждаясь запахом Мистера Пейна, у которого он и стащил кофту несколько дней назад. — Да, а что такое? Ты там в своей квартире вообще не стираешь, так что я решила помочь, — женщина средних лет заглянула в комнату, вытирая ладони о фартук. — Но, мам, он пах… Моими любимыми духами! — Выкрутился Зейн. — Ох уж ваши эти духи! Пойдем кушать, девочки и отец уже ждут тебя… Впрочем, как обычно. Малик закатил глаза, поджимая губы. Он старался не показывать своего расстройства, опуская взгляд и плетясь за матерью на кухню. Парень пожелал всей семье приятного аппетита и сел на свое привычное место, слушая рассказы Амбрин, средней сестры, о частной девичьей школе, в которую она перевелась с сентября. Родители и девочка были убеждены, что там образование лучше, так что все ее предыдущие учителя настояли на переводе, чтобы талант не пропадал. Младшая сестра, Мирьям, все еще училась в средней школе; она была копией Зейна в плане успеваемости. Скажем так, малышка больше любила рисование, чем алгебру. — Зейн, как обстоят твои дела в университете? — Поинтересовался Малик-старший, внимательно смотря на своего сына. — Все хорошо, отец, — кивнул парень, незаинтересованно ковыряясь вилкой в своей тарелке. — Недавно я разговаривал с профессором по отечественной литературе, и он согласился подтянуть мои знания, чтобы я мог закончить на «отлично». — Потрясающие новости, — его мама заулыбалась, похлопывая мужа по руке, негласно говоря, что они не зря согласились с сыном и позволили ему учиться в институте искусств. — А когда ты уже покажешь нам свою подружку? — Иман, самая старшая из детей, указала брату на засос на шее. Она уже была обручена, и совсем скоро должна была состояться ее свадьба. Проблема заключалась в том, что его семья знать не знала о сексуальной ориентации парня и тем более о мистере Пейне. Малик чуть съежился, положив вилку на стол, и поднялся, тяжело вздыхая. — Извините, я не голоден. — Парень ушел в свою комнату, точнее комнату, прнадлежащую ему, когда тот еще учился в школе, но которая теперь больше напоминала картинную галерею. Галерею граффити. Студент лег на кровать и вытащил телефон, выискивая в контактах номер своего профессора. За пару дней, которые были проведены у родителей, он ни разу не написал ему, хотя очень хотелось, как, например, сейчас. Парень решил, что нет ничего плохого в том, чтобы поделиться с профессором парочкой своих желаний. Он быстро набрал сообщение, улыбаясь самому себе. Кому: Мистер Пейн Дата: 23 декабря, 12:23 «Сплошной дурдом, достали глупые вопросы о моей подружке, ведь на деле я лишь соскучился по порке…» «Приезжайте и отшлепайте меня, Господин.» Впрочем, ответа не последовало, что было ожидаемо. Малик ждал пять минут, после чего залез под одеяло и ждал еще час. Разозлившись, парень убрал телефон на тумбочку, поворачиваясь на бок и смотря в стену, обклеенную плакатами разных групп, которые он любил, когда был помладше. Студент задумался о том, как рассказать родителям о своем отношении к декану, но потом подумал, что лучше сначала просто рассказать о том, что ему иногда нравятся парни. Да, иногда. Он именно так и скажет, отцу не обязательно знать, что в данный момент он уже состоит в отношениях. В раздумьях об этом Зейн заснул, сжимая между ног уголок одеяла и слюнявя подушку.

***

— Зейн, милый, проснись. — Шептала его мама прямо над ухом. Малик чуть поморщился, приоткрывая глаза и улыбаясь матери. Он любил наблюдать на ее лице расслабленную улыбку, которая внушала надежду только на лучшее, но сейчас она явно была чем-то обеспокоена. — Что случилось? — Парень приподнялся, потягиваясь и хмурясь. — К тебе приехал друг, я его не знаю, так что… Мальчишка нахмурился еще сильнее, если такое вообще было возможно. Он не говорил Гарри своего адреса, а остальные вряд ли бы потащились в такую даль, чтобы увидеться с ним. Парень соскочил с кровати, натягивая домашние штаны и практически вылетая в коридор. Буквально со скоростью света он добежал до входной двери, остановившись как вкопанный на самом пороге. — Мистер Пейн? — Зейн удивленно замер, приподнимая брови и смотря на мужчину, который уже стоял на пороге и улыбался, прикрываясь прихваченным для мамы Малика букетом прекрасных роз, которые он уже через пару секунд вручил ей. Женщина покрылась румянцем, убегая на кухню, чтобы поставить эту красоту в воду, а Зейн так и не сдвинулся с места, непонимающе смотря на гостя. Младшие сестры стояли в проходе, высовывая головы из-за угла и разглядывая незнакомца. Лиам прикрыл за собой дверь, так как метель буквально врывалась в теплый дом, норовя заморозить всё и всех вокруг. В это время вернулась мама парня, легонько толкая сына в плечо и напоминая о том, что было бы неплохо представить своего друга. — Это Лиам. Лиам Пейн, и он мой… — Зейн замялся, поднимая взгляд и ища помощи у старшего. — Просто хороший друг, — тот лишь пожал плечами, приподнимая брови. Малик облегченно вздохнул, немного расслабляясь и улыбаясь матери, которая наверняка заподозрила что-то неладное в тоне сына и незнакомого, но определенно обаятельного мужчины. — Хорошо, хороший друг Лиам Пейн, можете разуться и присоединиться к нашему ужину, места хватит всем. Зейн, отведи гостя в ванну. — Миссис Малик раздала указания, а сама отправилась обратно на кухню, чтобы доделать ужин. И вся семья скрылась за дверями столовой, оставляя наедине Лиама и Зейна. Тогда-то темноволосый и воспользовался моментом, схватив профессора за руку и направившись на второй этаж в уборную, которая принадлежала только ему. Мужчина еле успел скинуть ботинки и пальто на пороге, разумеется, поставив все по местам. Добравшись до комнаты, Зейн запер за ними дверь, прижимая старшего к стене и недовольно оглядывая его с ног до головы. Чуть улыбнувшись, он, наконец, отстранился, качая головой и поправляя прическу. — Что вы тут делаете, Мистер Пейн? — студент сложил руки на груди, наклоняя голову вбок и разглядывая своего преподавателя. — Ты же сам попросил приехать и выпороть тебя, — Лиам усмехнулся, копируя действия мальчика. — Может, я тоже соскучился по твоей заднице. — Тут мои родители, и они даже не знают, что меня привлекает только мужской пол. — Мальчишка надулся, хмурясь и откровенно возмущаясь от того, что его профессор, декан института, не понимает таких простых вещей. — Не переживай, я просто хороший друг. Лиам наклонился к студенту, нежно целуя того в висок и направляясь к раковине. Только сейчас Зейн заметил, что профессор был одет в черную футболку, которая идеально подчеркивала накаченный торс и руки мужчины, показывая самые главные достоинства — татуировки (которых оказалось немного больше, чем Зейн запомнил). Парень лишь прикусил свою губу, будучи в замешательстве от данной ситуации: если бы не родственники, он бы оседлал Пейна прямо на пороге. — Я собирался рассказать родителям, что я гей. — Мальчик тихо вздохнул, вставая за спиной Лиама и вздыхая. Он положил ладони на лопатки старшего, поглаживая и чувствуя, как напрягаются мышцы. — Думаю, врать им, конечно, нехорошо, но это абсолютно твой выбор. — Лиам кивнул, вытирая руки о полотенце, поворачиваясь к Малику и нежно улыбаясь, после указывая на дверь. — Давай не будем заставлять твоих родителей ждать.

***

— Зейн, милый, передай, пожалуйста, соль, — Его мать, Талиша, тепло улыбнулась сыну, садясь рядом с мужем на свое место за столом. Во всем доме царила предрождественская атмосфера: в гостиной стояла большая живая ель, которую еще утром наряжали младшие сестры Малик под обязательным присмотром старшей, на верхушке красовалась большая звезда, а все остальные шары были равномерно развешаны по дереву. Стена, на которой располагался камин и телевизор над ним, была украшена гирляндой, цвета которой плавно сменяли друг друга. Лиам уже давно вырос из всего этого, он не отмечал праздники с родителями примерно с того момента, когда рассказал им о своей ориентации. Нет, они все еще любили друг друга достаточно сильно, просто со временем отдалились. Тогда, в семнадцать, когда парень уезжал в институт, он, как и все, хотел самостоятельности, нашел себе работу, был круглым отличником, навещал родителей раз в полгода, а затем приехал на Рождество домой со своим парнем. Родители приняли их почти без споров, но знакомство прошло не совсем гладко, и с тех пор, когда Пейн уже состоялся в жизни и остался работать профессором в своем родном институте, он предпочитал встречать Рождество в компании глупой телевизионной передачи по главному каналу и бокала виски. Как правило, около двенадцати он уже ложился спать. И вся эта теплая и уютная атмосфера навеяла немного воспоминаний о детстве, после чего он вдруг вновь захотел стать шестилетним мальчиком, с нетерпением ожидающего железную дорогу и паровоз, которую чуть позже они бы собрали с отцом и поиграли. — Лиам, правильно? — Начал отец Зейна после небольшой паузы в начале ужина. — Должно быть, вы учитесь вместе с моим сыном? — Пап, — Малик-младший чуть прищурился, вытирая губы салфеткой и убирая её обратно на колени. Он посмотрел на Лиама, чуть улыбнувшись ему и обратив свой взгляд на родителей. — На самом деле, я преподаю в институте, в котором учится Зейн. Только я специалист немного по другой части, нежели ваш сын. — Пейн почтительно кивнул, поднимая со стола вилку и принимаясь за свою порцию. Он старался не обращать внимания на негодующий взгляд Малика, поддерживая разговор с родителями и сестрами своего партнера. Впрочем, малышки были очарованы Лиамом, а родители отнеслись к профессии мужчины немного спокойнее, чем ожидал сам мальчик. Отец немного помучил Пейна вопросами, но в целом быстро нашел с ним общий язык. Ближе к одиннадцати младших сестер Малик отправили в их комнаты спать. Тогда женщина с мужем удобно устроились на диване перед телевизором, пока в соседнем кресле усаживалась Иман, а в другом Лиам. Зейн же присел на подлокотник кресла Пейна, упираясь ногами в пол. — Мам, пап, слушайте, я должен рассказать вам кое-что и надеюсь, что вы воспримите это хорошо. — Не надо, Зейн, — профессор схватил мальчика за руку, пытаясь усадить на место, чтобы тот не натворил глупостей. Он не хотел, чтобы мальчик отдалился от родителей также, как и он в свое время. — Что такое, малыш? — Обеспокоено спросила Талиша, накидывая на плечи мужа плед и прижимаясь к его боку. — Лиам… Он на самом деле не совсем мой друг, — парень похлопал мужчину по руке, поднимаясь и выходя немного вперед. Зейн тяжело вздохнул, собираясь с мыслями и смотря по очереди в глаза родителей. — Понимаете, у меня нет никакой подружки, Иман, я предпочитаю парней. В комнате повисла тишина. Мать зажмурилась и сжала руку мужа, который был, мягко говоря, в шоке. Старшая сестра ободряюще улыбнулась брату, поднимаясь и обнимая его. — Мы с мамой всегда знали это. Рада, что ты, наконец, признался самому себе. — Девушка чуть ухмыльнулась, забирая свой мобильник и скрываясь за дверью, которая вела в ее детскую комнату. — Ты правда знала? — Следующим подал голос Малик-старший, немного непонимающе рассматривая жену, которая обессилено кивнула. — В старшей школе у него была всего одна подружка, которая постоянно уверяла меня в том, что они лишь хорошие друзья, а однажды я вернулась раньше с работы и, когда заглянула в гостиную, они целовались с его лучшим другом. Я решила, что дать ему шанс признаться самому будет лучшей идеей. — Чёрт, Талиша! — Отец отстранился, поднимаясь и качая головой. Он тоже ушел в их спальню, оставив вопрос о принятии открытым. — Ладно, мальчики. — Женщина тоже поднялась, вздыхая. — Я поговорю с ним, а вы ложитесь спать. В твоём шкафу, медвежонок, чистое постельное бельё и полотенца. Ты так быстро вырос, — она улыбнулась, поцеловав сына в лоб и, остановилась на несколько мгновений, чтобы запомнить своего сына таким смелым и открытым для своей семьи. Затем она позволила Пейну поцеловать свою руку, и, еле скрывая улыбку, исчезла в спальне. — Медвежонок, — профессор тихо засмеялся, подходя ближе к младшему, который стоял спиной и улыбался. — Заткнись. — Зейн развернулся, пряча улыбку и закатывая глаза. — В мою комнату и спать, ты же слышал, что сказала моя мама. — О, нет, позволь хотя бы принять душ, потому что тебе придется спать с потным после дороги мной. — Как ты вообще узнал, что мои родители живут тут? — Я декан вообще-то. — А я правда хочу, чтобы ты отшлепал меня. — Прошептал парень, пожав плечами, а затем направившись в сторону своей комнаты. Быстро преодолев лестницу, постоянно ощущая на своей спине взгляд старшего, он зашел в комнату, запирая за ними обоими дверь. Вытащив из шкафа два полотенца, он сунул одно Лиаму, второе оставляя для себя. — Это же моя кофта, — полувопросительно сказал преподаватель, заглядывая в шкаф и замечая знакомую ткань. — Чертовски верно.

***

— Мистер Пейн… — Тихо простонал Малик, обнимая мужчину за шею и подаваясь навстречу его ласкам. Лиам прижал мальчика к стене в душевой, оставляя многочисленные поцелуи на шее парня. Все началось с того, что мужчина ушел в ванную один, но оставил дверь открытой. Не думая вообще, Зейн направился следом, буквально минуту изучая силуэт профессора, облизываясь и развязывая шнурки на домашних трениках. Затем безобидный душ с объятиями под теплыми струями воды, а после началось… Постепенно вода становилась прохладнее, а тела горячее, особенно когда Зейн опустился на колени и нагло принялся отсасывать профессору. Стоны удовольствия то и дело вырывались из их уст, но мужчина был в состоянии контролировать себя, иногда помогая себе и зажимая рот ладонью, все-таки в доме родители его студента и дети. Решив прекратить свои пытки, шатен потянул мальчика за подмышки, заставляя его подняться. Пейн резко развернул мальчика лицом к стене, на этот раз принимаясь целовать его шею и плечи сзади, а младший соединил руки за спиной, немного наклоняясь и выгибаясь, позволяя мужчине удерживать его руки на пояснице вместе. — Похотливый засранец, — прошептал старший, чуть улыбаясь. Он взял с полки гель для душа, усмехаясь и отпуская руки парня. — Человек-паук: гель для душа со вкусом банана. — Это все мама! — Зейн покраснел, вспоминая, как выбирал этот гель еще пару месяцев назад, сказав маме, что не хочет взрослеть и ему необходим человек-паук в жизни хотя бы на геле для душа. Он сцепил руки в замок, все еще находясь в том же положении, что его оставил мужчина. Через несколько секунд он услышал щелчок крышки от бутылочки, а затем немного прохладная жидкость начала покрывать его спину и ягодицы. Лиам вернул гель на полку, начиная массировать кожу мальчика, покрывая каждый миллиметр гелем. Он наклонялся, чтобы оставить поцелуи на шее и плече, а затем ввел в мальчика два пальца, свободной рукой удерживая его бедро. Малик протяжно застонал, но тут же прикусил нижнюю губу, жмурясь и сдерживаясь. Осторожно двигая пальцами и не чувствуя больше сопротивления мышц, профессор добавил третий палец, плавно двигая ими, продолжая отвлекать поцелуями внимание парня. — Я готов, Лиам. — Шепнул студент прямо в губы своего преподавателя, чуть улыбаясь и поднимая на него взгляд. — Веди себя тихо.

***

Лиам проснулся от тихого скрипа двери. Он приоткрыл глаза, натыкаясь взглядом на миссис Малик. — Я не хотела разбудить вас, — начинает она шепотом, держа в руках корзину с бельем. — Я только заберу грязные вещи. — Все хорошо, миссис Малик, я уже не спал. — Пейн натягивает одеяло повыше, чтобы скрыть свой обнаженный торс. Его охватывает смущение, как если бы ему было восемнадцать и их застукали за чем-то неприличным. Но ему уже почти сорок, да и они просто спали. — Папа Зейна хочет поговорить с тобой, Лиам. К счастью, я уговорила оставить его винтовку нетронутой. — Женщина улыбнулась своей шутке, вытаскивая из корзины грязные вещи и останавливаясь в дверях. — Через час будет готов завтрак, но ты можешь поговорить с Адамом сейчас, это папа Зейна. Талиша тут же ушла, прикрывая за собою двери. Мужчина повернулся на бок, разглядывая своего студента и чуть улыбаясь. Он убрал прядь волос с лица парня, садясь на кровати и потягиваясь. Сегодня придется отложить утренние упражнения. Быстро натягивая джинсы и футболку, Пейн спустился вниз, замечая девочек, сестер Зейна, которые при виде Лиама начали улыбаться, прячась в соседней комнате. В коридоре показался мистер Малик, который был одет в теплую шапку, рабочие перчатки и куртку. — Лиам, доброе утро. Ночью был сильный снегопад, одевайся. — Доброе утро, мистер Малик. — Лиам послушно натянул предложенную ему фуфайку, затем надевая свои ботинки. Не понимая, что происходит, он вышел на улицу вместе со старшим Маликом, где мужчина протянул ему лопату и улыбнулся. — Так у вас с Зейном все серьезно? — Мужчина принялся за работу. Лиам замялся, начиная разгребать снег, и тихо вздохну,л начиная. — Мы вместе не так давно, так что думаю рано судить о серьезности наших отношений, но я надеюсь, что это не закончится быстро. Я понимаю, что Вы этим вопросом хотите проверить мои намерения насчет вашего сына, но я считаю, что лучше сказать правду, чем солгать, что через пару лет мы поженимся. Адам Малик лишь усмехнулся, продолжая делать свою работу, давая наставления и указания младшему. Спустя полтора часа старший мужчина остановился, поворачиваясь и доброжелательно улыбаясь проходящему соседу, а также здороваясь с ним. Он оперся лбом в руки, тяжело вздыхая и вновь выпрямляясь. — Хорошо, Лиам Пейн. Я не убью тебя сегодня, но если ты разобьешь сердце моему сыну, то можешь даже не искать укрытие в этом мире, я тебя из-под земли достану. Сделай его счастливым, пожалуйста. — Малик подошел немного ближе, снимая перчатку и протягивая правую руку профессору. Лиам посмотрел на руку мужчины, вытирая со лба пот и вздыхая. Чистой рукой он пожал руку отцу Зейна, чуть улыбаясь ему. — Хватит тут возиться! Завтрак уже готов, и скоро девочки начнут без вас. — На крыльцо вышла миссис Малик в пушистых тапочках на босу ногу и теплом на вид пальто. — Талиша! Сколько раз говорить, чтобы ты берегла свое здоровье, — мужчина начал ворчать, но зашел внутрь, забирая вторую лопату и уходя в гараж. Профессор зашел в дом, снимая ботинки и убирая их в шкаф. Он поднял взгляд, натыкаясь на Зейна в домашних трениках и его лонгсливе, который держал в руках кружку с какао, чуть улыбаясь мужчине. — Я подумал, что Вы приснились мне. — Зейн тихо засмеялся, дожидаясь, когда мужчина уберет вещи в шкаф, и подошел немного ближе, поднимаясь на носочках и целуя преподавателя в щеку. — Спасибо за секс в доме моих родителей, теперь я никогда этого не забуду. А теперь пойдем, я дам тебе чистую одежду, ты опять потный.

***

— Ты собираешься уехать? — Шепнул Зейн, чуть щурясь. После завтрака родители и Иман уехали по каким-то там делам (возможно, это касалось предстоящей свадьбы), оставляя младших сестренок на Зейна. И его парня. Так что девочки сидели на полу гостиной, заплетая кукол и играясь с ними. Хоть Амбрин и была уже взрослой для Барби, она все равно делала это, потому что ей нравилось проводить время с младшей сестрой, а также она любила наряжать кукол. Ну, какая девочка, даже в девятнадцать, откажется от Барби и чемодана одежды для неё? — Я не хочу быть лишним на семейном празднике. — Лиам сидел в соседнем кресле с чашкой чая в руках, который Малик любезно налил ему. — Но это же Рождество! Ты собираешься уехать к своим родителям? — Нет. — Мужчина чуть поморщился. — Тогда оставайся и отмечай его с нами, никто не должен быть в одиночестве в эту ночь. Тем более я не хочу остаться один с сестрами, когда, как всегда, мне придется читать им на ночь, иначе они будут сидеть тут и ждать Санту до самого утра. — Студент тяжело вздохнул, пожимая плечами, словно вспоминая подобный случай из прошлых лет. — Разве твои родители не делают это? — Попытался Лиам найти отговорку. — Обычно мы сидим все вместе до часу, потом девочек отправляют спать, а родители едут к друзьям до утра, так что возиться с этими непослушными мартышками приходится мне или Иман. — Мирьям залезла на колени Зейна, хихикая и показывая ему куклу. Парень лишь улыбнулся, обнимая сестру и смотря на мужчину. — А она тоже обычно уезжает сразу после родителей к жениху. — Ты будешь мне за это должен. — Что угодно, Мистер Пейн.